My Heart is Glowing Fluorescent (I Want You to Possess It)

      Если бы Уёну пришлось кого-то винить, он, несомненно, винил бы во всём Ёсана. За то, что тот был его другом детства, за его глупую влюблённость, за его странный фетиш, за то, что он пошёл в этот клуб из-за этого фетиша, и, конечно же, за накопленный долг, из-за которого в конечном итоге вмешался Уён, чтобы спасти своего бедного друга. Потому что Ёсан запаниковал, и выражение ужаса на его лице было невыносимо для сердца Уёна. Поэтому он сказал Ёсану, что разберётся с этим.       К сожалению, это был не тот результат, которого он ожидал или желал.       В данный момент Уён смотрел в пол, одетый в узкие чёрные джинсы и чёрную оверсайз-майку, которая обнажала слишком много его ключиц, что было не совсем в его стиле (если только он не собирался в клуб, но, к сожалению, сейчас он был не в клубе). Его чёрная чёлка спадала ниже глаз; тёмный дымчатый макияж, как обычно, подчеркнул бы их, если бы он не смотрел вниз. На нём были обтягивающие перчатки без пальцев, доходившие до локтей, с бесполезными пряжками на запястьях. И, наконец, пожалуй, самым разоблачительным элементом его образа был толстый кожаный ошейник на его шее. Сегодня он был довольно простым: обычная чёрная кожа с большим О-образным кольцом спереди и шипами по всей длине.       (— Ты выглядишь сегодня каким-то колючим, Уён, — прошептал ему на ухо Сан, когда застёгивал ошейник на маленький замок. — Возможно, в следующий раз ты наденешь что-нибудь красивое?)       Уён сжал руки в кулаки, раздражённый тем, как Сан говорил с ним. Поэтому он демонстративно не смотрел на мужчину, который был немного старше его самого, в знак надутого протеста. И хотя они играли уже почти час, Сан, казалось, не обращал на него никакого внимания, свободно держа поводок так, будто и не замечал, что Уён сидит на полу рядом с диваном. Он даже не потрудился погладить по мягким волосам Уёна, что почему-то разозлило младшего.       Пока Сан говорил с другим мужчиной поблизости, Уён решился исподтишка взглянуть на человека, сидящего на диване. Тот, надо признать, выглядел потрясающе сегодня вечером, как и большинство других вечеров (не то чтобы Уён когда-либо сказал бы ему это в лицо). Но сегодня он отказался от верхней одежды, выбрав чёрную рубашку с закатанными рукавами, что обнажало его мускулистые предплечья. Пока Уён любовался ими, Сан повернул голову в его сторону, застав его на месте преступления.       — Наконец-то перестал дуться? — проворковал Сан, ухмыляясь и наклоняясь, чтобы погладить Уёна по щеке. Младший фыркнул, прежде чем отвернуться, сохраняя молчание.       — Тц, какой непослушный, — фыркнул мужчина, сидевший рядом с Саном. — И ты терпишь это дерьмо?       Сан переместил руку на макушку Уёна и нежно погладил его.       — Не волнуйся…       Внезапно голова Уёна была откинута назад, вынуждая его обратить внимание на Сана. Он стиснул зубы, выдерживая лёгкую боль, пока смотрел на старшего.       — Он может быть хорошей зверушкой, если у него есть правильный стимул, — он ослабил крепкую хватку на волосах Уёна, предпочтя вытянуть руку на несколько сантиметров от его лица в приглашающем жесте. — Разве не так?       Уён проглотил ту небольшую каплю гордости, с которой начал этот вечер, прежде чем медленно прильнуть к протянутой руке, глядя на Сана ласковым взглядом.       — Да, Мастер.

Глава 1: Где всё началось

      Чон Уён всегда считал, что ему довольно сильно повезло. Повезло, что его родители были состоятельными людьми, повезло, что он был таким красивым, повезло встретить Ёсана и стать с ним лучшими друзьями. Повезло, что он получил стипендию для поступления в университет своей мечты, повезло, что он мог изучать танцы при полной поддержке своей семьи. Возможно, большая часть этого была просто совпадением или счастливым стечением обстоятельств. В любом случае, жизнь Уёна была довольно лёгкой и свободной от серьёзных проблем или трудностей.       Поэтому он чувствовал себя немного не в своей тарелке, сидя в двухкомнатной квартире, за которую платили его родители, пока Ёсан лихорадочно расхаживал по гостиной, едва сдерживая паническую атаку.       — Как, чёрт возьми, ты набрал 60 000 000 вон, Ёсан?! — почти выкрикнул Уён, больше шокированный, чем разозлённый.       — Я не знаю! — воскликнул он в отчаянии. — Это просто… произошло!       — Долги в 60 000 000 вон не происходят просто так, Ёсан! На что ты вообще их потратил?       Ёсан остановился, кусая ноготь на большом пальце, пока смотрел из-под ресниц на своего лучшего друга.       — Я… я не могу тебе сказать.       — Ты «не можешь мне сказать»? — опешил Уён. — Господи, ты что, купил наркотики?!       — Нет! Я не делал ничего противозаконного!       — Тогда что?       Ёсан отвёл взгляд, его лицо явно выражало смущение, когда он обхватил себя руками за талию. Уён вздохнул, позволяя себе успокоиться и придвинулся к краю дивана, облокотившись на подлокотники.       — Ёсан, я не буду над тобой смеяться. И я не злюсь. Я волнуюсь и хочу помочь тебе. Но я не смогу помочь, если даже не буду знать, в чём проблема, — он похлопал по месту на диване рядом с собой. — Так что, расскажи мне. Зона без осуждения.       Ёсан на мгновение замешкался, а затем вздохнул, опустил руки вдоль тела и уныло сел на диван. Он повернулся к Уёну, глядя на него широко раскрытыми глазами, и его друг кивнул, подталкивая продолжать.       — Помнишь, как я говорил, что познакомился с Сонхва в кофейне? — Уён кивнул. — И как я ходил туда несколько раз в неделю для вечерних занятий?       — Ёсан, этот долг ведь не из-за кофе, верно? — Уён вздохнул и потёр висок.       — Дай мне закончить, — тихо, но строго сказал Ёсан. Уён кивнул, пристально глядя на друга.       — Прости. Продолжай.       — Я не ходил в кофейню, и не там я познакомился с Сонхва. Я… — Ёсан замялся, смущённый, прежде чем закрыть лицо рукой. — У меня есть определённый кинк, и я ходил в клуб, который на нём специализируется.       Ёсан говорил быстро, на одном дыхании, пряча глаза. Рот Уёна слегка приоткрылся, а глаза расширились от шока.       — Ёсан, это… вау, — моргнул Уён , безрадостно рассмеявшись. — Я и понятия не имел.       — Боже, мне так чертовски неловко, — простонал Ёсан, повалившись вперёд, чтобы уронить голову в ладони.       — Эй, это не так уж страшно, — мягко заверил Уён, поглаживая друга по лопаткам. — У всех нас есть странные кинки.       — Но чтобы потратить на это столько денег, сколько я потратил? — пробормотал Ёсан, всё ещё опустив голову. — И в итоге это даже не имело значения.       — Что ты имеешь в виду?       — Сонхва никогда не был заинтересован в романтических отношениях. Всё, что мы делали вместе, было для него, ну, вроде бизнеса.       — Ох, Ёсан, — Уён нахмурился. — Мне так чертовски жаль, чувак.       — А теперь я по уши в долгах, и мы даже не трахались! — Ёсан засмеялся, но в его смехе не было ни капли веселья. — Я даже не переспал после всего этого.       — Что это за кинк, когда ты ходишь в клуб, но не занимаешься сексом? — с любопытством спросил Уён. — Это что, БДСМ? Я не видел, чтобы ты приходил домой с синяками.       Ёсан хранил молчание, кусая губу, пока смотрел в пол.       — Это уже неважно. Мой долг не перед клубом.       — Ёсан, — на лице Уёна отразился страх. — Ты хочешь сказать, что ты брал деньги в долг у людей?       Ёсан ничего не ответил. Уён откинулся назад и провёл рукой по волосам.       — Чёрт…       — Уён, пожалуйста, не беспокойся об этом. Я разберусь.       — Как? Ты же работаешь неполный рабочий день, Ёсан! И наши родители убьют нас, если мы просто попросим денег!       — Я найду ещё рабо...       — Пока ходишь в школу? — Уён бросил на него сердитый взгляд. — Ёсан, это серьёзнее, чем просто ты.       Ёсан ничего не сказал, выглядя более подавленным, чем Уён когда-либо его видел. Младшего осенила идея, и он сел немного прямее, расправив плечи.       — Скажи мне название клуба. Может быть, я смогу уговорить их вернуть деньги или что-то в этом роде.       — Уё...       — Мне плевать на твой кинк, Ёсани. Я просто хочу попытаться помочь тебе исправить это.       — … Ладно, — наконец вздохнул Ёсан. — Но, пожалуйста, Уён. Не ищи Сонхва или что-то в этом роде. И не делай ничего глупого.       — Не буду, — пообещал он, приложив руку к сердцу.       Но, с другой стороны, Уён имел склонность к совершению глупых поступков.

⸞⸟⸞⸟⸞⸟

      Уён стоял возле адреса, который дал ему Ёсан, разглядывая относительно неприметное здание. Передний «вход» представлял собой короткую лестницу, ведущую к преимущественно подземному бетонному зданию. Единственным признаком того, что здание обитаемо, был высокий вышибала, который сверлил Уёна тяжёлым взглядом, и яркая розовая неоновая вывеска.       — «Дворец Питомцев», — вздохнул Уён себе под нос. — Боже правый, Ёсан…       — Ты заходишь или как, парень? — окликнул Уёна вышибала, скрестив руки, чтобы выглядеть внушительно.       — Простите, — пробормотал Уён, спускаясь по ступеням к почти неестественно высокому мужчине.       — Удостоверение личности. Уён протянул удостоверение, и мужчина внимательно изучил его, прежде чем повернуться и открыть дверь. Уён услышал чувственный джаз, доносящийся изнутри тусклого вестибюля.       — Не создавай проблем. Выход на другой стороне здания.       — Не волнуйтесь, я здесь ненадолго.       Вышибала рассмеялся.       — Да, так говорят большинство новичков, — он окинул Уёна, одетого в узкие джинсы и оверсайз-худи, взглядом сверху донизу. — Особенно такие симпатичные парни, как ты.       Уён ничего не сказал, но покраснел, прежде чем быстро войти внутрь. Он оглянулся, когда вышибала закрыл за ним дверь. Он оказался в коротком коридоре, который вёл, как он предполагал, в основной зал, а стены были тёмными и увешаны картинами. В конце коридора стояла стойка, и невысокий мужчина с яркими синими волосами, прислонившись к ней, смотрел на Уёна. Он улыбнулся, когда их взгляды встретились.       — Привет! Вы выглядите незнакомо; вы здесь раньше бывали? — спросил он, сложив руки, не отрываясь от стойки.       — Вы действительно узнаёте каждого, кто сюда приходит? — недоверчиво спросил Уён.       — В большинстве случаев. Но вы выглядите испуганным, так что это своего рода подсказка, — усмехнулся он.       — Я просто… я не знал, что это место существует, — пробормотал Уён.       — Конечно, — мужчина потянулся под стойку, доставая большой журнал. — Входная плата — 300 000. Мне понадобятся ваше имя и номер кредитной карты, если только вы не платите наличными. Мне также нужно увидеть ваше удостоверение, потому что, хоть Минги и впустил вас, он довольно плохо справляется с определением подделок.       Уён протянул своё удостоверение и небольшую стопку купюр, неловко стоя в тишине, пока мужчина записывал информацию.       — Вы Питомец или Мастер? — внезапно спросил он, заставив Уёна запнуться.       — Чт... я не... Это не...!       — Или вы свитч? — мужчина приподнял бровь, разглядывая Уёна. — Вы определённо кричите: «Питомец», но я ошибался и раньше.       — Мне просто нужно поговорить с менеджером или кем-то из руководства! — Уён быстро оправился от смущения, вспомнив, зачем он здесь. — Я здесь, потому что у моего друга проблемы.       Мужчина посмотрел на него, прежде чем вздохнуть. Он что-то записал в журнал, затем закрыл его и снова положил под стойку. Затем он достал небольшую рацию.       — Хванун, ты можешь присмотреть за входом? Мне нужно поговорить с клиентом.       Рация издала потрескивающее: «Хорошо!», и мужчина вышел из-за стойки. Он был одет в серые брюки и белую рубашку с воротником и закатанными рукавами. На нём были чёрные подтяжки и соответствующий галстук, что придавало ему непринуждённый, но довольно профессиональный вид. Он определённо гармонировал с джазом, звучавшим в зале, подметил Уён.       — Присядем, Уён.       Уён кивнул, следуя за мужчиной, когда другой, чуть более высокий мужчина спустился по коридору, мило помахав Уёну.       Стены клуба были тёмно-красного цвета с тёмно-коричневым ковровым покрытием, которое мягко пружинило под ногами Уёна. Экстравагантные люстры с приглушённым светом свисали с потолка, и вдоль стен располагались дополнительные светильники, создавая в комнате мрачную, но уютную атмосферу.       В центре зала находился квадратный бар с несколькими работающими барменами и случайными официантами, разносящими напитки клиентам. По всей главной комнате были расставлены чёрные кожаные диваны и пуфики, клиенты сидели и болтали с другими. У многих на коленях сидели партнёры, или они стояли на коленях перед ними на полу. И хотя никто открыто не занимался сексом, Уён был уверен, что для такой деятельности были предусмотрены отдельные комнаты.       Мужчина подвёл Уёна к ближайшему шезлонгу, удобно устроившись на ней, пока Уён занял стоявший рядом табурет, с прямой осанкой и напряжёнными плечами.       — Расслабься, Уён, — улыбнулся мужчина. — Никто не побеспокоит нас, пока я здесь.       — Вы менеджер? — спросил Уён.       — На самом деле, я владею «Дворцом Питомцев». Ким Хонджун, — он протянул руку, и Уён неохотно пожал её. — Итак, вы сказали, что у вашего друга проблемы?       — Он был здесь завсегдатаем, полагаю. Я не знаю, был ли он…       — Зверушкой или Мастером?       — Да, — пробормотал Уён, покраснев. — Он приходил сюда пару раз в неделю к парню по имени Сонхва.       — Ах, Сонхва, — Хонджун закатил глаза, усмехаясь. — Значит, ваш друг — Питомец.       — М-мне не нужно было это знать! — Хонджун усмехнулся, широко улыбнувшись на реакцию Уёна.       — В общем, — он жестом пригласил Уёна продолжить.       — В общем, я думаю, он влез в долги, чтобы иметь возможность так часто сюда приходить.       — И?       Уён нахмурился и умоляюще посмотрел на Хонджуна.       — Он занял 60 000 000 вон у каких-то ростовщиков, и, думаю, они дали ему срок до конца июля, чтобы вернуть им все деньги.       Расслабленное выражение лица Хонджуна исчезло, как только Уён закончил, и он сел прямо, наклонившись вперёд. Он вздохнул, скрестив руки.       — Это, безусловно, затруднительное положение…       — Я не прошу вас вернуть ему все его деньги, но он никак не сможет расплатиться с ними за такой короткий срок, будучи студентом, — объяснил Уён.       — Но вы просите вернуть деньги, — холодно заявил Хонджун.       — Вы не похожи на человека, который ломает ноги, если мы не вернём вам деньги в течение определённого срока.       Хонджун некоторое время пристально разглядывал Уёна, прежде чем откинуться на спинку кушетки, скрестив руки на груди.       — Значит, вы хотите, чтобы я дал вам деньги, чтобы вы могли исправить ошибку своего друга. Тогда вы будете должны мне денег.       — Я…       — Послушайте, — вздохнул Хонджун. — Мне очень жаль, что это случилось с вами и вашим другом. Но я не могу себе этого позволить. У меня есть бизнес, который нужно вести, бизнес, который многие люди держат в секрете и который не слишком хорошо рекламируется.       Тогда План Б.       — Знаю... — пробормотал Уён, виновато опустив взгляд. — Мне правда очень жаль, хён. Нечестно с моей стороны было просить об этом. Это наша проблема, а не твоя.       — Да ладно тебе, ребёнок, — простонал Хонджун, почти надув губы. — Перестань быть таким милым и грустным.       Уён поднял на него взгляд, зная, что его глаза, должно быть, чуть повлажнели, пока он всем своим видом изображал беззащитность.       — Всё в порядке, Хонджун-щи. Мы сами со всем разберёмся.       — Прекрати, — выдохнул он, проводя рукой по лицу. — Боже, ты выглядишь как щенок, которого я только что пнул!       Идеально. Уён чуть выпятил нижнюю губу, наклонил голову и взглянул из-под ресниц.       — Чёрт с тобой! — воскликнул Хонджун. — Я могу вернуть тебе часть денег. Но не больше десяти миллионов.       — Это замечательно! — Уён счастливо улыбнулся, и слезы тут же исчезли. — Большое тебе спасибо, Хонджун! Ты такой замечательный...       — Прибереги это, — проворчал он угрюмо. — Я знаю, что ты только что надавил на мою совесть, и меня слегка раздражает, что это сработало, — он прищурился, глядя на Уёна. — Из тебя бы вышла зверушка, требующая постоянного внимания.       Уён поморщился, и Хонджун громко рассмеялся.       — Ладно, я сниму твои деньги в следующий раз, когда пойду в банк. Просто оставь свой номер у стойки, когда будешь уходить, — Хонджун встал, глядя на Уёна сверху вниз. — В остальном же ты можешь оставаться столько, сколько захочешь. Выпей, может, даже выманишь что-нибудь у местных Мастеров.       Уён усмехнулся.       — Может, так и сделаю.       Хонджун растрепал волосы Уёна, проходя мимо.       — Не волнуйся, ребёнок. Я позвоню тебе, когда деньги будут у меня.       Когда Хонджун покинул Уёна, младший на мгновение оглядел комнату. Выпивка казалась неплохой идеей, особенно после того, как он выманил у мужчины десять миллионов вон. Он встал и неторопливо направился к бару, стараясь выглядеть скучающим — на случай, если кто-нибудь захочет угостить его выпивкой. К сожалению, к тому моменту, как он добрался до стойки, желающих не нашлось.       — Привет! — высокий, бармен с волосами цвета персика широко улыбнулся Уёну. — Что я могу вам предложить? Вы Питомец или Мастер?       — Я просто болтал с Хонджуном, так что, полагаю, ни то, ни другое, — Уён пожал плечами, а бармен надул губы. — Ну, это не интересно, — он надул губы в недовольной гримасе, прежде чем снова оживиться. — Так что я могу предложить?       Уён собирался выбрать свой напиток, но коварная мысль заставила его замереть. Возможно, это была уверенность, которую он обрёл, выманив деньги у Хонджуна, но Уён вдруг понял, что есть кое-что, что действительно он очень хотел выяснить, пока находится здесь.       — На самом деле, — Уён понизил голос, подаваясь вперёд, — я бы предпочёл, чтобы ты помог мне кое-кого найти. Думаю, он здесь завсегдатай.       — Питомец или...       — Он Мастер, — простонал Уён. — Его зовут Сонхва?       — О, Сонхва! Он в последнее время очень популярен! — бармен моргнул. — Но сейчас он интересуется только Питомцами, и, по-моему, у него уже есть...       — Мне просто нужно ему кое-что сказать, — прервал его Уён. — Мой друг был его Питомцем, но он сейчас занят учёбой, и просто хотел дать ему знать, что какое-то время будет недоступен.       — О, хорошо!       Это было легко. Бармен оглядел зал, а затем указал в угол.       — Видишь того парня в кожаной куртке?       Взгляд Уёна немедленно сфокусировался там, куда указывал бармен. Мужчина, о котором шла речь, имел седые волосы и был одет во всё кожаное. Он, безусловно, был великолепен, но вместо того, чтобы пялиться, Уён сузил глаза, заметив Питомца на коленях у Сонхва.       Блондин, совсем как Ёсан. Должно быть, у него есть свой типаж.       — Спасибо, э-э... — протянул Уён, пытаясь найти бейджик с именем.       — Юнхо! — мужчина ослепительно улыбнулся.       — Приятно познакомиться, Юнхо. Сомневаюсь, что мы ещё увидимся.       С этими словами Уён махнул высокому мужчине рукой и направился в угол, где сидел Сонхва. Рядом с ним расположился ещё один мужчина, одетый в белую рубашку и чёрные брюки, с чуть ослабленным чёрным галстуком. Его тёмные волосы были разделены пробором и слегка зачёсаны назад, а несколько прядей спадали на лицо. Уён на мгновение задержал на нём взгляд, прежде чем сосредоточиться на Сонхва, чувствуя, как в груди поднимается гнев.       Он остановился перед диваном, засунув руки в карманы, и пристально посмотрел на мужчину постарше. Сонхва заметил его и, приподняв бровь, окинул Уёна взглядом с головы до ног.       — Ты Питомец? — мягко спросил он. — У меня сейчас уже есть один, но, возможно, позже, дорогой.       — Я здесь не для того, чтобы потакать твоему фетишу, придурок, — огрызнулся Уён. — Я друг Ёсана.       Сонхва моргнул, сдвинув Питомца со своих колен, и выпрямился.       — Ёсан? Мне казалось, я ясно дал понять о своих намерениях.       — То есть, ты не интересуешься им как личностью, но тебе нормально, если он будет Питомцем? — выплюнул Уён. — Боже, не знаю, почему он смог полюбить такого урода, как ты.       — Послушай, — огрызнулся Сонхва, сузив глаза. — Я с самого начала сказал Ёсану, что меня не интересуют романтические отношения. Это не моя вина, что он думал, будто сможет влюбить меня в себя, или что там ещё пришло в наивную головку.       — Он влез в долги из-за тебя, подонок! — крикнул Уён, привлекая внимание окружающих. Он увидел, как официант что-то сказал в рацию, прежде чем поспешно удалиться. — Он должен людям деньги, и всё это из-за тебя!       — Он взрослый человек, он сам может принимать решения. Я не виноват, что он принял неудачные.       Уён сделал шаг вперёд, гнев исказил его лицо, когда он сжал кулаки.       — Самое меньшее, что ты можешь сделать, это помочь расплатиться! Я уверен, ты что-то получил от того, что он был твоим Питомцем, даже если ты не трахал его!       — Я ни одному из вас ничего не должен. Я не его мать.       Уён сделал шаг в сторону раздражающего мужчину. Однако внезапно он почувствовал, как чья-то большая рука легла ему на плечо.       — Пора идти, приятель, — строго сказал Юнхо, немного оттаскивая Уёна назад. Младший окинул Сонхва взглядом в последний раз и фыркнул.       — Надеюсь, ты подхватишь грёбаный сифилис!       — Ладно, — вздохнул Юнхо, хватая Уёна за руку и с большей силой утаскивая его прочь.       — Держу пари, ты не трахнул бы его, потому что у тебя член как у младенца! — крикнул Уён, прежде чем повернуться спиной к мужчине, позволяя себя вывести. Юнхо тихо усмехнулся, не отпуская Уёна. Он провел Уёна в коридор, перпендикулярный входу, но прежде чем они успели пройти через дверной проем, сзади раздался голос.       — Подожди, Юнхо.       Пара остановилась и обернулась. Уён моргнул, через мгновение осознав, что это был тот мужчина, который сидел рядом с Сонхва. Он стоял, засунув руки в карманы брюк, слегка выставив бедро, с бесстрастным выражением лица. Он указал на Уёна подбородком.       — Дай мне поговорить с ним секунду.       Юнхо перевел взгляд с одного на другого и вздохнул. Он повернулся к Уёну, нахмурив брови.       — Уходи после того, как поговоришь с ним, — с этими словами он направился обратно к бару, оставив Уёна наедине со незнакомцем. Уён сунул руки в карманы, оглядывая чуть более высокого мужчину. Раньше он не обращал на него особого внимания, но незнакомец был довольно привлекательным.       — Давай присядем, — предложил он, махнув рукой на стоящий неподалеку двухместный диванчик.       Хотя Уён не очень-то хотел сидеть рядом с кем-либо из этого заведения, он вздохнул и всё равно плюхнулся на подушку. Мужчина осторожно сел, широко расставив ноги, как отметил Уён, и прислонился к подлокотнику дивана. Когда мужчина ничего не сказал, брови Уёна недовольно сошлись.       — Ну? — резко бросил Уён, скрестив руки на груди.       — Меня зовут Сан, — мягко сказал мужчина. — А тебя?..       — Какое тебе дело?       Сан слегка сузил глаза.       — Это важно, потому что я, возможно, готов помочь тебе и Ёсану.       Уён прикусил щеку изнутри.       — …Уён.       — Ну, Уён, Ёсан приходит к Сонхва уже несколько месяцев, — заявил Сан. — Я, честно говоря, удивлен, что он никогда не приводил тебя сюда.       — Он держал всё это в секрете. Сказал мне, что познакомился с Сонхва в кофейне, — Уён сделал паузу, затем фыркнул. — Что ж, это логично, учитывая, что Сонхва был для него всего лишь Мастером.       — Сонхва, конечно, тот еще придурок, — признал Сан. — Но он не вступает в отношения. Он сказал Ёсану об этом при первой встрече, и Ёсан ответил, что всё в порядке.       — И что с того? — огрызнулся Уён. — Ёсан все равно приходил к Сонхва. Он всё равно играл… в «Питомца» и, наверное, занимался с ним странными интимными вещами.       — Ты хочешь, чтобы Сонхва заплатил за время, проведенное с Ёсаном? — Сан приподнял бровь.       — Здесь дело не только в этом, — возразил Уён. — Я уверен, он заставлял Ёсана сидеть у него на коленях, и... и быть ласковым, и...       — Он ни к чему не принуждал Ёсана. Ёсан дал согласие, как взрослый человек, каким он и является, — возразил Сан. Но он замолчал, словно опомнившись, и вздохнул, проведя рукой по волосам. — Послушай, я позвал тебя поговорить не для того, чтобы спорить о том, за что Сонхва должен заплатить.       — Тогда зачем ты это сделал?       Сан на мгновение уставился на Уёна, прежде чем наклониться к нему. Уён подсознательно отклонился назад, не желая такой близости и столь пристального изучения.       — Сколько ты должен?       Уён моргнул.       — Э-э, около 50 000 000 вон.       Сан тихо присвистнул.       — Это много.       — Да...       — Но я заплачу.       Уён моргнул, не сразу осознав, что сказал Сан. Облегчение на мгновение расцвело в его груди, смешиваясь с недоумением. Он хотел было открыть рот, чтобы спросить, но его перебили.       — Если ты станешь моим Питомцем.       — Что?! — вскрикнул Уён. — Какого чёрта?!       Сан смотрел на него почти по-кошачьи.       — Тебе нужны деньги, а я их предлагаю. Это честная сделка.       — Ты хочешь, чтобы я стал твоей шлюхой?!       — Я не заставляю тебя со мной трахаться, — отрезал Сан, явно обидевшись. — Я не насильник. Я бы никогда не сделал ничего без твоего полного и осознанного согласия.       — И что? Ты хочешь, чтобы я сидел у тебя на коленях и обнимался за 50 000 000 вон? — Уён издал короткий смешок. — Звучит немного нереалистично, приятель.       — Слушай, тебе нужны деньги, и они у меня есть. Я не прошу тебя быть моей шлюхой или делать что-то незаконное, — Сан приподнял бровь. — У тебя есть план получше, как быстро раздобыть деньги? Сомневаюсь, что твои ростовщики будут терпеливы.       Уён прикусил изнутри щеку.       — Почему я? Зачем тебе помогать мне?       — Ёсан был хорошим парнем. Немного наивным, конечно, но он был добрым и весёлым. Мы много разговаривали, пока он был с Сонхва, и я успел узнать его получше.       — Но вы же не были друзьями. Он никогда не упоминал тебя, даже в своих немного выдуманных историях.       Внезапно взгляд Сана потемнел, и он наклонился ближе.       — Я помогаю не только из-за Ёсана... — он окинул Уёна оценивающим взглядом с головы до ног, прикидывая. — Не буду врать, Уён. Ты чертовски красив. Я не сомневаюсь, что многие Мастера положили на тебя глаз, когда ты вошёл. Но что меня по-настоящему интересует...       Голос Сана понизился, и он наклонился ещё ближе, их лица были в нескольких дюймах от лица Уёна.       — ...Ты дерзкий мальчишка. Ты явно не соответствовал стандартному архетипу покорного Питомца. Я не сомневаюсь, что ты будешь грызться и огрызаться на любого Мастера, который попытается держать тебя на привязи. Ты, вероятно, станешь отчитывать или даже бить любого, кто попытается к тебе прикоснуться...       Сан так быстро взглянул на губы Уёна, что тот едва успел это заметить, прежде чем снова посмотреть ему в глаза.       — ...А я люблю укрощать таких строптивых сорванцов, как ты.       Вопреки всему, что Уён ожидал, по его телу пробежала лёгкая дрожь. Он тяжело сглотнул под пристальным взглядом Сана, прежде чем отвести взгляд.       — Это твоё решение, — Сан наконец откинулся назад, приподняв бровь. — Я могу составить полноценный договор, где будет подробно указано, сколько я тебе заплачу, в зависимости от оказываемых услуг, — затем он встал, глядя на Уёна сверху вниз. — Я здесь по средам и субботам... И я очень надеюсь, что скоро смогу увидеть тебя.       С этими словами Сан вернулся на своё место, оставив Уёна потрясённым, искушённым и, возможно, даже чуточку возбуждённым. ...Не то чтобы он когда-либо в этом признался.