let me wrap my teeth around the world

— сколько процентов сарказма в вас сегодня, доктор лино? — чан оскаливается улыбкой и минхо не может отвести глаз от поблескивающего слюной клыка. за спиной капитана их космического корабля открывается панорамный обзор на мириады звезд, волшебство новых галактик и бесчисленные временные потоки вселенных. но ничего из этого не заставляет сердце доктора биться как у загнанного волком кролика, как эта улыбка и эти смеющиеся карие глаза. так что если минхо слишком занят, чтобы подумать, и выпаливает первое число, которое приходит ему в голову — это вина чана. как и всегда. — шестьдесят девять. — что? — чонин, исполняющий обязанности второго пилота, прыскает первым. джисон и чанбин давятся смехом в углу. минхо чувствует, что краснеет. — о нет, мы его теряем, — чан притворно ахает, не обращая внимание на двусмысленность и реакцию команды, и разворачивается в крутящемся кресле к панели управления кораблем. — мне кажется, вам нужен врач. — мне не нужен врач, черт возьми, я сам врач! и во мне всегда достаточно сарказма, чтобы послать вас на хер, капитан, — фыркает минхо, прежде чем уходит обратно в медотсек с возмущенно вздернутым хвостом. каким-то образом улыбка чана, пусть и обращенная теперь к звездам, становится еще шире. *** чан много болтает, но мало говорит. так что когда после очередных сложных суток в космосе минхо проникает в капитанскую каюту, залезает на его постель, седлает его бедра через одеяло, склоняется к нему, будто монстр сонного паралича, и чуткими врачебными пальцами ведет по его губам, приподнимая, чтобы обнажить зубы — чан ничего не спрашивает. только сонным хриплым голосом выдыхает нечто похожее на сдавленное «лино-я...» и доверчиво показывает волчьи клыки сам. минхо в восторге. он действительно тратит какое-то время на то, чтобы обвести их пальцами — ощутить текстуру, обманчивую идеальную гладкость на правом и заставляющие его нахмуриться спилы на левом. капитан спит с включенным ночником, поэтому минхо может вглядеться и заметить, что они чуть светлее всех остальных зубов и по цвету напоминают космический латте. где-то на этом моменте минхо не выдерживает и лижет клык — это заставляет чана, который почти задремал обратно под этой странной лаской, наконец распахнуть глаза. минхо закрывает свои, чтобы не смотреть в чужие и не смущаться, и продолжает. чан осторожно, чтобы не спугнуть, достает руки из-под одеяла и оглаживает ими напряженные плечи и спину, успокаивая и заземляя. минхо немного приходит в себя, когда чувствует металлический привкус во рту, и понимает, что поранил язык, пока полчаса вылизывал клыки своего капитана искусственной ночью на космическом корабле глубоко в космосе посреди ничего. наверное, чан чувствует его попытку дернуться к двери, потому что рука, которая до этого лениво перебирала волосы на затылке минхо, тяжело опускается на его загривок и слегка сжимает. — можно я хоть раз позабочусь о тебе так, как ты всегда делаешь? — шепчет глупый волчара и утягивает минхо в нежнейший поцелуй, бережно облизывая ранку и обнимая губами чужой язык, пока тот не перестанет кровоточить. они оба точно чувствуют через одеяло реакцию друг друга на свои сегодняшние странные игры, но торопиться не хочется. чан делает мысленную пометку о том, что приятная тяжесть тела его доктора на нем обладает запредельно аддиктивными свойствами, и эксперимент нужно будет повторить — по возможности сразу после того, как они отдохнут. чан ловит руку минхо и утаскивает его к себе под одеяло, ласково покусывая подушечки пальцев, пока тот тихо ворчит на то, что тут жарко, мало места, одеяло только одно и вообще воняет псиной, но все равно остается и укладывается на плече чана. кажется, минхо влюбляется окончательно и бесповоротно, когда чан осторожно смыкает клыки на его запястье — просто обозначая намерение и компенсируя то недолгое (по меркам минхо) время, которое он провел за изучением своей любимой части чана сегодня. не первой и не последней.