у зейна двадцать четыре шрама на правом предплечье и калеб знает их наизусть

юнхо не из тех, кто убивает чужими руками. он мог бы лицемерно оправдаться верой и объявить, что не коснется оружия, не убьет человека. только вот ему кажется, что как пастор, пусть бывший, он именно тот, кто должен брать на себя эти грехи. и кровь каждого, кого сан убил для него и ради него — на руках юнхо. к тому же, учитывая свой 9-летний отпуск от работы в клане, как еще он может сравняться по количеству грехов с саном, чтобы после смерти оказаться на одном кругу ада?

чанбин начинает с того, что бережно стирает кровь с щеки сынмина и ведет салфеткой дальше по шее. тишина обволакивает их обоих как одеяло, под которым чанбин прятался в детстве, когда старший брат рассказывал страшные истории о дьяволе из джерси.

за спиной капитана их космического корабля открывается панорамный обзор на мириады звезд, волшебство новых галактик и бесчисленные временные потоки вселенных. но ничего из этого не заставляет сердце доктора биться как у загнанного волком кролика, как эта улыбка и эти смеющиеся карие глаза

Быть рядом с Юнхо для Минги всегда было важнее любых амбиций, но он никогда бы не стал мешать другу идти к своей мечте. Юнхо сказал, что это будет весело и что Минги даже не заметит его отсутствия. Так мама в детстве убеждала перед уколом, что будет не больно, но он все равно вырос человеком, который боится игл.