Пророчество на скорую руку

Шесть лет спустя. Княжество Лириан.       Как и говорил Белогор, у Князя Талэана и его жены Ладияры за это время родился сын. Крепкий, здоровый мальчик с глазами черного цвета. Его назвали Аврелий. Князь души в нем не чаял, но никогда не забывал о предсказании.       Князь наблюдал за тем, как рос его сын Аврелий. Он старался быть не только отцом, но и наставником, другом. Учил его не только воинскому искусству и управлению княжеством, но и мудрости, состраданию, умению слушать и понимать других. Он рассказывал ему о богах, о природе, о важности справедливости и чести. Но самое главное, он учил его слушать свое сердце, доверять своей интуиции и не бояться делать выбор.       Аврелий рос любознательным и добрым мальчиком. Он любил проводить время в лесу, изучая растения и животных. Он был справедлив и честен, всегда готов прийти на помощь тем, кто в ней нуждался. Князь видел в нем задатки мудрого и справедливого правителя, но его сердце все равно сжималось от тревоги, когда он вспоминал о предсказании. Когда Аврелию исполнилось десять лет, Талэан решил рассказать о брачном договоре и обсудить что им делать дальше.       — Аврелий, сын мой, — начал Талэан, усадив мальчика рядом с собой у камина. Пламя отбрасывало причудливые тени на их лица, делая момент еще более торжественным и немного пугающим. — Есть нечто важное, что ты должен знать. Нечто, что определит твою судьбу и судьбу нашего рода.       Аврелий внимательно смотрел на отца, чувствуя серьезность момента. Он всегда знал, что отец что-то скрывает, что есть какая-то тайна, окутывающая его рождение.       — Много лет назад, еще до твоего рождения, я заключил договор с Правителем Долины Четырех времен года, — продолжил отец, стараясь говорить спокойно и ровно. — Договор о союзе наших родов. Согласно этому договору, ты должен будешь заключить брак со старшим ребенком Правителя. Но все осложняется тем, что, во-первых, это мужчина, а во-вторых у твоего суженого его брат-близнец, с которым он неразрывно связан. И чем все обернется, даже Боги не смогут сказать.       Аврелий молча сидел перед отцом, переваривая услышанное. В его глазах читалось удивление, смешанное с непониманием. Он знал о политических браках, но чтобы жена была мужчиной… Это было неслыханно. Да и что делать с братом близнецом?       — Я понимаю, что это может показаться тебе странным и неестественным — сказал Талэан, видя замешательство сына. — Но это было сделано ради блага нашего княжества. И я всегда надеялся, что ты сможешь найти общий язык со своим суженым и его братом.       — А если я не захочу? — тихо спросил Аврелий, опуская взгляд.       Князь вздохнул. Этот вопрос был самым сложным.       — У тебя есть выбор, сын мой, — ответил он, глядя Аврелию прямо в глаза. — Я не буду тебя заставлять. Но помни, что твой выбор повлияет на судьбу многих людей.       — Но почему именно я? — спросил Аврелий, в его голосе звучала обида. — Почему я должен жертвовать своим счастьем ради других?       — Ты не должен жертвовать своим счастьем, — ответил Талэан, обнимая сына за плечи. — Ты должен найти его. И я верю, что ты сможешь это сделать, даже в такой непростой ситуации. Помни слова Белояра: "Судьба не предрешена. У каждого есть выбор".       Князь замолчал, давая Аврелию время обдумать услышанное. Он знал, что это будет непросто, но он верил в своего сына. Он верил, что Аврелий сможет сделать правильный выбор, каким бы он ни был.       — Что мне делать, отец? — спросил Аврелий, поднимая на отца свои черные глаза, полные смятения и надежды.        — Пока ничего, — сказал Талэан, глядя на сына. — Я просто хотел, чтобы ты это знал. Чтобы ты был готов. Время покажет, что делать дальше. Сейчас тебе нужно учиться, расти, познавать мир. А когда придет время, мы вместе примем решение.       Аврелий кивнул, хотя в его сердце все еще бушевали противоречивые чувства. С одной стороны, он чувствовал обиду и непонимание. С другой — любопытство и даже какое-то странное предчувствие. Он не знал, что его ждет в будущем, но он был готов встретить его лицом к лицу.       Прошли годы. Аврелий вырос в статного юношу, сильного и мудрого. Он был любим своим народом, уважаем соседями и обожаем отцом. Но в его сердце всегда жила тайна, которую он хранил с тех пор, как услышал о предсказании. Из-за этого он не заводил никаких связей с женщинами, не желая им давать ложные надежды.       В шестнадцать лет он тайно стал Охотником, охраняющим Долину Четырех времен года в которой рос его жених. Он наблюдал за ним и его братом издалека. Аврелий, наблюдая за близнецами, не мог не признать их красоты и грации. Один, с глазами цвета неба, казался воплощением легкости и свободы, его смех разносился по долине, словно звон колокольчиков. Другой, с глазами цвета травы, был более сдержанным и задумчивым, его движения были плавными и уверенными, как у дикого зверя. Аврелий чувствовал, как его сердце начинает откликаться на их присутствие, вопреки его разуму и страху перед предначертанным.       А через год после того как он прошел посвящение в Охотники, его пригласили стать преподавателем в Университет Науки и Прикладной магии. Он стал там специалистом по прикладной магии и следопытству и вел практические занятия по магии в дикой среде.       Но во все эти стороны его жизни были тщательно спрятаны и не пересекались. Тайная жизнь Аврелия становилась все более сложной и запутанной. Он словно жил в трех разных мирах, каждый из которых требовал от него полной отдачи и скрывал его истинную сущность от других. Во дворце он был наследником, будущим правителем, окруженным роскошью и вниманием. В лесу он был Охотником, защитником Долины, слившимся с природой и познавшим ее тайны. А в Университете он был уважаемым преподавателем, передающим свои знания и опыт молодым магам.       Но чем дольше он жил в этой многоликости, тем сильнее чувствовал разрыв между своими ролями. Он понимал, что рано или поздно ему придется сделать выбор, раскрыть свою истинную сущность и принять свою судьбу.

***

Долина Четырех времен года       А у Правителя Элдона родилось двое мальчишек близнецов через восемь лет. Маркиавель и Доминиэль, одинаковых как две горошины, но у одного были синие глаза цвета весеннего неба, а у другого зеленые как летняя трава. Оба близнеца, как и все сильфы обладали магией воздуха, но пока она еще дремала. Правитель благодаря вмешательству божественной тещи, даже и не вспоминал про договор. А Князь Талэан при встречах тоже не напоминал ему про это.       Когда мальчики подросли и сделали свои первые шаги, семья устроила большой праздник — без красного вина и подписания бумаг, с множеством охранных рун и оберегов, чтобы никакие боги не проникли тайком.       Но у богов свой взгляд на человеческие запреты. Под вечер, когда малышам уже хотелось спать, в дальнем углу сада вдруг материализовались Квасур и Переплут. Квасур нес в руках две переплетенные фляги, а Переплут — два одинаковых посоха, украшенных смешными звёздочками.       — Поздравляем! — в унисон воскликнули они. — Пусть ваши мальчики будут счастливы, а если что — пусть сразу зовут нас, мы поможем!       - Да-да – проворчала Вирида – Вы уже помогли… Спасибо вам большое. Квасур и Переплут виновато переглянулись, но ничего не ответили.       С этого дня близнецы жили под двойной опекой — семьи и богов. Квасур и Переплут появлялись то в роли нянек, то волшебных учителей, иногда по ошибке превращая детскую в поле для мармеладных битв.       Родители близнецов, уже не надеясь полностью избавить детей от божественного влияния, решили: пусть судьба идёт своим чередом — главное, чтобы в доме всегда были смех, любовь. Правитель Долины Четырех времен года, увлеченный своими делами и заботами, даже не вспоминал о договоре с Князем, считая его нелепой сказкой.

***

      Двое братьев-близнецов, шестилетние сыновья Повелителя, обладали неуемным любопытством и жаждой приключений. Им давно не давала покоя тайна зимнего сектора, где, по рассказам взрослых, держали удивительных крылатых ирбисов. Однажды на рассвете, когда долину окутывал лёгкий туман, а стража ещё не проснулась, мальчики незаметно ускользнули из поместья.       Шаг за шагом они пробирались по искрящемуся снегу, затаив дыхание и восторг. Они сдерживая дыхание, пробирались сквозь пушистые сугробы. Мороз щипал щеки, но близнецы не обращали внимания на холод. Их влекло желание увидеть чудо своими глазами. За спиной остался дворец, где взрослые были заняты своими делами и совсем не замечали исчезновения мальчиков.       — Тише, Марк — шептал Дэни, сжимая руку брата, — если нас услышат, нас не выпустят из дома до весны.       — Я тихо, — ответил Марк — только бы не заблудиться… Ты уверен, что они здесь?       — Я слышал, как стражник говорил, что снежные ирбисы ночуют у большого ледяного камня. Это недалеко, — уверенно кивнул Дэни.       — Вдруг ирбисы опасные? —шёпотом спросил Марк, с опаской оглядываясь кругом.       — Они ещё маленькие. Я слышал, что им всего полгода, — уверенно сказал Дэни. — Они не причинят нам вреда.       Мальчики добрались до ледяного валуна, за которым, по слухам, находился вольер с малыми ирбисами. Осторожно выглянув из-за сугроба, они увидели двух детёнышей. Ирбисы были похожи на пушистые комочки с огромными лапами и слишком большими для их тел крыльями, которые неловко расправлялись и складывались. Один из детёнышей возился в снегу, второй лениво зевал, обнажая крошечные острые зубки.       — Смотри, какие они милые! Прямо как котята, только крылья есть, — восхищённо прошептал Марк.       — Давай подойдём ближе, — предложил Дэни.       Один из детёнышей насторожился, заметив мальчиков, и смешно чихнул, уронив нос в снег. Второй с интересом посмотрел на близнецов, затем неуверенно сделал несколько неуклюжих шагов к ним, проваливаясь в сугробах.       — Привет! — тихо сказал Дэни, протягивая руку. — Мы не обидим вас, честно.       Маленький серый ирбис, немного помедлив, подошёл ближе и ткнулся прохладным носом в ладонь мальчика. Второй, белоснежный, увидев это, тоже подбежал, чуть не споткнувшись о собственный хвост, и уткнулся в Марка.       — Они не боятся нас, — с радостью сказал Марк — Дэни, они правда… как будто понимают!       В этот момент в головах мальчиков промелькнуло ощущение тёплого ветра и тихий, едва уловимый голос:       «Вы… забавные. С вами — будет интересно»       — Ты это слышал? — удивлённо прошептал Дэни.       — Я… да! Неужели это они! — глаза Марка засияли.       Оба брата с любопытством уставились на детенышей       Ирбисы, казалось, тоже прислушивались, склонив головы набок. В их больших, серебристых глазах отражались искры снега и отблески рассвета, а еще – что-то, чего мальчики раньше никогда не видели: понимание, озорство и… приглашение.       — Вы… умеете говорить? – робко спросил Дэни, чувствуя, как по спине пробегают мурашки.       В ответ снова прозвучал тихий, словно шелест крыльев, голос:       «Не совсем. Но мы можем… делиться мыслями. Мы еще маленькие».       Марк, не отрывая взгляда от белого ирбиса, уткнувшегося ему в руку, прошептал:       — Это… невероятно!       В тот же миг между братьями и ирбисами возникла неразрывная связь — запечатление, редкий и таинственный союз, о котором взрослые только рассказывали в старых сказках.       Внезапно, тишину разорвал громкий крик.       — Дэни! Марк! Где вы?!       Близнецы вздрогнули и обернулись. Вдалеке, на фоне розовеющего неба, виднелась фигура их отца, Повелителя, в сопровождении нескольких стражников. Лицо его было мрачнее зимней ночи.       — Нас нашли! – испуганно воскликнул Марк.       — Бежим! – предложил Дэни, но тут же остановился, посмотрев на ирбисов. Они стояли неподвижно, словно ожидая решения мальчиков.       В голове Дэни снова прозвучал тихий голос:       «Не бойтесь. Мы… поможем».       И прежде чем мальчики успели что-либо понять, один из ирбисов, расправив свои неуклюжие крылья, подпрыгнул и, неуклюже взмахнув ими, поднялся в воздух. Второй последовал за ним. Затем, словно по команде, они спикировали вниз, подняв вихрь снега, который на мгновение ослепил приближающихся стражников.       — Что это?! – воскликнул Повелитель, пытаясь разглядеть что-либо сквозь снежную бурю.       В этот момент ирбисы, подлетев к мальчикам, подтолкнули их своими мягкими мордочками к ледяному валуну.       — Бежим! – крикнул Дэни, и они с Марком, пригнувшись, спрятались за огромным камнем.       Когда снежная буря утихла, Повелитель и стражники подошли ближе. Но ирбисов и мальчиков нигде не было видно. Лишь на снегу остались следы маленьких лапок и детских сапожек, ведущие в сторону дворца.       Когда мальчики, сияющие и взъерошенные, вернулись к поместью, за их спинами по снегу трусили два ирбисёнка: один белоснежный, а второй серебристый. На крыльце их поджидал разъяренный отец и мать, в длинной тёплой накидке.       — Доминиэль! Маркиавель! Что вы натворили?! — голос отца был громким, но в нём дрожали испуг и тревога. —Как вы посмели уйти без спроса?       Мальчики замерли, прижавшись друг к другу и к пушистым ирбисам. Мать подбежала, склонилась над детьми, проверяя, не ранены ли они, — её руки дрожали.       — Вы могли погибнуть, — тихо сказала она, целуя обоих в макушки. — Или заблудиться, или… — она взглянула на ирбисов и вдруг осеклась.       В этот момент оба детёныша встали перед братьями, взъерошили шерсть и широко расправили крошечные крылья, защищая детей. Их глаза ярко светились.       Повелитель и мать переглянулись. В их взгляде боролись страх, изумление — и всё растущее осознание: перед ними произошло нечто необыкновенное.       — Они… запечатлелись, — прошептала мать. — Смотри на их глаза, на поведение… Они приняли детей!       Отец провёл рукой по лицу, пытаясь справиться с эмоциями.       — Это опасно — сказал он наконец. — Никогда прежде такого не случалось. И всё же… — он посмотрел на сыновей с неожиданной гордостью. — Вы совершили глупость, рискуя жизнью. Но вы… избраны. Это и огромная ответственность.       Он опустился на колени рядом с сыновьями, посмотрел им в глаза:       — Вы должны были слушаться. Вы могли погибнуть. Вам запрещено покидать дом без сопровождения взрослого — и это правило вы нарушили.       — Простите, — прошептал Дэни, глядя в пол.       — Мы просто хотели увидеть ирбисов… — добавил Марк, прижимая к себе детёныша.       — За это вы оба на неделю останетесь без своих любимых сладостей — строго сказал отец, но в голосе его уже звучало тепло. — А ещё — каждый день ухаживать за своими ирбисами, чтобы понять, что такое ответственность.       Мать обняла их обоих, прижав к себе вместе с пушистыми зверятами.       — Я горжусь вами, — наконец сказала она, — но, ради всего святого, никогда больше так не поступайте.       — Мы обещаем! — хором ответили братья, а малыши-ирбисы радостно мурлыкнули, словно подтверждая клятву.       Марк назвал своего ирбисенка – Снежок, за то, что у него была белоснежная шерсть, а Дэни назвал своего Дымок из-за серебристой шерсти.

***

      Обучение в семье Повелителя проходило не менее строго, чем в любой дворянской школе, только вот двух шестилетних близнецов и их ирбисов едва ли можно было назвать примерными учениками.       Уроки начинались рано утром, когда долгие тени ещё тянулись по полу. На столе лежали аккуратные тетради, книги с золотыми обрезами и гусиные перья. Учительница, строгая госпожа Ядвига, с первых минут пыталась навести порядок:       — Доминиэль, Маркиавель, повторяем руны ветра!       Два ирбисёнка, раздув хвосты, с интересом наблюдали за чернильницей. Один — более ловкий — прыгнул на стол, покачнулся и, конечно же, уронил перо прямо в чернила, а второй попытался схватить перо лапкой и поскользнулся, оставив на белой скатерти синие отпечатки.       — Ах! — ахнула госпожа Ядвига. — Немедленно отведите зверят в вольер!       — Они учатся писать, — серьёзно заявил Доминиэль, старательно вытирая пятна со шкуры ирбиса. — Им очень интересно!       — Им интересно только шкодить, — проворчала учительница, но в уголках её губ дрогнула улыбка. — Маркиавель, прочитай отрывок из «Сказания о ветрах».       Марк старательно раскрыл книгу, но тут белоснежный ирбисёнок уткнулся мордой в страницу и смачно зевнул.       — Видишь, тётя Ядвига, он тоже считает, что эта часть скучная, — пожал плечами Марк. — Можно мы прочитаем про летающих котов?       — Про летающих котов в учебнике нет, — строго ответила учительница, — но если вы оба напишете рукопись без клякс — мы устроим урок на свежем воздухе.       Близнецы засияли, а ирбисы, будто понимая, что их ждёт прогулка, радостно затанцевали на месте, путая хвосты и задние лапы.       В саду, где проходила перемена, близнецы не теряли времени зря. Они устроили гонки: кто быстрее пробежит между сугробами, не запутавшись в собственном шарфе. Ирбисята, забыв о всякой дисциплине, носились по снегу, взмахивая крылышками, и разбрасывали снежки лапами.       Когда к ним вышли родители, чтобы проверить, как идут занятия, они увидели: двое сыновей лепят снежную крепость, а два ирбиса лихо карабкаются по башне, сбрасывая сверху снежки на головы поверженных «врагов» — снежных баб, которых мальчики сами же и построили.       — Эти шалости когда-нибудь сведут меня с ума, — улыбнулась Вирида, наблюдая за весёлой ватагой.       — По крайней мере, они точно научатся работать в команде, — заметил Элдон, сдерживая смех.       Не менее весело проходили у них практические занятия.       — Сегодня мы повторяем основы магии воздуха, — строго объявила госпожа Ядвига, выставив на стол свечу. — Доминиэль, задуй пламя не дыханием, а силой мысли.       Доминиэль сосредоточился, нахмурил нос, и в комнате тут же налетел лёгкий вихрь — свеча погасла, а заодно взметнулись вверх страницы учебника, чьим-то волосам досталось несколько перьев, а у Снежка на носу вдруг появился бумажный кораблик.       — Доминиэль! — укоризненно сказала учительница, — контролируй силу!       — Стараюсь, — честно ответил Доминиэль, — просто тут ветер любит шалить…       В этот момент его ирбисёнок Дымок, уловив воздушный поток, подскочил и, ловко приземлившись на стол, слизал остатки молока из чашки.       — Теперь ты, Маркиавель. Покажи, как работает магия грозы, только аккуратно!       Марк сжал кулачки, закрыл глаза, и над его ладонью заискрился крошечный серебряный шарик — миниатюрная грозовая тучка. Она весело потрескивала, а Дымок тут же заинтересовался: встал на задние лапы и попытался лапкой поймать искорку. Шарик щёлкнул — и крошечная молния с тихим «пшшш!» прошла по усам ирбисёнка, который тут же подпрыгнул, а его шерсть встала дыбом.       — Ой! — Марк рассмеялся, а Снежок, увидев «электрического» друга, тут же попытался подуть на него вихрем, чтобы «разгладить» шерсть.       Госпожа Ядвига зажмурилась и со вздохом прошептала:       — О, духи четырёх ветров, дайте мне терпения…       Госпожа Ядвига, их терпеливая наставница, уже давно привыкла к тому, что с появлением близнецов и их белых ирбисов ни один урок не проходит спокойно.       Но шалости были не только на уроках.       Утро в доме Повелителя Элдона редко начиналось тихо. В спальне близнецов сегодня царил настоящий ураган: Дэни, ещё не вставая с постели, вытянул руку и легонько подул — в комнате закружился вихрь, подхватив носки, книги и даже подушку, которая мягко опустилась на голову Марка.       — Доминиэль, опять ты? — недовольно пробормотал Марк, скидывая подушку и щёлкая пальцами. В углу тут же заискрился маленький грозовой шарик, а Снежок и Дымок, их ирбисята, с восторгом подпрыгнули, гоняясь за сверкающими искрами по ковру.       Вскоре весь пол был усеян носками, комочками бумаги и перьями — и только довольные ирбисята катались по ковру, пытаясь поймать ускользающие молнии.       Перед сном шалости не утихали. Дэни создал лёгкое облачко, чтобы укутать Дымка, а Марк устроил над кроватью миниатюрное северное сияние, отчего ирбисята засмотрелись в потолок и уснули, мурлыкая.       — Спокойной ночи, гроза и вихрь, — шепнула мама, целуя сыновей. — Пусть ваши шалости завтра будут хоть чуточку тише…       — Не обещаем, — хором ответили Доминиэль и Маркиавель, и даже во сне оба улыбались, а их ирбисы тихо ворочались, явно видя волшебные сны.

***

      Время шло, близнецы и их питомцы росли. Дэни и Марк учились понимать ирбисов без слов, чувствовать их настроение и мысли. Ирбисы же, в свою очередь, стали для них не просто друзьями, а верными защитниками и проводниками в мир магии и тайн, скрытых в горах.       Марк старший близнец обладал спокойным и уравновешенным характером, он обладал магией грозы. Его движения были плавными и уверенными, как раскаты грома вдалеке, а голос - тихим, но властным, словно шепот ветра перед бурей. Он предпочитал обдумывать свои действия, взвешивая все "за" и "против", прежде чем обрушить на противника всю мощь небесной стихии. Его магия проявлялась в виде мерцающих синих искр, танцующих вокруг его рук, и в ощущении наэлектризованного воздуха, предвещающего скорый удар молнии. Он был надежным и предсказуемым, как смена времен года, и его брат, несмотря на свою полную противоположность, всегда знал, что может на него положиться.       Дэни его младший брат, был полной противоположностью. Обладая магией ветра он был воплощением хаоса и непредсказуемости и мог вызывать бурю в любой момент, даже когда небо было ясным. Их магические способности отражали не только их характеры, но и их отношения друг к другу. Марк всегда стремился к гармонии и порядку, в то время как Дэни, как ветер, стремился к свободе и приключениям.       Но с каждым годом их различия становились все более заметными. Марк стремился к стабильности, мечтая о мире, где все было бы предсказуемо и безопасно. Дэни же искал новые горизонты, его душа жаждала приключений и неожиданных поворотов судьбы. Они часто спорили, и каждый раз, когда их магия сталкивалась, возникали мощные штормы, которые могли разрушить всё на своем пути.       Но, несмотря на все разногласия, их связь оставалась нерушимой. Это была не просто связь братьев, а нечто большее – мистическая связь близнецов, сплетенная из нитей магии и общей судьбы. Они были словно две половинки одного целого, отражающие две стороны одной стихии. Они чувствовали друг друга на расстоянии, понимали без слов, и даже их сны часто переплетались в единое полотно.       И даже девушки у них часто оказывались с похожими именами или с одинаковым цветом волос, словно Вселенная подшучивала над их неразрывной связью. Иногда в порыве шалости они тайно менялись девушками, предварительно изменив цвет глаз. А однажды, под покровом звездного неба, их сердца дрогнули в унисон к одной и той же девушке. И это стало настоящим испытанием для их братской любви. Впервые в жизни они ощутили пропасть, разверзающуюся между ними, и каждый боялся сделать шаг, который мог бы окончательно их разлучить. Но даже эта буря чувств не смогла разорвать их связь. Они решили поговорить с ней вместе, честно рассказав о своих чувствах. Девушка, оказавшаяся в центре их внимания, была не менее поражена. Она призналась, что восхищена их дружбой и тем, как они открыто выражают свои чувства. Что ей было приятно их внимание, но она не готова выбирать между ними. Она смущенно предложила встречаться… втроем.       Предложение повисло в воздухе, словно тонкий хрустальный колокольчик, ожидающий прикосновения. Братья переглянулись, в их глазах отразились смятение, удивление и зарождающееся любопытство. Эта идея была настолько неожиданной, настолько далекой от всего, что они когда-либо представляли, что потребовалось несколько долгих мгновений, чтобы ее осознать.       Наконец, один из братьев робко улыбнулся.       - Втроем? - переспросил он, словно пробуя слово на вкус.       Девушка покраснела, но уверенно кивнула.       - Я вижу, какая между связь, как вы любите друг друга, как цените вашу дружбу. И я не хочу быть причиной ее разрушения. Может быть, мы могли бы… попробовать что-то новое?       Последовало несколько недель, наполненных неловкостью, смехом и экспериментами. Они учились делить свое время, свои чувства, свои объятия. Иногда было сложно, иногда – невероятно странно. Но они всегда возвращались к тому, что их связывало: к искренней любви и уважению друг к другу, и к желанию сохранить свою уникальную связь.       Их связь была подобна сложному танцу стихий. Марк, словно гора, сдерживал порывы ветра Дэни, направляя его энергию в нужное русло. Дэни же, как ветер, разгонял тучи сомнений, окутывавшие Марка, даря ему новые перспективы и вдохновение. Они были двумя сторонами одной медали, двумя половинками целого, и их сила заключалась именно в их различиях.       Их тренировки часто превращались в хаотичные, но захватывающие зрелища. Марк, сдержанно и методично, вызывал разряды молний, стараясь контролировать каждый импульс. Дэни же, с диким смехом, носился по полигону, создавая вихри и торнадо, которые то и дело пытались сбить Марка с ног. Их наставник, старый и мудрый маг, лишь качал головой, наблюдая за их буйством, но в его глазах читалась гордость. Он знал, что именно в этом хаосе рождается истинная сила, сила, способная противостоять любой угрозе.       Но от пророчеств просто так не сбежишь, а судьба, как известно, имеет свойство напоминать о себе в самый неожиданный момент. И этот момент приближался с каждым днем.