Пророчество на скорую руку

      - Ты… ты это серьезно? – выдавил он наконец, чувствуя, как волосы у него встают дыбом. – Брак с обоими братьями? Это вообще возможно? Ни один клан не пойдет на такое. Да и боги… они же просто обратят меня в слизняка за такое кощунство! Водяной усмехнулся, поглаживая свою зеленую бороду.       - Возможно, это и безумно, но подумай сам. Близнецы хотят быть вместе? Хотят поддерживать друг друга? Брак с обоими решит все проблемы! Никто не будет страдать от одиночества или разлуки. Да, это нетрадиционно, да, это шокирует всех. Но если правильно преподнести это как укрепление союза между кланами, как уникальное проявление божественной воли, как исполнение желания ракушки – то кто знает, может, и сработает?       Рель задумался. Идея была безумной, но в ее абсурдности крылась какая-то странная логика. Он снова взглянул на Камень Судеб. В кристалле мелькали новые образы: трое, связанные не узами долга, а узами любви и взаимопонимания. Он увидел радость, сотрудничество, процветание. Риск был огромен, но и потенциальная награда стоила того.       Рель потер переносицу, пытаясь уложить в голове все услышанное. Союз… укрепление кланов… божественная воля… Исполнение желания ракушки, в конце концов! Звучало как бред сумасшедшего, но взгляд на Камень Судеб снова заставил его задуматься. Он всегда верил пророчествам, а кристалл не показывал ни горя, ни разрухи, лишь странное, непривычное, но удивительно теплое единение.       - И как ты себе это представляешь? – спросил Рель, стараясь сохранить деловой тон, хотя внутри все еще бушевал ураган. – Пойдут ли они на такое? Что скажет их мать? Она же скорее проклянет меня до седьмого колена, чем согласится на подобное безобразие.       Водяной хмыкнул и пожал плечами.       - А то, что ты вступаешь в брак с мужиком тебя никак не смущает? А тут всего то лишь два мужика.       Рель нахмурился.       - Мой брак – это политический союз, необходимость. А это… это безумие чистой воды. Но, признаюсь, безумие, которое, возможно, решит проблему. Ладно, допустим, теоретически это возможно. Но как убедить их? Как убедить кланы? Богов? И, самое главное, как убедить их бабку, эту фурию Амату, которая способна взглядом испепелить целую рощу?       Водяной засмеялся, похлопывая Реля по плечу.       - Не стоит недооценивать силу дипломатии и правильно поданной истории. Во-первых, близнецы. Узнай их желания, их мечты. Покажи им, что это решение позволит им быть вместе, не жертвуя ничем. Во-вторых, кланы. Подчеркни, что союз с двумя представителями правящего клана – это вдвойне выгодно, это вдвойне укрепляет позиции. Намекни на уникальность этого союза, на божественное благословение. В-третьих, боги. Сошлитесь на волю ракушки, на ее исполнение желаний. Всегда можно истолковать знаки в свою пользу, надо лишь знать, как.       Рель задумался, переваривая слова Водяного.       - Кстати, есть еще кое-что – хмыкнул Водяной – Когда эта сладкая парочка Квасур и Переплут пробегали тут мимо, они обсуждали какое-то пророчество. И знаешь оно очень похоже на вашу ситуацию.       - Что еще за пророчество? – заинтересовался Рель.       - Толком не понял, но про какие-то багровые реки, странный и противоестественный союз, игрушки Богов… Ну короче все как у вас – подмигнул ему Водяной.       - Погоди… – задумчиво проговорил Рель – Когда я был маленьким отец тоже упоминал что-то такое.       - Ну вот видишь! Все сходится – обрадовался Водяной.       - Ладно, с чего начать? – пробормотал Рель, чувствуя, как в голове постепенно проясняется. – С близнецов, это понятно. Нужно понять, насколько они готовы к подобному повороту событий. Может, для них это вообще неприемлемо.       Водяной кивнул, указывая на Камень Судеб.       - Используй камень, чтобы увидеть их реакцию. Представь, как ты предлагаешь им этот вариант, и посмотри, что покажет кристалл. Это поможет тебе подготовиться к разговору, понять, какие доводы будут наиболее убедительными. И помни, будь осторожен. Не стоит сразу выкладывать все карты на стол. Начни с намеков, с зондирования почвы. Выясни, насколько они открыты к нестандартным решениям.       Рель снова взял камень в руки, сосредоточившись на образах братьев. В кристалле появились картины: двое близнецов в постели с одной девушкой, а затем переключился на него и близнецов, показал их удивление, замешательство, отторжение, но в то же время… незримое любопытство. Он увидел, как они переглядываются, обмениваясь мыслями, словно читая друг друга. В их глазах мелькнула искра надежды, робкой и неуверенной, но все же надежды. Камень Судеб показал неприятие и страх, но он также показал возможность. Возможность счастья, пусть и заключенную в необычной форме.       Рель выдохнул. Камень подтвердил его догадки. Это будет непросто, но не невозможно. Близнецы, судя по всему, не до конца отвергали подобную мысль. Значит, есть шанс.       - Хорошо, – сказал Рель, вернув камень Водяному. – Начну с близнецов. Поговорю с ними, попытаюсь понять их истинные желания. А потом… потом буду думать, как всех убедить в свадьбе на троих.       Водяной одобрительно кивнул.       - Вот и отлично! Главное - верить в себя и в свой план. И помни, я всегда готов помочь советом или делом.       - Первым делом надо убедить самих близнецов в этом – задумался Рель.       - А чего тут голову ломать? Ты ж видел, что тройнички им не чужды – захохотал Водяной – Тащи их в койку и там убеждай всеми способами.       Охотник густо покраснел, представив их обнаженных втроем в одной кровати занимающихся…       Рель поморщился. Идея Водяного была, конечно, заманчивой, но совершенно не в его стиле. Он предпочитал действовать деликатно и осознанно, а не брать напором. К тому же, он не был уверен, что близнецы готовы к такому развитию событий. Нужно было действовать постепенно, чтобы не спугнуть их.       – Не думаю, что это лучший вариант, – ответил Рель, стараясь скрыть смущение. – Я хочу, чтобы это было их осознанное решение, а не результат манипуляций.       Водяной пожал плечами. Он знал, что Рель упрям, и переубедить его будет сложно. Тем более, в таких деликатных вопросах.       - Я же не говорю, что сразу обоих – хмыкнул он – Ты их по одному соблазняй. Сначала одного, а потом другого.       - Соблазняй… Легко сказать – сконфуженно фыркнул Рель – Они ведь всегда с девушками были, а не с парнями… Да и я тоже…       Рель на мгновение замолчал, уставившись в одну точку. Мысль о соблазнении мужчин казалась ему чем-то совершенно новым и неизведанным. Он никогда не рассматривал такую возможность, и от этого его бросало то в жар, то в холод. Как вообще подступиться к этому? С чего начать? Какие слова подобрать?       - Да ладно тебе, – усмехнулся Водяной, заметив смятение Реля. – Что ты, соблазнить ни разу никого не мог? Или с девушками тоже только в шахматы играл? Главное – уверенность в себе и немного обаяния. Ну и, конечно, знание их предпочтений. Понаблюдай за ними, прислушайся к их разговорам. Узнай, что им нравится, что их привлекает. А дальше – дело техники.       Рель вздохнул. Советы Водяного звучали просто, но на практике все могло оказаться гораздо сложнее. Он понимал, что ему придется выйти из зоны комфорта, сломать собственные стереотипы и предрассудки. Но ради общей цели он был готов на многое.       - Открою тебе страшную тайну, парни от девок только наличием писюна между ног отличаются – Водяной подмигнул, отхлебывая из кружки мутноватую жидкость, отдававшую тиной и чем-то травяным. – Хочешь рыбку поймать – насаживай на крючок то, что она любит, а не то, что ты сам жрать привык. В общем, уяснил? Все мы люди, Рель. И у всех нас есть слабости. Кто-то любит комплименты, кто-то – силу и напористость, а кто-то – просто доброе слово и понимание.       - Ладно, – сказал Рель, собравшись с духом. – Попробую. Но если все пойдет не так, винить буду тебя.       Водяной весело рассмеялся, похлопывая Реля по спине.       - Не волнуйся, все получится! Главное, верь в себя и не бойся экспериментировать. И помни, в любви, как и на войне, все средства хороши!       Рель кивнул, стараясь впитать каждое слово Водяного. Экспериментировать… Эта мысль одновременно пугала и возбуждала его. Он всегда был прямолинейным и честным, и мысль об использовании каких-то уловок казалась ему чем-то чуждым. Но Водяной был прав – иногда для достижения цели необходимо выходить за рамки привычного.       - С чего мне начать? – спросил Рель, чувствуя себя полным профаном в этом деле. – Как понять, что им нравится?       Водяной хитро улыбнулся.       - Начни с малого. Не обязательно сразу бросаться в омут с головой. Просто будь внимателен к деталям. Заметь, как они одеваются, какие темы обсуждают, как реагируют на разные ситуации. Попробуй завести непринужденный разговор, задавай вопросы, слушай внимательно ответы. И главное – будь искренним. Люди чувствуют фальшь, – посоветовал Водяной – Господи, ну не мне учить тебя дипломатии. Ты же наследник Князя Талэана, забыл, что ли?       Рель задумался. Советы звучали разумно, но ему все равно казалось, что чего-то не хватает. Он не был прирожденным соблазнителем, в нем не было этой искры, этого природного очарования, которое так легко давалось другим. Но он был готов учиться. Он был готов измениться, чтобы достичь своей цели.       - Спасибо, – сказал Рель, вновь обретая уверенность в себе. – Я попробую.       - Удачи тебе, Рель! Тебя ждет непростой путь, но, возможно, он приведет тебя к величайшему благу.       Рель улыбнулся. Он знал, что его ждет сложный и тернистый путь. Но теперь у него была надежда, а вместе с ней и решимость. В конце концов, кто сказал, что любовь должна быть простой и предсказуемой?       Рель и Водяной какое-то время молча сидели рядышком, каждый думая о своем. Вдруг       Водяной встрепенулся, стукнул себя по лбу.       - Погоди-ка маленько, есть у меня одна вещичка, думаю она тебя ждет именно тебя – сказал он и нырнул на дно озера.       В ожидании друга Охотник помыл котелок, залил костер водой и стал собирать вещи в сумку.       Через несколько минут поверхность озера зарябила, и Водяной вынырнул, держа в руке странный предмет. Это было кольцо-артефакт, сложенное из трёх переплетённых серебряных обручей с едва заметными рунами. На первый взгляд оно казалось всего лишь причудливым украшением, но тонкая вязь рун и едва заметное свечение выдавали в нём нечто большее.       Водяной протянул кольцо Релю.       – Возьми, примерь. Чувствую, тебе оно к лицу. Говорят, будто оно выбирает себе хозяина само.       Рель взял кольцо в руки. Металл был на удивление теплым, словно хранил в себе частичку солнца. Он надел его на палец, удивляясь, как идеально оно подошло по размеру. В тот же миг кольцо вспыхнуло мягким светом, руны на нем засияли ярче, и Рель почувствовал, как его наполняет неведомая энергия.       - Ну что, как ощущения? – с любопытством спросил Водяной.       - Странные… Как будто оно зовет кого-то – задумчиво произнес Рель внимательно разглядывая кольцо.       Оно казалось одновременно лёгким и тяжёлым, как груз чужих судеб. Три неразделимых обруча перекатывались между пальцами, будто в них запутались чьи-то жизни, и кольцо тихо звенело при каждом движении. Рель попытался их разъединить, но обручи словно приросли друг к другу, образовав единое целое.       - Не пытайся, – усмехнулся Водяной. – Это кольцо не для того, чтобы его ломать. Оно для того, чтобы соединять. Говорят, оно помогает найти истинную любовь, даже если она кажется невозможной.       Рель молча кивнул, разглядывая кольцо. А Водяной в задумчивости глядя на кольцо продолжил:       - Говорят, что у Богини Милорады было похожее кольцо. И когда она выходила замуж у алтаря оно распалось на мелкие части…       Рель поднял взгляд на Водяного, заинтересованный рассказом.       - И что стало с этими частями кольца?       Водяной пожал плечами.       - Легенды разнятся. Одни говорят, что осколки кольца рассыпались по свету, и теперь каждая пара должна найти свой осколок, чтобы обрести счастье. Другие утверждают, что кольцо вновь собралось воедино, но увидеть его может лишь тот, кто действительно достоин любви. А может, это просто сказки для наивных душ.       - А Богиня? Что стало с ней?       – Милорада? Ох, тут тоже много разных версий. Говорят, что она покинула этот мир, разочаровавшись в любви. Или, наоборот, обрела свое счастье где-то далеко, за пределами нашего понимания. А кто-то говорит, что она спустилась в мир людей и бродит среди них, чтобы помогать тем, кто ищет свою вторую половинку. Кто знает? Боги, они такие непредсказуемые.       Он усмехнулся, но Рель заметил в его глазах искорку грусти. Водяной явно знал больше, чем говорил. Рель вновь посмотрел на кольцо на своей руке. Оно по-прежнему светилось мягким светом, словно призывая его к чему-то. Он не знал, что это за зов, но чувствовал, что его жизнь уже никогда не будет прежней.       - В любом случае, – продолжил Водяной, отвлекая Реля от размышлений, – теперь это твое кольцо. Используй его с умом. И помни: любовь – это не только величайшая сила, но и величайшая ответственность.       - Ты любил ее? – внезапно спросил Рель глядя на друга.       Водяной замер, словно его застали врасплох. На его лице промелькнула тень, и взгляд на мгновение стал отстраненным, словно он погрузился в далекое прошлое. Он долго молчал, глядя куда-то вдаль, поверх озера, и Рель уже начал сомневаться, ответит ли он вообще.       - Любил ли я ее? – наконец произнес Водяной тихо, словно разговаривая сам с собой. – Любовь… это сложное понятие, Рель. Для меня, существа иного мира, она принимает иные формы. Я любил ее не так, как любят люди. Я любил ее как часть этого мира, как отражение света луны в тихой воде, как шелест камышей на ветру.       Он вздохнул и посмотрел прямо в глаза Релю. В его взгляде была печаль и одновременно какая-то мудрость, которую можно было обрести только прожив долгую жизнь.       – Кто она, Рель… А я… кто я? И эта разница всегда была между нами, как невидимая стена. Я мог дарить ей свою любовь, но не мог разделить с ней свою жизнь.       Водяной снова замолчал, и Рель не стал его торопить. Он понимал, что эта тема для его друга болезненна и что Водяной делится с ним чем-то очень личным. В воздухе повисла тишина, нарушаемая лишь плеском волн и криками пролетающих птиц. Рель сжал кольцо на пальце, чувствуя его тепло и странную энергию, и подумал о том, что, возможно, и ему предстоит столкнуться с подобными трудностями на пути к своей любви.       Рель молча кивнул, переваривая слова Водяного. Он чувствовал, что за этими метафорами скрывается глубокая личная трагедия, и не стал настаивать на подробностях. Вместо этого он решил сменить тему, надеясь отвлечь друга от грустных воспоминаний.       – А что это за руны на кольце? Ты знаешь, что они означают? – спросил Рель, внимательно рассматривая переплетенные обручи.       Водяной нахмурился, словно пытаясь вспомнить что-то забытое.       - Руны… это древний язык, язык самой природы. Каждая линия, каждая закорючка имеет свой смысл, свою силу. Но я не знаю, что именно означают эти руны. Говорят, что кольцо открывает свой секрет только тому, кто действительно готов к любви. Возможно, со временем ты сам поймешь их значение. Или… может быть, они укажут тебе путь к тому, кто сможет их прочитать.       Рель вновь взглянул на кольцо. Его свет казался теперь более приглушенным, словно оно ждало своего часа. Он чувствовал, что это не просто украшение, а ключ к чему-то большему, к какой-то важной части его судьбы. Он поблагодарил Водяного за подарок и пообещал использовать его с умом. Водяной улыбнулся в ответ, и Рель почувствовал, что напряжение между ними немного спало. Они еще немного поболтали о разных пустяках, прежде чем Рель решил поехать дальше.       Ночью, остановившись у костра на опушке, Охотник снова достал кольцо и разглядел на внутренней стороне едва заметные руны. Они светились в темноте мягким серебристым светом — и лишь на миг ему показалось, что кольца чуть дрогнули, будто пытаясь повернуться друг к другу.       - Милорада… — пробормотал он, задумчиво смотря в пламя. Он много слышал про нее, но никогда не видел.       «Кто она, Рель. А я… кто я? И эта разница всегда была между нами, как невидимая стена. Я мог дарить ей свою любовь, но не мог разделить с ней свою жизнь» - эти слова Водяного никак не уходили из головы Реля.       Засыпая под мерное потрескивание костра, Рель все еще держал кольцо в руке. Ему снились извилистые руны, переплетающиеся в причудливые узоры, и голос Водяного, полный печали и мудрости. Во сне он видел себя идущим по незнакомой дороге, а впереди маячил туманный силуэт, манящий его за собой.       Много веков назад, когда мир был молод и боги ходили по земле, Водяной был юным духом озера, полным сил и любопытства. Однажды на берег его владений пришла Милорада, богиня любви и красоты. Ее смех звенел, как ручьи, а взгляд был полон нежности. Она искала уединения, чтобы отдохнуть от мирской суеты, и озеро Водяного показалось ей идеальным местом.       Милорада была воплощением весны. Ее волосы, цвета спелой пшеницы, ниспадали мягкими волнами до пояса, переливаясь золотом в лучах солнца. В них неизменно были вплетены полевые цветы, словно она сама была частью цветущего луга. Глаза её, глубокие и синие, как летнее небо, искрились весельем и добротой. В них отражалась сама любовь, способная растопить даже самое холодное сердце. Кожа её, словно лепесток розы, была нежной и бархатистой, а румянец на щеках придавал ей юный и свежий вид.       Одета Милорада была в легкое, струящееся платье из тончайшего льна, словно сотканного из лунного света. Платье мягко облегало её стройную фигуру, подчеркивая грацию и изящество. На ногах её не было обуви, лишь следы от росы, словно благословение земли.       Водяной был очарован Милорадой. Он показывал ей самые красивые уголки озера, рассказывал о тайнах глубин, дарил самые прекрасные цветы, что росли на берегах. Милорада отвечала ему улыбкой и вниманием, и Водяной чувствовал, что влюбляется в нее все сильнее. Но он понимал, что между ними огромная пропасть. Он - дух, привязанный к озеру, она - богиня, властвующая над сердцами.       Она садилась на берегу, свесив ноги в воду, и рассказывала ему о мире людей, о их радостях и печалях, о любви и ненависти. Он слушал, завороженный, очарованный ее красотой и чистотой. Водяной помнил ее смех, словно звон колокольчиков, разносящийся над гладью озера. Он видел, как она растет, как расцветает, словно прекрасный цветок. И он, юный дух озера, не мог не полюбить ее, богиню любви, искренне и самоотверженно.       Но их миры были слишком разными. Она – светлая богиня, несущая любовь и радость смертным. Он – хранитель вод, одинокий и отчужденный. Он понимал, что их любовь невозможна, что он не может предложить ей то, чего она заслуживает. Он не мог покинуть свое озеро, а она не могла оставить свой народ. Между ними лежала пропасть, которую невозможно было преодолеть.       Милорада тоже полюбила Водяного и однажды призналась ему в своих чувствах. Ее глаза, обычно сияющие радостью, наполнились слезами, когда она протянула к нему руку, а он отступил от нее, как от огня.       "Милорада, ты – богиня, свет, надежда для людей. Я – лишь дух, привязанный к этому озеру, к его тине и глубинам. Я не могу дать тебе то, чего ты достойна. Ты заслуживаешь большего, чем одиночество на берегу со мной."       Ее лицо исказилось от боли.       "Но я люблю тебя, Водяной! Мне не нужны дворцы и поклонение. Мне нужен ты, твой голос, твои рассказы, твоя любовь!"       Он опустил голову, не в силах смотреть в ее полные отчаяния глаза.       "Именно потому, что я люблю тебя, я должен отпустить тебя. Твоя любовь – это дар, который я не могу принять. Он погубит тебя, привяжет к этому месту, лишит тебя свободы." Милорада зарыдала, ее плечи затряслись. Она упала на колени, словно сломленная тростинка. Водяной чувствовал, как его сердце разрывается на части, но он оставался непоколебим. Он знал, что это единственный способ защитить ее, сохранить ее свет.       "Уходи, Милорада," - прошептал он, его голос дрожал от боли. – "Забудь меня. Найди того, кто сможет дать тебе то, чего я не могу."       Когда Милорада покинула озеро, то она подарила Водяному кольцо – символ их невозможной любви. Кольцо состояло из трех обручей, переплетенных навеки, как их судьбы.       В день ее свадьбы, когда она стояла у алтаря, готовая связать свою жизнь с другим, сердце Водяного разрывалось от боли. Он знал, что это правильный выбор, что она будет счастлива. Но он не мог сдержать слез, и его слезы превратились в бурю. Озеро взбушевалось, волны бились о берег, словно оплакивая их потерянную любовь.       Но у алтаря, в день ее свадьбы с другим богом, кольцо которое ей одели на палец рассыпалось на осколки... Высшие силы не приняли их союз… Милорада вздрогнула. Осколки кольца, словно ледяные иглы, впились ей в кожу. В зале воцарилась тишина, нарушаемая лишь испуганными шепотами. Она посмотрела на жениха – его лицо было искажено гневом и недоумением. Милорада знала, что это знак, посланный свыше. Знак, что ее сердце принадлежит другому, что ее судьба неразрывно связана с тем, кто отверг ее.       Милорада отшатнулась от алтаря, сбросив с себя навязанное судьбой бремя. В ее глазах больше не было слез – лишь решимость и отблеск той самой, чистой любви, что жила в ее сердце. Она сорвала с головы венок, усыпанный драгоценными камнями, и бросила его к ногам ошеломленного жениха.       "Прости меня," – прошептала она, и, развернувшись, выбежала из зала, словно птица, выпущенная на волю.       Она не могла в тот момент вернуться к Водяному. Не сразу. Ей нужно было время, чтобы исцелить нанесенные раны. И она скрылась на земле затерявшись среди людей. Она скиталась по миру, помогая смертным, утешая страждущих, сея семена любви и надежды. В каждом ручье, в каждой росинке, в каждом дуновении ветра она искала его отражение, его голос, его присутствие.       Милорада стала тенью былой себя. Золото волос потускнело, словно солнце скрылось за облаками, а полевые цветы увяли, потеряв свою яркость. В глазах, некогда сияющих радостью, поселилась печаль, глубокая и бездонная, как омут. Платье, сотканное из лунного света, превратилось в лохмотья, испачканные землей и слезами.       И хотя сердце Милорады было разбито, она не потеряла веру в любовь. Она продолжала скитаться по земле, неся в себе свет и надежду, ожидая того дня, когда ее собственное сердце вновь наполнится любовью и радостью. Она мечтала о том, чтобы снова излучать радость и счастье, чтобы ее глаза снова засияли, а волосы вновь наполнились золотым светом.       Она верила и ждала… Ждала пока он осознает, что любовь – это не слабость, а сила. Что она может преобразить мир, сделать его лучше, светлее. Что она не требует жертв, а дарит крылья.       А Водяной…Он остался один, в своем тихом озере, храня в памяти ее образ и ее слова. Водяной хранил воспоминания о Милораде в своем сердце, как драгоценное сокровище. Он знал, что их любовь была обречена, но это не мешало ему любить ее всем своим существом. Он стал мудрее и печальнее, но никогда не забывал о той богине, которая однажды осветила его мир своей любовью.       Водяной наблюдал за ней издалека. Он видел ее страдания, ее сострадание, ее неугасающую любовь. Он понимал, что его гордость и страх лишили их обоих счастья. Что он, стремясь защитить ее, на самом деле обрек ее на муки.       Ему было стыдно признаться в своей слабости, стыдно признаться, что он боялся не за нее, а за себя. Боялся, что не сможет соответствовать ее божественной природе, боялся, что его любовь окажется недостаточно сильной, чтобы удержать ее рядом.       И теперь, глядя на Реля с кольцом Милорады, он надеялся, что юноше удастся найти то, что не удалось ему – истинную и вечную любовь.       Утром Рель проснулся с ощущением, что сон был не случайным. Кольцо на его пальце словно стало теплее, а руны на нем казались более четкими. Он чувствовал, что должен разгадать их тайну, чтобы понять, куда ему двигаться дальше.       Рель поднялся, разминая затекшие мышцы. Лес вокруг был тих и спокоен, лишь птицы перекликались в кронах деревьев. Обрывки сна все еще крутились в голове, как осколки разбитого зеркала, отражая смутные образы и шепоты. Рель подошел к небольшому ручью, гладь которого отражала утреннее небо. Он опустил руку в прохладную воду, позволяя ей смыть остатки сна.       Что же, грустную историю Водяного и Милорады он отложит на потом, сейчас надо разобраться со своей личной жизнью. А для этого ему надо попасть в Китеж-град. Собрав свой нехитрый скарб, Рель двинулся в путь.