Цена вечности

Когда-то давным-давно Матерь Жизни создала двух братьев: Шепфа и Шепфамалума. Один управлял светом, другой – тьмой, тогда как она продолжала править жизнью и смертью. Братья крепли с каждым днём. Однажды им тоже стало недостаточно лишь следовать за Матерью, и тогда они просили у неё разрешение создать свой мир. И пусть он будет мал и ничтожен по сравнению со всей Вселенной, но станет их детищем. Матерь Жизни не могла им отказать, ведь сама когда-то сама испытывала подобное желание. Братья создали Землю. На ней особенно ярко чувствовались противостояние добра и зла, тьмы и света, таких же полярных, как были Шепфа и Шепфамалум. Самых первых существ, в которых братья вздохнули жизнь, звали Ашера и Амара. Жизнерадостная Ашера озаряла своим светом мир. Её любили ангелы и люди, а к её мнению прислушивался сам Шепфа. Её противоположностью была гордая и эксцентричная Амара. Дочь бога тьмы вносила хаос в жизни бессмертных и людей. Обе богини поддерживали равновесие в мире. Когда грянула первая война бессмертных, обе богини были вынуждены сражаться друг против друга. Обе сражались на равных, но в конце концов обе пали. С их гибелью баланс миров был нарушен и появилась… скверна. Скверна не щадила никого – ни бессмертных, ни людей, ни животных. Она проникала через глаза и разрушала живых существ изнутри. Лечение от неё не существовало. Однако хворь исчезла столь же внезапно, как и появилась. Шепфа собрал то, что осталось от Ашеры и Амары, и поместил на чаши весов. Он доверил первородному ангелу Тарнаэлю следить за равновесием, заточив того в бездне Рая. С тех пор каждый поступок – добрый или злой – отражался на теле ангела. Так продолжалось и до сих пор, пока всё не изменилось… *** Витиеватая дорога уходила вдаль, рассеиваясь в пространстве постепенно, крупица за крупицей, как сыплется песок сквозь пальцы. Лилим осторожно преступила врата Рая и озиралась вокруг. Когда-то здесь обитал Шепфа. Теперь бога света нет, оставалась лишь пустота, и это всё что от него осталось. С приходом Шепфамалума, мир изменился. «Я что ли нахожусь в Эдеме?» Дорога менялась с каждым шагом: то зернистая, сухая, будто из-под ног ускользал песок, то мягкая, лёгкая, словно бессмертная касалась облаков. Вдруг ступня ушла в пустоту. Лилим резко замерла. Под ней зияла чёрная брешь, за которой простиралась бескрайнее космическое безмолвие. Пустота… такая бездонная, как всё вокруг. Бессмертная хотела расправить крылья, но тропа сомкнулась вновь. Всё в этом изломанном пространстве искажалось и менялось. То появлялась словно из ниоткуда, то исчезало, будто Лилим отходила так далеко, что свет не успевал дотянутся. Всё здесь жило вне времени. Казалось, нефалем сама становилась частью этой непонятной реальности. Впереди показался ангел. Он сидел у подножья треснувшей каменной арки, упершись локтями на колени. Плечи его поникли, босые ноги прижимались к белоснежному полу, раскрытые пальцы рук дрожали. Перед ним стоял круглый постамент с весами. Одна чаша весов с белой жижей находилась вверху, а вторая переполненная черной жижей висела внизу. Стоило Лилим приблизиться, ангел посмотрел на неё, пронзая своими прозрачно-голубыми глазами. Нефалем замерла и не могла поверить своим глазам. Перед ней был перворожденный ангел Тарнаэль – Носитель Равновесия. - Я ждал тебя, Лилим, – тихо произнес Тарнаэль. - Эм… Я… - Лилим замялась не зная, что ответить. Тарнаэль согнулся, распираемый приступом кашля. Вся его кожа была покрыта струпьями. Местами видны были раны, из которых сочилось чёрная вязкая жижа, смешанная с кровью. Эта жижа буквально высасывала из него все жизненные силы, оставляя пустую оболочку. - Что с вами? – обеспокоенно спросила Лилим у Тариниэля. - Я умираю, дитя, - ответил тот. - Но кто будет следить за равновесием? – ошарашенно спросила Лилим. - Тебе предстоит найти новую хранительницу равновесия в Чистилище. - Но как? - Ты её узнаешь. Вокруг начал собираться густой туман. Он окутывал собой всё пространство, скрывая за собой арку и весы равновесия. Образ Тарнаэля дрогнул, растворился, пока не исчез полностью. Все начало меркнуть и светлеть. Вскоре виденье исчезло и… *** Лилим проснулась, жадно глотая воздух ртом. Всё тело тряслось, будто от кошмара. Но стоило её взглянуть на улицу, как город за окном показался спокойным не подвижным. Несмотря на то, что давним давно должен быть рассвет, небо было по-прежнему оставалось тёмным. Нефалем перевернулась на бок, и взгляд задержался на тёмно-каштановой прядке, упавшей на такое хмурое во сне лицо Пилеона. Лилим усмехнулась и запустила пальцы в его волосы. Не просыпаясь, он перехватил её руку и опустил на подушку. - Спи. Ещё рано… - сонно пробормотал демон. - Привычка… Сегодня сочельник, - улыбнулась ему Лилим. - Неужели? – удивился Пилеон. – Как быстро летит время. Кажется, что ещё вчера мы вернулись на Небеса. - Ага… Мне ещё на собрание идти. - Не надоело слушать вечную ругань Мамона и Фенцио? - Ты не представляешь, как надоело. Но я должна предоставить доклад Эрагону. - Понимаю. Лилим взглянула Пилеона. Кто бы мог подумать, что он сможет добиться хоть каких-то высот на службе? Но благодаря своей напористости он смог добиться звания архидемона. К новому статусу демон отнёсся со всей серьёзностью. - Давай собираться, - Лилим потянулась к своей одежде. - А может, ну его? - Пилеон перехватил девушку и тут же притянул её к себе. - И что ты предлагаешь? - То ты не знаешь… - демон сжал бедро девушки. Лилим зависла на миг, не понимая, к чему он клонит. Но затем до неё наконец дошло. Нефалем усмехнулась, притянула к себе Пилеона и поцеловала. Глаза демона загорелись красным, и он довольно заурчал. Оба настолько увлеклись друг другом, что не заметили, как дверь со скрипом отворилась и в комнату вошла Ребекка. - Прикрылись бы! - Надо стучатся, – Лилим спешно натянула на себя одеяло. - Ну уж простите! – хмыкнула Ребекка. – Собирайтесь. - Сегодня сокращённый рабочий день, - Пилеон потянулся за штанами. - Но это не означает, что нужно отлынивать, - Ребекка развернула и вышла. - Жду вас на завтраке! - Бабушка сорвала наш «коварный» план по заведению правнуков, – сказала полушепотом Лилим. Пилеон тихо рассмеялся. - Я все слышала! – отозвалась Ребекка из коридора. *** Штаб Ордена. Несколько часов спустя… Голоса на перебой спорящих о чём-то слились в неразборчивый бубнёж. Лилим поморщилась и упала в кресло. К счастью, на её опоздание никто не обратил внимание. Эрагон сидел за столом, склонившись над картами. Амикус, его ворон, по обыкновению, сидел на плече. Ребекка стояла рядом, удерживая край карты. - Прошло четыреста лет, Эрагон. Четыреста! – Мамон ударил по столу кулаком, древесина затрещала от такой силы. – Не в моём духе отсиживаться! - И что ты представляешь? - Ребекка поджала губы. - Нас не так много, но кровь у нас горяча! - начал говорить Мамон. - Шепфамалум думает, что мы не хотим войны и просто отсиживаемся. Чёрт бы его побрал, он считает нас трусами! - Так тебе важно, что о тебе думает бог тьмы? - усмехнулся Фенцио. - Что это, родственная привязанность? - Diablo tu en figito. Эрагон, позволь мне вырвать ему язык! - демон с возмущением обратился к верховному серафиму.  - Если вступим в открытый бой - проиграем, и ты это знаешь, - напомнил престол. - Ещё немного, и он окрепнет, а затем перебьёт всех, кто не на его стороне, - не унимался демон жадности. - Тогда поздно будет о чём-то говорить. Он не даёт вторых шансов. «Я согласна с обоими. Нужно действовать, но осторожнее.» Эрагон молчал. Серафим чертил что-то на краю карты, будто не слушал. Затем поднял глаза на Лилим. Нефалем съёжилась, вжалась в кресло, понадеявшись, что о ней не вспомнят. Верховный, помолчав пару секунд, спросил: - Есть какие-то новости с Земли? - Да, есть… - ответила Лилим и выровняла спину. – Я видела виденье. Оно связано с Тарнаэлем. - Оставьте нас, - Эрагон отложил перо. Лилим вытерла вспотевшие ладони о подлокотники. Уходя, Мамон выругался на демоническом языке. Ребекка, прежде чем выйти, сжала плечо внучки. Фенцио даже не удостоил взглядом. Когда дверь за ними закрылась, Эрагон велел: - Говори. - Мне в видении явился Тараниэль. - Что он говорил? - Он сказал, что мне нужно найти новую хранительницу равновесия в Чистилище. И то, что я как-то её узнаю. - И кто это может быть? - Даже и не знаю. Хотя… - Лилим задумалась. – У меня было похожее ведение. - Можешь вспомнить, что ты конкретно видела? - В видении я бродила по лесу, пока не вышла к озеру. Там я увидела маму. Она просила меня найти её в Чистилище, - Лилим нахмурилась. – Но я понять не могу: как связаны мама, Тарнаэль, новая хранительница равновесия и Чистилище? - Хм… Пришло время тебе узнать правду, Лилим! - тяжело вздохнул Эрагон. -?! – Лилим непонимающе уставилась на серафима. - Четыреста лет назад я отправил твою мать к Тарнаэлю. После того как она вернулась сама не своя. Но после следующей вылазки она пропала. Её поиски не увенчались успехом. Мы обыскали всё. Даже в Небытие с помощью Морты заглянули. Она словно сквозь землю провалилась. - Ты думаешь, что она может находится в Чистилище? - Других вариантов нет. - А как мы попадём в Чистилище? - Тебе нужно встретить его хранителя или лицо, связанное с ним. - Это может быть кто угодно. - Возможно тебе повезёт и ты с ним столкнёшься, - Эрагон достал конверт. - Одному из крылолётчиков удалось вырваться из плена. С письмом от архангела Микаэля. - И что он написал? – спросила Лилим. - Хочет обменятся пленными, - ответил Эрагон. - Что с крылолётчиком? - Его сознание было настолько изувечено, что пришлось его умертвить чтобы не мучался. Лилим промолчала, пытаясь обдумать услышанное. Она вспоминала о Мими, которая прошла нечто подобное. В отличии от клылолётчика, демоница доказала свою преданность Ордену. Но прежнего доверия к ней уже нет. Оказаться в подобной ситуации – врагу не пожелаешь. - Если они что-то выкинут против нас, то об обмене пленными не может быть и речи. - Разумное решение, - Эрагон улыбнулся ей. - Можешь идти. - Встретимся на празднике. Нефалем покинула зал заседаний. Хоть внешне она была спокойна, но внутри неё бушевала буря. Её терзало дурное предчувствие. Сперва видение, теперь это письмо. Все вело к тому, что холодная война может перейти в стадию горячей. «Эрагон вроде говорил, что остров Артис защищен от приспешников Шепфамалума… Как же это знакомо!» - размышляла про себя Лилим. – «В Оксфорде район тоже зачищали от отродий и зараженных. Но твари все равно вернулись…» Бессмертная вышла на летную площадку. Дул слабый ветер –можно отправляться в путь. Расправив свои крылья, девушка направилась в сторону горы Вокс-Шепфа. «За одно навещу Лимос и Тана…» *** Гора Вокс-Шепфа. Некоторое время спустя… Лилим сидела на краю, глядя на изрезанными хребтами острова. Ветер трепал её волосы, от чего они лезли в глаза. Девушка поправила их. Присев на траве, она продолжила любоваться видом. Она вспомнила старую легенду, связанную с горой. По легенде, прежде чем навсегда уйти в Эдем, Шепфа появился здесь в последний раз и больше не вмешивался напрямую в жизнь своих детей. Случилось это после его войны с Шепфамалумом. Он обратился к своим детям, возвещая благую весть: зло по повержено, отныне наступает мир и гармония. Для своей речи светлый бог выбрал самую высокую точку Небес, чтобы его слышали и видели в каждом уголке мира бессмертных. Позади послышалось тихое лошадиное ржание. Лилим бросила взгляд на коней Всадников. Внешне они походили на обычный табун лошадей, хотя, по сути, были грозным оружием. Белая кобыла Чумы, Зелос, носилась по полю вместе с рыжим конём Войны – Агриосом. Вороной конь Голода, Ситис, спокойно щепал траву. Бледный конь Смерти, Мор, следил за порядком. Лошади были словно отражением своих хозяев. - Все ещё переживаешь о Яне? – спросила Лилим у присевшей рядом Лимос. - Да, - кивнула та и протянула кусок мандаринового пирога. - Спасибо, – поблагодарила Лилим, взяв угощение и надкусила. - Как там остальные? - Все готовиться к празднику, - ответила Лилим, жуя пирог. – Знаешь… С момента нашего возращения сюда, я много думала о произошедшем. Такое впечатление, что история с Баалом была прелюдией перед чем-то. - Есть такое. Обе продолжили сидеть в молчании. Каждая думала о своем. Но в одном они сходились. Они жаждали покоя и хоть какой-то стабильности в жизни. Но эти простые желания казались не осуществимы. Девушки не заметили, как к ним подошел Танатос. - Пирогами балуетесь? – Танатос сел рядом с ними. - Ага, - Лимос протянула брату кусок пирога. - Твой отец что-то решил на счет помощи Ордену? - Он сказал, что ему нужно подумать, - ответил Танатос, жуя пирог. - Главное, что бы он не тянул с решением. Над нами висит серьезная угроза обнаружения. Это затронет и вас в том числе. - Дело не в нерешительности отца. Возращения сил дело не быстрое. - Понимаю. Без своего оружия Всадники ослабли. Но со временем сила начала постепенно возвращаться к ним. От части этому поспособствовал Шепфамалум. Из-за растущей ненависти и отчаянья в мире быстрее всех вернули свою силу Война и Чума. Голод со временем научился контролировать свою мощь. Но дольше всех восстанавливался Смерть. - Ладно, мне нужно идти, - Лилим встала. - Поздравь от нас всех с Рождеством, - попросил Танатос. - Хорошо! – Лилим расправила крылья и взлетела. *** Остров Артис. Тем же вечером… Рождество пришло, как и должно было, несмотря ни на что. Мир за пределами купола пылал: небо дрожало от гари, и ветер, проникающий сквозь щели, приносил с собой пепел. Но измождённые бессмертные всё равно собрались в Цветной Галерее, преисполненные последней надеждой найти смысл дальше. Лилим стояла в стороне ото всех. Рождество было для неё скорее вызывало скорее грусть, чем радость. Она до сих пор помнила, что в этот день её мать признали мёртвой. Тогда она не поверила и до сих пор не верит. Мама не могла просто так исчезнуть. Что-то здесь не чисто. - Чего грустим? – к ней подошла Ариэль. – Праздник же! - Я устала… - ответила Лилим. - Выпей глифта с нами – повеселеешь! - Не надо. Среди собравшихся Лилим заметила Пилеона. Он говорил о чём-то с парой демонов. Тот выглядел уставшим, но довольным. Всё-таки выбивать сведенья из вражеских пленников задача эмоционально тяжелая. Но архидемон как-то справлялся. - Ну и когда он сделает тебе предложение? - спросила шёпотом Ариэль у Лилим. - Вы полстолетия живёте вместе. - Я не хочу его торопить… - Лилим ответила взгляд. - Ну-ну! - покачала головой подруга. - Он воспринимает это за норму. - Говоришь прямо, как моя бабушка. - Мы беспокоимся о тебе. Стеклянный купол над головами отражал мерцающий свет лампад. Галерея, некогда возведенная в качестве вызова Шепфамалуму, теперь казалась осколком самонадеянности. Многие склонили головы в молитве, и шёпот эхом разносился под сводами купола: - Свет во тьме светит, и тьма не объяла его… Лилим невольно прослезилась. В последнее годы Орден, казалось, сражался за призрачную надежду на то, что смогут вернуть прежнюю жизнь. Но все в глубине души понимали, что как раньше не будет. Это осознание больно било и сталкивало с суровой реальностью. - Лили, ты в порядке? -  обеспокоенно спросила Ариэль. - Да… - Лилим вытерла слёзы. - Лили! - к девушкам подошёл Пилеон. - Я тебя искал по всюду. Давай отойдём? - Хорошо… Пилеон взял Лилим за руку и отвёл в сторону. Затем он остановился, охватил её за талию, немного помедлил. Лилим сразу заметила, что тот сильно нервничал. Поправив волосы, демон начал говорить: - Знаю, что сейчас не самое лучшее время говорить о таком, но я устал ждать… - Пилеон опустился на одно колено и потянул кольцо. - Лилим, ты станешь моей женой? - Да! - Лилим прикрыла рот рукой, скрывая улыбку. - Да! Как вдруг над головой послышался едва уловимый треск. Лилим подняла глаза. В самом центре купола по стеклу прошла тонкая трещина. Сначала казалось, что это игра света. Но нет. Она разрасталась, разделяя потолок. А затем взрыв: под визги посыпались осколки. Взрослые сразу бросились к детям, накрывая их своими крыльями от падающих стёкол. Образовавшееся дыра с рваным, неровными зазубринами напомнила рваную пасть зверя. Оттуда начали спускаться тела. Сначала одно, затем - второе и третье. Фигуры в золотых цепях образовали ряд прямо под куполом, над головами молящихся. Они покачивались, медленно, синхронно, будто танцуя под незатихающий хор криков. На их телах были кровоточащие, глубокие, но аккуратные надрезы: «Для света больше нет места». Золотые цепи дрогнули от сквозняка, и тела закачались как гротескные ёлочные игрушки. - Тарнаэль…