Цена вечности

Прошлое… - Раз… Два… Три… Четыре… Пять! Я иду искать! Кто не спрятался – я не виноват! – Самаэль досчитал и обернулся. Старое кладбище давно пришло в запустение. Разросшиеся деревья стелились скрюченными ветвями по земле, прорезая ими густой туман. Царапали почву, точно пытаясь дотянутся до своих молчаливых соседей. Соприкоснутся с ними бесплотными пальцами. Это не было лучшим местом для детских игр. Но это место выбрали новые знакомые и водить попросили Самаэля. Тот, в надежде найти друзей, согласился. Обычно он ходил на кладбище в сопровождении родителей. Но сегодня оба были заняты: отец говорил со скучными дядями, а мама занята розами. Из-за своего юного возраста Самаэль ещё не умел определять энергию других бессмертных. Поэтому он не нашёл всех сразу. Желая себя хоть как, то развлечь во время поисков соигроков, он изучал послания на надгробиях: «Наша разлука не была долгой. Свет мой, иду за тобой», «Рассвет не дарил тебе света. Ты выбрал огненное озеро», «Уже не страшно - дважды не разбиться», «Если граница существует- сделай шаг и вернись к нам», «Ты видела слишком много кошмаров, но так и не смогла проснуться». Неокрепший ум мальчика не понимал смысла этих слов. Кладбище всё не кончилось. Оно раскинулось буквально во все стороны. Вскоре стемнело и могилы постепенно окутывал белый туман. Свет луны придавал этому особой жути. Туман начал постепенно сгущаться. Могильные плиты, служившие ориентиром, в миг исчезли. Самаэль начал понимать, что зашёл слишком далеко и заблудился. Вместе с осознанием начал постепенно нарастать страх и паника. Он никогда так далеко не заходил. Но и так же он понял, что новые знакомые просто сбежали и бросили его. Скорей всего они вовсе хотели над ним так просто подшутить. А он глупый повёлся! «Мне точно влетит от родителей!» Где-то послышалось шуршание. Самаэль обернулся на звук. Где-то прошмыгнул тёмный силуэт крысы. Раздалось громкое угуканье совы с ветки дерева. Кладбище жило своей ночной жизнью. Без мистики и привидений. Неожиданно впереди показался чей-то высокий силуэт. Самаэль, почувствовав не ладное, тотчас остановился. Присмотревшись, он понял, что незнакомец был демоном. Об этом свидетельствовали крылья и рога. Глаза незнакомца сверкнули алым и тот двинулся в сторону мальчишки. Самаэль попятился назад, а затем побежал куда глаза глядят. Он бежал, изо всех сил стараясь оторваться от преследователя. Но последний не думал отступать и почти настиг мальчишку. Как вдруг, тот начал отставать, давая призрачную надежду мальчику сбежать. Из-за густого тумана, Самаэль не сразу заметил обрыв, оступился и полетел вниз. Падение с отвесного обрыва было быстрым. Внизу блеснула сталь и… заточенные зубья. Он упал на зубья, и в тоже мгновение вокруг потемнело. Он раскрыл глаза и оцепенел от боли. - Моя рука… Едва не задыхаясь от хрипа, Самаэль попытался расцепить челюсти капкана, но каждое движение приносило ужасные мучения. Предплечье зажало меж наточенных зубьев. Железо впилось в рукав, из раны текла кровь. - Мамочка! - на глазах Самаэля проступили слёзы. Острая боль в предплечье не давала ему пошевелиться. В голове сразу возникли мрачные мысли: он умёт прямо здесь. Совершенно один. Это осознание заставило его вздрогнуть. Он, не помнил, сколько часов пролежал так. Но услышав чьи-то голоса наверху, он резко дёрнулся чтобы закричать о помощи. Боль сразу дала о себе знать, и мальчишка потерял сознание… *** Снежная долина. За сутки до Рождества… Микаэль закончил собрание, и остальные астрейцы разошлись кто куда, Самаэль сидел в углу стола и читал книгу. На сей раз его выбор пал на «Одиссею». Ангел пытался осмыслить строчки текста. Как же это совпадало с нынешними событиями. По сравнению с мудрым Зевсом, Шепфамалум был безжалостным и не прочь развязать бессмысленную войну. - Благословенна ночь, Микаэль! – раздался голос Малека. Самаэль оторвал взгляд от книги и увидел в дверях отца. Микаэль бросил холодный взгляд на мужчину. Он с трудом сдерживал свое раздражение. Это явно позабавило Малека. Ничуть не смутившись, он сел за стол. - Ты рано, - заметил Микаэль. - Я вовремя. Хотел поговорить с тобой тет-на-тет, - столь же не возмутимо ответил Малек. Его взгляд задержался на Одри. - А ты не должна лететь в гости к Сомиусу? - Я жду дракона, - спокойно ответила Одри. - Малек, разве у нас с тобой есть темы для разговора тет-на-тет? - Микаэль вскинул бровь. В его голосе слышно было раздражение. - Есть, - спокойно ответил Синнер. - Я внёс в наш план небольшие коррективы. - И Шепфамалум одобрил? - Пока он сказал мне великодушное «да». И оно, как мы знаем, может легко превратится в «нет». - Вы готовьтесь к чему-то? - тихо спросила Одри. - К войне, - прямо ответил Малек. И перевёл взгляд на сына. - Ты отправляется домой сегодня вечером? - Да. Покурю и буду собирать вещи, - Самаэль закрыл книгу. - На острове нас будет ждать вражеская сторона? - спросила Одри вновь. - Нет, не будет, - заверил Микаэль. - Вражеская сторона отказывается воевать, они готовятся к празднику, - добавил Малек. - Что за «они»? Малек не ответил, его внимание украли вошедшие в зал бессмертные. Уже знакомы Тарниэль задержал взгляд на лице Одри, а затем на Самаэле. В первую встречу казалось, что он чем-то болен и пришёл к Шепфамалуму за помощью. Но с того дня выглядеть лучше не стал. «Он явно чем-то заражен…» - подумал Самаэль, глядя на Тарниэля. - Тарниэль, Рафаил, рад вас видеть! – радостно поприветствовал их Малек. - Ваш морской дракон готов, - сообщил прислужник. Голос его был безжизненным и тихим. - Спасибо, - поблагодарила его Одри. Прислужник резко согнулся и громко прокашлялся. Убрав руку со рта, он увидел на своих ладонях черную жижу, смешанную со слюной. Его начало трясти от ужаса. Одри, видя его стояние, налила в стакан воды и протянула его. Прислужник тут же отстранился от неё, словно от прокажённой. - Не подходите ко мне! Одри отпрянула от него и непонимающе посмотрела на Малека и Микаэля. Архангел встал из-за стола и подошел к прислужнику. Первое, что бросилось в глаза при быстром осмотре это текущая изо рта чёрная жижа и чёрные капилляры в глазах несчастного. - Что с ним? – обеспокоенно спросила Одри. - Ангелы слабеют… - подал голос Тарнаэль, молчавший до сей поры. – А демоны ещё никогда были настолько сильны. - Почему? Что происходит? - Это проявление Скверны - самой страшной болезни, которое знали бессмертные, – пояснил первородный. – И теперь она вновь вернулась. «Что будет однажды, то будет дважды…» - мысленно добавил Самаэль. - Спасибо всем за чудесное представление, но у нас нет на это времени, - напомнил Малек. В его голосе было слышно раздражение. - Я провожу тебя, Одри, - вызвался Рафаил. - Спасибо, - поблагодарила его проповедница. *** ЧИК! - пламя зажигалки подожгло край сигареты. Самаэль сделал затяжку и медленно выдохнул сигаретный дым. Морозный воздух щипал его щеки, а ветер трепал тёмные волосы. Тёмно-серые крылья распушились из-за холода. Он всё ещё обдумывал слова Тарнаэля. «Он явно на что-то намекал…» - Самаэль? – голос Уфира вернул ангела в реальность. - И тебе не хворать, Уфир! – Самаэль вежливо улыбнулся престарелому демону. - Знаешь, я иногда подымаюсь по лестнице к нашему богу. - Во как? И каков наш бог? - После темницы вышел совсем ослабший и обугленный. Будем надеется, что скоро восстановиться с помощью усилий нашей дорогой Одри. Но есть у нашего бога одна проблема. Он не может вытащить из колена наконечник стрелы Чумы. «Так вот оно что. Интересно!» - Я слышал, что стрелы Всадницы смертоносны. - Всё может быть, мой друг! – Уфир улыбнулся Самаэлю. – Ты же вроде полстолетия назад был на Земле. Видел что-то интересное? - Как сказать… Я слышал о смертной, которая ставила на бессмертных опыты и убила троих. В том числе и подростка. - Вот это да! – восторженно произнес Уфир. - Как интересно! Хочется увидеть её своими глазами. «Ох, Уфир, лучше тебе с ней не знакомится…» - Мне уже пора идти, – Уфир снял шляпу в знак прощания и вновь надел. – Сейчас вечереет и холодает. - Конечно, – Самаэль кивнул ему. – Спокойного тебе вечера. Когда Уфир ушел, Самаэль долго думать над словами его словами. Верить словам сумасшедшего демона было глупо. Но… Что-то подсказывало бессмертному, что это сыграет свою роль в дальнейших событиях. Постояв ещё немного и докурив, Самаэль отправился в сторону замка. Поднявши по лестнице, Самаэль заметил на другой стороне двора Фелонию с несколькими демонами. Явно обсуждали как сорвут праздник Ордену. Ангел почувствовал отвращение. Срыв Рождества явно призван вызвать реакцию Ордена. И, очевидно, реакция будет. Но явно не та, которая ожидается. Наивно ожидать того, что уставшие члены Ордена будут и дальше будут терпеть издевательства. Не стоит недооценивать противника. «На каждое действие найдётся своё противодействие…» *** Предчистилище. Спустя пару часов… Портал за спиной захлопнулся. Впереди показался фонарный столб, стоящий посреди заснеженного леса. Самаэль всегда удивлялся этому. Хотя здесь и ни такое встретишь. Это место всегда притягивало всякие аномалии. Пришлось идти пешком, так как в этом лесу особо не пролетаешь. Самаэль рад был этому. Наконец он мог спокойно размяться. Не было той угнетающей атмосферы, что царила на Небесах и в Аду. Чистилище жило своей спокойной жизнью. Где-то через час лес стал заметно редеть. Самаэль заметив вдалеке свое родное поместье. Расправив крылья, он взмыл в воздух и направился туда. Морозный воздух ударил в лицо, словно отрезвляя его. Приземлившись во дворе, парень сразу заметил горящие окна. Войдя в дом, он сразу почувствовал с кухни запах корицы, апельсинов и гвоздики. Стряхнув с плеч снег, ангел пошел в сторону гостиной. Дверь кухни скрипнула и из помещения вышел прислужник с подносом. Заметив идущего по коридору Самаэля, тот замер на секунду. Поняв, кто передним, слуга молча ушел в гостиную. Ангел вошел следом. В гостиной Самаэль застал свою мать Биатрис с котом Крисентом. Биатрис поднялась с дивана, подошла к сыну и обняла его. Тот обнял её в ответ. Крисент радостно мурча тёрся об ноги ангела. - Самаэль, мальчик мой! – Биатрис улыбнулась ему. – А почему твой отец не пришел? - Он занят, - Самаэль вздохнул. – У театра абсурда имени Шепфамалума сегодня аншлаг. - Уж точно… – горько усмехнулась Биатрис. Биатрис давно поняла, что Малека лучше ждать даже на праздники. Служение богу тьмы стало для него сейчас главным приоритетом. Хотя слепой верности за повелителем Бездны замечено не было. Если что-то пойдёт не так, то он может пересмотреть свою лояльность. - Ты присоединишься к ужину? - спросила Биатрис у сына. - Я не против. Вскоре мать и сын сидели за столом, поедая праздничный ужин. Оба вспоминали прошлое и смеялись над некоторыми историями. Казалось, что они вернулись на какое-то время в прошлое. Рядом крутился Крисент и выпрашивал еду. Самаэль взглянул на место во главе стола. Отец не придёт на праздник. И это повторялось из года в год. И всегда были какие-то отговорки. Это не переставало раздражать Самаэля, но Биатрис как-то смирилась с этим. Парень взглянул на свою мать. Она не изменилась за последнее годы. Её рыжие волосы не тронула седина, а в голубых глазах отражалось пламя свечей. Она всё так же была прекрасна. Отец явно слеп раз выбирает эту куклу Одри. «Может это всё мои бредовые домыслы…» Решив не забивать голову неприятными мыслями, парень решил сосредоточится на общении с любимой мамой и котом. Всё-таки они не виделись так долго. Нужно наверстать упущенное. Жаль только, что времени так мало. «А потом этого времени у меня не станет совсем…» - подумал Самаэль.