1
4 сентября 2025 г., 21:42
— Что привело тебя сюда, сын мой?
— Простите меня, Отец, ибо я согрешил.
— Покайся в грехах своих, дитя, и да простит Господь твою грешную душу.
За стенкой послышалось легкое копошение.
— Хорошо, я… я расскажу. Все началось пять месяцев назад, когда от меня ушла жена. Она изменила мне, а потом забрала детей… я начал пить. Сильно. Меня выгнали с работы. От меня отвернулись друзья. Сначала я хотел отнять собственную жизнь, но потом меня одолел такой гнев… что я совершенно забыл, кем я был. Словно моим телом завладел бес.
Священник нахмурился. Эти слова уже были ему знакомы.
Мужчина тем временем продолжил:
– Я нашел квартиру того, к кому ушла моя жена с детьми, и я… убил их. Очнулся, а на моих руках уже была кровь. Наён лежала на диване в какой-то неестественной позе, а ее любовник был на полу, лицом вниз, тоже не шевелился… Я каждый день благодарю Господа, что Соджуна и Соён там не было… Не понимаю, как это произошло, но после всего я просто вылетел из квартиры, собрал все свои вещи и переехал сюда. В самую дальнюю глушь, что смог найти. Не знаю, что мне дальше делать, Отец…
По завершении исповеди священник Ли Минхо прочел разрешительную молитву и сказал:
— Прощаю и разрешаю тебя от всех грехов твоих, сын мой. Ступай в мир и живи согласно законам Божьим. Помолись за упокой тех, кого с нами больше нет.
— Большое спасибо, Отец, я обещаю жить праведно! Посвящу себя Богу, чтобы искупить свою вину перед Ним.
Человек покинул исповедальню, и Минхо, как обычно бывало после тяжелой исповеди, остался сидеть в одиночестве.
Он провел рукой по лбу и зачесал волосы назад. Вот уже несколько недель подряд к нему приходят на исповедь с похожими историями.
— Который это уже раз? И все твердят одно и то же. Гнев. Забыл, кто я. Бесы. И все говорят, что переехали сюда из других городов под каким-то внезапным импульсом. Это же не может быть совпадением? Или в нашем захолустье и правда завелось что-то нечистое?
Спустя несколько минут он направился в алтарную, подготовиться к завтрашнему Богослужению, а заодно и немного подумать. Обычно исповедуются по утрам, но он не смог отказать пришедшему этим вечером человеку. Минхо всегда был на службе у Бога, и неважно, утро было или глубокая ночь. Он сам избрал такой путь, и до сих пор не пожалел о нем.
Субботы практически всегда свободны в его расписании, но он никогда не брал выходных и все равно приходил в церковь, ведь дела непременно найдутся. «От Бога отдых не нужен» – так он всегда говорил.
Остаток вечера священник решил провести за чтением Библии и в молитвах о своей пастве, которая росла с каждой неделей.
***
На сегодняшнем богослужении людей было чуть больше, чем обычно. Вчераший прихожанин, что так просил об исповеди, тоже был здесь: он внимательно слушал мессу и следил за всеми обрядами. В конце, когда настало время причастия, он долго сомневался, но в итоге решил присоединиться. Вскоре все начали потихоньку расходиться, но один человек неловко мялся у выхода. Минхо заметил его и сразу узнал. – Добрый день, у вас все в порядке? Помощь нужна? – Здравствуйте, д-да, – человек собирался с мыслями. Это все было ему в новинку, – Могу ли я… Я бы хотел… Ну, в общем, вам не нужны волонтеры? Я бы хотел присоединиться к церкви. Минхо по-доброму усмехнулся. «Неужели он был серьезен в своих намерениях? Часто люди лишь говорят, что встанут на путь истинный, а этот человек… Стоит ли дать ему шанс?» – Конечно, нам всегда нужны помощники. Давайте присядем и обсудим детали? – Ли указал на пустой зал позади. Мужчина молча кивнул и проследовал за священником. – Ну, что же, расскажите немного о себе, а потом я объясню, как у нас тут обстоят дела, чтобы вы могли принять взвешенное решение, хорошо? – Минхо видел, что его собеседнику было немного некомфортно, так что его задачей было создать максимально спокойную и доверительную атмосферу. Благо, в этом он был мастер. – М-меня зовут Ян Чонин, я приехал из Пусана. Не знаю, помните ли вы, я вчера… – Конечно, помню, дитя. Если вы волнуетесь насчет вашего рассказа, то не стоит. Тайна исповеди – священна. Все грехи, которые приносят прихожане, я унесу с собой в могилу. Чонин заметно расслабился на этих словах и понял, что здесь его судить не станут. Доброта этого молодого священника давала ему надежду на искупление, и он решил во что бы то ни стало исполнить свое обещание, данное перед Богом. — Я готов к любой работе. Даже если просто полы мыть. Честно. У себя в городе я работал в страховой компании, но, если честно, мне там никогда не нравилось. Мне всегда хотелось работать руками… Что-нибудь строить, выращивать, чинить… Я в детстве часто помогал своим бабушке с дедушкой. Они жили в небольшой деревушке в округе Пусана, и я ездил к ним каждые каникулы. Кажется, это единственное время, когда я чувствовал, что живу… Воспоминания тех дней с головой захлестнули мужчину. Хотя теперь Минхо видел, что на самом-то деле это был довольно молодой парнишка, лет 25-27 на вид. А столько всего уже успел повидать. Он решил прервать поток его мыслей и спросил: – Так значит, ты рукастый? Ничего, если я на «ты», кстати? – Нет, конечно, все в порядке. Да, меня дед научил всему, что по дому, а бабушка научила садоводству. Сейчас, конечно, всего не вспомню, но с радостью бы занялся этим снова. Я быстро учусь, и готов усердно трудиться, – он немного опустил голову и уставился на собственные колени. – Ну и отлично! Думаю, у нас найдется для тебя работа. Знаешь, на заднем дворе есть крайне заброшенный сад, и мы давно хотели подыскать кого-нибудь на это дело, но все забывали, да и других дел пока хватает. Что скажешь, начнешь оттуда? А дальше, того и гляди, и по храму работа найдется. Глаза парня вмиг заблестели. Перспектива заняться ручным трудом, да еще и на благо общего дела – что может быть лучше? Если бы не тянущее вниз прошлое, Чонин бы взлетел. – Конечно, я с удовольствием! Огромное спасибо, Святой Отец, благодарю вас от всей души! «Какой чудесный парень. Надеюсь, получится вернуть ему его искорку. Сейчас она еле-еле трепыхается. Заблудшая душа. Но надежда еще есть».***
Это утро впервые за долгое время стало добрым. По той небольшой комнатушке, что ему удалось снять, разгуливало весеннее солнце и пригревало его лицо. – Начинается новый день. Я сделаю все, чтобы он прошел хорошо. Немного повалявшись на кровати под утренними лучами, Чонин отправился умываться и завтракать. Сегодня его будут ждать в церковном саду ровно в семь утра. Рано, но это единственное регулярно свободное у священника время, а он обещал все показать и рассказать своему новому помощнику. Чонин был не против ранних подъемов: годы корпоративной службы оставили свой след в виде устоявшегося режима. К тому же, если он как следует будет уставать за день, то, может, получится избавиться от преследовавших его ночных кошмаров? Он очень на это надеялся. Бонусом можно было избежать неловких бесед с соседями. С ним в квартире жили еще двое парней; судя по акценту – иностранцы. Они пересеклись с одним из них пару раз, но общение как-то не задалось. Сосед показался ему закрытым и даже немного грозным. Со вторым и вовсе поговорить не удавалось – он вечно зависал у себя в комнате. Ну, хотя бы узнал их имена при заезде. Еще одна комната в доме оставалась пустой, и ему бы хотелось, чтобы ее занял кто-нибудь поприятнее, с кем можно было бы беседовать по вечерам за чашкой чая. Хотелось бы Яну завести друзей? Наверное, да. Но после того, как его прошлые друзья отвернулись от него в самый тяжелый момент жизни, он стал сомневаться в людях. Однако, цитируя одного автора, никогда не знаешь, где тебе повезет. Хочется верить, что здесь ему и правда повезет. Место, куда его привела судьба, было небольшим городом, почти что деревней, на берегу моря. Прогуливаясь сейчас по этим полупустым утренним улицам, он заметил, что здесь, вообще-то, довольно мило: простые домики, разноцветные заборы, извивающиеся улочки, много зелени и приятный морской запах, куда ни пойди. Когда был последний раз, чтобы он вот так наслаждался прогулкой? Вдоль берега уже собирались рыбаки. «Может, тоже как-нибудь порыбачить? Мы же с дедом ходили. Было весело… Надо поискать магазин снастей. А, может, лучше поговорить с рыбаками? Надо как-нибудь обязательно это сделать!». Минут через пятнадцать он был у входа в церковь, где его уже поджидал Минхо. Он заметил легкий румянец на щеках парня и улыбнулся. – Хорошее сегодня утро, не так ли? – Очень, – Чонин ответил ему скромной улыбкой. Его искорка тоже приветливо дрогнула, что не ускользнуло от Минхо. «Она стала чуть крепче. Добрый знак». – Ну что же, пройдем в сад? Должен предупредить, за ним давно не ухаживали, так что работы много накопилось, – Минхо отворил двери, открывая вид на совершенно заброшенное место, – Справишься? Чонин обвел медленным взглядом сад: сорняки захватили всю территорию, грядки уже практически не различить, но кое-где проглядывались следы клумб, которые, возможно, получится восстановить. В глаза бросились местами почерневшие мраморные скульптуры и очень грязный фонтан, поросший мхом. «М-да, работать тут придется действительно долго. Как же хорошо!» – Конечно! Когда я тут закончу, вы не узнаете это место! – Вот это настрой! Тогда пойдем, я тебе покажу, где у нас что находится и познакомлю с нашими алтарниками. Если что, можешь всегда обращаться к ним, они что-то вроде церковных феечек. Чонин прыснул от такого сравнения. Кажется, ему здесь нравится.***
Когда полуденное солнце начало доставлять заметный дискомфорт, новоиспеченный садовник храма решил немного передохнуть в теньке под большим дубом, что раскинулся в дальнем углу двора. Стоило ему только присесть, как на улицу вышел священник с парой стаканов в руках и направился прямиком к Чонину. — Утомился? — Немного. Солнце стало сильно припекать, я не ожидал. Не взял даже ничего голову прикрыть. — С этим можешь не переживать: у нас тут чего только нет. Спроси у Чанбина, он все знает. Крупный такой, но только вширь. Весь рост ушел в мышцы. — О, хорошо, спасибо. Он уже успел познакомиться с несколькими работниками храма, но с Чанбином знаком еще не был. Хотя, если судить по описанию священника, он мельком его видел, когда заходил за инструментами. — Держи, кстати, охладись немного. Это холодный чай. — Спасибо огромное! Это именно то, что нужно, — Ян улыбнулся такой заботе и поклонился священнику. Они оба присели на землю под дубом и принялись не спеша потягивать чай. — Как обстоят дела? — Довольно неплохо. Я набросал примерный план работ, думаю, к лету сад будет готов к посетителям. — Ого! Отличные новости. Если тебе вдруг что понадобится из материалов, или может помощник, дай нам знать обязательно. — Хорошо. Но, думаю, что смогу справиться сам. Эта работа мне в радость. Давненько такого не было… — Ну и славно. Как известно, труд сделал из обезьяны человека, может, и из тебя что-то путное получится, — Минхо залился звонким смехом. Он начинал чувствовать себя очень комфортно с этим парнем. У Чонина глаза на лоб полезли от таких шуточек. — Что-о? Вы разве… верите в эволюцию? — Последнюю фразу священника он решил тактично пропустить мимо ушей, хотя она и показалась ему забавной (процентов на 90, а на остальные 10 — самую малость обидной). — Многие ученые верили в Бога, так почему же священник не может верить в науку? Одно другому не противоречит. — О, — такой ответ показался ему логичным, но все же немного неожиданным. Оба ненадолго погрузились в свои мысли. — Что ж, хороший перерыв выдался. Обычно я свободное время в алтарной провожу, а тут хоть на воздух вышел. Спасибо тебе за компанию, Йени, — Минхо осекся, понимая, что не узнал мнение Чонина на это прозвище, — Ой, прости. Ты не против такого обращения? — Нет, — он широко улыбнулся, — меня так бабушка с дедушкой называли. Минхо тоже улыбнулся в ответ. Искорка Чонина стала гореть чуть ярче.
