Морок

1999 — 2000

      Возвращаясь с очередного задания, у ребят зашёл разговор о том, как им следовало бы провести новый год. Все были озадачены этим вопросом, поскольку встречать целое тысячелетие так же, как и всегда, нельзя ни в коем случае: этот новый год должен стать максимально особенным! Но что такого можно было придумать им, нелегальщикам, которым даже под своим именем ни в одно заведение не зайти?       Однако… Фаина могла это сделать. Она уже не числилась «пропавшей без вести»: после того, как девушка официально подтвердила замужество в своей стране, её имя засветилось в ЗАГСе, а уже оттуда на неё вышли бывшие сослуживцы. — Фай, ну ты даёшь, конечно, — говорил Гриша, выслушав всю легенду, что рассказала Фаина, — У мужа была! Ты ж такая свободолюбивая! — Кто же тебя покорил? — ещё один из сослуживцев — Степан — тоже удивлялся такому явлению, — Я не думал, что ты вообще когда-то выйдешь замуж. — Мой горячий мексиканец меня не покорял, — хитро съязвила девушка, — Это я его покорила. Ему пришлось выучить несколько фраз на русском, чтобы я вообще обратила на него внимание, так что… Я считаю, он заслужил своё сокровище, — довольно хихикнув, Фаина отпила свой напиток. — Он ещё и мексиканец, обалдеть, — приложив руки ко лбу и поставив локти на стол, Гриша сгорбился, — Где же вы познакомились? — А помнишь, я говорила, что училась по обмену? — Ну, — подтвердил Степан. — Так я в Мексике училась, — улыбнулась девушка, — Зашла однажды по ошибке в казино, а он его владелец — так и влюбился. — Да ну нахер, — не сдерживаясь в выражениях, ответил ей Гриша, — Да ты пиздишь! — Фу, как грубо, — озорливо-надменно фыркнула Фаина. — Ну ты определённо даёшь, — оба сослуживца пребывали в шоке.       Так что теперь, несмотря на поддельные паспорта, Фаина могла бы устроить мероприятие для сокомандников, но… Её же никто не просил? А она и не подумала.       Вопрос о формате проведения нового года отряд отложил до критического времени: до события оставалась всего неделя. Вот тут-то они уже зашевелились и собрались в холле, для того, чтобы обсудить совместные дальнейшие действия — или их отсутствие. — Ребят, а мы что в итоге на новый год делаем-то? — спросила вошедшая в холл Фатима. — А мы ни о чём так и не сговорились? — наигранно удивился Юлий, надменно откидывая свою руку, лёжа на диванчике. — Да мы как-то вообще забыли про этот вопрос… — вспомнил Эрнест и устало почесал затылок. — Тогда давайте сейчас всё окончательно обсудим, — предложила Фатима, — А где, кстати, все? — Файя убежала в квартиру, то ли о животных заботиться, то ли ещё чего, — я, если честно, не слушал; Тихомир, Добрыня и Виталий где-то здесь ходят; у девок походу типа девичник, иначе мне не ясно, почему они везде вместе, — лениво оповещал Юлий, — Впрочем, мне не очень-то интересно. Эрик, кажется, был с ними. — Понятно… — подумала Фатима, — Пойду тогда искать. — Удачи, — всё в своей же манере ответил Юлий.

***

      Под вечер почти все собрались в отряде: отсутствовали только Эрик и Лидия, вероятно, пропавшие на пару не просто так. Все же остальные присутствовавшие яро предлагали свои варианты празднования: кто-то был за традиционное проведение, кто-то хотел новизны. На одном сойтись никак не могли. — Эй, ребят, а может куда съездим просто? И отметим в новых для себя обстоятельствах, — предложил Добрыня.       В компании ненадолго повисла тишина, однако после многие придержались именно этой идеи: только вот для того, чтобы поддержать её, ребята ещё с полчаса выясняли куда, как и почему они поедут. — Ой, да вы чего, погнали вон, по «Золотому кольцу» мотнёмся, — вкинула Варвара, — Вопрос остаётся только на чём и на что. — Вот по поводу на что не беспокойтесь, — сказала Фаина, быстро набрав номер мужа, — Я думаю, у меня в накоплениях вполне достаточно на нас всех. Сейчас, я на минутку отойду. — Слушайте, а хорошее ж предложение, — наконец подал голос Тихомир, бывши всё обсуждение ниже травы, тише воды. — О, проснулся, — откликнулась на его согласие Фатима, — Что из обсуждаемого тебе понравилось? — «Золотое кольцо», особенно, если через турагентство, — подметил он и после перестал многословничать.       На том и порешили. Новый год был встречен великолепно: турагентство попалось настолько профессиональное, что ночь с 31 на 1 отряд провёл уже в Ярославле — хотя их сроки были критичными, тем более в такой сезон.       Этот новый год запомнился им надолго: ребята гуляли всю ночь до утра, распевая какие-то песни, которые знали все из них или могли хотя бы промычать; и именно такое дружное проведение общего праздника сплотило их не только, как отряд по зачистке следов, но и как тех, кто они друг другу в итоге есть — ведь без задушевных разговоров не обошлось.

***

      Отряд давно вернулся в своё рабочее состояние, на своё рабочее место — Санкт-Петербург, Зазеркалье. Фотки, сделанные в новый год, давно были распечатаны с фотоаппарата и вложены в альбом. На дворе стояло лето 2000. В промежутке между празднованиями дней рождения отрядовцы гуляли и общались, как молодёжь того времени, хотя они уже вырастали из этой категории.       Фаина в тёплый июльский день сидела в своей квартире и пила чай, пригласив на него родителей. Совсем недавно — когда ей исполнилось 30 лет — она очень явственно осознала важность качественных, дружественных отношений с ними: не потому, что от них ей останется немало наследства — у неё ведь есть прекрасный муж, который обеспечит любую её прихоть, — а потому, что их в любой момент может банально не стать. Этот страх сковывал её и заставлял паниковать.       Поэтому девушка стала чаще видеться и проводить время с ними. Конкретно сегодня она просто пригласила их на чай, но в голове всплыла давняя идея, которую она хотела бы обсудить с родителями. — Мам? — осторожно позвала её девушка. — Да, Фаечка? — Как ты думаешь: хорошо ли будет сделать благотворительную ярмарку? Я давно думаю об этом… — Смотря, что ты хочешь туда добавить и какая у неё цель.       Змея в её руках искусно извивалась, однако не противилась движениям рук Фаины. Когда девушка хотела заговорить, та лишь чуть дёрнулась — совсем не критично, — но это был показатель, что сама Файя напряглась. — Ну… Понимаешь, я стала видеть очень много беспризорников… — начала она свою речь, — Не сказать, что их раньше было меньше, просто сейчас это настолько зашкаливает, что их, кажется, нужно куда-то пристраивать. — И ты хочешь создать ярмарку, чтобы смочь их пристроить? — спросил отец. — Ну, грубо говоря, да. — И что ты хочешь туда добавить? — Ну… Всяческие развлечения, чтобы они могли чем-нибудь занять себя в свободное время, — сказала она, но поправилась, — Точнее, как. Обучить их какому-нибудь интересному для них делу, чтобы вместо шатания по городу у них было то, куда они могла бы вкладываться и как они могли бы развиваться. — Хм… — отец призадумался, — Идея-то хорошая… — А что-нибудь помимо есть? — загорелась мать. — Пока нет, но я планирую вот разработать план… Поможете, если что? — Обязательно!

2001

— Блин, как же уже хочется шашлыков, — нудил себе под нос Эрик. — Поддерживаю! — отозвался Добрыня с другого конца холла. — Может организуем? — обычно молчаливый Шамиль тоже подал голос, — Нам, правда, нужно быть ещё аккуратнее с тем же костром, нежели обычным гражданам.       На дворе стоял апрель 2001 года, уже приближающийся к маю. Деятельность отряда «вышибал» сильно снижалась в связи с формированием власти, обладающей более, чем достаточной, силой воздействия на преступность — страшные 90-е подходили к концу, страна постепенно вставала на ноги.       А так как Зазеркалье все ещё оставалось нелегальной организацией, в местном УМВД было принято решение о ликвидации его лидеров и защитников. Поэтому Елена, считающаяся безоговорочным условным лидером, думала над прекращением их деятельности.       Ну, а в течение времени, когда ребятам не приходилось заниматься «уборкой», им как раз оставалось свободное время.       Варвара, присутствовавшая при мини-диалоге парней, загорелась их идеей. Она определённо было только «за» такую инициативу. — Кажется, у родителей Фаи была дача, — обращаясь к Шамилю, сказала Варя, — Можно было бы развести там? Если, конечно, Файя разрешит, и мы где-то надыбаем мангал. — О чем болтаете? — спросила подошедшая Кэсс. — Да вот, думаем над тем, чтобы на шашлыки поехать, — ответил ей Эрик, — Что скажешь? — Идея неплохая, но куда? — она присела рядом на диван с рисующим что-то в своём блокноте карандашом Виталием. — Да вот Варя говорит, что у фа́иных… — запнувшись на создании притяжательного прилагательного, Эрик продолжил, — Родителей есть дача. — Ага, — задумчиво хмыкнула Кэсс, — Ну, это надо с ней разговаривать тогда, — логично подытожила девушка. — Я тогда её пойду, позову, — вновь отозвавшись с другого конца холла, Добрыня встал со своего места и направился куда-то.       Ещё только попав в Зазеркалье, он сразу познакомился с её родителями, поэтому сейчас предположил, что она могла бы быть у них — и направился именно туда. «По крайней мере», — думал Добрыня, — «Если уж она не у них, то будет, у кого спросить».       Спрашивать не пришлось: девушка действительно была у родителей и что-то весьма энергично объясняла им. — Фа́ина, Фаи́на, Фай-на-на, — распевая её имя, Добрыня обращается к ней, — Привет. Можно тебя на секунду? — вопрошает он, а после здоровается и с её родителями. — Просила же так не называть, — бурчит она себе под нос и отходит с ним, — Что-то случилось? — Ничего особенного, — затормозив её возможный тревожный поток мыслей, Добрыня продолжил, — У тебя же есть дача? — Есть, — с озадаченным видом лица кивнула девушка, — А что? — Да вот обсуждаем сейчас, что можно было бы отдохнуть, — сказал он, — Ну, как бы, пока заданий нет… — А, вы хотите туда сгонять на отдых? — спустя некоторое время тишины, дошло до Фаины, — Можно, конечно. Но там всё заросшее, — предупредила она. — Ну, как раз: потрудимся и заслуженно отдохнём, — весело улыбнулся Добрыня. — Как хотите, поехали, — улыбнувшись, пожала плечами девушка и вернулась к родителям.

***

      Отряд собирается в путешествие до дачи Фаины: ребята пытаются понять по словам девушки масштаб бедствия, а именно зарослей на территории участка. — Ну, слушай, не нужна же нам там будет бензопила? — вопрошала Варя. — Я не могу сказать. Нас там лет пятнадцать не было, если не все двадцать… — сомневалась будущая хозяйка участка. — Да ладно, зато отвлечёмся от городской суеты, — улыбался Виталий, увидев выражение лица отрядовцев и пытаясь так их подбодрить. — Ага, забудем от усталости, — ответил Юлий не без доли агрессии, однако сразу же постарался перестроить свою речь в более дружелюбное русло, — Спать будем как младенцы, прямо на траве, — глупо спародированная, почти дружелюбная улыбка появилась на лице парня, что всё же сгладило ситуацию.       Добираться предстояло сложным путём: чтобы не светить нигде машину, нужно было ехать с пересадками на автобусах, а после ещё часть шагать пешочком по лесу. Учитывая, что багаж в это время придётся нести в руках и на спинах, ребята постарались брать поменьше вещей, но вышло всё равно много: каждому по паре комплектов одежды, еда, питьё и «на всякий» — палатки; мало ли? Вдруг действительно придётся спать на траве, не управятся за день?       Проехав две трети пути, отряд дружно шёл по лесной целине и распевал знакомые им песни: благо, никому это не мешало, и они могли спокойно узнавать музыкальные вкусы друг друга. Больше всех в такой ситуации выигрывали, разумеется, те, у кого или тексты песен были выжжены на подкорке, или они имели плеер. Впрочем, не теряя темпа шага, ребята весело дошли до зарослей, огороженных небольшим забором. — А ты боялась, как бы бензопила не понадобилась, — улыбнулся Шамиль, сказав это настолько тихо, что никто, кроме рядом идущего Юлия, не услышал его слов. — М-да, ну и заросли… — прокомментировала Кэсс, — Ну, ничего, справимся.       Вокруг послышались согласные возгласы.       Ребята приступили к работе: кто-то чистил окружившую забор траву, кто-то пытался пробраться в дом, кто-то искал другие сооружения на этой территории, — к вечеру весь участок был мало-мальски расчищен и палатки можно было поставить прям на нём.       На следующее утро, отряд хотел уже отдохнуть, — поэтому Виталий и Эрик направились устанавливать мангал, а после, когда к ним присоединился Тихомир с подготовленным мясом, — и готовить шашлык; хотя другая часть отряда продолжала «расхламление» участка.       К вечеру ребята могли уже спокойно передвигаться по всему немаленькому участку, ходить по дому без опаски на насекомых и грызунов, ведь Фатима на пару с Варей выдраили его до блеска и разложили отраву, а также протопили в нём центральное помещение. — Фай, не думаешь, что можно домик уже и перестроить? — обратилась к девушке Фатима, пока они ужинали — Я пока убиралась, очень явственно чувствовала запах гнили. — Наверное, ты права. Сколько уж лет домику-то, — весело хмыкнула девушка, — Только я строй-группам не очень доверяю, если что, — уточнила она, пережёвывая кусок, — Так что, если делать — разве что, с вашей помощью. — Да на раз-два! — неожиданно выдал Шамиль, — Нельзя такой земле пропадать, — так он объяснил свою возбуждённость в ответе.       Какое-то время они сидели молча, но вдруг Фаина вспомнила одну свою идею и решилась предложить её к обсуждению: — Кстати, ребят, я тут немного подумала… Что скажете, насчёт благотворительной ярмарки?

2002

      Место встречи изменить нельзя: отряды пересеклись в Зазеркалье, кто-то услышал чьё-то обсуждение — и оно охватило уже больший пласт народа. — Признаться честно, я опасаюсь, что может быть в этом метеорите, — сказала Фатима, положив руку на сердце, — А если там вдруг неизлечимая инфекция? Все эти инопланетные тела не могут быть абсолютно безопасными. — Я попрошу, — возник ей в ответ Александр — один из «учёных» в «вышибалах», — Я соглашусь с тем, что не может быть абсолютной безопасности, но что, если там есть то, что наоборот пойдёт нам на пользу? Может, вакцина от рака? Или других онкологий. — Это какая-то фантастика, Саш, — оборвал сокомандника Виктор, — Вариант… — повернув взгляд на девушку, он услышал нужный ему ответ, — Фатимы, да; гораздо более вероятный, нежели твой. — Да и толку, если там будет вакцина? — влезла Варя, — Она же может иметь более серьёзные побочки. — Было б интересней, если б там какие-нибудь б останки нашли, — подал голос Шамиль. — О, а ты археологией увлекаешься? — спросила его Чингмээ. — Не, палеонтологией, — с некоторым пренебрежением ответил он. — А в чем разница? — напрягши мимику лица, спросил Арсений, истинно не понимая различия этих двух терминов. — Археология занимается конкретно человеком, — пояснил Шамиль, сойдя на более снисходительный тон, — Палеонтология шире в предмете исследования. — Ага, — казалось, что в голове светловолосого парня образуются новые нейронные связи, потому что лицо изображало этот процесс наглядно. — Слушьте, а вам Фаина что-то про благотворительную ярмарку говорила? — сама девушка сейчас отсутствовала по причине ухода за Беляшом — змейкой-альбиносом у неё в квартире, поэтому этот вопрос задал Тихомир. — В смысле? — удивилась Елена, — Какая ещё благотворительная ярмарка? — А… — запнулся Виталий, но завидев, что его слушают, продолжил, — Она думает над тем, чтобы устроить благотворительную ярмарку для детей-сирот. — Это зачем? — удивилась Диана. — Да, такой же вопрос, — присоединился к ней Василий. — Она объяснила это тем, что, мол, пусть узнают о разных родах деятельности и найдут себе занятие для свободного времени, — в привычной для себя манере, пародируя Фаину, ответил Юлий. — Мне она ничего не говорила, — отмахнулась Елена. — А мне… Я, кажется, помню, как она говорила о чем-то таком, — задумался Виктор, — Но то было то ли полгода, то ли год назад, и все в этой идее было размыто, ноль конкретики. — Не, сейчас она уже план накидала и нас задействовала, — по обыкновению мало сговорчивая Лидия ответила с мягкой радостью. — Хах, хотелось бы взглянуть, — усмехнулась Елена и погрузилась в свои мысли.

2003

      Август. Тёплые летние деньки подходят к концу, и уже чуть повевает осенней прохладой. Температура в последнюю неделю не поднимается выше 20°С, особенно мёрзнущие граждане начинают носить лёгкую верхнюю одежду.       Именно в эту последнюю неделю впервые открывается благотворительная ярмарка для детей, обучающая их различным ремёслам и отчасти — финансовой грамоте; ведь на ярмарке действует собственная валюта.       24 августа 2003 года проходит торжественное открытие первого сезона ярмарки; отряд смог спланировать её график на несколько месяцев вперёд, поэтому она не стала одноразовой акцией.       В частности на эту ярмарку приглашались ребята-сироты из детдомов. — Здравствуйте… — не зная имени, обращалась Фаина по телефону, желая сообщить о проведении ярмарки: авось придут? — Здравствуйте, это детский дом, вы не ошиблись номером? — Нет-нет. Я просто не знаю, как к вам обращаться, — с глупым смешком призналась Фаина. — А, Мария Васильевна, директор детдома. — Спасибо. Мария Васильевна, хочу пригласить вас и ваших подопечных на благотворительную ярмарку. Я и мои коллеги — её организаторы. — Интересное предложение… Но… — директриса уже хотела отказаться, однако решила узнать, — А что в рамках этой ярмарки будет? — Мы представляем разные ремёсла, если можно так сказать, — начала Фаина, — Плюс, первичное обучение финансовой грамотности. У нас на ярмарке своя валюта, за счёт которой дети могут купить место на обучение какому-либо ремеслу. — Мы… Подумаем, — сомневаясь в такой авантюре, Мария Васильевна старалась рассуждать быстро, а потому добавила, — Скорее всего, мы придём. — Хорошо, спасибо, — с добродушной интонацией ответила Фаина, — До свидания! — и положила трубку.

***

      Серёжа сидит в комнате и что-то усиленно набивает на своём ноутбуке. Это последние его года в детском доме — совсем скоро он станет самостоятельным человеком, поступит в универ…       Хотя, несмотря на большой, действительно большой, объём своих знаний, Сергей сомневался в своих силах на поступление. Каждый день его преследовали мысли о том, что он недоберёт на вступительных самую малость и в итоге будет бомжевать.       С таким настроем единственное, что у него удавалось хорошо — пить кофе и писать коды на разных языках программирования; ни спать, ни есть, ни даже банально мыться — везде возникали эти ужасные мысли, а следом за ними — ещё более страшные: «А если прямо здесь и сейчас закончить уже это всё?»       Однако от «этого» его спасал его друг — Олег Волков. Он приходил к нему с кучей самых разных новостей — в основном от Марии Васильевны. Парень тоже был воспитанником этого детдома, однако в отличие от Серёжи попал сюда гораздо позже — его родители погибли и только потом Олег оказался здесь.       Их дружба была странной для всех: совершенно неразговорчивый Серёжа, забитый, никому не нужный, кроме воспитателей, огрызающийся — «злой»; и Олег — открытый, общительный, будто и не попавший после трагедии сюда, — «добрый». Как такие противоположности вообще нашли общий язык?       Но не зря же говорят, что противоположности притягиваются. Так они и прошагали вместе до своего выпуска. — Сер, привет, — вновь залетает Олег в комнату к другу, — Прикинь, в городе будет какая-то благотворительная ярмарка, наш детдом спецом пригласили! — Привет. А кто организатор? — спрашивает Сергей, отрываясь от монитора и почему-то чувствуя лёгкий подъемна душе. — Да Сильвина какая-то там, — отмахнулся он, — Я не слишком имя запомнил. — Хм, — призадумался парень, — Ну, ладно. Ты хочешь идти? — А почему б нет? — вопросом отвечает Олег, — А ты что? — Да мне готовиться надо… — стесняясь своего отказа, Сергей растерянно почесал затылок. — Серёж, — чуть сбавив свой радостный настрой, Олег присел рядом с парнем и постарался взять его руки в свои, — Ты всё сдашь и так, понимаешь? — Да нет, я же до сих пор совершаю глупейшие ошибки! — взбунтовавшись, Сергей вскочил с кровати и широким жестом махнул руками, после чего ими же закрыл своё лицо, — Я ничтожество… — Серёж… — последняя фраза повергла Олега в шок. Казалось, что что-то треснуло, чего он так долго не замечал, — Серёж…? — подойдя к нему, Олег обнял его и стал шептать, — То, что ты допускаешь ошибки — ничего страшного. Ты просто будешь знать, где можешь проебаться и на самих испытаниях тщательнее проверишь работу. Ты очень много знаешь, и это не может не сказаться на результате, — приятный, мягкий голос друга действовал как успокоительное: наступавшая несколькими моментами ранее истерика Сергея отступала, — Сейчас нужно развеяться. То, что ты уже знаешь — ты не забудешь. А если не знаешь, то и забывать нечего, — немного отойдя, Олег взял Сергея за плечи, — Погнали на ярмарку, глянем, как мелкие выёбываются друг перед другом.       Ответ Олег ждал недолго, но даже эта тишина казалась слишком долгой, тягучей. — Ну… Пойдём, — успокоенно улыбаясь, парень слегка хихикнул и пошёл к компьютеру, чтобы его выключить.

2004

      «Сегодня, четырнадцатого февраля, произошла трагедия. В московском аквапарке «Трансвааль-парк» произошло обрушение купола над зоной водных развлечений. В результате обрушения погибло двадцать восемь человек, восемь из которых — дети, ещё двенадцать получили тяжёлые ранения и сто восемьдесят девять — ранения других степеней тяжести», — голос из телевизора звучал глухо, Фаина знала, что что-то будет, но что…       И вот оно случилось. Что делать? Почему она знала? Как могла почувствовать? Пока что женщина лишь неподвижно сидела на диване перед мигающим картинками экраном.        В дверь комнаты постучали. Фаина сказала войти, но сразу же забыла об этом и просто смотрела в уже опустевший экран: вошедший человек, увидев её состояние, сразу же выключил экран и подбежал к ней. Посыпались вопросы: «Ты что? Ты как? Что случилось?» — но ни на один из них она не дала вменяемого ответа. — Там люди погибли… — охрипшим голосом выдавила она, — Может… — Так, спокойно, — Кэсс не на шутку перепугались такому состоянию женщины, — Ты сама сейчас как? — Я хочу им помочь, — Файя попыталась встать, но делала это с трудом: ноги подкашивались. — Как ты им сейчас поможешь? — возмутилась Кэсс, — Ты сама на ногах еле стоишь!       Однако Фаина её уже не слушала: она с горем пополам побрела в ванную и добротно плеснула ледяной водой себе в лицо. Это отрезвляло. Женщина делала это снова и снова, лишь бы снова не попасть в то состояние, в котором она пребывала последние минуты. — Фай, ты как? — на этот раз Фатима по зову Кэсс подошла к ней и положила руку на плечо. — Не трогайте меня сейчас, — голос звучал устрашающе, поэтому Фатима испуганно отошла на пару шагов назад. — Фай…? — взгляд метался с тяжёлого дыхания на потерянный взгляд, совершенно пустой и обращённый на Фатиму. — Пока никому не заходить в мою комнату, — и уверенным шагом Фаина ушла.       Бывшие на кухне и в гостиной ребята были удивлены такому поведению — его никогда не было на их памяти. Тихомир озадаченно смотрел на следом вышедшую Фатиму и молчаливо, одной лишь мимикой как бы задал ей вопрос: «Что случилось? — С ней что-то не то, но это не то, о чем она хотела бы говорить, — попыталась сформулировать Фатима       Отряд находился в штабе — квартире Фаины. С её количеством квадратов ребята спокойно уживались вдвенадцатером. Но следующие полчаса отряд молчал, как бы не ухудшить состояние Фаины: общались по большей части шёпотом и о чем-то отвлечённым. Когда она вышла из комнаты, все взгляды уставились именно на неё. — Ребят, кто хочет со мной поехать и волонтёрить в Москву — поехали. Прямо сейчас, — Фаина наскоро обулась и вышла из квартиры, захватив свою дорожную сумку через плечо.       «Экспедиция» по итогу прошла успешно. Единственное, что не отпускало всех — реакция Фаины, да ещё и на что — на смерти? Она работала в ОМОНе, возглавляет их отряд по «уборке» за вышибалами — не может быть такого, чтобы она смертей не видела. — Фай, можно к тебе обратиться? — подходя, спросил Добрыня. — Да, чего? — попивая кофе на кухне, откликнулась женщина. — Почему… — он ненадолго замялся, — Почему ты так отреагировала на эту трагедию?       Наступила неловкая тишина, ведь Фаина и думать забыла про «такую» свою реакцию. Добрыня стоял в ожидании ответа. Наконец, до женщины стал доходить смысл его слов: — А… Понимаешь… Это невинные жертвы обстоятельств. Нехорошо это, что из-за чьей-то ошибки умирают люди — из-за чего-то же крыша обрушилась, — обречённо сказала Фаина на выдохе, — Я вообще не люблю, чтобы люди умирали… — уже более тихо сказала она, Добрыня этого не услышал.

***

— Ребят, прикиньте, — Эрнест выбежал из своего закутка, — Киберспорт теперь официальный спорт в России! — Ещё бы знать, что это… — выдал Эрик, сидя в гостиной. — Когда на компе гоняешь в танчики и всякое такое, — быстро пояснил Эрнест, — Представьте, как это круто! На этом же и зарабатывать можно… — задумался он.       Как быстро появившись, так же быстро Эрнест исчез… Надолго. Даже когда к нему заходили, в этот раз он не отворачивался от экрана, не разговаривал с ребятами и вечно что-то делал в своём злосчастном компьютере.       Некоторые из отрядовцев — а особенно те, с кем он близко общается, — начали серьёзно волноваться о его состоянии. Когда он ходит есть? Пить? Мыться? В туалет, в конце-то концов?       Окончательно закончившееся терпение дало о себе знать: Варя, Юлий и Шамиль пошли узнавать, в чём же дело и почему Эрнест не вылезает со своего места уже столько времени. — Нес, ты что ж тут как Дракула засел, — начал сразу со входа Юлий, — Темень, как у негра… — Потише, у меня турнир, — отозвался он, сидя, как обычно, перед монитором. — Ты несколько недель света белого не видел, какой турнир? — возмутилась Варя, — Ты когда уже закончишь это самонасилие? — Да это последний, — будто отмахнулся, брякнул Эрнест, — Ща, подождите чуть-чуть.       Ребята сели вокруг него в наваленные мешки. Буквально через десять минут, Эрнест вскочил и радостно заорал. Все присутствующие при этом зрелище перекрестились — даже если не были верующими. — Всё, Петь, спасибо за игру, — и отключившись от чата, Эрнест обратился к своим «зрителям», — Я сейчас заработал денег тупо играя в компе, — кратко пояснил он, — Притом, что моим тиммейтом был десятилетка. Жесть вообще, хах, — Эрнест усмехнулся сам себе и положил руку на лоб, — Нет, ну вы представляете себе, что на играх можно зарабатывать? — Я пока только представляю, как ты можешь попасть в дурку, — осекла его Варя. — Ой, короче…       Следующие два часа компания обогащалась знаниями в области техники, компьютерных игр и киберспорта: многое, что они узнали, фактически прошло мимо ушей, ведь в принципе для них все, что связано с этой «новомодной» техникой — грубо говоря, тяжело, а честно — неинтересно. — Ага, то есть у тебя есть теперь какой-то выигрыш, — снова спросил Шамиль. — Да! Это ли не круто? — его энтузиазм не давал покоя Варе, поэтому она подошла к нему и рукой померила температуру. — Ну, ты не горишь, но явно перевозбуждён, — констатировала она, — Отвечая на твой вопрос: да, круто. Но это будто бы опасно для здоровья. — Ой, да я на разок буквально попробовать, — махнул Эрнест рукой и вернулся к компьютеру, чтобы его выключить, — Вы, как я понял, хотели меня вытащить куда-то? Теперь я весь ваш, — и весело хохотнув, Эрнест раскинул руки в широком жесте.

2005

      Шамиль идёт по улицам Санкт-Петербурга. В голове странным ворохом мелькают мысли: «Как серо. Ни одного деревца. Один камень». Это в какой-то мере угнетало его, ведь парень привык жить среди природы, а не каменных домов, асфальта и лишь изредка проглядывающей зелени.       В памяти всплывали знакомые ему образы: самое чистое озеро страны, своя экосистема, леса, — природа всегда занимала особое место в его сердце.       И потому сейчас, когда он застрял здесь после сложившейся больше 10 лет назад ситуации, Шамиль начал чётко осознавать свою тягу ко всему, от чего он уехал. Теперь ему приходилось справляться с постоянным упадком сил, казалось, появившимся из ниоткуда, вечно плохим настроением и невыносимой тоской — как там у него сейчас? Как родители? Что им сказали, когда он пропал? А живы ли они вообще ещё?       Такими прогулками Шамиль старался наоборот, опустошить свою голову, но в этот раз удавалось плохо. Ноги невольно повели обратно — в штаб-квартиру, где наверняка сейчас Юлий — его друг.       Шамиль пришёл, однако в привычном месте друга не застал. «Ну и ладно», — подумал мужчина и сел в гостиной, слегка прикрыв глаза. Усталость накрывала с головой, а потому, спустя совсем немного времени, Шамиль сполз вниз по гостиному дивану, улёгся на него и уснул.       Дрёма была зыбкой: мужчина то просыпался, то вновь засыпал, да и в целом шорох вокруг не давал погрузиться в царство Морфея полной мере. Правда, в какой-то момент ему всё же удалось крепко уснуть и перед глазами появился сон: красивый сад открывался его взору, всё было зелено и кое-где проглядывали бутоны ярких цветов.       В это время в гостиной появился Юлий — он ходил в магазин по поручению Тихомира, который собирался сейчас готовить. Мужчина поставил сумки в кухне и уже сообщил к сегодняшнему повару, что продукты готовы. Теперь же он хотел занять своё привычное место в гостиной, но увидел, как его друг разлёгся на весь диван и чему-то улыбался во сне.       Не желая ему помешать, Юлий аккуратно сел рядом: он приподнял ноги и сел на освободившееся место, после чего положил их себе на колени. Шамиль не проснулся, а Юлию удалось сесть в удобное положение. Вскоре, и сам Юлий, поддавшись сонливости, задремал.       Спустя какое-то время в гостиной появились Тихомир и Фатима, шедшие на кухню готовить. Женщина заметила эту картину и жестом указала мужчине на неё. Тот, увидев это, шепнул Фатиме на ухо: «Интересная у них дружба», — и тихонько посмеялся в кулак.       Вечером, почти под ночь, вернулась хозяйка квартиры — Фаина. После смены в кофейне не хотелось ничего, кроме как поесть и спать. Зайдя в гостиную, она тоже смогла наблюдать прекрасную картину спящих и не могла не усмехнуться. — Что это у нас здесь? — подойдя к кухне и махнув рукой за спину, спросила она у отрядовцев, сидевших в ней. — Да они так часов с шести, может, семи уже лежат, — сказал Добрыня, — Прям парочка. — Ой, ладно тебе, — ответила ему Варя, — Спят и спят, чего бухтеть-то.       В этот момент они начали просыпаться. Юлий, не привыкший сразу вскакивать, как проснулся, поначалу долго лежал с закрытыми глазами, а когда открыл, не торопился вставать или вообще хоть как-то двигаться. Максимум, на что он сейчас был способен, это повернуть голову в сторону кухни и улыбнуться товарищам. — О, доброе утро, — поприветствовал Юлия Виталий, — Как спалось? — Нормально, — ответил мужчина, — Хотя, лучше бы в положении лёжа. — Ещё бы, несколько часов в таком положении проспать, это ещё уметь надо, — по-доброму хихикнула Варя. — Как бы теперь выбраться… — прошептал Юлий, оглядывая своё положение.       Здесь уже Шамиль стал просыпаться: растянув руки в широком жесте, он поджал под себя ноги, чем освободил Юлия. Тот, недолго думая, встал и направился на кухню, чтобы попить, пока Шамиль садился на диван и долго зевал. — О, ещё один проснулся, — обрадовался Добрыня, — Что-нибудь снилось? — Ага, — немногословно ответил Шамиль. — Что? — удивился Юлий, знавший, что обычно другу не снится ничего, либо кошмары. — На удивление, что-то, от чего мне не было плохо, — проговорил Шамиль, — Оранжерея. Кстати, они же есть здесь? — В Питере? — уточнила Фаина. — Да. — Есть, конечно, — продолжила свой ответ женщина, — Я вообще о создании своей задумываюсь. — Правда? — искренне-детский восторг Шамиля не мог не остаться незамеченным, поэтому он слегка сдержался, произнося, — В смысле, это было бы очень круто. — Да если бы я ещё знала, что там должно быть, — буднично ответила Фаина, поняв, что Шамиля можно привлечь к этой работе. — Я могу рассказать. Или ты только задумываешься, без плана? — уточнил Шамиль. — Могу и с планом. Хочешь взяться? — Да, — такой чёткий и уверенный ответ положил начало планированию и дальнейшей постройке оранжереи.       Она была создана в том же году.

***

      Олег твёрдо решил — до второго курса он не дотянет, а значит он идёт в армию. Эта новость весьма огорчила Сергея, из-за чего они чуть не разругались перед самым отъездом Олега — на перроне. — Серёж, ну я же говорил, что уезжаю, — тепло успокаивал друга Олег, — Я ненадолго, это всего год. — Это целый год, Олег! — возмущался Сергей, — Нет, я помню, ты говорил, все решено, но… Неужели ты не боишься? — Чего мне бояться-то? — улыбнулся Волков. — А если мы больше не увидимся?! — страх Сергея уже переходил в панику. — Так, Сер, тормози, — Олег попытался прихватить того за плечо, но парень увернулся, — Ну ты что? Тебе ещё учиться и учиться, я вернусь быстрее. Ещё кто кого ждать будет, — стараясь не вспылить в ответ, Олег вновь попытался дотронуться до Сергея. — Как ты можешь этого не бояться? — глаза на мокром месте, руки трясутся, кажется, будто сейчас мир рухнет, но Сергей не позволяет до себя дотронуться. — Потому что этого не будет, — став чуточку серьёзнее, ответил Олег, — Мы с тобой ещё встретимся, я тебя так просто не брошу.       Такая малозаметная перемена в настроении друга насторожила Сергея. Это он серьёзно? Или прикалывается? Что вообще, черт возьми, происходит сейчас? — Ты будешь меня ждать? — вопрос прозвучал как выстрел, настала нервная тишина.       Сергей взглянул в карие глаза напротив. Молчание сейчас всё больше, казалось, должно было разрушать фундамент из отношений, но спокойный взгляд собеседника говорил об обратном: он ждёт ответа вне зависимости от времени его обдумывания — Да, — собрав волю в кулак, ответил Сергей, — Буду ждать. — Значит я вернусь, — без доли сомнения и стеснения ответил Олег, вновь предприняв попытку докоснуться до Сергея.       В этот раз его попытка не была воспринята враждебно: скорее наоборот, Сергей сам упал в объятия парня. Олег был рад, что смог убедить друга в необоснованности его переживаний; он был рад, что Сергей ему поверил. «Я точно знаю, что вернусь», — подумал Олег и крепче сжал Сергея.       Когда они отстранились, Волков заметил лёгкую улыбку на лице друга; то был хороший знак. — Мне пора, — сказал Олег и хотел было уходить, как Сергей молча его схватил за руку.       Он обернулся. — Что? — не без доли тревоги спросил Олег.       Ответ был молчаливым: Сергей подошёл к Олегу вплотную и легонько поцеловал того в губы. Шок застыл на лице Волкова. Нет, он не был против того, что сейчас сделал Сергей, просто сейчас им не хватило бы времени всё обсудить. — Это, чтобы ты помнил, что я жду, — уверенно сказал Сергей, продолжая смотреть Олегу в глаза. — Я… Я это точно не забуду, — отмер Олег, и ответил Сергею тем же — поцелуем, — А это, чтобы ты не сомневался.       Между ними проскочил лёгкий, но нервный смешок. Олег быстро глянул на вокзальные часы. — Вот теперь точно пора, — произнёс он, — До встречи, Серёж, — тёплая улыбка появилась на его лице. — До встречи… — «Мой Волче».

2006

      Компания «работяг» собирается утром: Фаина — в кофейню, Фатима — в аптеку, Добрыня — в «Теремок»; Тихомир встал утром с ними за компанию — накормить да самому позавтракать.       Завязался непринуждённый разговор, о том, где работать было бы проще. — Нет, ну слушайте, приходит значит ко мне парень в аптеку на днях, вечером, что ли дело было, — Фатима задумчиво ставит голову на ладонь, — Ну так вот. Заходит он один, но как позже выяснилось, был он с девушкой. Сами понимаете, зачем они в аптеку пришли, — хитро улыбается женщина, — Просит он у меня контрацептив, я его спрашиваю, мол, вам какой: цвет, вкус, запах, размер. Паренёк задумался — прям серьёзно так, — и давай меня расспрашивать! Ну, я консультирую, конечно, что у нас есть, как размер подобрать, а девушка уже заебалась ждать на улице, видимо, да и подмёрзла — не лето чай, — как начнёт его разносить прямо у меня в аптеке! Хорошо, никого не было — парень сквозь землю провалился, как она начала ругаться. — Хах, да, ну и парочка, конечно, — усмехается Добрыня, — А разве бывают какие-то разные презики? — Ой, ты не поверишь — самые разные. Даже светящиеся, прости Господи, — Фатима перекрестилась. — До чего техника дошла… — пародируя одного персонажа из советского мультфильма, сказала Фаина. — И не говори, — ответила Фатима, — А у тебя как там? Тихо, спокойно? — Боюсь, работа с людьми тихой и спокойной не бывает, — сказал с усмешкой Добрыня. — Да уж, это точно, — поддержала его Фаина, — У нас что ни день, то приключение. Приготовь то, не знаю что, и сделай это из того, чего нет, — женщина устало потёрла переносицу пальцами, — Вчера. Приходит довольно прилично одетая дама и просит кофе, но поменьше добавить в него кофеина, а то у неё из-за него рвота и понос… — изображая на лице своё удивление, Фаина вызывает искренний смех в собеседников, — Я думаю: «Тёть, а нахер ты тогда в кофейню пришла?» Пытаюсь ей объяснить, что, внимание, эспрессо! Не может быть без кофеина, ну, никак! — ребята всё звонок смеются и Фаина подхихикивает вместе с ними, — Ребят, она на меня жалобу за это накатала. Реально. Я сама видела. Хорошо, что начальство понимающее… — отпивая воды, Фаина закончила рассказывать. — Ой, у нас наоборот, все как-то проще и легче, — признаётся Добрыня, — Да, и у нас не без идиотов, конечно, но я вам лучше доброты накину: к нам всегда после школы заходит перекусывать семья — мама с девочкой; ну, ей лет десять, не больше. Она всегда такая радостная идёт к нам и весело делится своими успехами, молодец вообще. За это рисую ей на блинчиках цветочки, персонажей всяких, — сказал Добрыня, — А в последний раз они приходят, я её спрашиваю, может она чего определённого хочет, в смысле, рисунок, а она мне: «Рисуйте, что хотите, я все равно всё запомню!» Оказывается, они фотографируют эти рисунки и у них дома уже целая галерея. Так приятно, — лучезарная улыбка мужчины лишь подтверждала его слова. — Да, товарищи, как многогранна жизнь, — как бы подытожил Тихомир, — Давайте, заканчивай к с завтраком и идите, чтобы не опоздать. — Ну, командир прям, — усмехнулась Фаина и, взяв тарелку, поставила её в раковину, — Спасибо. — Всегда пожалуйста.

2007

— Всем привет, ребят, — Фаина заходит «на чай» к Елене и видит странно горькие лица «вышибал», — Что-то случилось? — Саша и Надя погибли, — тихо сказал Михаил. — Что? Как это произошло? — услышанное повергло Фаину в шок. — Спецназ стал брать здание, в котором мы работали и их застрелили, — сухо рассудил Василий. — Подождите, а мои ребята? — холодок прошёл по коже, — Они были с вами? — Нет. В этот раз мы решили вас не звать, оставить всё так, — сказала Елена, — Милиция становится сильнее и оперативнее, поэтому вам пока лучше ещё сильнее оставаться в тени.       И пусть Фаина сама хотела увидеть, что с её ребятами все в порядке, эти слова смогли её успокоить — она ограничилась сообщением в общий чат Jimm — мобильной «аськи». — Елен, а что будет дальше? — спросила Фаина. — Мы свернём нашу деятельность, — на выдохе сказала она. — Что? — обернулся Виктор, — Эти скоты расстреляли наших людей, а мы это просто так оставим?! Они моими друзьями были, я их с поступления знал! — взбесился он, — Я требую ответных мер, Командующая! Око за око! — Рагнар прав, мы должны что-то сделать! — подключилась его жена Нонна. — Это не обсуждается, — отчеканили Елена, — Вам напомнить, сколько сейчас людей в Зазеркалье? Наше дело — сберечь их, — холодный тон только сильнее заставлял злиться Виктора и Нонну, — В ближайшее время никаких вылазок — я запрещаю. — Ещё бы после такого тебя кто-нибудь слушал, — прошипел Виктор и ушёл из душного для него помещения.       Следом за ним вышла и Нонна. Фаина быстро глянула во всплывающие окошки и окончательно успокоилась: отряд ответил, что они дома и совершенно не в курсе никакой операции. Однако теперь перед ней открылась другая тревога — Тома — дочь Александра и Надежды. — Ребят, а где Тома? — еле слышно сказала Фаина, приводя в ужас всех окружающих. — Пока ещё в школе, — ответила Диана, — Но уже скоро вернётся…       В комнате воцарилась тишина. Когда дверь стала потихоньку открываться, все присутствующие оглянулись на входящую Тому. — Всем привет! — задорно сказала девчонка, — А вы не знаете, где папа и мама? — Они… — все в комнате отчётливо слышали подошедший к горлу ком у Елены, которая хотела сказать правду. — Заняты? Опять? — недовольно бурчала девочка. — Нет, Том, — обратилась к ней Фаина. — О, тетя Файя, здравствуйте, — девочка радостно подбежала к ней. — Том, — когда девочка ненадолго отошла, Фаина попыталась сформулировать свои слова так, чтобы она смогла воспринять информацию нормально, —Понимаешь, с нашей деятельностью… Повышен риск смерти… — Ой, ну вы-то хоть не нудите! — воспротивилась Тома, — Родители под таким предлогом Диане запрещали со мной заниматься. — Том, выслушай, пожалуйста, — затормозила её Фаина, — Твои родители… Больше не смогут ничего тебе запретить, у них больше нет такой возможности. — Ого, как круто! — сначала обрадовалась Тома, но после, связав последние фразы женщины, она, чуть ли не плача, обернулась на Фаину, — А… Почему у них больше нет… Возможности?       Вопрос так и повис в воздухе. Фаина сама разрывалась на части, говоря такое ребёнку, однако собралась с силами и на одном дыхании выдала: — К сожалению, они погибли.       Девочка сначала не поверила своим ушам. Нет, ну как так? Этого не может быть! Однако, это случилось. Слезам Томы не было предела, но ей помогли справиться с этой потерей и Диана, и Василий, и Фаина — каждый по-своему, но в скором времени Тома свыклась с мыслью о том, что её родителей нет.

2008

      Очередной рабочий день. Фаина заступает на смену и спокойно работает.       Где-то в середине дня в кофейню врывается немало известный сотрудник полиции — Майор Гром. Женщина недоумевает, что он здесь делает, но как и любому другому обычному посетителю, она улыбается и дружелюбно предлагает какой-либо напиток. — Ты ещё смеешь улыбаться мне в лицо? Наркоша, — Гром заходит за стойку и скручивает Фаину. — А у вас хоть имя-то узнать можно? — женщина корчится в унизительном для себя положении, однако не забывает о том, что так-то она действительно не чиста, и думает лишь о том, чтобы под нее копать не начали. — В участке узнаешь, — довольный своей работой, Гром ведёт Фаину до полицейской машины, сажает в неё и везёт в участок.       Однако после нескольких дней в участке выясняется, что Фаина Эдуардовна сильвина— совершенно безобидна и вообще-то сама когда-то служила народу именно в этих органах. Гром ошибочно принял её за владелицу крупной наркосети в городе, поэтому так бесцеремонно её скрутил. Такая ошибка для него могла бы подпортить репутацию, поэтому начальник — Прокопенко — пригрозил майору, чтобы тот извинился.       Сидя в допросной, Фаина без интереса разглядывала серые стены. Стоило сюда зайти Грому, как женщина слегка оживилась, но лишь внутренне. — Приношу свои извинения, произошла ошибка следствия, — и подойдя к ней, майор высвободил её из наручников. — Я рада, что во всём разобрались, — потирая запястья, Фаина встала из-за стола и направилась к выходу. — Вы… — Гром хотел ещё что-то сказать, но она его перебила. — Думайте перед делом, майор. Желательно, шагов на десять вперёд и в разных вариациях, чтобы уж наверняка, — Фаина не собиралась рассказывать об этом случае хоть кое-где, но…       Но перед участком её уже ждали местные СМИ. Не ожидавшая этого женщина сразу же просчитала кратчайший путь, как она могла бы пройти без лишних вопросов от приставучий журналистов. — Скажите, считаете ли вы правомерными действия майора Грома? — Фаина Эдуардовна, за что вас задержали? — Расскажите пожалуйста, как к вас относились в участке? — Стоп все, — одним махом руки Фаина заставила слушать себя толпу галчат-журналистов, — Произошла ошибка следствия. Ни о чём другом я не осведомлена. На все последующие вопросы отвечать я отказываюсь, до свидания, — и с гордо поднятой головой, Фаина прошла сквозь толпу.       У дороги она заметила знакомую машину и сразу же подбежала к ней. Фаина не ошиблась, то были её отрядовцы. Женщина быстро запрыгнула на переднее пассажирское и сказала гнать, чтобы не увидели номеров.       В машине по пути зазвонил телефон — Фаина звонил переволновавшийся муж. — Привет, дорогой, — быструю речь в телефоне могла понять лишь сама женщина, — Нет, всё хорошо, меня отпустили, — ещё один всплеск на другом конце провода заставил Фаину почему-то улыбаться, — Это ошибка следствия. Не надумывай, я в порядке. Меня никто не трогал, я цела и здорова, да ребят? — отрядовцы поддержали её слова, — Все хорошо, не надо, — тёплая улыбка не сходила с её лица, — Точно не надо. Все, давай. Целую, — Фаина положила трубку. — Муж? — спросила Фатима. — А кто ж ещё, — усмехнулась она, — Волнуется. Хотел прилететь, еле отговорила. — Благородно, — подметил Тихомир за рулём. — Ну, главное, что отпустили, — сказала Варя. — Теперь лишь бы не устроили слежку, — настороженно ответила ей Фаина, — Я пока в Зазеркалье ни ногой, без меня будете ходить.

2009

— Ребят, как смотрите на то, чтобы полететь на чемпионат по хоккею? — подобное предложение от Кэсс слышать было странно. — Хочешь на наших хоккеистов посмотреть? — задал встречный вопрос Тихомир. — Да и не только на наших, — ответила Кэсс, — В принципе на игру, почему нет? Кто-нибудь из вас вообще когда-нибудь был на чемпионатах?       С разных сторон послышались разной интонации отрицательные ответы. — Ну так и почему бы не полететь? — Предложение хорошее, Кэсс, просто… — Фатима постаралась сформулировать свою мысль мягче, — Не всем же интересен хоккей, да? Почему бы не полететь только тем, кому это интересно? — Так это априори, — озадаченно сказала Кэсс, — Зачем платить деньги, притом и немалые, за то, что тебе даже не нравится? — А, все, хорошо. — Ну так что, кто полетит? — ненадолго в кухне воцарилась тишина, однако после некоторые из отрядовцев подняли руку, — Супер, тогда нужно подаваться на визы.

***

      Долетев в Швейцарию прямым рейсом, ребята поселились в неплохой гостинице. Откуда деньги? У кого-то были сбережения, кто-то получал зарплату, но в большинстве своём подсобила Фаина, а точнее её муж, выделившие им на эту поездку достаточную сумму для комфортного похода на чемпионат и полумесячного проживания в Швейцарии.       Ребята веселились и стабильно присылали в общий чат фотографии, что всё хорошо, они живи и здоровы, живут нормально.       Однако в один день — день финального матча между Россией и Канадой — с утра Кэсс пособачилась с одним парнем в гостинице. Конфликт был буквально ни о чём: Ратмир — так звали этого парня — занял тот столик в столовой, где уже сидела Кэсс и те, кто с ней полетел. Как-то в один момент оказалось, что за столиком никто не сидел и Ратмир его занял, хотя видел, что лежат чьи-то вещи. — Sorry. May I ask why you sat at this table?¹ — начала Кэсс с ужаснейшим акцентом на английском. — Можете не выпендриваться, я понимаю русский, — ответил ей Ратмир в весьма хамской манере, — А сел я сюда, потому что было свободно.       «Ага, так даже лучше», — подумала Кэсс, стараясь сдержать порыв упрекнуть хама: — Хорошо, что понимаете. А глаза у вас на месте? — продолжила она, — Вы же видели, что чьи-то сумки лежат?       В этот момент за спиной Кэсс стали появляться другие отрядовцы: Тишка, Эрик и Варя. Они тоже были удивлены гостю за их столиком, но восприняли это менее агрессивно, нежели Кэсс. — Ну видел, и что? — продолжая жевать булку, Ратмир и не собирался двигаться с места, пока не увидел сзади мощную мужскую фигуру. — Кажется, вы заняли наше место, — Тихомир сказал это не грубо и даже не устрашающе, но Ратмир вполне понял его настрой, поэтому встал из-за стола. — Да, простите, — и взяв свой поднос, парень быстрей удалился. — Вот почему вы, мужики, только мужиков слушаете… — буркнула себе под нос Кэсс и постаралась забыть об этом происшествии.       Остальной день прошёл великолепно: Россия выиграла Канаду со счётом 2:1; трибуны ещё долго ревели; те, кто кричал от радости, на следующий день или теряли голос, или ходили осипшими.       Компания из четверых ребят были рады, что послушали Кэсс и поехали вместе с ней — это воспоминание останется у них надолго.