Литий.

*** Их отношения были почти телепатией. Ни слов, ни объяснений — только взгляды, паузы и точные реакции. Они знали привычки друг друга как свои: Чонгук ел мороженое медленно, всегда начиная с краёв; Тэхён засыпал с наушником в одном ухе и всегда жаловался на утренние заломы проводов.  Никто не знал друг друга так близко. Они гуляли вечерами.. День подходил к концу, и ноги сами несли туда, где уже стоял другой. Иногда Тэхён приносил две бутылки с газировкой, иногда Чонгук — странные конфеты, которые никто больше не покупал. Они делились ими молча. Иногда Чонгук смеялся так громко, что прохожие оборачивались. А Тэхён смотрел на него с лёгкой, невыносимой улыбкой. И всё это — было давно нормой. Слишком уютной, чтобы разрушать. В тот вечер было тепло. Один из тех редких вечеров, когда небо выглядит масляным, а воздух пахнет сырым деревом. Они шли молча. Потом — как всегда — остановились у старой бетонной лестницы ведущей на набережную.  Сели на верхнюю ступень. Пили воду из одной бутылки. Чонгук водил пальцем по крышке. Тэхён смотрел вдаль наблюдая как за горизонт садится солнце. Он чувствовал рядом — плечо, дыхание, тепло. Никаких слов не нужно было. Всё было на месте. Чонгук молчал. Потом вдруг повернулся., и просто сказал: - Может съедемся? От этого вопроса Тэхён чуть не поперхнулся. Он вскинул голову и посмотрел на Чонгука удивлённо широко открытыми глазами: - Что? Ты серьёзно? - Вполне. И хватит уже прятаться по углам как подростки. Ухмылка мелькнула на губах Тэхёна. Он отложил бутылку в сторону: - Ты правда думаешь, что у нас получится?.. Жить вместе. Чонгук повернул голову и посмотрел прямо в его лицо: — Почему нет? — Да потому что ты — майор. А я — доктор, который должен  с тобой не спать, а заполнять карты, и лечить солдат. И вообще… у нас военная часть. Слухи разнесутся за час. Чонгук фыркнул: — Пусть несутся. Я не собираюсь больше выбирать между правилами и тобой. Пауза повисла в воздухе,  как последний луч заката. Тэхён медленно улыбнулся: — А если скажут… что ты меня используешь? Майор встал, протянул руку: — Тогда покажем им,что у нас все серьёзно. И Тэхён взял эту руку потому что знал, с этим человеком он впервые почувствовал себя счастливым. — Тогда давай на следующий месяц. - Ну почему на следующий месяц, Тэ? Или ты боишься наконец остаться со мной наедине? - ухмыльнулся Чонгук.   Мы уже полгода в отношениях, а ты все динамишь меня с сексом. Тэхён отвернул голову, пряча вспыхнувшие щёки под ночной тенью.  От такой прямолинейной подколки он растерялся — Может, я просто ещё не готов? - Не готов к чему? Увидеть меня голым? Так ты меня уже видел. Помнишь  душевую комнату в которую ты ошибке зашёл. Тэхён покраснел до кончиков ушей, но глаз не отвёл. — Как можно забыть… — прошептал он с лёгкой дрожью в голосе. — Я думал, сердце выскочит из груди.  Чонгук рассмеялся тихо, почти хрипло: — А я знал. Сразу понял по шагам что это ты.  Он придвинулся ближе. — Я специально вышел тогда голый без полотенца. Тэхён резко вскинул на него взгляд: — Ты издеваешься?!  Я чуть инфаркт не заработал! Чонгук усмехнулся: — Может и да…  А может просто хотел, чтобы ты наконец перестал бегать от меня и понял  что хочешь меня как альфу. - Ах ты извращуга!- хихикнул Тэхен Чонгук посмеялся низким гортанным смехом, чуть наклонив голову и глядя прямо ему в глаза: — Я просто уверен что тебе это понравилось. Тэхён сглотнул, при воспоминаниях тела Чонгука, чувствуя как тепло в низу живота расплывается всё жарче. Но взгляд остался дерзким: — Ты слишком самоуверен, майор. - Даа? - Чонгук притянул Тэхена к себе и поцеловал сначала в губы, а потом спустился к шее. — Да...  — Слишком? — шепнул он ведя  губами по нежной коже, чувствуя, как пульс Тэхёна подрагивает под языком. И вдруг прижал сильнее к себе за бедра: — А ты всё равно не оттолкнёшь.  Потому что знаю. тебе нравится, когда я  так делаю.  Ещё один поцелуй, вверх за ухом. Немного прикусил мочку уха, и из губ омеги вырвался стон. — Так что кто из нас извращенец? А, Ким? Чонгук почувствовал, как тело Тэхёна дрогнуло — и усмехнулся, прикусывая мочку сильнее. — Стонешь… а всё равно не хочешь? Трусишь? Тэхён судорожно втянул воздух, пальцы сами впились в его предплечья: — Я не...  Чонгук дёрнул бедром вперёд. Легко. Намеренно. Тэхён задохнулся: - Боже, тут же люди кругом, Гуки. - Скажи это ещё раз.- Чонгук продолжил прокладывать дорожку из поцелуев к впадинке между ключиц. - Пожалуйста, Гуки! Чонгук застонал от того насколько сексуально звучало его имя  низким голосом Тэхена. - Бляяяя, Тэ! У меня только от твоего голоса член колом, представляю как же ты сладко стонешь при сексе. - Давай не будем ждать следующего месяца... А, доктор?  Я больше не выдержу.  Он приподнял его подбородок, смотря прямо в глаза — настойчиво, почти требовательно:  — Ты хочешь меня.  Так скажи это. Вслух. А я сделаю так, что ты забудешь все свои "правила"... И вообще... Чонгук подхватил Тэхена, перекинул его через плечо  и понёс к машине. Тэхён завизжал от неожиданности, брыкаясь: — Гуки! Что ты творишь?! Поставь меня сейчас же! Но Чонгук лишь крепче сжал его, идя к машине — широкими, уверенным шагами. — Ни за что. — Он бросил игривый взгляд через плечо: — Если будешь орать — закрою рот поцелуем. А если повезёт... то не только поцелуем. Тэхён замер, чувствуя жар между ног. Всё внутри пылало. Он знал: сопротивляться бесполезно. И прошептал в темноту: — Ты… настоящий диктатор… — Можешь считать, я краду тебя. Сегодня ты мой. - майор смачно хлопнул омегу по попе и хитро улыбнулся. - Ай!  - вскрикнул Тэхён возмущенно ударил его кулаком в спину, но майор не обращал внимания, шагая уверенно, крепко удерживая парня за бедра.  - И куда мы идём? — спросил Тэхен, стараясь вывернуться  Чонгук покрепче обхватил его обеими руками и усмехнулся:  - Я увезу тебя к себе домой, и съем. - пошутил Чонгук. - Придурок! Отпусти! - Тэхён снова попытался освободиться, но майор только рассмеялся и крепче сжимал его руки на бедрах. Чонгук усадил омегу на пассажирское сиденье и обойдя  машину сел за руль. Пристегнув ремень и включив зажигание, он посмотрел на сидевшего рядом Тэхёна, который всё ещё выглядел слегка взъерошенным. Майор коротко усмехнулся, завёл двигатель и вывел машину с парковки, всё ещё крепко держа руку Тэхёна.   - Это же похищение! - бормотал Тэхён, пристёгиваясь и бросая на него сердитый взгляд. Чонгук хмыкнул: — Я просто забираю то, что и так  принадлежит мне. Тэхён фыркнул, но не смог сдержать лёгкой улыбки, пряча её за отвернутым лицом. — Принадлежит тебе? А я, значит, твой личный трофей? — пробормотал он, голос уже  дрожал  от возбуждения. Чонгук прижал  руку к бедру омеги и наклонился ближе: — Ты мой. И давно.  Просто раньше я слишком долго молчал… а ты слишком упрямый. — А если это ты считаешь похищением… тогда знай: ты не выйдешь из моего дома до завтра.  Тэхён закатил глаза - Ты невыносим Чонгук. Чонгук медленно ведёт пальцами по внутренней части бедра, чуть сжимая,  чувствуя подрагивание, которое омега старается подавить. — Почему дрожишь, когда я трогаю тебя? — Я не дрожу.. — Дрожишь, — прошептал Чонгук, не отрывая глаз от дороги.    Его пальцы скользнули чуть выше по ноге, упираясь в пах.   — Просто проверка… Рефлексы у доктора отличные. А вот контроль над собой — хромает. Тэхён резко втянул воздух: — Перестань! Мы на дороге… Чонгук усмехнулся: — А ты всё ещё краснеешь. И не смотришь на меня.  Знаешь, как выглядит человек, который хочет секса? Ты сейчас точно так же  выглядишь. Признай это. Это  слишком очевидно, когда  ты возбужден. На этот раз пальцы Чона   почти касались чувствительного места прямо через ткань брюк. От этого простого контакта внутри омеги всё сжалось, а щеки вспыхнули. К дому они подъехали быстро. Чонгук припарковал машину и, выйдя из неё, открыл дверь с пассажирской стороны. Рука сама потянулась к Тэхёну, помогая выйти из машины. — Идём. Голос был низкий и чёткий, и Тэхён покорно кивнул. Всё тело, казалось, горело от одного прикосновения. — Гуки, подожди… — Тэхён едва успевал за ним, но Чонгук уже прижал его к стене гостиной, сбрасывая обувь одним резким движением.  — Не хочу ждать.  Ты слишком долго был не по-настоящему мой. Его губы тут же впились в губы Тэхёна. Руки скользнули под футболку, горячие ладони касались кожи чуть выше пояса… медленно, мучительно. Тэхён застонал:  — Здесь? Чонгук отстранился на секунду,  усмехнулся и провел языком по уголку его губ:  - Нет, конечно. Не здесь. Но я так хочу тебя что еле держу себя в руках. Щёки Тэхена тут же вспыхнули алым. Чонгук стиснул зубы, пальцы впились в талию Тэхёна. Он закрыл глаза, чувствуя, как дыхание сбивается. — Слышишь? — прошептал он хрипло. — Это ты меня ломаешь. А не наоборот. Резко подхватил его на руки и понёс к спальне — больше не шутя, не усмехаясь. Каждый шаг отдавался напряжением в мышцах: желанием сдержаться... хоть чуть-чуть. Дверь распахнулась плечом. — Теперь..., - сказал он низко, глядя сверху вниз на всё ещё оцепеневшего Тэхёна, — ...ты мой без оправданий. Чонгук целовал  жадно, буквально напирая на  губы омеги, не давая даже шанса отстраниться или вдохнуть воздух, перехватывая контроль. Его язык настойчиво проник в рот Тэхена, напористо лаская, он не прекращал держать его  крепко в своих руках, притягивая ещё ближе. Дикое желание захлестнуло с удвоенной силой. Тэхён не мог дышать. Сердце колотилось так, будто рвалось наружу, а тело уже отказалось подчиняться разуму — оно тянулось к Чонгуку само по себе.  Губы горели, язык сражался с его напором, но вскоре сдался — растворился в этом жарком, требовательном поцелуе. Стены рухнули. Правила испарились. Когда Чонгук наконец отстранился на миг — всего на секунду — оба задыхались. Чонгук чуть подтолкнул его на постель, оседлав, руки скользнули к поясу брюк. От каждого прикосновения кожа горела. Казалось,  одежды на теле слишком много — её хочется сорвать с себя немедленно. Чонгук резко стянул с себя футболку. Ткань упала на пол, обнажая напряжённые мышцы и татуировку. Он склонился над Тэхёном, грудь к груди, кожа к коже — горячая, живая.  — Вот... теперь чуть ближе к правде. Его руки снова потянулись к поясу Тэхёна к завязкам: — Разрешаешь?- голос дрожал от напряжения. Как будто весь мир сейчас зависел от  ответа омеги. Тэхён смотрел в эти тёмные глаза… и молча кивнул. Следом за одеждой омеги слетели и штаны Чонгука. Теперь они оба  были обнажены. Альфа внимательно смотрел на  обнажённое тело доктора, не сводя взгляд  ни на секунду. он продолжал держать такое   горячее и дрожащее тело в своих сильных руках, медленно и неспеша проводя ладонями, буквально оглаживая каждую выпуклость, каждую линию на таком желанном теле.  Видел, как  веки омеги прикрываются, он начал медленно покрывать его губы щёки, шею, ключицы нежными и мягкими поцелуями, опускаясь вниз. Тэхён прикусывал губы, пытаясь удержать в себе тихие стоны. Чувствовать горячее тело, кожу к коже — это перехватывало дыхание. Каждое прикосновение языка или губ, каждый поцелуй отдавались огнём внутри.  Его руки скользили вдоль спины Чонгука, удерживая. Тянув к себе ещё ближе. Он ощущал, как альфа тяжело и жадно дышит. Чонгук продолжал покрывать тело омеги поцелуями спускаясь ещё ниже к кубикам пресса на  животе. Тэхён всхлипнул, выгибая спину, чувствуя губы и язык там, где хотелось больше всего. Пальцы впивались в простынь над головой, старался хоть немного успокоить себя.  Но это было невозможно. Каждое прикосновение било током, и всё внутри горело.  Тело отзывалось на каждую ласку и прикосновение. Чонгук смотрел на него, чувствуя, как кровь вскипает от каждого звука, срывающегося с губ омеги. Он медленно приближался к самому чувствительному месту, целуя кожу внутренней стороны бедра, нежно прикусывая её. Чувствительность Тэхена к каждому прикосновению только распаляла Чонгука ещё сильнее. Чонгук уже не мог сдерживать себя. Каждый стон, каждый вдох Тэхёна жёг его изнутри. Он прижался губами к внутренней стороне бедра — нежно, почти ласково... но ровно до того момента, пока омега не выгнулся в ожидании. Тогда — без предупреждения — обхватил ЕГО ртом. Тэхён вскрикнул. Не смог сдержаться. Имя майора вырвалось на одном дыхании: — Гуки!.. О боже... Чонгук работал языком медленно, потом жадно — чувствуя каждую дрожь тела под собой. Он знал: это только начало. Дыхание омеги становилось более тяжелым и рваным. Голова кружилась от запредельного блаженства. Чонгук ускорился: губы и язык двигались всё быстрее, всё жарче.  Он держал бедра Тэхёна крепко, не позволяя отстраняться ни на миг. Руки Чонгука касались везде, куда только могли дотянуться, пальцы оглаживали бока, скользя по коже. Вскоре Тэхён буквально задыхался. Альфа видел каждую реакцию на ласку губ, тяжелое от желания дыхание, темнеющий взгляд. он полностью контролировал ход событий, чувствуя как Тэ, буквально таял под его нежными губами. Чонгук поднимал голову лишь на миг — посмотреть на него.    Искажённое блаженством лицо, приоткрытые губы, дрожащие веки... Тэхён уже не сдерживался.  — Так и знал, ты сладкий... повсюду, — прошептал Чонгук хрипло и снова склонился к нему. Тэхен уже ничего не мог с собой поделать его вело от возбуждения как конченного наркомана от дозы героина.  Тело буквально трясло от похоти и желания, но он все еще немного боялся.  - Я никогда раньше не делал этого. Чонгук на миг замер, переведя дыхание, — только тогда до него дошло. Чонгук чуть удивился,  не ожидая такого откровения, это возбудило его ещё больше. его глаза потемнели ещё сильнее, он не ожидал что омега окажется чистым и невинным, почему-то ему казалось что Тэхен уже был с тем альфой близок. - Почему? Тот  альфа не делал попытки?... - Делал, но я ничего не чувствовал рядом с ним. - Да?.. и что же изменилось сейчас? - Ты стал  тем единственным, кто вызвал во мне это чувство.- Тэхён сжал губы, чуть отвёл взгляд.  Чонгук замер. Даже дыхание сбилось. — Я не мог... с другим. Никого кроме тебя не хотел... И в этот момент Чонгук наклонился и поцеловал его — мягко, глубоко, почти благоговейно. — Я сделаю всё правильно.  Буду терпеливым… буду твоим первым и единственным.  Обещаю. Его рука нежно провела по щеке Тэхёна: — Доверься мне? Тэхен сам потянулся к губам альфы, целуя в ответ. Чонгук застонал в поцелуе, чувствуя, как сердце сжимается.  Пальцы медленно скользнули ниже, осторожно прикасаясь к тугому колечку мышц, подготавливая. Каждое движение — плавное, терпеливое.  медленное, почти мучительно осторожное. Тэхен судорожно выдохнул. — Гуки...  Боже. Чонгук сделал еще несколько движений пальцем внутри, и добавил еще один. Тэхён всхлипнул. С каждым прикосновением ощущения усиливались.  Тэхён едва мог что-то говорить, только хриплым шёпотом: — Пожалуйста... Гуки... я хочу... Чонгук медленно двигает пальцами внутри, стараясь найти нужную точку: - Еще немного малыш. Я не хочу сделать тебе больно когда войду. - Чонгук не переставал целовать омегу. Губы осторожно коснулись сосков которые тут же сжались в тугие   камушки. Тэхён хнычет, запрокидывая голову,  губы чуть приоткрыты. Дыхание сбивается, грудь тяжело и прерывисто вздымается. Тело покрывается каплями пота, в воздухе стоит пряный, сладкий запах. Альфа не может насмотреться на него. Он медленно вытаскивает пальцы, и снова входит уже тремя. смотрит как Тэхён чуть дергается в ответ. Пальцы движутся медленно, уверенно — растягивая, подготавливая к себе. Он чувствует, как мышцы вокруг сжимаются и расслабляются — уже не так напряжены.  Убедившись что Тэхен достаточно растянут и готов принять его. Он слегка коснулся ануса омеги своим членом, входя медленно без резких движений. Тэхён всхлипнув, вцепился в Чонгука обеими руками, вжимаясь лицом ему в грудь. Глубоко вздохнув, он старается расслабиться, ощущая растяжение. Прикусывает губы, стараясь не стонать слишком громко. - Ахх... Альфа замер: — Больно? Тэхён покачал головой, цепляясь за его плечи: — Нет... просто... ты такой большой. Чонгук улыбнулся в уголок губ, поцеловал его лоб: — Я знаю. Прости.  Подождём немного… Он начал медленно двигаться — почти неуловимо, чувствуя каждую дрожь Тэхёна изнутри. Каждый стон — как музыка для него. — Вот так... мой хороший… расслабься... Слушай своё тело… я никуда не спешу.  Тэхён кивает, не в силах вымолвить и слова. Он крепко обхватил Чонгука руками. Дыхание сбивается на каждом толчке — слишком непривычно ощущать его внутри полностью. Но боль медленно исчезает… вместо неё лишь растет тепло и жар, накрывающие его всё сильнее с каждым движением. Сначала движения были плавными и мягкими. А когда Тэхен немного привык к его члену то стал сам двигать бедрами в нетерпении. Ему  хотелось большего. Он уже не сдерживался — подавался навстречу каждому толчку, двигая  бёдрами, требуя глубже.  Чонгук застонал хрипло: — О да... малыш... Он ускорился — плавно но уверенно набирая темп.  Глубоко входя каждый раз до самого основания, чувствуя, как омега сжимается вокруг него в ответ. Пальцы скользнули между их телами — он обхватил напряжённый член Тэхёна и начал двигать рукой в ритме своих движений: - Ах... Да.... Боже, Гуки!  Пожалуйста.  Я больше не могу терпеть эти сладостные муки. Не жалей меня... Чонгук набирал темп изменив угол проникновения таким образом чтобы задевать ту самую точку простаты от чего Тэхен стал терять осознание реальности. Это был неимоверный кайф. - Чонгук!.. прошу!.. Я... я больше не могу!.. Кожа блестела от пота, каждая мышца натягивалась от напряжения. Тэхён всецело подчинился волне наслаждения, идущей через него.  Тянувшее чувство скрутилось тугой пружиной внутри, которая вот-вот должна была выстрелить и поглотить его полностью. От этого ощущения он чувствовал себя безумным. Его рот был открыт, глаза закатились в экстазе. Чонгук сильнее увеличил темп своих движений  стараясь найти ту самую точку, которая бы полностью лишила Тэхена контроля над своим телом.  — Да… вот так, мой хороший... Не держи себя… Давай! Чонгук чувствовал, как внутри всё сжимается.  Тэхён выгибался, стонал сквозь сомкнутые зубы, дрожащими руками цеплялся за простынь. Его тело стало чужим — подчинялось только Чонгуку. Ещё один резкий толчок в самое глубокое место — и Тэхён взрывается. — ГУКИ!.. А-А-АХ! Боже! Струи горячей спермы бьют между ними, мышцы судорожно сжимают альфу изнутри. Он кончает громко. Чонгук стискивает челюсти: — Чёрт… да... да малыш… Он продолжает двигаться сквозь спазмы омеги. Омегу продолжало трясти от еще одного оргазма, а затем еще один. Тэхён хватал ртом воздух, чувствуя, как волны экстаза накатывают одна за другой. Каждый новый оргазм выбивал остатки разума из головы. Он дрожал в объятиях Чонгука, тело содрогалось от каждого толчка внутри. Чонгук рычит у самого уха Он прижимает его крепко, почти болезненно — и резко прикусывает метку на шее. Тотчас огонь пронзает Тэхёна снова — третий раз. Сперма уже сочится по животу, но он даже не замечает этого. Всё исчезло: время, мысли… остались только губы альфы на коже и его имя. И тогда Чонгук замирает полностью — напряжение достигло предела. — Тээ-хёён... Он срывается глухо и сильно. выплескивая себя внутрь до капли — горячо, обильно.  Заполняя омегу своим семенем. Его ладони дрожат на бёдрах омеги.  Глаза закрыты. Дыхание надсадное. Тело падает сверху мягким весом: — Мой... только мой! Никому не отдам. - Чонгук целует  сильнее прижимая к себе. Тэхен чувствует как его распирает от завязывающего узла сцепки. Чувствует, как узел разбухает внутри — горячий, пульсирующий. Он продолжает еще подрагивать  отголосками оргазма. Чонгук приподнимает голову, смотрит прямо в глаза — тяжело дыша: — Теперь … ты мой омега. Моя метка на тебе … теперь даже никто и  подумать не посмеет о тебе. Никогда не отпущу. Даже если попробуешь сбежать — найду и приведу обратно. Тэхён слабо улыбается сквозь слезы: — Я больше не хочу бежать... я был глупцом всё это время,что бежал от близости с тобой. Чонгук гладит его по волосам целуя в лоб. - Маленький мой. Какой же ты красивый сейчас, с этими красными щечками. Тэхён прячет лицо ему в грудь: — Перестань… я выгляжу ужасно. Чонгук посмотрел на омегу-  волосы взмокшие, щёки пылают горячим румянцем. Он выглядит совершенно довольным и полностью расслабленным, и Чонгук улыбается, видя всё это. Он тянет омегу к себе ещё ближе: — Вовсе нет… Ты выглядишь так, как будто хорошо потрахался. - Господи, Чонгук! Чонгук смеётся тихо, глядя на его смущённое лицо: — А что? Правда же.  Ты весь румяненький, дрожишь... и до сих пор сжимаешь меня внутри. Он прикусывает мочку уха Тэхёна: — Знаешь, сколько раз я мечтал увидеть тебя вот таким?.. Разомлевшим от удовольствия… моим. Тэхён стонет в подушку: — Хватит... ты меня сейчас с ума сведёшь. Чонгук снова улыбнулся и прижал омегу сильнее. Они лежали так — прижатые друг к другу, пока сцепка не ослабла. Чонгук медленно вышел, из омежьего тела, и тихо прошептал:  — Лежи... Тебе надо отдохнуть. Он аккуратно вытер их обоих влажным полотенцем, заботливо укрывая Тэхёна пледом. Потом лёг рядом и снова притянул к себе — лицо на его груди, руки обвивают спину.  — Поспи.  Я буду рядом.  Буду следить за тобой всю ночь. Тэхён еле слышно отвечает: — А если проснусь… и это окажется сном? Чонгук целует его в висок: — Не сон. Я настоящий. И ты мой — по-настоящему.