Bugging Out (Жучиный переполох)

— Так, чисто гипотетически, — начал ты, стараясь говорить максимально небрежно, пока вы с Веспой шли по библиотеке улья. — Допустим, твоя дочь стала бы королевой. Что бы ты сделала? Без Ап здесь было непривычно, но зато с тобой была Прототип-Ап, так что всё не так плохо. — Если бы она стала королевой, я бы позволила естественному порядку вещей идти своим чередом: пусть сражается с королевой Кризалис за право править ульем, как наша королева когда-то сделала со своей предшественницей и так далее по цепочке, — ответила Веспа, даже не глядя на книги. Ясно, любовь к литературе Ап точно не от мамы унаследовала. Она говорила, что пристрастилась к книгам, когда притворялась библиотекарем, но тягу к искусству всё равно откуда-то взяла. Интересно, кто у неё отец… но это вопрос на потом. — А если бы ты точно знала, что она станет королевой, но пока ещё сидит в таком вот шёлковом шарике-коконе? — продолжал ты, специально упрощая формулировку, чтобы звучало по-прежнему «чисто теоретически». — Если бы я обнаружила её в коконе, я бы разорвала его и вытащила ещё не до конца преобразившееся тело, а после бросила прямо к ногам королевы Кризалис. Если она не способна скрыть своё уязвимое состояние даже от меня или любого другого чейнджлинга, значит, она не доказала, что достойна править нами как настоящий мастер обмана, — без секунды сомнения отрезала Веспа. Тут она всё-таки дёрнула головой и уставилась на тебя здоровым глазом. — Почему ты задаёшь такие странные вопросы о потенциале моей дочери стать королевой? Ты был готов к этому. — Потому что я скоро стану здесь королём, вот и приходится думать о проблемных вещах заранее. А вдруг кто-то попробует свергнуть трон моей жены? А вдруг кто-то покусится на её жизнь? А вдруг чейнджлинги больше похожи на богомолов, чем я думал, и Кризалис до сих пор не откусила мне голову только потому, что мы ещё не поженились? Веспа посмотрела на тебя долгим взглядом — решала, то ли ты серьёзно, то ли просто идиот, — но после ответила: — Каннибализм у нас не редкость, особенно когда королева этого хочет. Но нет никакого правила, что надо откусывать голову именно потому, что ты её партнёр. Хотя сам факт постоянного партнёра у неё — это и есть самое странное. — Ну хоть одну тревогу из списка вычеркнул. Она стояла сразу после «а вдруг Кризалис отложит яйца мне в зад», но раз не отложила, то я спокоен, — ты с облегчением выдохнул и провёл рукой по лбу, стирая внезапно выступивший пот. — Вообще-то откладывание яиц в кишечник не всегда обязательно, но… — начала Веспа, и твоя тревога тут же вернулась, как вдруг она резко застыла. Ты уже видел такое у Хатинa. Это тот самый «ульевой телеграф», когда Кризалис рассылает срочные приказы всем сразу. Обычно только по чрезвычайке. Ты уже приготовился дать дёру, бежать прятаться или… а может и не бежать? В прошлый раз это были «Пони-мстители» или как их там, прилетали тебя спасать, а ты вежливо отказался и вернулся. Кто теперь посмеет сунуться в улей? У тебя также мелькнула мысль, что Веспа сейчас в уязвимом положении. Вы с ней, конечно, не друзья, и Кризалис в случае чего прикончит скорее её, чем тебя, но всё равно… В голову полезли мысли, от которых Ап потом оторвала бы тебе всё, что можно оторвать — и твоё, и Веспы. Не успел ты принять решение, как Веспа вышла из транса и мгновенно рванула к тебе. Передние ноги раскрылись, она обхватила тебя, мелкие зазубрины на них снова вцепились в одежду мертвой хваткой. Крылья загудели, и она вылетела из библиотеки, крутанувшись на месте. — Эй, потише! Что за хрень творится?! Лига Справедливости: Эра Понитронов?! — заорал ты, пытаясь вывернуться, но она только сильнее сжала. — Заткнись на минуту. Королева Кризалис только что отдала приказ немедленно доставить тебя в детскую. Она почувствовала, что твоё потомство вот-вот вылупляется, — мрачно ответила Веспа. Видно было, что сама мысль о твоём потомстве её напрягает. Ты ахнул, и в животе внезапно заскребло от тошноты. Но при этом ты вцепился в бока Веспы так, что хитин прогнулся. — Веспа… от одного будущего родителя к другому… что я сейчас должен чувствовать, а? — Просто надейся, что твои дети доживут до совершеннолетнего возраста и будут полезны улью, чтобы время и энергия, потраченные на их создание, не пропали зря, — холодно и без тени юмора ответила она. — Вот прям «мать года» среди чейнджлингов, вспомнил, — простонал ты, отпуская её и чуть ли не обмякая в её хватке. Она на секунду скосила глаз вниз, потом снова вперёд, аккуратно, но быстро закладывая виражи, чтобы вас не трясло. — Но если ты веришь, что кто-то из них способен на великие дела — сосредоточься на нём. Сильная личинка становится сильным чейнджлингом не только благодаря генам, но и благодаря тому, сколько ты в неё вложишь, — добавила она всё тем же тоном, но ты почувствовал — она пытается тебя подбодрить. Может, в этом холодном панцире всё-таки есть сердце. — Он приближается! Открывайте двери! — раздалось впереди. Два чейнджлинга у входа в детскую рванули створки, и Веспа влетела внутрь. Сделала в воздухе такое лихое сальто назад, что ты заорал от восторга. Будто прикрученная к одной точке, она развернулась и отпустила тебя. Ты взлетел вверх, уже готовясь обложить её матом, как тебя подхватила знакомая зелёная аура Кризалис. Тебя развернуло, и вот она, Кризалис, парит рядом с гроздью яиц и сияет от возбуждения. — Пора, Анон, я чувствую! Наши милые личинки вот-вот вылупятся! — чуть ли не взвизгнула она и подтащила тебя ближе, чтобы ты точно смотрел на яйца, а не на неё. Яйца действительно шевелились. Внутри зелёных овальных скорлупок отчётливо виднелись силуэты, которые толкались и рвали оболочку. Некоторые уже трещали, а из трещин текла эмбриональная жижа. — Нам… нам надо как-то помогать им вылезать? — неуверенно спросил ты, потому что вообще не понимал, что делать. — Нет, они сами должны выбраться. Некоторые могут не вылупиться из-за недостатка питания, но после того, как ты меня так щедро накормил своей похотью, я в этом сильно сомневаюсь, — успокоила Кризалис и погладила тебя копытом по руке. Ты сам не понял, как схватил это копыто и сжал до хруста. Блин. Ты вёл себя как чёртов псих. Это что, отцовство так людей ломает? Раньше ты ржал над друзьями, которые обклеивали углы столов резиной, а теперь готов был выжать всю слизь из стражников и залить ею каждый острый угол в улье. — Это была плохая идея. Это была охрененно плохая идея. Кризалис, засунуть их обратно, сейчас же! — Анон, мы… их уже нельзя засунуть обратно, — растерянно ответила она, переводя взгляд с яиц на тебя и обратно. — Конечно можно! Засунь их обратно во влагалище или что там у тебя! Животные своих детёнышей жрут сплошь и рядом, останови их, я не выдержу такого давления! Ты чуть ли не визжал. Спасибо родителям, ведь они с детства вбили тебе, что дети это только сожаления и разочарование. — Тш-ш-ш, успокойся. Я уважаю твою готовность сожрать потомство, но помни — это твои дети. Ты сам помог их создать, просто… смотри. Ты смотрел. Секунды тянулись в минуты дольше, чем ты ожидал. Наконец одно яйцо треснуло окончательно. Липкая жижа тянулась за новорождённым чейнджлингом, но гравитация повела вниз и личинка полетела на пол. Ты рванулся ловить, но не хватило буквально тридцать сантиметров. Кризалис хмыкнула и подвинула тебя ближе. — Эмбриональная жидкость смягчит падение, они крепкие, переживут. Но я не против, если ты сам подержишь своё дитя. Слова дошли до тебя уже после того, как первая личинка шлёпнулась тебе в ладони. Текстура была… фу. Вид так вообще кошмар. Ты чуть не швырнул её обратно от отвращения. Но тут личинка развернулась, посмотрела на тебя злющими тёмно-зелёными глазами и прошипела, как все остальные новорождённые внизу. Глаза были стопроцентно Кризалис. Но ты всё равно вглядывался, искал хоть что-то своё в этой злобной гусенице, доказательство, что это действительно твои дети, а не хитрый план Кризалис привязать тебя навсегда. Ты что-то почувствовал… но не был уверен. Своего в ней не увидел, и сердце чуть сжалось. — Хссссс, блять! — вдруг выдала личинка. Ты и Кризалис одновременно замерли. — Это… неслыханно, — прошептала Кризалис, подлетая ближе. — Это. Просто. Идеально, — сказал ты, и из глаз брызнули слёзы радости. Ты прижал личинку к щеке, потёрся. Она перестала шипеть и довольно загукала — видимо, дитё поела твоей любви. — Назову тебя Пупа! Ты гордо поднял своё творение своих чресел и яичников Кризалис. К этому времени уже начали вылупляться и остальные. — Кризалис, маневрируй! — скомандовал ты, засовывая Пупу за пазуху. Она отлично приклеилась жижей, лишь только голова торчала наружу. Кризалис, явно забавляясь, начала двигать тебя по воздуху, как живой пылесос для личинок. — Этот Хоппер! Этот Молт! Вот этот Багси! О, Фли! А тут Эль Президенте! — Я думала, он шутил про имена… — донеслось снизу от Веспы, но ты даже не успел показать ей средний палец — слишком был занят. — Неоптера! Мандибл! Вивил! Аффид! Пинчи! Личинки липли к тебе, как репейник. Ты подозревал, что Кризалис ещё и магией помогает. Осталось последнее яйцо. Ты уже тянул руки и чуть ли не молился. Яйцо лопнуло — последняя личинка упала тебе в ладони. У этой глаза были жёлтые. Ты ухмыльнулся и посмотрел вниз на Веспу: — Веспидэ. Веспа вздрогнула — имя её собственной матери, как ты понял, бабушки Ап, — но промолчала. Кризалис опустила вас на пол. Она смотрела на тебя, облепленного личинками, с таким видом, будто выиграла в лотерею. — Стыдно признаться, но он, похоже, был прав насчёт того, что сможет их всех прокормить. Я никогда не видела такого сытого и довольного выводка. Все отлично развиты — и никто друг друга не сожрал. Это первый раз в истории улья, — сказала Веспа, не в силах отвести взгляд от Веспидэ. Кризалис блаженно выдохнула, что аж задрожала: — О-о-ох, вы чувствуете? Отцовская любовь, которую он им отдаёт — такая сладкая, такая тёплая… Даже не нам направлена, а я уже пьянею. Ты вообще не слушал — ты был слишком занят раздавая каждой личинке порцию нежности и поцелуев в макушку, пусть они и были склизкими жуко-червями. Вдруг личинки загукали и посмотрели вверх — что-то там блеснуло. Ты поднял глаза. Кризалис окружало розоватое сияние. Дырки в ногах стремительно затягивались, пока не исчезли совсем — прощай, мечта о ещё одном «ножкодрочке». Крылья восстановились и обрели призматический блеск, а за ними выросла ещё одна, меньшая пара. Грива стала яркой, блестящей, без дырок. Рог превратился в настоящий клинок, чёрный и угрожающий. Хитин наростал в нужных местах, защищая суставы — теперь она выглядела ещё круче и страшнее, чем раньше. — Это так вкусно… Любовь к партнёру, который дал тебе детей… Никогда в жизни я не пробовала ничего более насыщенного, даже похоть так не била по чувствам, — простонала Кризалис голосом, которым обычно говорит после многочасового секс-марафона. Часть тебя хотела запаниковать — Кризалис только что стала в разы сильнее. Часть тебя хотела чувствовать вину перед Ап: ты ведь по-настоящему полюбил Кризалис, несмотря на всё, что она тебе сделала. Но эта часть была маленькой. Остальное место занимала любовь к этим мелким червякам. И ты знал — Ап точно всё поймёт и простит.