Bugging Out (Жучиный переполох)

— Ууууу, больнее, чем я думал, — простонал ты, чувствуя, как порезы и синяки от драки с Веспой жгут каждый раз, когда к ним прикасаешься. Можно было бы прекратить боль, но ты не находил в себе сил подняться и вылезти из объятий своих многочисленных детей. Лёжа на полу, позволяя личинкам ползать по тебе, ты ощущал себя в самой уродливой куче щенков на свете, но всё равно это было прекрасно — они так мило извивались. Кризалис смотрела на тебя с лёгким весельем, хотя в глазах мелькала и забота из-за твоих ран. — И как же это снова случилось? — спросила она. Ты вздохнул. — Я прыгал от радости, узнав, что я — неиссякаемый источник энергии для тебя и наших чудесных малышей, споткнулся об собственные ноги, потому что забыл завязать шнурок. В итоге влетел прямо в шкаф Хатина с медицинскими инструментами. Скальпели, костные пилы, те молоточки, которыми по коленкам стучат… — Хатин сказал, что ему придётся всё это заменить, плюс докупить ещё расходников. Ради Анона предлагаю дать ему всё необходимое, а то в следующий раз ваш любимый покалечится окончательно, — произнёс Хатин, замаскированный под Веспу. Ты хотел бы сейчас на него огрызнуться или показать средний палец за такой подкол и за наглую рекламу своих нужд, но пришлось проглотить. Кризалис смотрела с неким удивлением, а тебе снова приходилось полагаться на него, чтобы он изображал твою личную охрану. Кризалис задумчиво хмыкнула и кивнула. — Ради моего Анона я сделаю всё, чтобы он был в полном порядке. Он мой драгоценный супруг, и это ещё до того, как мы узнали о его потрясающей способности производить любовь без конца. Честно, божественный вкус и без ограничений — я чувствую себя избалованной, — согласилась она с Хатином. Ты бы разозлился, но её похвала тебя растрогала. В какой-то момент захотелось почесать своё эго, но дети ползали по тебе повсюду — при них было бы стрёмно. — Хатин трогал мою пипиську, — заявил ты, пытаясь хоть словесно отомстить чейнджлингу. Краем глаза увидел, как «Веспа» прищурилась, а потом ухмыльнулась. — Конечно, он это делал, чтобы убедиться, что мой Колосажатель всё ещё в строю, а не так, как ты меня трогаешь, — добавил ты, чтобы Кризалис не выпотрошила твоего последнего друга. — Правда, но если хочешь, в следующий раз я с радостью заменю его и всё потрогаю сама. Могу даже накинуть форму сексуальной медсестрички, — предложила Кризалис, облизнув клыки. Ты вспомнил, как предлагал то же самое Ап, и прикусил язык, чтобы не ляпнуть ничего лишнего. Ты уже хотел сменить тему, как вдруг заметил кое-что. Приподнявшись, отчего Эль Президенте и Моула с довольным визгом скатились с груди, и оглядел своё тело. Личинки ползали везде, трудно было уследить, кто где, но ты хотя бы чувствовал их крошечный вес. Глаза забегали: все дети были на месте, кроме… Пупа гордо шипела на макушке, как победительница. — А где Веспидэ? — тревожно спросил ты, глядя на Кризалис. Родительский инстинкт ударил в полную силу, и тревога вместе с ним. Та, не особо волнуясь, и даже с лёгкой ухмылкой, указала копытом в сторону. Ты проследил взглядом и увидел, как желтоглазая малышка ползёт прямо к Хатину, что логично — она ведь раньше обожала Веспу. Но когда она подняла голову и уставилась на «Веспу», та застыла без движения, а Веспидэ вдруг злобно зашипела. Хатин переводил взгляд с личинки на тебя, на Кризалис и обратно, стараясь не выдать напряжения. — Странно, раньше Веспидэ тебя обожала. Что же могло измениться? — спросила Кризалис, прищурившись так, что глаза засветились ярче. Ты уже открыл рот, чтобы выдать какую-нибудь чушь, но Хатин опередил: — Наверное, когда я на днях поднимал Анона, Хатин случайно пролил на меня лечебные мази. Он говорил, они собьют мои феромоны, вот Веспидэ меня и не узнаёт. — Хммм… ну ладно. Постарайся это исправить, я хочу, чтобы моя прелестная малышка любила всех тех, кто рядом, — сказала Кризалис, поглаживая себя копытом под подбородком. Ты посмотрел на Кризалис, потом на Хатина и придумал: — Кстати, о Хатине. Давай я отнесу выводок к нему на ещё один осмотр. Хочу убедиться, что они абсолютно здоровы, — заявил ты, поднимаясь и аккуратно перекладывая личинок в специальную корзинку. Кризалис улыбнулась тебе так нежно, что это выглядело странно на её зловещем лице, но при этом так… правильно. — Какой ты заботливый отец. Я бы даже приревновала наш выводок, если бы мне самой это не нравилось так сильно. К тому же мне нужно продолжить планировать наше вторжение в Эквестрию. Ты поднял бровь, осторожно перекладывая Веспидэ к братьям и сёстрам — рядом с ними она сразу успокоилась. — Мы всё ещё собираемся захватывать Эквестрию? Даже если я могу обеспечить улей любовью навсегда? — спросил ты, нарочно подчёркивая «мы», а не только её. Надо быть командой, иначе она почувствует раскол. — Конечно, — ответила Кризалис с тёплой и любящей улыбкой. — Ты наше секретное оружие, топливо для будущего, которого заслуживает улей. Ты сможешь кормить нас годами, а потом и дольше, когда мы найдём способ продлить тебе жизнь. А после, с угрозой раненого хищника, добавила: — Но пони совершили роковую ошибку. Они посмели пытаться отобрать тебя у нас. У меня. Этого нельзя им простить. Не только потому, что ты теперь наша жизненная сила, но и потому, что они посмели разрушить нашу семью, наш улей. И я не сомневаюсь — они попробуют снова. Они должны заплатить за то, что угрожали нам, и мы должны сделать так, чтобы они больше никогда не смогли. Это и выживание улья, и месть за то, что они вообще посмели нас тронуть. — Ладно, Эквестрию всё-таки захватываем. Надеюсь, у нас всё ещё есть план с принцессами и секс-клубом, — сказал ты, хотя бы чтобы напомнить о сохранении жизней. Да, ты поддержишь Ап, когда она выйдет из кокона, но запасной план не помешает. — О да, секс-клуб остаётся в силе. Принцесса Каденс будет оттрахана по-королевски прямо на глазах у своего любимого Шайнинга Армора, — ответила Кризалис так буднично, будто обсуждала погоду. — По-королевски оттрахана! — радостно прошипела Пупа. Все взрослые тут же уставились на неё. Ты улыбнулся и погладил её по голове. — О, Пупа, ты просто сокровище, всегда знаешь, что сказать в тему. Говорят, умные люди много матерятся, а значит Пупа гений ещё тот. Посмотрев на Кризалис, ты уже спокойнее сказал: — Ладно, тогда я пошёл к Хатину. О планах потом поговорим. В ответ она махнула копытом: — Буду ждать с замиранием сердца.

***

— Дорогая, я домааааа! — весело объявил ты, входя в свою комнату с полной шипящих личинок корзинкой в руках и Хатином за спиной. Как только дверь закрылась, чейнджлинг принял свой настоящий облик и облегчённо выдохнул. Перед вами на кровати сидела Веспа: ноги сложены и привязаны к телу всем, что вы с Хатином смогли нарыть из любовной камеры — верёвки, кожаные ремни, кляп из обрывков твоих простыней. Она сверлила тебя единственным здоровым глазом так, что у тебя дыхание перехватило от чистой злобы. Оставлять её в комнате, где теперь полностью открытый кокон Ап, тебе очень не нравилось. Но тащить взрослого чейнджлинга по улью так, чтобы никто не заметил, было нереально. Поэтому твоя комната снова стала тюрьмой, только теперь для Веспы. Ты подошёл к кровати, поставил корзинку и сказал: — Спокойно, я принёс деток и еду. Вынув Веспидэ, ты положил её на кровать. Малышка тут же посмотрела на свою любимую стражницу и радостно заугукала. Веспа чуть расслабилась… пока твоя рука не коснулась её головы. Жёлтый глаз вспыхнул яростью, из-под кляпа донёсся приглушённый рык, полный желания тебя прикончить, но ты не обратил внимания. Просто гладил её по голове как можно нежнее. Она продолжала рычать, но постепенно рык затихал: она чувствовала любовь, которую ты в неё вливал. Да, она та ещё стерва, пыталась убить свою дочь и твою любовницу, но сделала это из искажённого чувства долга перед ульем. Плюс, когда узнала, что ты переспал с её дочерью и довёл её до такого состояния, взбесилась как фурия. — Это станет проблемой, — сказал Хатин, подходя ближе и снова вызывая рычание Веспы. — Если держать её здесь дальше, кто-нибудь обязательно найдёт. А зеркальной травы у меня осталось максимум на пару дней, чтобы блокировать превращение. Зеркальная трава — это самое растение, подавляющее метаморфозы чейнджлингов. У Хатина, конечно, «чисто для медицины», ага, конечно. — Блин, мне бы сейчас самому травки не помешало, — сказал ты, а после глянул на корзинку: все личинки внезапно замолчали и уставились на тебя. — Не берите с папы пример, дети. Никаких «я этому научился, глядя на тебя, папа!» в старшем возрасте. Хатин подошёл ближе и бросил на тебя свой фирменный полусердитый взгляд. Хотя, по сравнению с Ап и Веспой — просто детский сад. — Серьёзно, Анон, Веспа всё равно выберется, а мы не знаем, сколько ещё Апокрите сидеть в коконе. Нужен другой план. Даже если придётся… ну… ты понял. — Хатин, если ты сейчас реально предлагаешь убить Веспу, порезать на кусочки и потихоньку выносить, чтобы избавиться от тела, то ты конченый псих, — выплюнул ты, прищурившись. Как он вообще посмел такое предложить?! Это же мать Ап, она будет в ярости, если ты… — Что?! Нет! Я имел в виду переспать с ней. У тебя и твоего волшебного члена получается подчинять чейнджлингов. Так что именно ты тут Казанова, как ты выражаешься, — объяснил Хатин, подняв брови, будто это ты предлагал расчленёнку. Хотя стойте, это ведь так и есть. Вон, даже Веспа расширила глаз от твоих слов. — А! Вот оно что! Бля, я подумал… — ты радостно рассмеялся, поняв, что друг не хладнокровный убийца. То, что первой мыслью у тебя было именно убийство, а не секс, заставило тебя устыдиться. — Ну да, чёрт, это бы сработало… Но давай пока подождём, вдруг Ап выйдет раньше. Уверен, она будет не в восторге, если я трахну её маму… хотя… она уже связана, а я всегда хотел попробовать бондаж… хмм… Глаз Веспы снова округлился от ужаса, она задергалась, и Веспидэ с писком скатилась с её головы обратно на матрас. Хитин хмыкнул и потянулся за малышкой, но та цапнула его за копыто, и он тут же отдёрнул ногу. — Я, конечно, это предложил, но, может, подождёшь, пока дети не будет рядом? Пупа явно любит повторять всё, что слышит. — Пошёл нахуй! — весело пропищала та самая личинка. Ты чуть не захихикал, как школьница. — Этому я её точно не учил, — сказал ты, вытирая слезу смеха. Но вздохнув, кивнул: — Да, подумаем об этом, когда придёт время. Потом повернулся к кокону Ап, ткнул в него пальцем и громко сказал: — Слышишь, Ап? Если не хочешь, чтобы я трахнул твою маму, вылезай-ка поскорее!