Bugging Out (Жучиный переполох)

— Ап? А что с Ап? Она восстанавливается, — быстро ответил ты, удивлённо подняв бровь: с чего Веспа вдруг так в лоб спросила? — Да, но где именно восстанавливается? — Веспа протиснулась мимо тебя и заглянула в лазарет. — Её явно нет здесь, и в своей расщелине я её тоже не видела. К тому же, Анон, за всё время, что я с тобой, мы ни разу не навестили мою дочь. Я думала, лучший друг хотя бы захочет позвать её посмотреть на твой выводок. Чёрт. Ты об этом даже не подумал. Конечно, во всём этом пиздеце виноват был Хатин, но сейчас, когда Веспа стояла рядом, валить на него было не лучшим ходом. Единственное оправдание, которое пришло в голову, было и единственной причиной, почему ты до сих пор не пытался прикрыть отсутствие Ап именно так. — Ну, мы были очень заняты, знаешь ли… Первые пару дней я просто давал ей отлежаться, потом всё внимание ушло на малышей, так что это стало главной заботой. Да и ты, когда парализовала меня, тоже не особо помогла делу, — ткнул ты в неё обвиняющим пальцем. — Верно, — признала Веспа, но тут же снова уставилась на Хатина. — Но это возвращает меня к первому вопросу. Где Апокрита? Ты медик, ты должен знать, где твои пациенты. — А ты её мать, тебе должно быть известно, что удержать Апокриту на одном месте — задача невыполнимая, — парировал Хатин. Яйца у него покруче твоих, честное слово, ты им даже гордился. — Как только она заявила, что хочет выйти из-под моего наблюдения, она и свалила. Даже против моих указаний. Верхняя губа Веспы дёрнулась от раздражения, но она взяла себя в копыта. — Да, наверное, так и есть. Просто не понимаю, почему она не вернулась к королеве Кризалис и не возобновила службу личной охраны короля Анона, — сказала она. Ты аж вздрогнул от неожиданного «короля» рядом с твоим именем, но решил пока не цепляться. — Уверен, она слышала, что ты полностью взяла охрану на себя, и либо считает, что ты в целом лучше справляешься, либо понимает, что ещё не на пике своей формы и пока уступает тебе место, — спокойно объяснил Хатин, мастерски выкручиваясь, особенно учитывая, что ты мог бы сейчас всё на него спихнуть. Веспа прищурила единственный глаз, раздвоенный язык выскользнул и обвил один из клыков. — Ладно… Анон, если ты закончил латать свои раны, может, вернёмся к королеве и твоему выводку? — предложила она, поворачиваясь к тебе. — Согласен! Уверен, ты уже соскучилась по Веспидэ, — сказал ты, пытаясь обнять её за шею и увести, но при упоминании имени её крылья взметнулись вверх и заблокировали руку. — Кстати… откуда ты вообще взял это имя? — спросила она, поворачивая голову так, чтобы показать тебе только слепой глаз и отгородиться. Ты моргнул, глянул на Хатина, а потом снова на Веспу. — Хатин рассказал. Имя твоей мамы, да? Он сказал, она погибла за улей, и я подумал, что это будет круто — назвать так одну из моих малышек, — честно ответил ты. Да, ты хотел её удивить, но в хорошем смысле. — Похоже, Хатин в последнее время слишком много болтает о моей семье, — холодно бросила Веспа и пошла вперёд, даже не дожидаясь тебя. Ты вышел следом и быстро понял: она идёт совсем не к тронному залу, где сейчас должны быть Кризалис и дети. — Неправильное направление, нам направо, а не налево, — заметил ты, и немного расстроился, что уже сам хорошо ориентируешься в улье. Хотя, было бы странно, если б не ориентировался к этому времени. Веспа даже не остановилась и не оглянулась. — Извини, но… общение с твоим выводком и воспоминания о своей семье… Мне нужно поговорить с Апокритой. Проверю, не вернулась ли она обратно в покои. Ты же понимаешь, как один родитель другому, мне надо убедиться, что с ней всё в порядке. Что-то в её тоне показалось странным… но при этом ты не мог не заметить, что она реально проявляет родительскую заботу. Ту самую, к которой ты её подталкивал. И после всего времени с собственными малышами тебе стало почти стыдно отказывать ей в такой мелочи. Ты вздохнул и пошёл следом. — Да, конечно. Давай посмотрим, вдруг она где-то рядом.

***

Дорога до элитных покоев прошла быстро и практически молча: ты пытался разговорить Веспу, но получал только односложные ответы, которые не давали ни капли того личного, что ты хотел бы от неё услышать. А сам обыск оказался полностью бесполезным: в покоях вообще никого из элиты не было, все на службе сейчас. — Я так и знал, что это ни к чему не приведёт, но плюс тебе за родительскую заботу, — сказал ты, вяло похлопав в ладоши. Веспа вылезла из какой-то нереально узкой щели, раздражённо затрещав крыльями. — Я не «заботливая», я раздражённый командир, который не понимает, почему подчинённая до сих пор не доложила, — буркнула она и прошла мимо тебя к выходу. Ты закатил глаза и снова пошёл за ней. — Слушай, можешь хоть на минуту снять маску крутой тётки? Ты уже показала, что тебе не всё равно, потому что она твоя дочь. Зачем дальше строить из себя железную задницу и заставлять меня бегать кругами? Веспа дёрнула головой в твою сторону, но продолжала идти. — Для нас эти роли одно и то же. Я её родила и научила, как жить, как служить. И она смотрит на меня как на образец настоящей элиты, — отрезала она, ускоряя шаг. — Знаешь, Кризалис оказалась на удивление нежной мамашей. Королева улья пожирателей любви, а всё равно заботится о малышах, обо всех малышах, — сказал ты, догоняя и пытаясь поймать её взгляд. — Мы все её дети, даже если не из её кладки. Моя дочь — её дочь. Любая нежность, которую она могла бы почувствовать ко мне, принадлежит королеве Кризалис, как и моя любовь и преданность ей, — заявила Веспа, и крылья слегка загудели, прибавляя скорости. Зачем ей так спешить? Кризалис же сдерёт с неё панцирь, если она тебя бросит. — Тогда почему тебе так важна именно Ап? Почему именно она, а не все остальные? У тебя же было больше детей в выводке, я знаю про Ли… Ты тут же пожалел, что сказал. При слове «Ли» Веспа резко развернулась и оскалила клыки, а передние ноги взлетели вперёд: копыта легли тебе на плечи, а зазубрины на задней стороне ног вцепились в кожу. Когда она рванула ноги обратно, ты полетел за ними, лицо оказалось в сантиметрах от её рычащей морды. — Откуда ты узнал это имя?! Кто рассказал тебе про Ли?! — прошипела она прямо в лицо. — М-мы уже установили, что Хатин рассказал про твою семью, он с Ап много болтает, и… — Апокрита никогда бы не назвала ему имя Ли! — почти взревела Веспа, впиваясь зазубринами глубже. — Почему… — Это имя приносит ей огромную боль, а мне огромный позор! Она никогда о нём не говорит! Никогда! — снова перебила она. Ты разозлился, что тебе даже слово вставить не дают, упёрся ладонями ей в живот и медленно, чтобы не порвать себе кожу, оттолкнул. — Ладно, допустим, она сама мне рассказала, и что? Мы лучшие друзья, друзья делятся друг с другом секретами и проблемами. Всем тем, что радует и что ранит. Ты оттолкнул её достаточно, чтобы добавить силы и окончательно сбросить. Веспа даже не сопротивлялась. — Да… и значит, она питалась твоей любовью. Дружеской, почти родственной, но питалась тем, на что не имела права, — прорычала она. Злость всё ещё была, но теперь направлена не на тебя. Обычно ты бы обрадовался, но сейчас целью явно была Ап. Ты хохотнул, лишь бы удержать её внимание. — Эй, я только что прошёл осмотр у нашего местного «врача без лицензии», и он подтвердил: я источник бесконечной любви. В моём мире я бы посмеялся над таким, а для вас я безлимитный шведский стол. Злость вернулась к тебе. — О котором ты только что узнал! Значит, Апокрита не знала и рисковала драгоценной едой для королевы! Она предала королеву, предала улей, предала мои уроки! Список её преступлений растёт, и… Веспа вдруг осеклась. Её здоровый глаз расширился: и видать до неё что-то дошло. Воздух стал ледяным. Ты сразу понял, о чём она подумала. — Она… её предательство не знает границ… включая и это. Ты успел только осознать, что она имела в виду, как Веспа развернулась и рванула вперёд, крылья загудели громче, чем ты когда-либо слышал. — Веспа, стой! — крикнул ты и бросился за ней. Спасибо отвратительной диете, которая скинула тебе вес и подняла выносливость: ты бежал быстрее, чем когда-либо, и в боку не кололо. Веспа брала повороты на скорости, чуть не врезаясь в стены — это единственное, что не давало ей оторваться окончательно. Несколько раз ты бы точно потерял её из виду, но, к сожалению, прекрасно знал, куда она направляется. Когда до цели оставалось совсем немного, ноги начало жечь, в горле пересохло, всё тело кричало от нагрузки — но тебе было плевать. Адреналин и паника гнали вперёд. Ты должен остановить Веспу любой ценой. На последнем повороте дверь распахнулась, задние ноги Веспы исчезли внутри. Сердце ухнуло в пятки, будто свинцовый груз, готовый пробить всё насквозь и вывалиться через задницу. Но ты не остановился: каждая потерянная секунда это слишком много. Ты влетел в комнату и чуть не врезался в Веспу: она застыла прямо за порогом, глядя на то, что увидела. За жалкой простынёй, которую ты когда-то повесил вместо занавески, и которая так и не сделала этот паршивый матрас удобнее, был отчётливо виден силуэт кокона. Кокона Ап. Такой же беззащитный, каким был с самого первого дня. — Я… подозревала, что она здесь. Знала, что здесь… но не хотела верить, — прошептала Веспа. Дрожащее копыто несколько раз стукнуло по полу. — Я дважды подвела свою королеву. Сначала Ли провалил критически важную миссию, из-за чего мы вообще в этом дерьме… а теперь Апокрита предаёт улей, объедаясь твоей любовью, пока не начнёт метаморфозу… Ты уже хотел броситься и сбить её с ног, но она пока не пыталась убить Ап в таком уязвимом состоянии — это тебя и остановило. — Веспа… ты никого не подвела. Ап тоже. Она просто сделала то, что естественно. Чёрт, ты должна гордиться ею прямо сейчас. Она станет королевой. Ты будешь матерью королевы, разве не круто? Веспа снова напряглась и медленно, рывками повернула голову к тебе. — Гордиться? Она подвела и меня, и себя. Даже спрятать свой кокон нормально не смогла, чтобы доказать, что достойна быть обманщицей-королевой. Она принесёт улей к гибели, — выплюнула она. В голосе смешались злость, стыд и боль. — Не обязана. Вы же чейнджлинги, а не безмозглые дикари. Теперь всё можно по-другому. Я же бесконечный источник любви, вы можете изменить свои правила. Да Ап с Кризалис даже драться не обязаны. Меня на всех хватит. Ты попытался рассмеяться, чтобы разрядить обстановку, но ледяной взгляд Веспы отрезвил. — А что будет, когда ты умрёшь? Ты не бессмертный, и нет гарантии, что станешь. Пони веками искали способы продлить жизнь и обломались, — заявила она, вдавливая копыто в пол. — Да, ты можешь прокормить весь улей, и мы все будем счастливы… пока ты не сдохнешь. Это будет самый грустный день для всех, кому ты был дорог, и самый кровавый для улья. Особенно если ты оставишь двух королев: чейнджлинги, привыкшие к двум правительницам, не поймут, за кем идти. Начнётся гражданская война, улей станет слабейшим за всю историю. Враги просто придут и добьют нас. — Слушай, ты сейчас прям апокалиптический конспиролог номер один, — сказал ты, хотя где-то внутри понимал её логику. Но она всё равно звучала как последняя сука, оправдывающая убийство собственной дочери ради «выживания народа». Прямо сейчас хотелось пересмотреть «Войну бесконечности». — Для тебя может быть. А для моего народа я знаю, что нужно сделать. Она зашла так далеко, не подумав о последствиях, и спряталась именно в твоей комнате. Она это заслужила, — объявила Веспа. В голосе осталась только сожаление. Крылья загудели и она взлетела, одним движением сорвав простыню, открывая блестящий кокон. Уникальный узор на нём заставил её на миг замереть. — Это не её вина! Это я виноват! — крикнул ты, понимая, что шуметь опасно, но надо было её хоть как-то остановить. — Уверена, королева Кризалис простит тебя за то, что ты невольно кормил мою дочь своей любовью. А вот Апокрите за свои грехи заплатить придётся, — прошипела Веспа, поднимая переднюю ногу, готовясь разорвать кокон зазубринами. Она собралась убить Ап. Свою дочь. Твоего друга. Твою любовь в конце концов! — Я трахнул Ап! — заорал ты так, что вены на шее вздулись, выложив все лёгкие в эти три слова. И чёрт возьми, не зря. Веспа снова застыла, крылья остановились, она рухнула на пол и с трудом поднялась на дрожащих ногах. Она развернулась, как новорождённый жеребёнок, которому тяжело стоять, и уставилась на тебя своим здоровым глазом в полном шоке. — Ты… что… сделал? Ты глубоко вдохнул и повторил: — Я трахнул твою дочь. Это из-за меня она такая. Я засунул свой толстый обезьяний хер в твою дочурку. Заставил её кончать снова и снова, пока не залил её горячим аноновским семенем до краёв, и мне это чертовски понравилось. Такая тугая… — Ублюдок! — взвыла Веспа, жёлтый глаз вспыхнул убийственной яростью, и она бросилась на тебя, не в силах слушать дальше ни слова. Ты едва успел среагировать, но, к счастью, стоял у двери. Отступив на пару шагов в коридор, ты схватился за дверь и изо всей силы захлопнул её прямо перед мордой Веспы. Удар получился такой, что дверь треснула и раскололась, но инерция отбросила её обратно, и ты рухнул на пол. Ты застонал от боли, но времени валяться не было: надо вставать. Удар явно подействовал: Веспа распласталась на полу, а голова моталась из стороны в сторону. Это твой шанс. Ты бросился к ней и с размаху врезал кулаком в челюсть — голова снова дёрнулась. Ты даже гордился собой… пока не понял, что удар её немного протрезвил: теперь она смотрела на тебя с дикой злостью. — Плохая идея, — простонал ты, перекатываясь в сторону и в комнату, как раз когда Веспа рванула вперёд и щёлкнула клыками там, где только что был твой кулак. Ты встал на одно колено и поднял глаза — она уже на четырёх копытах и снова прыгает, передние ноги расставлены, зазубрины летят прямо на тебя. Да, против элитной жуко-кобылы с клыками и лезвиями на ногах шансов мало, но ты не с пустыми руками. Сорвав с головы корону, которая всё ещё держалась на этом дурацком клее, и с размаху опустил ей на башку. Она всё равно врезалась в тебя, придавив к кровати так, что воздух вышибло из лёгких, но острые природные клинки в тебя не вошли. Ты упёрся в кровать, пытаясь сбросить её и встать, но, несмотря на второй удар по голове, она была в форме: ноги втянулись и прижали твои руки к бокам — любое движение грозило порвать кожу. Голова поднялась, фасеточный глаз было трудно читать, но часть его казалась тусклее обычного. Когда он снова сфокусировался на тебе, она снова зарычала и открыла пасть — на таком расстоянии она точно порвёт твоё горло. Ты сделал единственное, что оставалось: врезал ей лбом со всей дури. Короткий удар был лишь последним шансом не дать ей укусить, но предыдущие удары по голове тоже оказались не зря. Правда, хитиновый панцирь твёрже твоей кожи. Да, череп у тебя покрепче, чем у любого чейнджлинга, но снаружи у тебя кожа, кровь и нервы, а поэтому тебе больнее. А ещё у неё, мать её, рог. Ты его не задел, но приходилось быть осторожным. Откинул голову назад и снова ударил — теперь с размаха, прямо над правым глазом. Её голова откинулась, но шипение не прекратилось. Ты ударил ещё. И ещё. И ещё. Наконец хватка ослабла и ты смог сбросить её. Она шмякнулась об пол, но замахала ногами, пытаясь подняться. Не сдаётся, упёртая гадина. Ты быстро схватил разорванную простыню с потолка и рванул, оторвав достаточно ткани. Когда Веспа перевернулась и встала на копыта, ты сам бросился на неё, повалил на пол и обмотал простынёй морду, закрыв рот, ноздри и глаз. Крепко держа, прижал её голову к полу. — Спи. Спи. Спи, — повторял ты. К счастью, накопившиеся удары по голове плюс удушение сделали своё дело: силы Веспы иссякли и она перестала дёргаться. Ты тут же сорвал ткань. Как бы ты ни злился, надо было проверить, дышит ли. Слава богу, жива, дышит хрипло и тяжело, но явно жива. Ты выдохнул с облегчением, адреналин схлынул, ноги подкосились, и ты рухнул прямо на Веспу. Перевернулся, а после посмотрел на кокон Ап и простонал: — Твоя мама та ещё сука, знаешь ведь?