стерильные чувства

Год спустя

         Сан заметно нервничал, о чём свидетельствуют дождливые, мокрые нотки в его запахе. Он сидел в машине и ожидал Уёна с последнего сеанса у психолога.          Он невероятно гордился своим парнем, тем, что тот, несмотря на все свои устоявшиеся принципы «я справлюсь сам», смог попросить о помощи, когда так в ней нуждался. Прогресс, которого он достиг, заметно ощущался в его жизни и их отношениях.          Сперва Чон посещал сеансы в одиночку, но временами, когда того требовала терапия, Чхве приходил вместе с ним. И они долго разговаривали, делились всем, что накопилось у них за тот или иной период. Сан смог объяснить, что для него неприемлемо в отношениях, какие действия со стороны омеги доставляют ему дискомфорт. И Уён прислушался, они смогли выстроить границы дозволенного, как когда-то советовал альфе Чонин.          Тему беременности они закрыли надолго, стараясь не зацикливаться на произошедшем. Да, они проработали это, выяснили, какие события привели их к такому исходу. И в конце концов решили пустить всё на самотёк.          Они также жили вместе, наведываясь к друзьям вдвоём или порознь. Омега стал постоянным гостем в доме Кимов, помогая Сонхва с уже подросшим Минджэ. Совсем недавно Чон стал свидетелем первых уверенных шагов мальчика по квартире. Он плакал не меньше, чем старший. Сан буквально отрывал своего парня от малыша в тот вечер. С каждым визитом Уён всё больше глубоко внутри мечтал о своём ребёнке. Пройдя долгий путь и терапию у психолога, он понимал, что в данный момент своей жизни доверяет Чхве как никогда.          Пока альфа сидел в машине и ждал, Уён делился со специалистом, которого нельзя считать другом, но отношения у них уже давно вышли за пределы пациент-врач, новостью, которая щекотала все его внутренности. К тому же, он ещё в самом начале терапии уяснил, что с психологом нужно делится всем, что происходит в его жизни.          – Как бы вам об этом сказать, – Чон теребил шнурок толстовки, не в состоянии подобрать нужных слов. – После выкидыша меня предупреждали, что цикл собьётся, что гормоны будут скакать, как ненормальные, – женщина замечает, как щёки её клиента приобретают алый оттенок, как меняется его запах, в котором она чувствует лёгкие, незаметные нотки молока.          – Ты беременный, – тянется к парню, накрывая его трясущуюся ногу рукой и нежно улыбаясь.          – Это так заметно? – Уён утыкается лицом в ладони, издавая мычащий звук.          – Ты бы не начал разговор на такую тему, если бы тебя это не беспокоило, – заметив, как в уголках глаз напротив скапливаются слёзы, достаёт из подставки салфетку, протягивая её Чону.          – Я…я не знаю, что скажет на это Сан, – негромко высмаркивается и сминает салфетку в руках.          – Мы же это обсуждали практически год назад, забыл? – получает в ответ отрицательные взмахи головой. – Тебе не нужно скрывать такую важную для вас двоих новость, мы ещё тогда выяснили, что ребёнок окажется желанным для каждого, будь то через несколько месяцев или лет. За те сеансы, на которых твой партнёр присутствовал, я не заметила ничего, кроме как искренней любви и желания быть рядом, разделить все невзгоды и счастливые моменты. Не стоит закрываться в себе, оказавшись в ситуации, которая в прошлый раз закончилась не самым лучшим образом. Всё, что с нами произошло и происходит, приводит нас к тому, где мы сейчас. Понимаешь, о чём я?          – Понимаю, – тянется к телефону, который вибрирует от сообщения, и тут же расплывается в улыбке. – Думаю, скажу ему сегодня, – прочитав сообщение, в котором Сан сообщает о том, что по окончанию встречи, он отвезёт их в ту кофейню, где проходило первое свидание, Уён понимает, когда и где он сообщит о такой важной новости.          Они ещё немного беседуют, обговаривая тревожащие омегу темы, и расходятся, договорившись не терять связь окончательно, что при малейшем страхе медбрат не будет закрываться в себе, как привык делать это раньше, а обратится за помощью, поделится со всем с друзьями, партнёром. Хоть с кем, главное, не держать в себе.          Уён чувствует себя прекрасно, несмотря на лёгкую тошноту, обусловленную беременностью и нервозностью. В рюкзаке лежит тест, который он сделал неделю назад и снимок УЗИ, сделанный Минги по старой дружбе. Да, первым, кто узнал, был Минги. В тот день, когда Чон пришёл к нему с просьбой, Сон не знал, куда себя деть. Он до сих пор чувствовал некую вину за то, что ничем не смог помочь в тот раз. В этот же он пообещал, что лично будет вести эту беременность, наблюдать и оберегать. Также дал слово, что никому не расскажет, пока друг не решит лично во всём сознаться.          – Как всё прошло? – Сан мажет губами по щеке Чона, до сих пор нервничая.          – Как всегда – отлично, – улыбается, пристёгиваясь. – С чего вдруг такое желание отведать круассанов?          – Просто решил тебя порадовать, ничего больше, – врёт. Причина была и довольно-таки веская, но озвучит он её только на месте. Заветная коробочка жжёт бедро, вынуждая коснуться кармана и удостовериться, что она на месте.          Оказываются на месте спустя двадцать минут, за которые никто не проронил и слова. Оба нервничали, оба умалчивали только им известные слова. Оба понимали, что сегодняшний вечер изменит их жизни, перевернёт мир с ног на голову.          Устроившись, как и тогда, возле окна, изучают меню, хотя больше делают вид, что изучают. Непрекращающийся поток мыслей не давал возможности сфокусироваться на словах на бумаге.          Подошедший официант спасает от мыслительной борьбы, которую каждый вёл по-своему. Уён не хотел, чтобы его чувствительный на все запахи и вкусы желудок испортил такой момент, заказывает зелёный чай и булочку со сливочным кремом.          – Кто ты и что сделал с моим Уёном, обожающим кофе, – посмеивается Сан, озвучивая свой заказ.          – П-просто настроение такое… чайное? – прячет взгляд в меню, чувствуя желание заказать всего и побольше.                   Заказ приносят через несколько минут, но никто не торопится уплетать вкусную выпечку. Оба где-то в своих мыслях, своих переживаниях.          – Сан-а…          – Уён-и, – одновременно выпаливают, слегка напугавшись. – Оу, прости, что ты хотел сказать? – рука, запущенная в карман, тормозит, но уже успевшая взяться за коробочку.          – Нет-нет, давай ты первый, – машет руками, давая понять, что готов подождать.          – Что ж, – прячет руку под столом, пока вторую протягивает и кладёт поверх чоновской, – не знаю, понимаешь ли ты, насколько важную роль играешь в моей жизни уже второй год, но, надеюсь, что, хотя бы, догадываешься, – оба хихикают. – Уён-а, ты невероятно важен для меня, ты стал тем, кто показал мне, какого это – жить, а не существовать после всего, что мне пришлось пережить в прошлых отношениях. Ты буквально освещаешь мою жизнь, наполняешь её радостью и смехом. Да, бывают моменты, когда мне хочется залепить тебе рот скотчем и отдохнуть в тишине, но это нюансы, – парень напротив не пытается скрыть слёзы, что, скопившись, бежали по щекам. – Котёнок, – голос дрожит также, как рука, покидающая своё убежище в виде столика. Омега замечает бархатное покрытие и громко, совершенно не стесняясь, шмыгает, – окажешь ли ты мне честь, – не выпуская руки парня, Чхве встает из-за стола и опускается на одно колено, – и примешь ли меня со всеми моими недостатками в качестве своего мужа? – Сан открывает коробочку, являя кольцо, которое трепетно выбирал при помощи Хонджуна. В помещении в мгновение становится так тихо, посетители замерли в ожидании, становясь свидетелями такого важного для этих двоих момента.          – Ребёнку нужен отец, – вытирая слёзы, скопившиеся на подбородке, произносит Чон, – а ты, как никто другой, подходишь на эту роль идеально, Чхве Сан.          – Что? – выпавшую из рук коробочку ловко ловит омега, выуживая из неё украшение.          – Я согласен, – протягивает кольцо альфе, чтобы тот лично надел его на заветный палец. Тот, не до конца понимающий, что ему только что сообщили, делает это, будто загипнотизированный.          – Что значат твои слова? – не отрывает взгляда от руки, на которой поблескивал камень из украшения.          – Ты станешь отцом, Сан-а, – взяв лицо Чхве обеими руками, притягивает к себе и накрывает губы того своими, увлекая в нежный, наполненный любовью поцелуй.          – Господи, – продолжая стоять на одном колене, обнимает Чона за талию, – ты серьёзно? Скажи, что это правда, пожалуйста!          – Я бы не стал тебе о таком лгать, Сан-а, – проводит подрагивающими пальчиками по щеке парня.          – Ох, Уён-а, – утыкается лицом в ещё плоский живот, сжимая в объятиях. По залу разносятся аплодисменты, кто-то пускает слезу, кто-то кричит слова поздравлений.

***

         Уён уснул с Минджэ на руках, пока остальные что-то обсуждали на кухне. Завалившись к Кимам, омега с порога хвастается колечком, которое так знакомо Джуну, ведь он помогал его выбирать. А вот Сонхва, ничего не знающий о планах друга, начинает визжать, сгребая парочку в объятия и припрыгивая.          – Когда планируете свадьбу? – интересуется старший омега, накрывая сопящих на диване пледом.          – Мы ещё не обсуждали, я ведь сделал ему предложение несколько часов назад, Хва, – Сан кидает наполненный нежностью и радости взгляд на своего жениха, что причмокивал во сне на пару с малышом. – Я вообще думал, что нам будет достаточно простой росписи с последующим походом в ресторан со всеми вами, – сомневается, стоит ли сообщать другую, не менее важную новость. – Особенно, учитывая положение, в котором сейчас находится Уён.          – Какое такое положение? – Хва роняет кружку, что до этого намыливал в раковине, издав громкий звук.                   Со стороны дивана слышится возмущенное кряхтение, сопровождающееся последующим хныканьем.          – Вы чего шумите? – не открывая глаз, Чон успокаивающе похлопывает Минджэ по спинке.          – Сан тут обмолвился о твоём положении, мешающем вам сыграть традиционную свадьбу, – Хонджун закидывает руку младшему альфе на плечо, не давая возможности сбежать от ответов. – И нам всем интересно, что за положение такое, м?          – А, это, – Уён выпутывается из пледа и, придерживая малыша, встаёт. – Такое, после которого у вас появился малыш Ким, – усмехается, поглядывая то на Сана, то на друзей.          – Что?          – Что? – в одно время выпаливают Кимы.          – Т-ты…? – прикрыв рот ладонями, чтобы не завизжать второй раз за день, мнётся Сонхва.          – Да, – подойдя к Уёну и приобняв того за талию, отвечает Чхве. – Уён ждёт ребёнка.

***

омежьи посиделки

заноза в заднице 17:43 моииии прекрааасные пидружки!! 17:44 у меня такая новость для вас! 17:44 *прикрепленное изображение*

ёся

17:48

ЧТО

юнхо хён 17:49 ЧЕГО 17:50 ЧОН УЁН

         ёся

17:51

или уже нужно начинать тренироваться называть тебя «чхве уён»???

юнхо хён 17:52 МИНГИ ТУТ ОРЁТ ВМЕСТЕ СО МНОЙ 17:53 *прикреплённое изображение* 17:54 БУКВАЛЬНО

ёся

17:55

ЧОНХО ТОЖЕ

17:56

*прикреплённое изображение*

17:57

ГОСПОДИ НАШ МАЛЬЧИК

юнхо хён 17:58 почему минги ноет что-то про то, что есть ещё одна новость???

ёся

18:00

УЁН МАТЬ ТВОЮ

18:01

Я НЕ ВЫДЕРЖИВАЮ

18:02

ЧТО ЕЩЁ НАМ НУЖНО ЗНАТЬ

заноза в заднице 18:05 *прикреплённое изображение* 18:06 хихик

ёся

18:07

ЧЕГООООООООООО

юнхо хён 18:07 БООООООООЖЕЕЕЕЕ 18:08 ХИХИКАЕТ ОН ТУТ 18:08 СОВЕСТЬ ПОТЕРЯЛ

         ёся

18:09

Я ЩАС УМРУ ОТ ПЕРЕИЗБЫТКА ЭМОЦИЙ ГОСПОДИ

18:10

Я ТАК РАД ЗА ВАС

18:10

И ЧОНХО РАД

юнхо хён 18:11 И МИНГИ РАД 18:11 ХОТЯ ОН ЗНАЛ

ёся

18:11

О ЧЁМ ОН ЗНАЛ И НИКОМУ НЕ СКАЗАЛ??

юнхо хён 18:12 ОН ДЕЛАЛ УЗИ КРЫСА ЭДАКАЯ 18:12 СИДИТ И НОЕТ О ТОМ, КАК ТЯЖЕЛО ЕМУ БЫЛО СКРЫВАТЬ

ёся

18:12

МЫ ДОЛГО ТУТ БУДЕМ ОРАТЬ??

заноза в заднице 18:12 вообще не понимаю, чего вы орёте….

***

         Сан нервничает, для него это всё впервые. Он заранее предупредил на работе, что сегодня его не будет. Первый скрининг, на котором он обязан быть.          Минги честно пытается сдержать счастливую улыбку, приглашая Уёна на кушетку и подкатывая аппарат УЗИ. Узнав о беременности друга, он напросился в омежью консультацию при клинике, чтобы лично наблюдать за развитием малыша и здоровьем Чона. Чон, в свою очередь, перевёлся на пятидневку, работая только в день. Сан лично отвозил и забирал его, изредка заказывая тому такси, если работа в школе не позволяла.          Уён понимал, почему Чхве и друзья носятся с ним, будто он был стеклянным и мог в любой момент рассыпаться на мельчайшие кусочки. Прошлая беременность оставила неприятный осадочек у всех, и никто не хотел повторения. Омега сам переживал о каждом изменении в своём организме, Минги постоянно был на быстром вызове. Перейдя порог в девять недель, все немного поуспокоились, но бдительности не сбавляли.          Встав на учёт, сдали все необходимые анализы, включая тест на истинность. И какова же была неописуемая радость, когда пришёл положительный результат. Они были истинными, что говорило о многом. Да, если бы пришёл другой результат, эмоции были бы совершенно иными, страха за течение беременности прибавилось бы.          – Как ты себя чувствуешь? – спрашивает Сон, нанося немного геля на датчик и чоновский живот.          – Переживаю самую малость, – морщится, почувствовав холод геля. – Но Сан переживает, мне кажется, больше всех, – усмехается, наблюдая, как завороженно его партнёр глядит в экран аппарата.          – И вовсе я не переживаю, – обеими руками сжимает ладонь Уёна, стоит на мониторе показаться чему-то, чего он совсем не понимал.          – Посмотрим, – водит датчиком, внимательно рассматривая изображение. – Оу…          – Что не так? – восклицает Чхве, выпрямившись и взволновано посмотрев на омегу, глаза которого были готовы в любой момент наполниться слезами. – Минги, говори, как есть!          – Успокойтесь и смотрите, – зафиксировав датчик в определенном положении, указывает пальцем на экран. – Вот ваш малыш, – сдвинув датчик слегка в сторону, продолжает, – а вот второй, – улыбается, наблюдая за реакцией друзей.          – Их… двое? – Уён сглатывает.          – Совершенно верно, пол пока невозможно определить, но, думаю, на втором скрининге я уже смогу вам сообщить, – протягивая салфетку и печатая снимки, произносит довольный гинеколог. – Нужно будет сдать парочку анализов, продолжить приём витаминов и ни о чём не беспокоиться. Каких-то отклонений я не увидел, беременность протекает так, как положено. Ты отлично справляешься, Уён-а, – Сон наблюдает, как Чхве сжимает его «пациента» в объятиях и шепчет различные нежности. – Кстати, Юнхо просил поинтересоваться, сможете ли вы заглянуть к нам на выходных? Он ужасно соскучился по вам.          – Удивительно, как он не соскучился по тебе, – поправляя кофту, отвечает Чон. – Ведь тебе пришлось снизить количество дежурств, чтобы работать в консультации и наблюдать за мной. Спасибо тебе за это, – Уён тянется к альфе, чтобы обнять уже его.          – Я в ответе за тебя, ты же знаешь, – похлопывает медбрата по спине.          – Мы обязательно приедем, Ги, – информирует Чон, перебирая в руках направления на анализы и прикидывая, в какой стороне находятся нужные кабинеты.

***

         – Всё ещё не могу поверить в то, что скоро стану дядей, – расставляя тарелки на стол, выдаёт Чонхо.          – Я бы посмотрел на то, как ты будешь вести себя с малышом, – Ёсан подходит и обнимает того со спины, утыкаясь в область шеи.          – Да я в жизни ребёнка в руках не держал, – накрывает руки омеги своими.             – Ну, на ком-то же надо начинать практиковаться, – усмехается Кан и принимается раскачивать их из стороны в сторону.          – Не понимаю, к чему ты клонишь, дорогой, – повернув голову, испуганно произносит Чхве.          – О, нет-нет, не переживай, – смеётся омега. – Я ещё не готов к тому, чтобы стать папой. Я также, как и ты, потренируюсь на ребёнке Уёна и Сана.          – А я бы с удовольствием посмотрел на тебя с животиком, – развернувшись, устраивает руки на обеих щеках Кана, поглаживая их большими пальцами. – Но не сейчас, ты прав, – клюёт в нос и уходит в сторону духовки, в которой давно готова любимая курочка его парня.          – Уверен, что из тебя выйдет прекрасный дядя, Чонхо-я, – без намёка на то, что тот уже скупил половину детского магазина, не зная, что ему стоит подарить своему будущему племяннику или племяннице. – Это что же получается, если мы поженимся, то я породнюсь с Уёном?          – А ты уже мечтаешь о том, чтобы стать моим мужем? – Чонхо усмехается, стоит щекам старшего залиться румянцем.          – Давай уже ужинать!          Вопреки всем страхам Ёсана, их отношения складывались прекрасно. Чонхо вёл себя лучше всех альф, что когда-либо были у омеги. Он был внимательным, всегда слушал и поддерживал, когда Кану было тяжело. Ёсан, смотря сейчас на уплетающего ужин Чонхо, не мог представить свою жизнь с кем-то другим. Они съехались через полгода после начала отношений, за которые Чхве не переставал удивлять различными идеями для свиданий, постоянно привозил медбрату на работу всякие разные вкусности. Охранник на входе в клинику не переставал закидывать омегу вопросами, где же он откопал такое сокровище, на что Ёсан только краснел и сбегал к себе в отделение.

***

         Сан продолжал крутить в руках деталь от кроватки на протяжении десяти минут, пытаясь понять, к чему та должна крепиться.          Узнав о том, что Уён вынашивает не одного, а целых двух малышей, Чхве в тот же день начал присматривать жильё побольше. Ему было грустно расставаться с этой квартирой, с ней его связывало несчётное количество событий, как радостных, так и тех, о которых ему не хочется вспоминать. Но он понимал, что пространства, даже в первое время после родов, будет катастрофически не хватать. Посоветовавшись с мужем, было принято решение о покупке дома. Да-да, с мужем. Они, не сказав никому, расписались.          – Хотите знать, что произошло на выходных? – невзначай спрашивает Сан, когда все их друзья собрались в небольшом ресторанчике.          – Ты закончил проверять домашнее задание на час раньше? – смеётся Хонджун, но тут же давится содовой, стоит Сану и Уёну выставить руки, на которых он заметил обручальные кольца.          – Мы расписались! – в голос кричат новобрачные.          Все принимаются поздравлять и обнимать парочку, желая всего, чего те только захотят. Ёсан пускает слезу, когда подходит его очередь.                   – Ты чего, Ёся? – Уён принимается вытирать ладошками слёзы друга, но уже не в силах сдерживать свои. – Ох, глупые гормоны, – смеются вместе.          – Я так счастлив, наблюдая за тем, как ты строишь собственную семью, – шмыгает носом Кан.          – Не забывай, что вы все являетесь частью этой большой семьи. Без вас ничего бы этого не было, – Чон-младший поглаживает свой уже весьма заметно округлившийся животик.          – Уже выбрали, как назовёте малышей? – интересуется Юнхо, обнимающий за руку Минги.          – За мальчика отвечает Сан, а девочку я решил назвать Аюн, – Уён не может сдержать улыбки, когда поверх его ладони ложится ладонь мужа.          – Са-а-ан? – взгляды всех устремлены к Чхве-старшему, желая узнать, какое же имя выбрал он.          – Чонхун, его будут звать Чонхун, – невесомо касается губами щеки своего омеги.          – Чонхун и Аюн! – выпаливает Минги, поднимая вверх свою стопку, побуждая остальных повторить за ним.          Уён отправился по магазинам с Юнхо и Сонхва, оставив альф собирать кроватки и оставшуюся мебель для детской. Им невероятно повезло иметь таких друзей, особенно в таком количестве. Вдвоём их переезд затянулся бы на несколько месяцев дольше.          – Господи, Сан, отдай, – Хонджун вырывает из рук несчастную деталь, тут же прикрепляя её в нужное место. – Надо было сразу поручить сборку кроваток мне, я же это уже проходил.          – Я хотел сам! – обиженно дует губы Чхве, вызывая смех у друзей.          – Как отнеслась к переезду Бёль? – интересуется Сон, поглаживая питомицу, что на удивление была не против.          – Она в восторге от такого огромного пространства, а также возможности гулять по улице, – будущий отец распаковывал коробку будущего стеллажа. – Опережая твой вопрос: да, ей проставлены все нужные прививки, чтобы она не подхватила что-нибудь во время прогулки на улице, – изучает приложенную инструкцию. – Она, мне кажется, ждёт появления Аюн и Чонхуна не меньше, чем мы. Она постоянно лежит на животе Уёна и мурлыкает, как будто понимает, что там кто-то живёт.          – Животные всё чувствуют, Сан-а, – Минги одёргивает руку, когда кошка кусает его за палец, давая понять, что привилегии у него закончились.

***

         – Сан! – Уён трясёт альфу, пытаясь разбудить. – Са-а-ан!          – Что? Что случилось? – подпрыгивает Чхве.          – Кажется, началось! – выдаёт омега, поднимая одеяло и замечая мокрое пятно.          Они понимали, что малыши должны вот-вот родиться: живот заметно опустился, а активность в нём последние дни была непрекращающейся. Также Уён подмечал тянущие боли внизу живота.          Пока Сан собирал необходимые сумки, Уён обзванивал Минги и Юнхо, которые обещали быть рядом. В общий чат он также сообщил о том, что они выдвигаются в роддом.          – Сан-и, – жмурится от боли, хватаясь за руку мужа, что внимательно следил за дорогой.          – Да, котёнок?          – Мне страшно, – слёзы текут по щекам, а голос дрожит.          – Эй-эй, – притягивает руку к губам, оставляя поцелуй на тыльной стороне. – Минги с Юнхо уже на месте, ждут только тебя. Помнишь, что они тебе пообещали?          – Что сделают всё, чтобы всё прошло хорошо, – омега круговыми движениями поглаживает живот.          – Не просто хорошо, а замечательно, котёнок.          На место прибывают одновременно с Ёсаном и Чонхо, которые, неизвестно, почему, не спали в такой поздний час и ответили, что также выдвигаются.                   – Ты как? – спрашивает Кан, помогая переодеться в больничную сорочку, пока Сан с Чонхо заполнял необходимые документы.          – Как будто из меня вот-вот полезет чужой, – усаживается на койку и выдыхает.          – Значит, всё идёт так, как и должно, – усмехается, когда в его сторону прилетает подушка.

***

         Уён держится из последних сил, чтобы не уснуть от усталости, но стоит ему увидеть, как в палату заходит Сан с Юнхо, на руках которых кряхтят его новорожденные малыши, как сон как рукой снимает.          – Только глянь, кто хочет познакомиться с тобой, – шепчет Ёсан, всё это время сидевший рядом и поглаживающий того по взмокшим от многочасовых потугов волосам, и уходит в сторону, предоставляя место.          – Хе-е-й, – протягивает руки Уён, когда ему на грудь кладут Чонхуна, – привет, малыш, я твой папа, – отодвигает одеяльце в сторону, касаясь пальцем крошечной ручки сына, что тут же за него хватается.          – Она тоже хочет познакомиться, – также шепчет Юнхо, передавая крошечную девочку Сану, что не мог на неё наглядеться. – Думаю, он уже представляет, как будет отгонять от неё глупых альф, – смеётся неонатолог, обняв за плечи подошедшего к нему Ёсана.          – Она омега? – спрашивает младший.          – Они оба, – Чхве оставляет невесомый поцелуй на головке дочери, боясь сделать больно. – У меня теперь три омеги, о которых стоит заботиться и оберегать от тупых альф, – усмехается, не сдерживая слёз.          – Не забывай, что ты тоже когда-то был тупым альфой, – прикрывает глаза Уён, когда Сан соединяет его лоб со своим.          – У меня больше нет права быть тупым, котёнок.