8
23 сентября 2025 г., 12:00
День Северуса Снейпа начался скверно и с невероятной скоростью катился под откос.
Всё началось с того, что Минерва внезапно вызвала его через камин с просьбой об огромной услуге.
Северус буркнул:
— Нет. Если на этом всё, мне пора возвращаться к своим зельям и мизантропическому образу жизни. Хорошего дня.
— Хм. Кажется, я припоминаю, как подменяла одного коллегу в Хогсмиде весь февраль. Поэтому спрошу ещё раз: не могли бы вы оказать мне огромную услугу?
(Минерву, конечно, никогда бы не приняли в Слизерин, но за годы работы с его обитателями она научилась бегло говорить на их языке.)
В этот момент Северус нехотя согласился выслушать и переступил порог её кабинета.
Плохое предчувствие относительно её просьбы уже шевелилось в нём, но отказаться было сложно. Минерва прекрасно знала, как яростно Северус противился присмотру за учениками в Хогсмиде в День всех влюблённых.
— У меня есть ученик, выросший в мире магглов, который хочет встретиться со школьным представителем для стандартного инструктажа, — говорила Минерва, разглаживая на столе несколько листов пергамента.
Северус прищурился.
— И почему, позвольте узнать, этот ученик не получил стандартную брошюру, которую рассылают остальным магглорождённым?
— Он вырос в семье магглов, Северус. Система, видимо, его упустила. К тому же, есть особые обстоятельства, из-за которых этому ученику будет сложно купить всё необходимое без сопровождения. Поэтому я подумала, что представитель нужен не только для инструктажа, но и чтобы сопроводить его в Косой переулок за покупками.
Северус не глуп и слишком хорошо понимал, что его ждёт в этом году в Хогвартсе. Он был высокого мнения о Минерве, поэтому ему трудно было поверить, что её предложение столь же невинно, каким кажется.
К сожалению, другого объяснения ему в голову не пришло, и он уточнил:
— Вы хотите, чтобы я. Лично. Сопровождал. Гарри Поттера. По Косому переулку. Чтобы он мог купить свои школьные принадлежности?
Похоже, это именно то, что она и предлагала.
— И почему, скажите на милость, эта обязанность пала именно на меня? — процедил Северус (и он отнюдь не гордился тем, что скатился до нытья).
Минерва с невозмутимым видом приподняла бровь.
— Мы с Альбусом договорились, что лучше всего послать Хагрида, но, как вам прекрасно известно, Хагрид сейчас… не в строю.
Северус скривился. О, ему известно — к несчастью. Ведь это ему пришлось варить все семнадцать противоядий, которые потребовались полувеликану после того самого происшествия (если только попытку подружиться с гидрой вообще можно назвать «происшествием»).
— И я должен поверить, что больше не нашлось ни одной души, способной на это?
Минерва взглянула на него стальным взглядом.
— Я бы не просила, если бы был другой выход. Поверьте, мне и самой не доставляет удовольствия вас беспокоить.
— Чуть не поверил, — язвительно пробормотал Снейп.
— Северус.
Северус внезапно почувствовал себя четырнадцатилетним. В его памяти бережно хранились те редкие случаи, когда Минерва говорила таким тоном с Дамблдором, но ему совсем не улыбалось, что теперь этот тон обращён к нему.
— Чёрт! Ладно. Я согласен. Во сколько мне встречать мальчика?
Пять часов назад Северусу Снейпу и в голову не могло прийти, что возможен сценарий хуже, чем сопровождать уменьшенную копию Джеймса Поттера во время первого знакомства с волшебным миром. Теперь же Северус понимал, что тогда просто тешил себя иллюзиями.
Ибо куда худший сценарий — это необходимость сопровождать уменьшенную копию Лили Эванс во время первого знакомства с волшебным миром. (А ещё ужаснее было то, что Поттер, похоже, оказался травмированной копией Лили.)
Хотя… этот темноволосый мальчик не так уж и похож на Лили… если не считать этих проклятых глаз.
Да и на Джеймса он тоже не походил. Что было досадно — с сыном Джеймса Северус мог бы вернуться к привычной манере общения с учениками, а именно: язвительные замечания с изрядной долей сарказма. (Честно говоря, Северус так и не понял, почему Дамблдор настаивал на том, чтобы он оставался профессором.)
Теперь же Северус не только потратил последний час, объясняя мальчику (и его, какого хрена, змее эмоциональной поддержки) о его роли и роли его родителей в последней войне, но ещё и должен был придумать, куда его пристроить, пока не разыщет кого-нибудь из старых друзей Лили.
То, что все они, кроме одного, либо мертвы, либо недосягаемы, и стало причиной того, что его день стал ещё хуже.
Северус понял, что после всего, что он узнал о жизни мальчика в семье Дурслей, у него почти не оставалось выбора. Возможно, он и не самый приятный человек, но даже он не мог оставить ребёнка в такой жестокой обстановке.
Подозрения у Северуса уже были — основанные на тех редких взаимодействиях, что он видел между мальчиком и его роднёй. Но безмолвное применение легилименции к дяде дало ему все основания позаботиться о том, чтобы Поттер держался подальше, очень-очень далеко от Петунии и её семейства. Он немедленно сообщил Дурслям, что мальчика они больше не увидят, и удалился.
Великий Мерлин, ребёнок даже не знал имени Лили. А знает ли Поттер вообще, как выглядели его родители? Северус не знал и не горел желанием выяснять.
Пока Северус объяснял мальчику, где садиться на «Хогвартс-экспресс» и как пройти на платформу, он лихорадочно перебирал в уме варианты временного пристанища.
Он видел, как ребёнок напрягся при одной мысли о возвращении к родне, но утешать не собирался. Понимал: пока Поттер не окажется в безопасности в новом доме, все утешения бессмысленны. Более того, Северус ожидал, что мальчик будет сопротивляться этому решению, даже когда окажется там.
В конце концов, Северус решил, что мальчика нужно просто вернуть в Хогвартс. Он надеялся, что Альбус будет слишком занят политикой и подготовкой к новому учебному году, чтобы заметить лишнего ученика.
Северус не думал, что Альбус намеренно оставил ребёнка в жестокой семье, скорее, он ожидал, что директор просто проигнорирует его опасения. Поэтому Снейп решил сначала найти мальчику подходящее место, а уж потом ставить Дамблдора перед фактом.
В идеале хотелось бы вообще не посвящать Альбуса в эти дела, но Северус не настолько глуп, чтобы на это рассчитывать. У старика была удивительная способность узнавать то, что ему знать не следовало.
Везти Поттера с собой в Хогвартс было рискованно, но Северус не видел другого выхода. По крайней мере, пока. К тому же, подумал он, реакция Минервы на змею мальчика наверняка будет восхитительной.
Северус поворачивается к ребёнку. Тот нервно теребит край рубашки и смотрит в пустоту. Снейп покашливает, и мальчик резко поднимает голову, уставившись на него глазами Лили.
— Пора идти. Полагаю, вы всё ещё не планируете возвращаться к родственникам?
Как и предполагал Северус, вспышка надежды в глазах Поттера мгновенно гаснет, сменяясь выражением измученного недоверия.
— Это не вопрос с подвохом, мистер Поттер, — вздыхает Северус.
Мальчик прищуривается и поправляет бесформенный рюкзак, из которого выглядывает змеиная голова. Весь день Поттер напоминает загнанного зверька, но теперь выпрямляется и твёрдо произносит:
— Нет, профессор. Возвращаться не планирую.
Северус невольно отмечает, сколько смелости требуется мальчику — хотя бы потому, что каждый такой случай добавляет очков в пользу факультета Минервы. Снейп просто не представляет, как переживёт следующие семь лет, если Поттера определят в Слизерин (будь проклят этот змееуст).
— Хорошо. В таком случае вы побудете в Хогвартсе, пока я не найду вам другое пристанище.
Мальчик выглядит встревоженным, а Северус краем уха слышит усилившееся шипение из рюкзака Поттера.
— А нельзя мне просто остаться в Хогвартсе до начала занятий?
— Если к сентябрю я не найду вам подходящего жилья, то да, так и будет. Однако я уверен, что смогу найти кого-то, кто согласится вас приютить. Я свяжусь с друзьями ваших родителей, что Альбус должен был сделать в первую же очередь. Будьте спокойны — я сделаю всё, чтобы вам не пришлось возвращаться к тёте.
Поттер всё ещё выглядит неубеждённым, но отвлекается, чтобы пошептаться со своей змеёй. Северус замирает, подавляя знакомый приступ паники — тот самый, что преследует его весь день каждый раз, когда мальчик начинает шипеть на змеином языке. В конце концов, многие из тех круциатусов, что обрушивал на него Тёмный Лорд, начинались с гневной речи на парселтанге.
Наконец Поттер и змея, похоже, заканчивают свой разговор. Мальчик поворачивается к Северусу.
— Ладно. Я поеду с вами в Хогвартс.
Что ж, и на том спасибо — у Северуса было стойкое ощущение, что мальчик, не моргнув глазом, сбежал бы и жил на улицах Лондона, если бы понадобилось. Определённо, будущий гриффиндорец.
Северус кивает и снова протягивает руку. Поттер хватается за неё, и с хлопком они переносятся на окраину Хогсмида.
Надо отдать мальчику должное: на этот раз он приземляется уверенно, лишь слегка согнув колени, а не плюхается на землю, как в первые два раза. Выпрямившись, он оглядывается с недоумением.
— Это Хогвартс? — недоверчиво спрашивает он.
— Нет, это ближайшая деревня, — фыркает Снейп. — Хогвартс защищён заклятьями, не позволяющими перемещаться прямо на территорию замка. Технически мы могли бы дойти пешком, но, поскольку лишнее внимание нам ни к чему, я предпочту сократить путь.
Поттер кивает, и Северус ведёт мальчика к ближайшей таверне — «Кабаньей голове».
Хотя Северус и доверяет Аберфорту сохранить визит Поттера в тайне, лишний риск ни к чему. Он накладывает на мальчика дезиллюминационное заклинание, и Поттер неприятно вздрагивает. Затем они заходят внутрь. Северус кивает Аберфорту, пока они с Поттером направляются к камину. Он бросает щепотку летучего пороха в огонь.
— Кабинет профессора Макгонагалл, — произносит он и замирает в ожидании.
Поттер просто наблюдает, время от времени тихо шипя в ответ на слова своей змеи.
В пламени возникает голова Минервы с невозмутимым выражением лица.
— Ты прекрасно умеешь перемещаться в свой собственный кабинет, Северус. Неужели всё настолько плохо, что ты чувствуешь необходимость явиться прямиком ко мне, чтобы поныть?
— Подумал, вы оцените оперативный отчёт, — ровным тоном отвечает Северус. — Пропустите меня или нет?
Чем скорее он сбагрит мальчика Минерве, тем скорее напишет то письмо и покончит с этой историей.
Минерва усмехается, но уступает, по-кошачьи склонив голову, и отступает, очищая путь.
К счастью, Поттер достаточно мал, и Северус сможет протащить его с собой. Импровизированный урок по использованию каминной сети ему совершенно не нужен.
— Мистер Поттер, держитесь ко мне ближе. Мы пройдём сквозь огонь вместе и окажемся в Хогвартсе. Пока будем лететь, я буду держать вас за плечи. Огонь будет тёплым, но не обожжёт. Готовы?
Поттер кивает, хотя выглядит весьма неуверенно. Северуса это нисколько не заботит. Он просто проталкивает мальчика сквозь пламя вместе с собой.
Перемещаться камином с другим человеком некомфортно, но возможно. Поскольку Северус проделывал это пару раз прежде, он готов подхватить Поттера, когда тот пошатывается, выходя из камина в кабинете Макгонагалл. Там стоят чары против маскировочных заклинаний, поэтому оно рассеялось в ту же секунду, как Поттер ступил на пол.
Глаза Минервы заметно расширяются при виде ребёнка, а затем сужаются до щёлочек.
— Северус. Объяснитесь.
Профессор рассеянно смахивает пепел с некогда безупречной мантии, пока покрытый сажей Поттер лихорадочно проверяет, всё ли в порядке с его змеёй. Лили в его возрасте тоже отвратительно управлялась с каминными сетями.
— Минерва, — представляет Северус, отгоняя навязчивое воспоминание. — Познакомьтесь с мистером Гарри Поттером. Мистер Поттер, это профессор Минерва Макгонагалл.
Под оценивающим взглядом Минервы Поттер выпрямляется.
— Здравствуйте, — несколько настороженно говорит мальчик.
Его змея, явно устав от ограниченного обзора, высунула голову из рюкзака и уставилась на Минерву изучающим взглядом.
Лишь благодаря многолетнему знакомству Северус успевает заметить мелькнувшую в глазах коллеги панику, прежде чем её выражение смягчается. Она протягивает руку, и Поттер, торопливо вытерев ладонь о брюки, пожимает её. (Что, разумеется, лишь размазывает сажу.)
Снейп украдкой применяет к мальчику простейшее чистящее заклинание, одновременно откладывая в памяти странную реакцию Минервы для последующего анализа.
— Очень приятно познакомиться, мистер Поттер, и… — она приподнимает бровь, глядя на его змею.
— Ах! — восклицает Гарри. — Это Мерлин, она мой, э-э… фамильяр.
Северус сдерживает усмешку. Он совсем забыл, что мальчик назвал свою змею в честь величайшего волшебника всех времён.
— Приятно познакомиться и с тобой, Мерлин, — говорит Минерва. — А теперь нам с Северусом нужно немного поговорить. Вы не против? Можете угоститься печеньем.
С этими словами Минерва предлагает Поттеру присесть, указывая на банку с печеньем. Северус считает это печенье чёрствым, но Минерва держит его под рукой для студентов.
На лице Гарри читается замешательство, но кивок Северуса заставляет его подчиниться почти мгновенно. Пока мальчик отходит, Минерва, бросив в его сторону кривую усмешку, поспешно уводит Северуса в угол.
Северус быстро накладывает заклятие Тишины, и Минерва тут же набрасывается на него:
— Когда я просила сопроводить мистера Поттера за покупками, — её голос слегка дрожит от напряжения, — я не имела в виду, что после этого его нужно будет притащить в школу на месяц раньше срока!
— Минерва, будьте благоразумны. Неужели вы думаете, что я добровольно стал бы терпеть чьё-либо общество дольше необходимого, не будь на то веских причин? Тем более — общество сына Джеймса Поттера.
Глаз Минервы начинает нервно дёргаться.
— У вас должно найтись чертовски хорошее объяснение, Северус.
За спиной Минервы Северус замечает, как Поттер и его змея с одинаковым подозрением разглядывают печенье. Змея пробует лакомство языком, и после короткого раздумья мальчик осторожно возвращает угощение обратно в банку.
— Спросите у мальчика, что он думает о своих родственниках, — отрезает Снейп.
— Северус.
Профессор вздыхает и потирает переносицу. Он точно на это не подписывался.
— Если не верите мне на слово, могу предоставить соответствующие воспоминания. Полагаю, у вас есть доступ к Омуту памяти?
Северус не уверен насчёт Макгонагалл, но точно знает, что он есть у мадам Помфри. Произнося это, он уже достаёт из кармана приготовленный заранее пузырёк.
Минерва принимает флакон, плотно сжав губы. Её взгляд становится оценивающим и острым. В течение напряжённой паузы Северус размышляет, не просчитался ли он насчёт степени доверия Минервы к нему.
Наконец она моргает и отводит взгляд. Этот жест кажется Северусу очень кошачьим — словно выражение сдержанного согласия. Он воспринимает его как знак уступки: сейчас Минерва примет его план, хотя позже непременно потребует подробных объяснений.
Его это вполне устраивает. Более того, это как раз в его интересах.
— Мне нужно кое-что уладить относительно будущего мальчика, — говорит Северус.
— Я могу присмотреть за мистером Поттером пару часов, — соглашается Минерва. — Всё равно мне нужно разобрать кое-какие бумаги. Может, дам мальчику задание по подготовительному чтению.
Северус снова кивает и взмахом палочки снимает чары. Если повезёт, мальчик продолжит демонстрировать тот же талант к созданию хаоса, что и весь день, и Минерве наконец-то придётся увидеть, с чем пришлось иметь дело Северусу.
Северус и Минерва возвращаются к мальчику, который, борясь со сном, в полудрёме гладит чешую своей змеи. Заметив их приближение, он выпрямляется, а змея защитным кольцом обвивается вокруг него. Он явно готовится к худшему.
— Мистер Поттер, вы останетесь здесь с профессором Макгонагалл, пока я найду вам подходящего опекуна. Постарайтесь вести себя прилично, — говорит Северус.
Поттер слегка расслабляется, но Северус уверен, что это скорее от изнеможения, чем от искреннего облегчения. Он не настолько наивен, чтобы думать, будто мальчик уже поверил, что всё в порядке. Что ж, это не его проблема.
Нет, ему всего лишь нужно пристроить мальчика к одному из своих наименее любимых людей на планете.
Северус в последний раз кивает мальчику и затем, взмахнув мантией, выходит из кабинета Макгонагалл. Ему нужно написать письмо.
