Как (НЕ) Пережить Своего Питомца из Мира Смерти

Изуку шел по движущейся дорожке, опустив голову и нахлобучив шляпу на уши. За его спиной развевался фальшивый тканевый хвост. Его взгляд метался по сторонам, впитывая всё. Инопланетная космическая станция была завораживающим и ошеломляющим зрелищем для мальчика, родившегося на планете Земля. С высокого, далекого потолка свисали провода. Парящая сфера отбрасывала золотой свет на разноцветные навесы над прилавками. У большинства торговцев были голопроекторы, анонсирующие их товары на разных языках, буквами и светящимися иероглифами. В воздухе стоял запах дыма от грубого, едва работающего конвейера, катившегося у его ног. Большая часть этой станции была собрана из запчастей. Инопланетяне толпились на движущейся дорожке и летали в полупрозрачных капсулах над головой. Гуманоид оставался самым распространённым дизайном в галактике, но он мельком увидел порхающего серебристого насекомого размером с его кулак и гигантскую зелёную слизь в капсуле. От мигающих огней и шума у Изуку разболелась голова. Он увернулся от голограммы, которая пыталась продать ему ТАБЛЕТКИ ДЛЯ УСИЛИВАНИЯ СПАРИВАНИЯ. Некоторые вещи остаются неизменными, независимо от вида. Наконец, одна из голограмм рекламировала свежие фрукты. Изуку спрыгнул с конвейерной ленты и приземлился перед деревянным столом, за которым громоздились ящики. Высокий столб отбрасывал серебристый свет от шара наверху. За столом стоял гигантский синекожий мужчина не меньше чем с десятью руками. Выше пояса на нём не было одежды, только грубая набедренная повязка, вероятно, продиктованная чувствительностью других видов. Не все инопланетяне заботились об одежде. На космической станции она была необязательной, но продавцы чаще закрывали те части одежды, которые, как они боялись, могли оскорбить покупателей. Или иногда они просто не хотели отвечать на вопросы о том, как устроена их одежда. «Можно взглянуть на фрукт?» — спросил Изуку, надеясь, что переводчик сработает как надо. Аппарат был закреплён на его ушах, словно серебряная повязка, и предназначался для перевода на основной язык Федерации. На его колониальном корабле было всего три дешёвых и неисправных переводчика, и его отправили с одним из них за едой. Несколько дней назад они вступили в бой с рейдерами Ши-Хассайкай. Двое других жителей колонии Альдера искали детали для ремонта своего корабля. Лавочник рассмеялся, весь в своём круглом животе. Он не улыбнулся — Изуку уже знал, что большинство видов скалят зубы только в знак агрессии. Но тон его был дружелюбным. «Конечно, конечно, вы даже можете попробовать. Мои товары искусственно выращены. Всё одобрено руководством станции». Другими словами, руководство подтвердило, что фрукт не ядовит для известных видов. Только искусственные фрукты могли соответствовать такому высокому стандарту. Ему очень повезло, потому что Изуку не мог спросить, опасен ли фрукт для людей. Он не мог признаться, что он человек. По привычке он проверял, всё ли его искусственный хвост цепляется за штаны сзади. Большинство инопланетян не знали, как выглядят люди, или имели преувеличенные представления об их размерах. (Низкий рост Изуку был ещё одной причиной, по которой его отправили.) Поскольку люди не были принятыми членами Галактической Федерации, у него не было никакой юридической защиты, если кто-то узнает его личность. Человечество имело особую репутацию в космосе. Десять лет назад планета Земля отразила вторжение неприятных инсектоидов, известных тем, что поедали коренных жителей и при этом колонизировали новые растения. Жестокость реакции людей потрясла галактику. Насилие было не новостью для космических рас. Даже существование Федерации не предотвратило вспышек конфликтов между многочисленными видами. Но никто не ожидал, что раса без соответствующих космических технологий сможет не только победить, но и сокрушить своих врагов. С тех пор люди начали отправляться за пределы планеты на колониальных кораблях, собранных из вражеских технологий. Человечество заслужило репутацию дикого, разрушительного, яростного, невероятно выносливого и беспощадного к работодателям, которые отказывались платить им зарплату. К сожалению, это случалось часто — устоявшиеся виды любили использовать новичков в качестве рабов. Человеческие протесты перерастали в насилие. В какой-то момент Землю классифицировали как Мир Смерти. Это было плохо, потому что остальные не хотели иметь дело с обитателями Мира Смерти. Изуку считал несправедливым, что его вид был признан неразумным, когда другие инопланетяне напали на них. Но он был здесь не как представитель человечества. Он пришёл купить еды для своей матери и соседей. Сдержанно улыбнувшись, он сказал: «Спасибо за любезное предложение». Он протянул руку. Продавец бросил ему маленький синий фрукт. Он был похож на чернику, только имел форму кубика. То, что фрукт не был ядовитым, не означало, что он съедобен для человеческих вкусовых рецепторов. Изуку нужно было убедиться, что он не ужасен на вкус, прежде чем тратить драгоценные деньги колонии. Он откусил фрукт. На вид это было похоже на чернику, но на вкус больше напоминало яблоко. Вкус был немного кисловатым, но это можно было компенсировать небольшим количеством сахара. «Сколько за штуку?» — спросил Изуку. Продавец ответил: «Это просто находка — пять за штуку. Они не только вкусные и долго хранятся, но и, по мнению наших учёных, обладают успокаивающими свойствами для опасных существ, таких как люди». «Чёрт», — выругался Изуку. Он уже чувствовал, как его тело окутывает неестественная апатия. Он попытался отступить назад, но ноги не слушались. Он завалился набок, и его искусственный хвост отвалился. Фрукт упал на землю за несколько секунд до его тела. Транслятор с хрустом сломался об пол. Капюшон слетел с его головы. «ЧЕЛОВЕК!» — закричал продавец. «НА НАС НАПАЛИ! КАЖДЫЙ САМ ЗА СЕБЯ!» Весь рынок опустел за считанные секунды. Массивные металлические двери закрылись, оставив Рынок 13 в недоступном месте. Никто не осмеливался вернуться, пока станция не распылила в районе усыпляющий газ. Затем были отправлены роботы. Роботы-охранники подтвердили, что человек, похоже, спит и не пытался оторвать кому-либо конечности. Протокол безопасности предписывал быстро убрать человека со станции (но не причиняя ему вреда, иначе это могло бы спровоцировать ответные действия со стороны других бродячих банд людей). Однако у управляющего станцией был двоюродный брат, торговавший редкими питомцами. Богатый, могущественный и ужасающий Все за Одного заказал себе питомца-человека. Деньги были не только непреодолимо большими, но и ещё ценнее получить услугу от Все за одного. Взятки обменялись, и торговцы животными ушли, забрав мальчика-человека и надёжно закрыв в защищённой металлической клетке.

••••

Томура наблюдал, как Все за Одного вошел в рубку управления корабля; щупальца его хозяина сгибались и разгибались с каждым шагом, словно он заново переживал победоносную охоту. «Хозяин в хорошем настроении», – подумал Томура, едва оторвавшись от своей GameBoy. Это была какая-то новая технология, произведшая фурор в галактике, New AlienTime's включили её в список самых популярных покупок. Надеюсь, Томура успеет пройти игру до того, как его отправят на новое задание с Лигой. Сидя на угловом сиденье, вдали от суетящихся рабочих, Томура лелеял оптимистичные намерения, пока не увидел, как щупальца Все за Одного вспыхнули и повернулись к нему. «А, Томура», — сказал Все за Одного, обнажив зубы в улыбке. Несмотря на годы службы у своего господина, Томура всё ещё считал привычку улыбаться во весь рот жуткой. «Привет, Мастер, как прошла поездка? Удалась?» Все за Одного пренебрежительно махнул когтистой рукой. «С Грувасами было до смешного легко справиться. Мне противно, что кто-то в этой организации считал их угрозой». Томура посмотрел на кровь, забрызгавшую щупальца Все за Одного. Конечно, они выглядели жалко перед лицом обитателя Мира Смерти 4-й категории. Единственными другими известными видами, превысившими эту классификацию, были Азеаты, погибшие в результате чудовищной атаки астероида, убив друг друга, и таинственные люди. Но вероятность встречи с ними была крайне мала. Подобно гниющим червям-гарстча с родной планеты Томуры, люди предпочитали прятаться в тёмных местах, отказываясь покидать свою кошмарную родную планету. Слухи о космических путешественниках людей время от времени распространялись по информационным сетям, но было сложно отделить правду от преувеличения. Народ Томуры, ДоТи, прибыли с планеты, покрытой тропическими лесами, поэтому они развили свою густую шкуру и гибкий хвост, приспособленный для лазанья. К смущению Томуры, он произошел от расы хищных животных. Но ДоТи всё ещё считались обитателями Мира Смерти 2-го класса, потому что формировали тесные семейные группы, нападавшие стаей. Семья Томуры погибла во время трагического внезапного наводнения, но Все за Одного усыновил его и теперь он был вожаком стаи. Без заботы семьи, шерсть Томуры стала неопрятной, поскольку мех ДоТи не переставал расти. Но это помогало ему скрывать свою неловкую связь с дикарями, которые даже не имели возможности межзвёздных путешествий. К тому же, ходили слухи, что Всемогущий ищет ДоТи, и Томура предпочитал держаться подальше от радаров этого глупца. Когда-нибудь Томура поможет Мастеру сокрушить нелепого пришельца, именующего себя Всемогущим. Эта уродливая, длинноногая тварь уже много раз срывала планы и замыслы Лиги. Почему Все за Одного не выследил и не уничтожил его, было для Томуры загадкой. Однако Мастер знал лучше, поэтому Томура воздержался от вопросов. «Несмотря на это разочарование, — сказал Все за Одного, — я нашел кое-что ещё лучше». Томура оживился, его хвост распустился от волнения. Неужели Мастер наконец-то получил новое оружие DK пятой модели, о котором Томура так просил? Неужели он сокрушил батальон Федерации в унизительном поражении? Или, ещё лучше, уничтожил Всемогущего? «У меня появился питомец!» — сказал Все за Одного. Томура моргнул, а затем почесал свои висячие уши, уверенный, что ослышался. «Питомец? Типа того, о ком нужно заботиться?» Многие виды, включая вид Томуры, нуждались в компании; однако вид Все за Одного, Фикс, никогда прежде не считался заботливым. Разрывать питомцев на части — да, но не оставлять их себе. «Это человек», — сказал Все за Одного. Рабочие вокруг них замерли, все лица повернулись, чтобы с ужасом посмотреть на Все за Одного. «Человек?» — спросил Томура, отчаянно надеясь, что ослышался. Он почесал спутанную шерсть на ухе; должно быть, именно она и заставила его ослышаться. «Человек», — повторил Все за Одного, его щупальца извивались от восторга. «Одного нашли на территории Федерации, на рынке. Невежественный торговец даже не знал, что у него есть, пока человек не упал без сил». «Упал?» Шерсть Томуры встала дыбом от подозрения. Жители Мира Смерти не падают, особенно те, что относятся к пятой категории. Они заставляют других это делать. Судя по всему, он был настолько прожорлив, что сожрал целый прилавок. Что-то в еде отравило его, но существо не умерло. Группа торговцев домашними животными схватила его, прежде чем он проснулся и продолжил свою резню. Мы должны встретиться с ними в квадранте U-JS. Хотя это часто вызывало зуд и неприятные ощущения, в данном случае Томура был благодарен своей огромной шерсти, которая так разрослась. Это значительно облегчило ему задачу скрыть скептическое выражение лица. «У вас есть изображение человека?» Все за Одного повернул коммуникатор на руке, и появилась голограмма человека: маленькое безволосое существо, свернувшееся в плотный клубок. Томура в замешательстве наклонился ближе. Неужели это добыча и есть человек? «После обучения он станет ценным активом. Я уверен, что доктор сможет интегрировать его биологию в новых солдат-ному, чтобы создать более мощную боевую силу. Как бы то ни было, ни один другой вид не владеет живым человеком». Маленькая фигурка на голограмме зашевелилась, подняв круглую, уродливую голову. Черты лица были разбиты, словно от удара в лицо. Поистине отвратительно. Возможно, отсюда и пошла эта репутация: либо торговцы домашними животными обманули Все за Одного (и никакая помощь не спасла бы их вид в таком случае), либо репутация людей была преувеличена из-за их уродливой внешности. В любом случае, Все за Одного придет в ярость и, скорее всего, убьет любого на своем пути. Кивнув и притворно восхищённо сказав что-то вроде восхищения, Томура похвалил нового питомца своего хозяина и проскользнул обратно на своё место. Даже если им придётся лететь до квадранта U-S, Томура, по крайней мере, закончит игру до прибытия.

••••

Темнота сбила Изуку с толку. Полностью затемнить каюту на колониальном корабле было невозможно – слишком много пищащей электроники, а поскольку обитатели ютились по пять-шесть человек в каждой комнате, кто-то постоянно сидел за своим планшетом. Он сел и пошарил в поисках света. Его руки коснулись металла. Как только он вытянул ноги, его ботинки тоже наткнулись на металл. Ощупав пространство, Изуку понял, что находится в металлической коробке, недостаточно высокой, чтобы стоять или лежать прямо. Теперь он вспомнил рынок и тот наркотический фрукт. Чёрт возьми, колонисты не могли позволить себе портативные сканеры для проверки еды на опасность. Хотя у Изуку были куда более серьёзные и неотложные проблемы. Он сглотнул. Хотя он, казалось, не был ранен (если не считать боли в спине от сна на жёстком полу), горло пересохло. Его мать будет в ужасе. Инко не хотела отпускать Изуку одного. Все уверяли её, что худшее, что может случиться, – это то что его выгонят с рынка, а охрана на станции предотвратит любое насилие. Теперь все опасения Инко оправдались. Изуку счёл бы себя счастливчиком, если бы вернулся домой и услышал, как мать говорит: «Я же говорила». Пальцы Изуку нащупали щель в двери, но она была слишком узкой, чтобы просунуть под неё ногти. Впрочем, металлическую стену он всё равно не прорвёт. Воздух был слишком горячим, чтобы чувствовать себя комфортно. Изуку нашёл жужжащий ящик в верхнем углу, где, должно быть, циркулировал воздух. Его переводчик исчез. Прислонившись к стене, Изуку старался не паниковать. Он здесь окончательно и бесповоротно застрял. Но его мать наверняка будет его искать. В какой-то момент враг должен будет открыть ящик, чтобы накормить его. Если он ещё не был мёртв, им что-то от него было нужно, а именно – сохранить ему жизнь. Чем дольше Изуку оставался в ловушке, тем сильнее стены сжимались вокруг него. Он сделал глубокий вдох и закрыл глаза. Вслух он процитировал все слова из словаря, которые смог вспомнить, – эта уловка помогала скоротать время. Он планировал, что скажет пришельцам, когда они прибудут. Если они приведут переводчиков – большое если, – его первая речь должна была быть примирительной. Со временем его сценарий становился всё более резким. Он добавил пару неприятных слов для прародителей пришельцев. Каччан, умевший находить ругательства на любом языке, научил всех подростков на корабле Альдеры ругаться словами, которые оскорбили бы любую расу. Со временем жара в воздухе становилась всё более невыносимой. У Изуку болела голова, а в животе урчало. В конце концов, от нечего делать, он уснул.

••••

Когда Изуку проснулся, ему очень, очень хотелось пить. Голод тоже грыз желудок, но мучительная потребность в воде пересилила все остальные ощущения. Изуку ударил кулаком по металлической двери. «Эй! Покорми меня, если не хочешь, чтобы я умер!» Скорее всего, сквозь толстые стены его никто не услышит. Без переводчика его никто не поймёт, если вообще захочет. В животе у него зарождалась паника. Что, если он ошибся, и пришельцам он не нужен живым? Что, если это жестокая форма ритуальной казни? Изуку откинулся на спину и изо всех сил старался не плакать. Он не мог позволить себе тратить воду впустую. Прошло мучительно много времени. Могли пройти минуты, могли пройти часы. Наконец, металлический куб, висящий над головой, выплюнул пластиковый пакет с водой и второй красный пакет. Дрожащими пальцами Изуку сорвал защитную пленку с пакета с водой и выпил через отверстие. Затем он проглотил второй пакет, который оказался похожей на вязкую жижу безвкусной жидкости. Ни еды, ни воды ему не хватило, чтобы насытиться. Он разорвал плёнку, чтобы слизнуть последние капли. Когда всё закончилось, его охватил ужас. Если пришельцы могли питать его через устройство, то им не было смысла открывать дверь, а значит, у него не было возможности договориться или сбежать. Изуку оказался здесь в ловушке.

••••

Если инопланетяне кормили Изуку три раза в день, то прошло пять дней. Но он был почти уверен, что они кормили его реже. Так что могло пройти десять дней, пятнадцать… или больше… Если к этому моменту мать Изуку не пришла за ним, значит, либо с кораблём случилось что-то плохое, либо его увезли со станции, и она не смогла его найти. Последнее казалось более вероятным, учитывая, как товарищи Изуку справились с флотом Шие Хассайкай, в три раза превосходящим их по численности. Изуку знал, что мать никогда не перестанет его искать. Но он был всего лишь ребёнком, а галактика была очень, очень большой. В детстве Изуку однажды сломал ногу, даже не заплакав. Он гордился своей устойчивостью к боли, особенно после того, как другие дети прозвали его плаксой. Но он не знал, как противостоять этому отвратительному одиночеству. Внутри чёрного ящика Изуку не понимал, как быть человеком. Он ощущал себя всего лишь оголённым нервом, гниющим от боли голода, жажды и ужасного запаха. В коробке не было туалета, так что Изуку пришлось задыхаться от собственных отходов. Он пытался справить нужду в углу. Но коробка была такой маленькой, что не было никакой возможности увернуться. К тому времени он был весь в моче. По крайней мере, обоняние у него пропало несколько дней назад. Из левого глаза Изуку скатилась слеза. Он закрыл лицо руками, пытаясь сдержать её. Он прокручивал в голове земные книги и фильмы, чтобы отвлечься. Но теперь он не мог думать ни о чём, кроме ужаса. Ещё одна слеза скатилась. Это было бесполезно. Ему нужно было предотвратить обезвоживание, чтобы иметь возможность сражаться, когда они откроют дверь. Если бы они открыли дверь. Что, если бы Изуку приговорили к пожизненному заключению без суда, и этот металлический ящик стал бы его последним пристанищем? Его охватила безумная паника. Изуку подполз к контуру двери, цепляясь за щель слабыми руками. «Пожалуйста», — взмолился он хриплым и ноющим от недостатка воды голосом. «Пожалуйста, я ничего вам не сделал. Пожалуйста, выпустите меня. Мы можем договориться. Мой корабль оплатит моё благополучное возвращение. Пожалуйста! ПОЖАЛУЙСТА!» Ответа не было. Для них снаружи он был никем. Он уже знал это. Другие виды говорили о людях с презрением или ужасом, словно о крысах, разносящих чуму. Для того, кто стоял за этой дверью, Изуку не был разумным. «Ты шиланк!» — выкрикнул Изуку худшее оскорбление, которому научил его Каччан. Он бросился к коробке на потолке, ударившись головой. Боль ничего не значила. Если бы только он мог сломать куб, который давал еду и воздух, тогда им пришлось бы открыть дверь. Или он умрёт, что, возможно, было бы лучше, чем жить так. Изуку царапал и рвал металл голыми руками. Несколько ногтей сломалось. Он продолжал бить в безумном неистовстве, пока куб не стал скользким от его крови. Ему даже не удалось поцарапать его. Упав назад, Изуку свернулся калачиком и заплакал, как маленький ребёнок.

••••

Когда Изуку проснулся, он едва мог двигаться из-за обезвоживания. Тихий стук возвестил, что автомат выплюнул ещё один пакетик. Он не стал к нему подходить. Его отчаяние переросло в ледяную ярость. Как эти люди смеют запирать его в условиях, которые он не пожелал бы даже злейшему врагу? Он же ничего не сделал, только пытался купить фрукты. Если они обращались с ним как с чудовищем, он им покажет чудовище. Изуку схватил пакет и засунул его в дверную щель как можно глубже. Он больше не будет ни есть, ни пить. Если этим людям он нужен живым — а он им нужен живым, иначе они бы его не кормили, — им придётся открыть дверь. Когда дверь откроется, Изуку будет готов.

••••

Г'шан ненавидел охранять клетку человека, даже когда рядом с ним стояли пятеро его собратьев по яйцу. У насекомоподобного Ра были чёрные экзоскелеты и шесть когтистых рук, но ходили слухи, что люди могут прорвать броню насквозь. Так случилось с их родственной расой Фа, которая попыталась вторгнуться на Землю. Ра извлекли выгоду из поражения своих соперников, но не хотели идти по их пути. Он беспокойно заерзал, сжимая в руке электрошокер. Его начальники не переставали ворчать с тех пор, как человек перестал есть. Они боялись, что покупатель расстроится, если они не доставят существо живым, но Г'шан был выше своих возможностей. Торговцы животными наняли его в качестве наёмного убийцы, потому что боялись людей, даже таких крошечных. Г'шан подозревал, что его работодатели стащили детёныша человека, но это ничего не изменило. Даже у детёнышей должны быть острые как бритва зубы и кислотный пот. Из устройства на запястье Г'шана раздался треск, а затем появилась голограмма его работодателя. «Наши камеры зафиксировали, что человек потерял сознание. Откройте клетку и налейте ему воды в глотку. Нам нужно сохранить ему жизнь до прибытия Все за Одного. Г'шан помедлил. «Господин, вы уверены, что это мудро?» Его работодатель резко ответил: «Мы держали человека в условиях температуры, которая убила бы любой вид, кроме обитателей Мира Смерти, и кормили его меньше половины необходимой пищи. Мы были слишком осторожны, и теперь он может умереть. Если новый питомец Все за Одного не выживет…» Все до единого слушатели содрогнулись. «Достаточно сказать, что человек будет наименьшей из ваших проблем». Это убедило Г'шана. Он приказал товарищам: «Оружие наготове». Затем он подошёл к двери. Нажав на красную кнопку, он замешкался. Он напомнил себе, что человек будет голоден, обезвожен и, по сути, умрёт от жары. Даже обитатель Мира Смерти не смог бы оставаться в сознании в таких условиях. Г'шан нажал кнопку. Металлическая дверь отъехала назад, и за ней оказалась пустая клетка. Оба сердца Г'шана остановились. Он вспомнил все легенды о людях, об их мифической силе, выносливости и свирепости. Неужели он пропустил историю о людях, способных проходить сквозь стены? Он взмахнул когтем, тыкая. Два зелёных глаза сверкали в темноте. Человек вцепился в потолок, его окровавленные пальцы вцепились в кормушку. Он ухмыльнулся. На его белоснежных зубах блестели капли крови. Один из братьев Г'шана по яйцу упал замертво. Человек рухнул вниз, словно самонаводящаяся ракета, ударив ногами Г'шана в грудь. Чья-то рука вырвала у него электрошокер и впечатала светящийся наконечник в подбородок. Электрическая дуга собственного оружия стала его последним ощущением перед тем, как он потерял сознание.

••••

Томура нахмурился, когда в иллюминаторе корабля появилась станция зоомагазина. Это была крошечная, потрёпанная металлическая сфера. Передние огни периодически мигали. На взгляд эксперта, оружейный порт явно нуждался в ремонте. Более того, корабельные сканеры засекли на борту только одну форму жизни, помимо хладнокровных инсектоидов, что означало, что у них был всего один питомец в наличии. Томура с трудом поверил, что эта мизерная организация захватила одного из легендарных людей. По всей галактике люди были известны своей свирепостью и боевыми навыками. Говорили, что они сражались насмерть, лишь бы не попасть в плен, хотя, как правило, вместо этого погибали их враги. Неорганизованные силы людей уничтожили вторжение инопланетян, в десять раз превосходивших их по численности. Выжившие Фа бежали в дальние уголки галактики и присоединились к пацифистским религиозным орденам, чтобы больше никогда не сражаться. Станция содрогнулась, и одна из металлических деталей отвалилась. Ухо Томуры дёрнулось под гривой шерсти. У этих недоумков не могло быть человека. Он боялся реакции хозяина, когда тот поймёт, что его обманули. Все за Одного никогда не переносил разочарования. Томура спросил: «Предположим, что, если бы торговцы поймали не человека, а одного из их уродливых домашних животных? Вы, конечно же, всё равно сочли бы большой честью владеть чем-то, что когда-то принадлежало этим диким зверям». «Не говори глупостей», — нетерпеливо сказал Все за Одного, всё ещё с нетерпением разглядывая фотографию, присланную им торговцами. «Только житель Мира Смерти может быть достоин моей любви или иметь шанс выжить. Я обшарил всю галактику в поисках человека. Даже такие недостойные глупцы, как эти, будут вознаграждены, если найдут его для меня». Томура вздохнул и почесал ухо. Он пытался. Теперь он предполагал, что всех этих идиотов-торговцев животными перебьют, когда Все за Одного поймёт, что предложили ему подделку. Томура не заботился о дураках. Но Все за Одного имел обыкновение распространять своё разочарование, поэтому Томура знал, что ему придётся несладко, пока гнев хозяина не утихнет до обычного уровня убийственной ярости. Тем не менее, он чувствовал небольшое облегчение от того, что ему не придётся обеспечивать достаточно сильную охрану, чтобы удержать человека. Томура приберег совсем немного жалости к слабому, уродливому существу, которое Все за Одного наверняка убьёт, разочаровавшись в том, что получил не того питомца. Стена станции взорвалась, раздался тихий звук в беззвучном пространстве. «Что, уже?» — пробормотал Томура. Он планировал уничтожение станции, но не ожидал, что они сами взорвут себя. Все за Одного нахмурился. «Нам нужно торопиться, мой новый питомец может пораниться». Томура вскрикнул, когда его хозяин направил корабль прямо на взрыв.

••••

Корабль Все за Одного был оснащён лазерной сетью, предназначенной для закрытия дыры в станции и обеспечения возможности дышать после приземления. Тем не менее, Томура сначала сошел с корабля и проверил воздух. Из-за дыры гравитация работала неправильно. Томура проплыл мимо небольшой спасательной капсулы в почти пустом стыковочном отсеке. Что вызвало взрыв? Неисправная деталь? Это неудивительно для этого древнего реликта. Томура подошёл к ближайшему экрану и взломал его. Хм, как странно, судя по журналам, по трубам сбросили взрывчатку. Словно станцию атаковали изнутри. Все за Одного проскользнул мимо него, шевеля щупальцами, направляясь на шум. Томура пробыл рядом с хозяином достаточно долго, чтобы распознать в его дрожи возбуждение. Как и весь его вид, Все за Одного любил сражаться. Убийство было для фиксов проявлением привязанности, что объясняло, почему они почти вымерли. Шум нашел их первыми. Дверь сорвало с петель, она пролетела через весь отсек и задела Томуру по носу. Тот с визгом отпрянул. Уродливое двуногое существо стояло в дверном проёме, зелёные волосы падали ему на лицо. Глаза горели, словно два изумрудных огня. Лицо было грязным, и от него несло мерзостью. Из его губ вырвался низкий, гортанный рык. Каждый волосок на теле Томуры встал дыбом. Несмотря на свой крошечный размер, вживую питомец выглядел куда более устрашающе. Он обнажил клыки, словно хотел съесть Томуру. Питомец держал в руках одного из насекомоподобных стражников. Он использовал своего павшего врага как таран, чтобы выбить дверь. Бедный стражник дёрнулся. Какой дикарь использует живого как оружие?! Питомец шагнул вперёд, направляясь к спасательной капсуле. Когда он сделал это, в коридоре за ним оказалось, лежала длинная вереница павших тел. Одно крошечное существо победило всех стражников на корабле. Инстинкты Томуры взяли верх. Всё внутри него кричало, что это существо представляет смертельную угрозу, поэтому ему нужно защищать вожака стаи. Томура оттолкнулся от стены и прыгнул, летя в невесомости. Он ударил лапой размером с голову существа. Питомец развернулся со сверхъестественной скоростью и ударил Томуру в живот своим живым оружием. Томура и стражник отлетели в сторону, врезавшись в стену. Томура оттолкнул истекающего кровью дурака, решив не упускать врага из виду. Такой сильный удар наверняка отбросил бы питомца назад, лишив его равновесия и упростив захват. И действительно, питомец влетел в стену. Но вместо того, чтобы удариться о неё, он приземлился боком, упершись двумя лапами в стену и сделав сальто назад. Он двигался слишком быстро, быстрее, чем кто-либо, кто двигался в невесомости, на глазах у Томуры. Он отскочил от потолка – он метнулся за обломки, оставшиеся от дыры – Томура потерял его из виду. Томура уставился в потолок, пытаясь найти свою цель. Но питомец набросился на него снизу, схватил за ноги и швырнул в стену. Томура закричал от боли. Кровь капала по его лбу. Безумная ярость в этих ужасающих зелёных глазах заставила Томуру понять, почему все неудачливые захватчики Земли впоследствии стали пацифистами. Все за Одного потёр щупальца – это был свойственный его виду жест аплодисментов. «Великолепно! Это настоящий человек. Ни один из тех низших животных, которых мне пытались навязать другие торговцы, не сравнится с ним. Я же говорил, Томура». Все за Одного не сделал ни малейшего движения, чтобы помочь Томуре, лишь с любопытством наблюдая. Томура вспомнил, почему он иногда ненавидел своего босса. Все за Одного продолжил: «А самое главное, раз уж мой новый питомец перебил всех на станции, нам не придётся за это платить». Монстр бросил Томуру в Все за Одного, словно копье. Естественно, Все за Одного увернулся. Томура закричал, когда стена снова взмыла вверх. Его чувствительная морда ударилась о металл. Он полетел вниз, окутанный облаком собственной крови. Существо воспользовалось этими драгоценными мгновениями, чтобы сократить разрыв. Поднявшись, оно ударило Все за Одного в лицо. Все за Одного лишь рассмеялся. «Наконец-то существо, способное бить с настоящей силой! Ты хоть представляешь, как давно я не чувствовал боли?» Одно из его щупалец поднялось и коснулось его лица. «Кажется, мне это нравится». Другое щупальце обхватило лапы питомца и повисло в воздухе. Будучи одним из сильнейших существ в галактике, Все за Одного легко удержал его на месте. Удар, казалось, даже не задел его. Питомец укусил держащее его щупальце. Желудок Томуры сжался от отвращения при виде нарушения всеобщего табу на употребление в пищу другого разумного существа и при виде безумной силы челюстей питомца. Воздух наполнился чёрной кровью. «Ого, какие здоровые зубы», — проворковал Все за Одного. Его руки и щупальца обвили маленького монстра, притягивая пленника к груди. Из двух щупалец на его плече струился красноватый туман — успокоительное, используемое для добычи. Как бы питомец ни сопротивлялся и ни рычал, его глаза закрывались. Все за Одного нежно обращался со своим питомцем, поглаживая его по шерсти, словно успокаивая дикого зверя. «Разве он не прелесть, Томура? Видишь, как он не отпускает моё щупальце. Кажется, я ему нравлюсь!» Прежде чем Томура окончательно потерял сознание от боли, он успел осознать весь ужас: да, это был настоящий человек, и да, они забирают монстра домой.

••••

OMAKE TIME! Оmаке: Неправильное понимание жанра Изуку: Я отправляюсь в космос навстречу захватывающим приключениям. Я смело пойду туда, где ещё никто не бывал, как Всемогущий. Подружусь с инопланетянами и спасу мир. Все за Одного: эта мягкая двуногая штука просто прелесть. Изуку: Я в приключенческой истории, да? Авторы? # Оmаке: Субъективные стандарты красоты Томура: Люди — уродливые дикари. Изуку: Мой вид создал твой новый GameBoy. Томура: Хм, чем дольше я на тебя смотрю, тем менее отталкивающим выглядит твоё сморщенное лицо. # Оmаке: Насилие как привязанность Все за Одного: Я ему нравлюсь! Изуку: Я собираюсь оторвать щупальца этого пришельца. Все за Одного: Да, как и ожидалось, я ему нравлюсь. Томура: Извините? Изуку: (Грызёт щупальце.)