Как (НЕ) Пережить Своего Питомца из Мира Смерти

Разбитый космический корабль бесцельно дрейфовал в пустоте тьмы, повреждённые двигатели больше не могли летать. Сквозь толстые иллюминаторы звёзды насмешливо светили, пока Инко корпела над картами на экране. Вселенная была необъятна, полна странных планет, чёрных дыр и опасных существ… Инко была всего лишь одним человеком. Кто осудит её за то, что она сдалась? Стиснув зубы, она яростно нажала кнопку, вытащив на экран ещё одну бесполезную карту. Глава колонии, подумала она, именно это и сказал. Но он был ещё и эгоистичным, трусливым хулиганом, которому Инко наотмашь надаст, если увидит его ещё раз. Да, Инко была человеком, но она также была матерью. Это означало, что у неё были обязательства перед сыном. Глаза горели, но за последние несколько дней она выплакала столько слёз, что хватило бы на целый бассейн, и ничего не изменилось. Слёзы не вернут ей сына – только действия помогут. Она взглянула на хрупкую фотографию, спрятанную в кабине: Изуку гордо улыбался в своей новенькой космической форме. «Это космос, мама! Подумай, скольким вещам мы можем научиться и скольким можем помочь! Если Всемогущий может это сделать, то почему бы и нам не сделать этого?» Потому что Всемогущий был взрослым человеком, жаждущим смерти, который, вопреки всем прогнозам, за три десятилетия исследовал больше космоса, чем весь человеческий род за столетия. Однако это была мечта Изуку. И кто она такая, чтобы встать у него на пути? Кроме того, её бывший муж постоянно совал свой нос повсюду, выпрашивая деньги, цены на жилье выросли, а система образования, честно говоря, была в упадке, и если на Земле не осталось ни одной семьи, какой смысл оставаться? Потому что Изуку не забрали бы, если бы они остались. Нет, подумала Инко, смахивая влагу с щёк и заставляя себя снова взглянуть на карты. Всегда найдутся те, кто воспользуется её ребёнком, и в космосе, и на Земле. И всё же ей следовало быть осмотрительнее, прежде чем доверять главе колонии. Колония Альдера должна была высадиться в районе Мусутафу, создать там базу и начать отношения с окружающими формами жизни. Однако с самого начала руководство оказалось ленивым и некомпетентным. Не было никаких причин, по которым Изуку должен был покупать еду, когда вокруг слонялись по меньшей мере пять старших офицеров, которые пили из фляг и играли в покер. Кабина издала печальный стон, когда Инко яростно нажала ещё одну кнопку. Вздохнув, Инко протёрла глаза и встала с места, чтобы пройтись по салону. Не стоило портить корабль ещё больше. Ещё до того, как она угнала его с колонии Альдера и улетела, он уже получил несколько царапин и вмятин от безумных испытательных полётов Кацуки. По правде говоря, это было чудо, что бедный корабль пересёк полгалактики. Инко повернулась и снова посмотрела на фотографию своего сына, и её охватило новое убеждение. Она не знала, кто они. Она не знала, чего они хотят. Если бы они требовали выкуп, она бы сказала, что у неё очень мало денег, но она мать. Мать, которая заботилась о своём сыне уже 14 лет. Это делало её кошмаром для тех, кто похитил её сына. Если они отпустят Изуку, всё кончится. Она не станет их искать, не станет преследовать, но если нет… Она найдёт их и убьёт.

••••

Изуку чувствовал себя чисто и уютно. Синяки от ударов о клетку и боевые травмы больше не болели. Легкая липкость подсказала ему, что на его теперь уже зажившие раны нанесли дорогую лечебную мазь. Мягкие одеяла и подушки окутывали его спину. На него упала тень. «Мама?» — прошептал он. Но вместо тёплой руки матери ко лбу Изуку прижалось холодное щупальце. Это был он, тот ублюдок, который помешал Изуку сбежать, когда он был в пределах видимости спасательных капсул. У пришельца была повязка после укуса Изуку. Неужели он пришёл мстить? Изуку попытался ударить, но не смог пошевелиться. Его запястья и лодыжки были прикованы к кровати мягкими наручниками. Пришелец с щупальцами пробормотал какую-то чушь хриплым голосом, а затем прижал к губам Изуку пакет с водой. Изуку пил, слишком сильно желая воды, чтобы остановиться. Когда он закончил, ему в рот положили пакет с едой. В отличие от помоев, которыми его кормили в клетке, эта была сладкой на вкус, как клубничное мороженое. Что происходит? Зачем пришелец позаботился о его травмах? Изуку почти осмелился бы надеяться, что его спасли, но спасатель не стал бы его связывать. Он оглядел комнату, заметив стойку со стеклянным ящиком с инструментами. Он не был знаком с инопланетным оборудованием, но узнал в металлической руке, висящей над ним, медицинский сканер. Он находился в медицинском отсеке. Пришелец издал ещё несколько звуков. Рука опустилась вниз, озарив тело Изуку туманным светом. Это щекотало, заставляя его дёргаться в наручниках. Пришелец погладил его по волосам. У Изуку возникло ужасное подозрение. Что, если пришельцы привезли его сюда, чтобы ставить над ним эксперименты? В его любимых комиксах Всемогущий, была сюжетная линия, где Всемогущего похитили безумные учёные, стремившиеся раскрыть секреты человеческой выносливости и боевых навыков. Это объясняло, почему пришельцы оставили его в живых – чтобы доставить в свою лабораторию для экспериментов. Неужели они вскроют его, пока он ещё жив? Изуку щёлкнул зубами, когда щупальце коснулось его волос. Пришелец издал щебечущий звук, похожий на смешок. Его красные глаза наполнились необъяснимым чувством. «Отстань от меня!» — закричал Изуку, но, как бы он ни сопротивлялся, инопланетянин продолжал гладить его по волосам, и сканирование продолжалось. Он рухнул на кровать, измученный, тяжело дыша и готовый расплакаться. Что бы сделал Всемогущий в такой ситуации? Всемогущий никогда не плакал, даже в самых неблагоприятных условиях. В комиксе Всемогущий притворялся слабее, чем был на самом деле, пока его похитители не потеряли бдительность, и он не сбежал. Изуку не хотел показывать, что сдался, но знал, что не сможет прорваться сквозь металлические оковы. С огромным усилием воли он расслабился и притворился спящим. Пока присоски пришельца ласкали его лоб, Изуку подсчитывал силу, которая ему понадобится, чтобы оторвать эти щупальца.

••••

Пять огромных чашек зелья Драт и нависшая угроза со стороны босса – вот единственное, что вытащило Айзаву из уютного спального мешка. Даже сейчас его шерсть оставалась спутанной, а два хвоста недовольно хлестали по телу. Ему следовало бежать в тот же момент, когда начальник позвал его в кабинет. «Мне нужно, чтобы ты проник на базу Военачальника Все за Одного, — сказал Недзу без улыбки. Просьба не была чем-то неожиданным. До того, как стать учителем в UA, Айзава был тайным агентом Галактической Федерации. UA стремился изменить галактику дипломатическими средствами и культурным обменом между расами, но иногда им приходилось действовать напрямую, чтобы защитить своих членов. Шпионаж был указан в его резюме. Но пробраться в логово Все за Одного? Военачальник был известен своей жестокостью, даже среди своих собратьев-фиксов, которые считались одними из худших обитателей Мира Смерти во вселенной (кроме людей, конечно). «Что, сэр?» — спросил Айзава, с трудом сдерживая тревожное подергивание хвоста. «Я знаю, ты видел отчёты. За последние несколько циклов произошло несколько стычек с солдатами Все за Одного, в том числе с солдатами ному». «Которую мы выиграли», — сказал Айзава, чувствуя необходимость напомнить об этом своему боссу. «Да», — резко сказал Недзу, — «но не без травм». Конечности Айзавы ныли от фантомной боли, напоминая ему о цене, которую он заплатил. «Понимаю, но мы даже не знаем, где они находятся». «Вот почему мы доверяем это тебе». Под взглядом Айзавы Недзу вздохнул. «Идём. Такому военачальнику, как Все за Одного, тоже нужны рабочие. Окунись во тьму преступного мира. Выполняй задания, и ты найдёшь базу». Оправдания и жалобы жгли язык Айзавы, но он знал, что это бесполезно. Любая информация об операциях Все за Одного была бы бесценна, а Айзава был лучшим подспорьем для внедрения и шпионажа. Это не значит, что он не был раздражен. Приветственно хрюкая представителям других видов, слоняющимся вокруг, Айзава переместился на своё нынешнее место в транспортном доке 3. Верный Недзу, Айзава нашел работу под началом Все за Одного на космической станции, вращающейся вокруг обветшалой планеты Камино, которая давно была заброшена из-за разрушений поверхности в результате масштабных военных действий. Доставка грузов на базу была тяжёлым физическим трудом. После каждой смены шерсть Айзавы пропитывалась дымом, а когти становились ломкими. Тем не менее, он первым взглянул на прибывающие грузы и уже узнал тревожные новости о состоянии солдат Ному. Из-за груды коробок доносились голоса, и Айзава навострил уши, узнав голос Томуры, заместителя командира Все за Одного. Ещё одна замечательная часть работы в отделе поставок — подслушивать сплетни. Схватив металлический контейнер, Айзава, притворяясь, что идёт по делам, направился в дальний угол. Краем глаза он увидел Томуру, окружённого своей печально известной Лигой преступников. Тога, студёнистый инопланетянин расы Верну, способный поглощать органическую материю других видов и временно использовать их способности. Твайс, ракообразный представитель расы Цезор с короткими конечностями, способный отделить своего биологического близнеца и выжить. Даби, представитель неизвестного вида с мощными задними лапами и хвостом, с мехом, растущим между чешуйками, как у рептилий. Несколько членов Лиги пропали без вести, Компресс и Спиннер, но это не сделало их менее опасными, особенно когда их возглавлял Томура, обитатель Мира Смерти 2-го класса. Шерсть Айзавы в тревоге встала дыбом, но он заставил её лечь ровно и, наклонив голову к коробке, украдкой наблюдал за ними, сосредоточив большую часть своего внимания на самой большой угрозе — Томуре. Однако сегодня ДоТи выглядел подавленным, хвост был закручен вокруг себя, голова опущена к полу, а его отросшая шерсть выглядела ещё более неухоженной, чем обычно. «Оу, Томура», — сказала Тога, и её тёмно-чёрная пасть, застывшая на её студёнистой груди, говорила сама за себя, пока верхняя часть её лица наблюдала за происходящим. «Ты должно быть рад. Нам так повезло, что он у нас есть». «Не могу поверить, что Мастер этого хотел», — сказала правая голова Твайс. «Могу!» — сказала левая. «Ты не понимаешь», — резко бросил Томура, его морда поднялась, и на его лице появилось хмурое выражение. «Его вообще не следовало сюда привозить. Если ему удастся сбежать, мы все умрём». Айзава застыл, его когти впились в металлическую коробку. О чём они говорили? Новое поколение солдат ному? Недавно созданная машина огромной мощи? Воображение Айзавы рисовало ужасы на ужасах. «Но человек звучит так интересно!» — воскликнула Тога. Айзава чуть не завизжал. И тут же прикусил язык, чтобы сдержать крик. Человек?! На базе?! Он всегда подозревал, что Все за Одного безумен, но это было доказательством. Его шерсть встала дыбом от тревоги, и ему потребовалась вся сила воли, чтобы не сбежать с базы, не вернуться в UA и не предупредить всех в этой галактике. Но, с огромным трудом сдерживая себя, он заставил себя замереть и прислушаться. Информация – это сила, и с человеком в руках Все за Одного им понадобится каждая капля силы. «Это безумие!» — закричал Томура. «Это существо убило всех стражников Ра на борту, будучи само полумертвым. С него капала кровь, но это не помешало ему броситься на меня и Мастера». «Он жаждет смерти?» — скучающе спросил Даби, засунув когтистые руки в карман куртки. «Не знал, что есть кто-то настолько глупый, чтобы напасть на Все за Одного. Кроме Всемогущего, конечно». «Это животное. Уверен, оно способно думать только об убийстве». Томура поёжился, и группа замолчала. «Ну, я слышал, он очень слабый», — сказала левая голова Твайс и тут же получила подзатыльник правой. «Зачем ты это сказал?» «Слабый?» — спросил Даби, и шерсть на его голове встала дыбом. «Ага! Некоторые рабочие видели его, когда его приносили. Они сказали, что он выглядел маленьким и слабым», — сказала левая голова Твайс, вопросительно глядя на правую. Правая голова проворчала: «Они так и говорили. Многие даже подумали, не обманули ли Все за Одного». «Что! Нет!» — закричала Тога. «Я хочу посмотреть, как оно кого-нибудь убьёт». Даби фыркнул: «Конечно, хочешь, психичка». Однако Томура покачал головой, его шерсть отчаянно взъерошилась. «Нет, нет, не надо». «Почему бы и нет?» — пожаловалась Тога, и её чёрная пасть нахмурилась. Айзава с трудом подавил дрожь при виде неровных рядов зубов. «Думаю, он напуган», — насмешливо сказал Даби. «Слишком напуган, чтобы показать фальшивого человека, который надрал ему задницу». «Ты не знаешь, о чём говоришь!» — прорычал Томура. «Тогда покажи нам человека. У тебя есть доступ к видеозаписям в медицинских лабораториях. Покажи, как это страшно». Томура помедлил, но затем включил видеотрансляцию на своём коммуникаторе. Все наклонились ближе, включая Айзаву, почти забыв о коробке в руках. Голограмму было трудно разглядеть издалека, но Айзава разглядел фигуру, лежащую на медицинской койке. На первый взгляд, она соответствовала описаниям человека: четыре конечности, круглая голова с обращёнными вперёд глазами и дополнительные пальцы на концах одной пары конечностей. В остальном человек выглядел на удивление просто. Он носил какую-то странную одежду, закрывавшую большую часть тела, но в остальном был голым, лишь на голове виднелся клочок зелёного меха. «Это тот самый человек?» — заметил Даби и разразился смехом, выпуская клубы дыма. «Это то, что тебя так сильно покалечило? Ты уверен, что не споткнулся о собственный хвост и не погиб таким образом?» «Ты не понимаешь». «Я понимаю, что это похоже на предмет, к которому может прижаться какой-нибудь птенец». «Что?» — вскрикнула левая голова Твайс. «Каким личинкам это нужно? Это же отвратительно». «Нет, это не так!» — воскликнула Тога, наклоняясь, чтобы рассмотреть поближе. «Это так мило!» Томура молчал, глядя на человека с затравленным выражением лица, но не реагировал на насмешки своих товарищей. Айзава понимал обе точки зрения. Человеческое лицо было уродливо и мило сплющено, и хотя отсутствие шерсти тревожило, пушок на макушке выглядел мягким. Он смутно напомнил Айзаве брошенного Мявза, которого хозяин бросил на обочине дороги. В груди Айзавы тихонько заурчало от сочувствия, инстинкты подсказывали ему защитить его. «Уродливый он или милый, но он никак не может быть представителем Мира Смерти 5-й категории», — сказал Даби, оглядываясь на отдыхающего человека. Остальные члены Лиги загудели в знак согласия, несмотря на протесты Томуры. Перемещая коробку в руке, Айзава небрежно отошёл от неё, излучая ауру скуки, которой он не испытывал. Забудь про стимулятор, сваренный Дратом. Известие о человеке было куда лучшим способом пробуждения. Поставив ящик на землю, Айзава поплёлся обратно к разгруженному грузу новой партии и встал в строй к остальным рабочим. Работа поглощала всё его тело, а мысли кружились в голове. У Все за Одного был человек. Все за Одного и без Мира Смерти 5-й категории представлял собой ужасающую угрозу. Айзава знал, что его воображение нарисует ему ужасающие кошмары. Или это был не человек? Нет, внешность соответствовала базовым описаниям, пусть даже после первого взгляда она и выглядела менее впечатляющей. И Айзава с трудом представлял себе кого-то настолько безумного, чтобы предать Все за Одного. Итак, это должен быть человек. Но почему он был таким… скромным? У человека не было ни рогов, ни хвостов, ни чешуи, ни когтей, которые могли бы защитить его. И хотя у него были острые зубы, рот был маленьким, что не выдавало его мощи. Возникал соблазн списать человека со счетов, посчитав его безобидным, но Айзава проник на базу, чтобы узнать как можно больше, в том числе о человеке-питомце. Айзаве предстояло выяснить, был ли человек безобидным или нет.

••••

Проснувшись, Изуку обнаружил, что одна из его щек и мягкий пол под ним залиты слюной. С отвращением застонав, Изуку вытер её. Он пускал слюни нечасто, но если и пускал, то либо от болезни, либо под действием тяжёлых наркотиков. Судя по боли и усталости, терзавшей его тело, дело было и в том, и в другом. Вытирая липкую массу с глаз, Изуку моргнул в темноте. Мягкая подкладка шевельнулась под ним, когда он пошевелился, едва заметная в темноте. Протянув руки, Изуку почувствовал холодный камень на расстоянии вытянутой руки над головой. Его пульс участился, когда он вспомнил о коробке, в которой оказался заперт. Он не мог вернуться. Он сбежал! Он уничтожил тех тварей, которые оставили его гнить там, а потом… Его снова схватили. Изо рта Изуку вырвался хрип — он задыхался. Он лихорадочно пополз по скользкому полу к манящему свету, мерцавшему в нескольких метрах. Свет ослепил его, но это не помешало ему выбраться, цепляясь конечностями друг за друга в спешке и падая на землю. С колотящимся сердцем Изуку впился ноющими ногтями в грязь, наслаждаясь отсутствием металла и вдыхая чистый, холодный воздух. Он не был в коробке. Прошли драгоценные минуты, прежде чем дыхание Изуку нормализовалось, и он поднял голову. Над ним возвышались огромные деревья с густыми зелёными ветвями. У их основания росли вьющиеся листья, а на земляном полу цвели нежные цветы. Рядом лежали валуны разных размеров. Изуку ахнул от шока, когда запах холодной морской воды наполнил воздух, напомнив Изуку о ранних утрах, проведенных на пляже в поисках выброшенных на берег ракушек, чтобы подарить их своей матери. Прижав руку к дереву, он почувствовал под кожей шершавую кору. На самом деле это был не пластик и не какой-то другой искусственный материал. Однако сквозь бороздки коры тянулась едва заметная фиолетовая прожилка. Изуку провёл по ней большим пальцем, не ощутив ни краски, ни красителя, способного окрасить дерево. Наклонившись, он также осмотрел папоротник, нащупав пальцами не гладкий лист, а бугристую шестиугольную текстуру. Это… была не Земля. Изуку отшатнулся назад, споткнулся о собственные ноги и упал на спину. Подняв глаза, Изуку увидел металлический потолок, неуклюже разрисованный под ночное небо с незнакомыми созвездиями, приветствовавшими его, несмотря на дневной свет. «Нет», — прошептал Изуку, глядя на неизменные звёзды. «Нет, нет, нет!» Он вскочил на ноги и помчался сквозь деревья, перепрыгивая через валуны и топча растения. Где-то должен быть выход. Место, где кончались деревья и начиналась цивилизация. Где-то там Изуку мог найти помощь. Однако земля кончилась, превратившись в короткий уступ. Изуку чуть не упал. Обрыв был всего метровой высоты, но внизу рябила чёрная вода, глубина которой была неизвестна. От неё поднимался холодный туман, предупреждая, что резкое падение будет ледяным и неприятным. Ускорив шаг, Изуку пошёл по выступу, высматривая, где заканчивается вода. Но менее чем через пять минут бега он вернулся к исходной точке. Он оказался в ловушке на каком-то острове, окруженный ледяной водой, без припасов, без союзников, без малейшего представления о том, где он находится. Безнадежное отчаяние застряло у него в горле. «Мама, прости меня!» — закричал Изуку, падая на колени. Он вцепился в ткань штанов, туго натягивая их. «Прости меня, мама. Прости меня». Слёзы текли по его щекам, капая на один из неестественных папоротников и частично растворяя его. Жидкости человеческого организма были кислыми для многих инопланетных растений и животных — одна из многих причин, из-за которых инопланетяне боялись людей. Это зрелище вызвало вопль из груди Изуку, который эхом прокатился по лесу и вернулся к нему, превратив его одинокий голос боли в хор агонизирующих душ, поющих свои страдания равнодушной вселенной. «Мне нужно было остаться с мамой. Мне не следовало уходить, но это было несправедливо!» — Изуку ударил кулаком по дереву, и оно содрогнулось от удара. «Я ничего плохого не сделал! Мне нужна была только еда, а они обращались со мной как с преступником, нет, хуже того. Как с животным!» С приглушенным криком разочарования он дёрнул себя за волосы, острая боль отражала его бурные чувства. Он оказался в ловушке.

••••

Вернувшись к себе, хвост Томуры свернулся калачиком, он сердито смотрел на него. Его GameBoy, занимавший всё его внимание до появления человека, теперь лежал заброшенным. Из коммуникатора раздался пронзительный писк, и, когда Томура по ошибке опустил взгляд, он увидел ещё одно издевательское сообщение. «Глупая Лига», – подумал он, теребя колтуны на своей шерсти. Ему следовало бы содрать с их лиц смех, но пронзительная боль в груди напомнила ему, почему. Хозяин израсходовал на человека почти всю целебную мазь, оставив Томуру довольствоваться этим. Томуре повезло, что он ничего не сломал. Будучи жителем Мира Смерти, он мог восстанавливаться быстрее большинства видов, но перелом кости всё равно мог бы стать смертным приговором. Только представители 4 и 5 категорий могли легко пережить столь тяжёлые ранения. Коммуникатор снова запищал, и Томура сдержался, чтобы не разбить его вдребезги. Они не сражались с человеком. Они не видели, насколько он может быть свиреп, даже будучи окровавленным и избитым. В медицинском отсеке всё это выглядело далеко не так устрашающе. С ворчанием Томура включил коммуникатор, отгоняя сообщения от Лиги. Он предпочёл бы следить за системами мониторинга. Все за Одного с нескрываемым энтузиазмом сообщил Томуре, что человека переводят в вольер. Томура почувствовал тошноту, представив, сколько денег его босс потратил на ремонт своего жилища, чтобы разместить дикого человека; однако он был благодарен за системы мониторинга. Пару быстрых нажатий он обнаружил человека, свернувшегося калачиком у края вольера, уткнувшегося головой в землю. Томура нахмурился. Спал ли человек? Глаз он не видел, но неподвижность была странной. Сжатый в себе человек казался маленьким и беспомощным, совсем не похожим на монстра, который напал на него без всякой причины. Когти Томуры сжались в узел. Неужели он слишком остро отреагировал? Человек был жителем Мира Смерти, в этом больше не было сомнений, но, возможно, он был не таким уж диким, как он думал. И всё же Томура не смог удержаться и оглянулся на ограждение, чтобы успокоить тревогу. Снаружи оно представляло собой большой прямоугольный ящик из металла, достаточно прочного, чтобы выдержать попадание снарядов. Внутри обнаружился небольшой остров, окружённый ледяной солёной водой и находившийся под круглосуточным наблюдением. Пересечь воду можно было только по мостику, появляющегося с дальней стороны. Вход защищало электрическое силовое поле, а железная дверь была заперта металлическим замком. Для дополнительной защиты форсунки могли распылять седативные препараты. Независимо от того, был ли он жителем Мира Смерти или нет, у человека не было возможности сбежать. К тому же, подумал Томура, потянувшись за своим GameBoy и успокоившись, он понял, что этот человек, вероятно, не так страшен, как он помнил.

••••

После, казалось, нескольких часов плача, Изуку наконец сел. Засохшие слёзы застыли на его щеках, и Изуку тер их кулаками, пытаясь снять зуд. Глаза были опухшими, распухшими, а лицо покрылось пятнами. Если бы Каччан видел его сейчас, он бы посмеялся над Изуку, заявив, что он плаксивый. Изуку слабо усмехнулся. Он буквально слышал, как друг кричит ему в ухо, требуя, чтобы он поднялся и разнёс пришельцев в пух и прах. Конечно, у Изуку не было космического корабля с двойными лазерами (любимого корабля Каччана), но желание подняться и что-то сделать звучало правдоподобно. Мама придёт за ним. Изуку чувствовал это всем своим существом. Но если бы он смог сбежать и вернуться в колонию Альдера, к ней, это избавило бы его от стольких страданий. Кивнув головой, Изуку отряхнул одежду и встал. Первым делом проверить себя. Закрыв глаза, Изуку сделал глубокий вдох, позволяя разуму успокоиться и сосредоточиться на теле. Порезы и синяки исчезли. Голова больше не болела. Он даже не чувствовал последствий голода. Воистину, инопланетные медицинские технологии впечатляли. Колония никогда даже близко не подступалась к столь редкому лечебному бальзаму. Зачем его похитители потратили столь ценный предмет на пленника? Пока что это было неизвестно, но он всё ещё опасался, что его используют в медицинских экспериментах. Затем проверить запасы. К счастью, его костюм был в хорошем состоянии, без разрывов и лишь с небольшими потёртостями. Прижавшись носом к нему, Изуку понюхал плотную ткань. Даже пот исчез, уступив место свежему аромату. В животе заурчало беспокойство. Его сняли и почистили? Покачав головой, Изуку попытался отогнать тревожную мысль. Честно говоря, ему повезло, что костюм функционировал. Пусть он и не был уровня Дэвида Шида, но был водонепроницаемым, термоусиленным и сделан из плотного материала, гарантированно блокирующего 9 из 10 ножевых ранений. К тому же, в нём были карманы. Множество карманов. Всплеск привлек внимание Изуку. Из воды вынырнул инопланетянин неизвестного вида. Это был тот самый пришелец, что схватил Изуку, но Изуку впервые удалось рассмотреть его поближе. Он был высоким, возможно, таким же высоким, как Всемогущий в комиксах. Множество щупалец тянулось от его рук, хвоста и шеи. Его сверхдлинные пальцы были с острыми когтями. Он не носил одежды – видимо, его вид имел твёрдый панцирь, покрывающий тело и гениталии. Даже его пол был лишь предположением. Его грудь выглядела мужской, но многие инопланетные расы не следовали строгому половому диморфизму. Ремень с карманами шёл по его груди, словно кушак. С его человекоподобной головы капала вода. Его красные глаза сверкали, напоминая земных вампиров. Однако Изуку не стал бы никого осуждать за устрашающую внешность. Вместо этого он осуждал этого парня за то, что тот его похитил. Пока Изуку был в ловушке, атаковать сразу не было смысла. По какой-то причине пришелец исцелил его. Теперь он приближался медленно, без малейшего признака угрозы. Изуку стоило хотя бы попытаться договориться. Взять его похитителя в заложники могло быть запасным планом. К сожалению, Изуку не знал ни одного инопланетного слова, кроме ругательств, оскорбляющих чьих-либо прародителей или гениталии. Он поднял руки — универсальный жест, показывающий, что не хочет драться. «У тебя есть переводчик?» Пришелец мурлыкал свистящим шипением, словно змея. Ладно, это было «нет». «Не могли бы вы привести переводчика?» — спросил Изуку. Инопланетянин улыбнулся. (Один из редких видов, которые скалят зубы, чтобы быть дружелюбными, как люди? Или это была угроза?) Он протянул руку и коснулся волос Изуку. Изуку отступил в сторону. «Меня зовут Изуку». Он указал на себя и отчётливо произнёс: «Изуку». Из комикса Всемогущий, где герой спас похищенную группу дипломатов, Изуку узнал, что жертвы похищения должны назвать себя похитителям, чтобы их воспринимали как настоящих людей. Неестественно искривив губы, чтобы издать более человеческие звуки, инопланетянин повторил: «Изуку». Затем инопланетянин указал на себя и сказал: «Все за Одного». «Это твоё имя!» — оживился Изуку. Связь установлена. Отлично. Либо Все за Одного — перевод на человеческий язык, либо сходство звуков — совпадение. Изуку указал на остров вокруг. «Где я?» Но Все за Одного потерял всякий интерес к общению. Он схватил Изуку своей огромной рукой и повернул его лицо, чтобы рассмотреть. «Прекрати!» — рявкнул Изуку. С огромным усилием воли он сдержался, чтобы не наброситься. Он подумал, что инопланетянин осматривает его на предмет следов недавней черепно-мозговой травмы. Контакт, похоже, не был враждебным, но это не оправдывало попытки схватить его без разрешения. Ему также не нравилось, что эти когти так близко к его щеке. Изуку соединил пальцы и большой палец, образовав круг. Насколько он знал, это был универсальный галактический жест, обозначающий "нет". У инопланетян были самые разные типы биологии, но пальцы были широко распространены среди разумных видов – без них было сложно разрабатывать и развивать технологии. Почти у каждого вида был хотя бы какой-то гибкий отросток, который можно было использовать, чтобы образовать круг, универсально обозначавший "нет". Но Все за Одного либо не заметил, либо ему было всё равно. Он поднял Изуку в воздух и развернул его, разглядывая его тело. «Я СКАЗАЛ НЕТ!» Изуку пнул пришельца в лицо. Эффект неожиданности позволил ему вырваться. Он приземлился на землю, тяжело дыша и гадая, не совершил ли он ошибку. Нравится ему это или нет, он всё ещё был во власти этого существа. Все за Одного снова улыбнулся, прошипев какую-то ерунду. Для Изуку это прозвучало почти успокаивающе, но было сложно распознать чужие интонации и язык тела. В том, как Все за Одного наклонил голову, сквозило лёгкое веселье. Все за Одного достал из-за пояса мяч и бросил его в Изуку. Изуку рефлекторно поймал мяч. Было ли это нападением? Но ярко-красный мяч оказался мягким и резиновым. Все за Одного прошипел ещё выше. Затем он бросил ещё один мяч в левый бок Изуку. Изуку не успел поймать его, и Все за Одного прошипел ещё ниже. «Может быть, мы неправильно начали, или, скорее, неудачно ударили по лицу», — Изуку старался говорить ровным голосом. «Меня зовут Изуку. Можешь вызвать переводчика, чтобы мы могли поговорить? Вот твой мяч». Он протянул мяч. Все за Одного сделал жест рукой, словно хотел, чтобы Изуку бросил ему мяч? Ладно, он мог подыграть. Изуку бросил мяч. Все за Одного выбросил в воздух огромную руку и легко поймал мяч. Затем Все за Одного снова бросил мяч Изуку. На этот раз Изуку понял, что ему нужно поймать мяч. Он быстро подпрыгнул и схватил его. Все за Одного – возбуждённо прошипел. Затем он подошёл и погладил Изуку по голове. Это было нежелательно и покровительственно. В чём смысл? Какой-то странный ритуал? Если Изуку согласится, получит ли он наконец переводчика, или инопланетянин просто дурачится? Засунув руку в другой карман, Все за Одного вытащил круглое сахарное печенье. Оно было так похоже на земное печенье, что это не могло быть совпадением. Изуку ошеломлённо смотрел на печенье, пытаясь понять, не подмешали ли в него наркотик. После опыта с этим фруктом он, естественно, был в паранойе. Подождите-ка. Инопланетянин поиграл с Изуку в апорт, а затем предложил ему угощение. Изуку был домашним животным. Ярость охватила Изуку. Он отшвырнул руку. «Как. Ты. смеешь?» Слезы снова навернулись на глаза, на этот раз от гнева. «Я человек, а не монстр и не питомец! Меня зовут Изуку Мидория!» К сожалению, Все за Одного воспринял пощечину как знак того, что Изуку хочет поиграть в догонялки. Все за Одного прыгнул. Изуку уклонился в сторону. Красные глаза сверкнули на него, словно два пламени, когда пришелец снова бросился вперед. Инстинкт взял верх. Изуку побежал. Все за Одного погнался за ним, роя когтями землю. Изуку бросился к дереву, потому что большинство пришельцев не умели лазать, как люди. Но даже с лечебной мазью после пережитого он стал медлительнее и слабее обычного. Изуку едва успел добраться до основания дерева, как когтистая лапа обхватила его за живот. Отломив ветку, Изуку ударил её острым концом позади себя. Все за Одного прокусил ветку и выплюнул её. Его взгляд расширился и стал жадным. Он потянул Изуку на землю, выпуская снотворное из щупалец. Тело Изуку отказывалось двигаться. Сердце бешено колотилось. Он был уверен, что эти гигантские когти вот-вот разорвут его пополам. Вместо этого Все за Одного заключил Изуку в объятия и погладил его по волосам. Прикосновение было странно нежным для таких смертоносных когтей. Пришелец прижимал его к себе. Другой рукой Все за Одного подтолкнул печенье ко рту Изуку, побуждая его съесть лакомство. Видимо, погоня оказалась достаточно увлекательной, чтобы он заслужил это лакомство. Изуку забрали из дома и семьи. Но для его похитителя всё это было лишь забавной игрой. Изуку пылал яростью. Осталось лишь немного пошевелить головой, и он мог бы укусить или поцарапать. Но у него была идея получше. Даже в ярости он не переставал думать: «Что бы сделал Всемогущий?» Лежа неподвижно и притворяясь спокойным, Изуку использовал последние силы, чтобы просунуть руку за пояс пришельца и сунуть ключ-карту себе в карман.

••••

OMAKE TIME! Оmаке: Столкновение культур Изуку: Почему инопланетянин использовал на мне лечебную мазь, а на себе — бинты? Все за Одного: Я надеюсь, что след от укуса останется на твоей памяти как приятное воспоминание о том, как мы стали семьей. Изуку: Отлично, ты псих. # Оmаке: Неправильные цитаты, Джон Уик Все за Одного: Мы профессионалы. Инко: Я кажусь тебе цивилизованной?