Как (НЕ) Пережить Своего Питомца из Мира Смерти

Как бы ни было приятно играть с питомцем, Все за Одного пришлось вернуться к работе. Этот бездельник, Томура, выбрал самое неудачное время для отпуска (и его протеже заплатит, как только Все за Одного отследит его местонахождение). Обычно Все за Одного поручал чёрную работу по управлению кораблём Томуре, одному из немногих, кого он считал заслуживающим доверия, обладающим необходимым набором навыков и настоящей смертоносностью обитателя Мира Смерти. В отсутствие Томуры, Все за Одного был вынужден лично заниматься такими задачами, как поиск новых кухонных комбайнов, поиск резервных копий с уничтоженных компьютеров и казнь бесчисленных попыток дезертирства. К счастью, теперь, когда Все за Одного обрёл сговорчивость своего питомца, он мог наслаждаться приятной компанией, выполняя свои ежедневные задачи. Изуку лежал на коленях у Все за Одного, выглядя крошечным и милым. Все за Одного сначала парализовал своего человека, но, похоже, в этом не было необходимости. После последнего испытания/наказания Изуку перестал пытаться кусаться и сбежать. Все за Одного был рад, что наконец-то приручил своего непокорного питомца. Лично Все за Одного считал, что Изуку был слишком энергичен из-за недостатка физической активности. Теперь, когда человек смог насладиться увлекательной полосой препятствий (и узнал своё место), они стали гораздо лучше ладить. Кухонные комбайны были куплены по дешёвке у компании, которая больше не существовала, и поэтому запчасти к ним было не найти. Отправив приказ казнить глупца, который их продал, Все за Одного погладил Изуку по локонам. Человек не мог пошевелиться, но Все за Одного был уверен, что его любимому питомцу нравится эта ласка. Все за Одного полез под стол и достал лакомство. Даже когда весь остальной корабль мучился от каши, его питомец всё равно заслуживал лучшей еды. Изуку ел с его щупальца, не сопротивляясь, с закрытыми глазами. Человек не сопротивлялся и не пытался укусить его своими прекрасными белыми зубами. Было очевидно, что между ними возникла новая, тесная связь.

••••

Просидев, наверное, целый час на коленях у Все за Одного, Изуку смертельно скучал. А что было хуже всего? Ему нравится скука. Он жаждал скуки. В тот единственный раз, когда Все за Одного встал и вышел из комнаты, Изуку чуть не расплакался от страха, что его похититель задумал какой-то новый ужасный тест. Но Все за Одного быстро вернулся и снова держал Изуку у себя на коленях, пока работал. Это было ужасно неприятно. Изуку не мог пошевелиться, даже не мог почесать этот ноющий зуд на подбородке. Чем дольше он лежал так, тем острее ощущал зуд. Когда щупальца Все за Одного коснулись его волос, он не мог даже вздрогнуть. Резкое движение напугало Изуку, заставив его подумать, что Все за Одного затеял какую-то новую игру. Вместо этого инопланетянин скормил Изуку закуску со вкусом земного сахара. Как же унизительно, когда Все за Одного манипулирует им, словно куклой. Вся эта позиция на коленях у этого урода унижала его. Но всё лучше, чем снова утонуть. Если бы Изуку мог двигаться, он бы вздрогнул. Его дыхание немного участилось. Все за Одного, не заметив ничего необычного, снова повернулся к экрану компьютера. Изуку и не подозревал, как легко ему жилось в своём загоне. Там была еда и искусственный солнечный свет. Он мог свободно двигаться и развлекаться. Если бы Изуку не пытался сбежать, он мог бы оставаться в таких комфортных условиях. Все его попытки не принесли ему ничего, кроме мучительной боли. Может, ему и не стоило беспокоиться. Может, он был глупцом, раз думал, что ребёнок способен что-то сделать против инопланетного военачальника. Может быть, если бы Изуку просто лежал неподвижно, он смог бы вообще перестать думать. Он бы отогнал мысли о матери и тоску по свободе. Он бы погрузился в свои мысли, где никто не смог бы причинить ему боль.

••••

Судя по всему, пятеро инопланетян и один робот, которых Инко и Яги легко одолели, были преступниками, которых боялась вся галактика и которые ранее работали на Все за Одного. Инко была о них невысокого мнения. Томура, странный пушистый инопланетянин, похожий на змеесобаку, делился с ними малой информацией, не из неповиновения, а из страха. Его хвост обвился вокруг него, он сам сжался в комок. И всякий раз, когда Инко спрашивала об Изуку, глаза Томуры становились стеклянными от ужаса, словно у солдата, вспоминающего ужасную битву, в которой они еле выжили. Его союзники находились в похожем состоянии, сбившись в стаю ради безопасности. Взвод стражников со светящимся оружием, отправленный UA на борт Геркулеса, был едва ли нужен. Лига, которую, как предполагалось, боялись, с энтузиазмом последовала за стражниками, ведущими их в камеры, лишь бы скрыться от людей из Мира Смерти. «Нам повезло!» — почти бодро сказал Яги, наблюдая за удаляющимся Томурой. Ему пока не удалось переубедить пришельца, но Инко был уверена, что он попробует ещё раз. «Недзу созвал совет UA и пригласил нас. Айзава совсем недавно вернулся в UA и сказал, что у него есть информация, которой он хочет поделиться». «Это тот, о ком Недзу сказал, что он шпионил за Все за Одного, верно?» «Да. Это значит, что он будет гораздо лучше знать планировку и оборону базы, что значительно повысит вероятность успеха нашего наступления». Облегчение дрогнуло в груди Инко. «Это замечательно». Возвращение в UA за дополнительной помощью и заключение Лиги под стражу было горькой пилюлей. Она наконец узнала о местонахождении Изуку, осталось самое главное — не обжечься. Однако, если этот Айзава мог поделиться тем, что узнал, то поездка стоила того. Конференц-зал был уже полон, когда Яги и Инко проскользнули внутрь. Инопланетяне возбуждённо толпились вокруг двуногого пришельца с густой чёрной шерстью, острыми ушами и двумя длинными хвостами. Он напомнил Инко большую кошку, особенно когда, он ускользнув от остальных, бесшумно направился к передней части зала, где их ждал Недзу. «Прошу прощения у всех», — раздался голос Недзу сквозь болтовню, — «но если вы займёте свои места, это будет воспринято с благодарностью». Выдвинув стул, Яги жестом пригласил Инко сесть, а сам сел справа от неё. Однако место слева от неё оставалось пустым и остальные инопланетяне старались держаться от неё подальше. «Спасибо всем», — сказал Недзу, когда все расселись. «Я знаю, что каждый из вас, как и я, очень рад снова увидеть Айзаву». Он кивнул на инопланетного кота, сидевшего справа от него. «Я знаю, что эта миссия была сопряжена с огромным риском для него, поэтому мы обязаны быстро отреагировать на информацию, которой он поделится. Все за Одного неоднократно нападал на UA, и мы должны положить этому конец». Среди инопланетян в конференц-зале раздались щелчки, что-то вроде аплодисментов, и Инко запоздало щёлкнула пальцами, пытаясь воспроизвести звук. Айзава встал, и его лицо стало серьёзным, когда он обратился к толпе. «Я некоторое время работал под прикрытием на базе Все за Одного, пытаясь узнать его планы на будущее. Там мне удалось исследовать значительную часть его базы, притворяясь рабочим. Я уже поделился с Недзу примерными схемами и планами, которые мне удалось увидеть». «Так и?» — спросил пришелец с багровой кожей и огромными клыками. «Ты собираешься поделиться ими с нами?» Айзава раздраженно дёрнул ушами. «Я так и сделаю. Однако есть более важный вопрос, который я хотел бы сначала обсудить». В комнате зашевелились, послышался удивлённый гул. Нога Инко нервно подпрыгивала под столом, она едва сдерживала желание вскочить, схватить Айзаву, заставить его рассказать ей о базе и немедленно бежать к Изуку. Словно почувствовав её беспокойство, Яги протянул руку и положил её ей на ногу, нежно сжав, а затем снова скрестил руки. «Находясь на базе, я услышал новость о том, что Все за Одного взял себе нового питомца». У Инко волосы на затылке встали дыбом. Он говорил об Изуку? Должно быть, о нём. «В прошлом у Все за Одного была привычка похищать людей, — мрачно проговорил Яги. — Добавлю, что разумные виды, и превращать их в своих питомцев. Его последним "питомцем" была Нана, которую я спас, и, уверен, вы все с ней знакомы». «А теперь он взял ещё одного. На этот раз — котёнка». В комнате раздался гневный шум, люди скрежетали зубами и стучали хвостами по полу. «Ребёнка?!» — закричал один похожий на птицу инопланетянин, жёлтый гребень из перьев на его голове вспыхнул от гнева. «Откуда ты это знаешь?» — спросил каменный пришелец из их прошлого визита, Цементос. «Исследуя базу, я случайно оказался в ловушке в вольере для животных. Я должен был погибнуть, как только Все за Одного обнаружил бы моё присутствие, но котёнок защитил меня. Несколько раз Все за Одного пытался меня убить, и только благодаря котёнку я выжил. Вместе мы спланировали побег, и мне удалось сбежать; однако… — Айзава замолчал, его горло содрогнулось. Когда он заговорил, его голос был хриплым от волнения: — Он пожертвовал собой, чтобы это стало возможным. Напал на Все за Одного, чтобы я смог попасть в капсулу. Инко прижала руки ко рту, сдерживая рыдания. Изуку, это был её храбрый, героический Изуку. «Ребёнок ещё жив?» «Полагаю, что да», — сказал Айзава. Все за Одного, похоже, не собирался его убивать или ранить. Тем не менее, он не может оставаться под его опекой. Слёзы лились рекой, и Инко потребовалась вся её сила воли, чтобы не сломаться. Подтверждение того, что её сын выжил… означал, что есть шанс. Его можно спасти. «Подожди», — багровокожий пришелец поднял клешню. «Что-то тут не так. Ты говоришь, что ребёнок смог защитить тебя от Все за Одного, обитателя Мира Смерти четвёртого класса. Как это вообще возможно?» «Это возможно, если он имеет более высокий ранг», — сказал Цементос. «Выше четвёртой категории? Ты имеешь в виду пятую?» «Известен только один Смертоносный Вид пятого класса, который всё ещё существует», — медленно проговорил инопланетянин-птица, его красные глаза расширились. Он резко обернулся к Айзаве и пронзительно закричал: «Человек?! У Все за Одного есть питомец-человек?! Как это возможно? Как ты выжил?» «Что ещё важнее, — сказал инопланетянин с багровой кожей, — ты хочешь спасти человека? Ты что, хочешь, чтобы все погибли?!» Что-то тяжёлое опустилось в живот Инко, пока она слушала инопланетянина с нарастающим гневом. Облегчение от услышанного, что Изуку был живым, но омрачение жестокими словами. «Я не говорю, что ситуация не печальна», — продолжал багровокожий инопланетянин, не обращая внимания на пронзительные взгляды Инко и Яги. «Тем более, что это всего лишь ребёнок. Но это кажется неоправданно опасным». Инко вскочила и ударила руками по столу. Её тело сотрясалось от ярости, а голос дрожал, когда она закричала: «Это же мой сын, о котором ты говоришь!» Айзава напрягся, шерсть у него вздыбилась, и он стал похож на очень удивленную, пушистую подушку. «Изуку — твой сын?» — нерешительно спросил он. Не обращая внимания на потеющего багровокожего пришельца, Инко обратилась к Айзаве: «Так ты его встречал? Ты и правда встречал моего Изуку?» Айзава моргнул. «Зелёный, безумно сильный, удивительно бескорыстный?» Инко рассмеялся, чуть громче, но с облегчением. «Да, это мой сын». Шерсть Айзавы опустилась, и в его глазах появилась мягкая тоскливость. «Да. Как я и говорил. Он — единственная причина, по которой я всё ещё жив». «Тогда, пожалуйста», — взмолилась Инко, отгоняя от себя нервно шепчущие голоса остальных и сосредоточив всё своё внимание на Айзаве. «Пожалуйста, помогите мне спасти его. Он этого не заслужил». «Конечно», — тут же ответил Айзава. «Мы с UA будем рады помочь». Остальные инопланетяне ёрзали на стульях, нервно поглядывая на Инко и теребя оружие. Она понимала, о чём они думают. Они не доверяли ни ей, ни её сыну, хоть они не сделали ничего плохого. Они отказывались помогать им только потому что они были людьми. Яги поднялся на ноги, хмуро окинув взглядом сидевших за столом пришельцев. «Почему вы все так себя ведёте?» — спросил он. Его голос гремел по комнате, словно учитель, отчитывающий непослушных учеников. «Это потому, что мы люди, — с горечью сказала Инко, — жители Мира Смерти». Цементос потянул свои каменные руки: «Всемогущий, ты должен осознать опасность…» «Раньше тебя это, похоже, не волновало», — парировал Яги. «О чём ты говоришь?» — взревел инопланетянин с багровой кожей. «Когда мы раньше работали с человеком?» «Я!» — взревел Яги. «Я — человек!» В комнате повисла мертвая тишина, и лишь Недзу помешивал чай в чашке, наблюдая за происходящим. Все присутствующие с открытыми ртами, взъерошенной шерстью и взъерошенными перьями с недоверием смотрели на Яги. «Что?» — спросил инопланетянин-птица. «Человек?» Он выглядел так, словно ему внушили, что гравитация — это ложь, насаждаемая Федерацией. Яги в шоке оглядел комнату. «Неужели никто из вас действительно не знал?» Положив руку на руку Яги, Инко сказала: «Я, честно говоря, замечала это уже несколько раз. Не думаю, что кто-то знает, что ты человек». «Что?» — прошептал Яги. Теперь настала его очередь смотреть в недоумении. «А кем вы меня считали?» «Генетический эксперимент». «Суперсолдат, созданный на далекой планете». «Последний представитель вымершего вида». Птица-инопланетянин покачала головой. «Честно говоря, мы не знали. Думали, это деликатная тема. Ты такой сильный, и…» «Из Мира Смерти». «Да!» — сказал птица-инопланетянин. «Я не знаю, мы просто…» «Мы не знали», — сказал Цементос. Яги скрестил руки на груди. «Ну, теперь вы знаете. Я человек». Спереди стола раздался тихий звон, когда Недзу осторожно поставил чашку. «К вашему сведению, я всё это знал. К счастью, теперь, когда всё это позади, я не вижу причин, по которым эта миссия не может начаться. Айзава и Яги, я назначаю вас главными. Возьмите с собой все необходимые припасы и людей для успешного выполнения задания. Злодеяния Все за Одного не будут продолжаться».

••••

Доктор суетился по лаборатории, издавая звякающие звуки, на которые Изуку старался не обращать внимания. Он не хотел видеть инструменты, которые будут использованы, чтобы причинить ему боль. Лучше позволить векам закрыться и мыслям унестись прочь. Где-то вдалеке он чувствовал, как Все за Одного гладит его волосы, а острые когти опасно близко к лицу Изуку. Чужой заворковал, наблюдая за бездеятельностью Изуку, и желание укусить этого ублюдка вспыхнуло, прежде чем тут же исчезнуть. Это того не стоило. Намордник недавно сняли, и Изуку не желал его возвращать. Несмотря на то, что прошло уже несколько дней, кожа всё ещё саднила там, где края намордника терлись о лицо. Мелкая выходка не стоила таких последствий, и Изуку содрогнулся при мысли о том, что произойдёт, если он снова даст волю чувствам. Воспоминания о том, как его руки были туго стянуты бинтами, а легкие горели, а вода давила ему на рот... нет, Все за Одного не собирался убивать Изуку, но он мог сделать его жизнь невыносимой. Итак, Изуку безвольно лежал на медицинском столе, хотя действие парализующего газа Все за Одного уже прошло. Со временем оно проходило всё быстрее. Игнорируя доктора, Изуку позволил своим мыслям унестись в более добрые края. О маме, с её тёплыми объятиями и мягкой улыбкой, было слишком больно думать, поэтому Изуку предался фантазиям о Всемогущем. Голос космического героя ярко звучал в его голове, он протягивал руку, тянул Изуку на свой космический корабль Геркулес и вёз его по галактике. Звёзды и планеты сливались в иллюминаторе, инопланетяне лучезарно улыбались, проходя мимо, и обращались с Изуку не как с монстром или питомцем, а как с другом. Резкий укол вырвал Изуку из мечтаний: врач безжалостно вонзил ему в руку иглу. Изуку знал, что ему следует отвернуться, но он наблюдал, как из его тела выкачивают алую кровь и собирают в большой сферический сосуд. Это зрелище завораживало. Он представлял, что чувствует, как кровь высасывается из его вен. Это объясняло, почему в последнее время он чувствовал себя слишком тонким и измотанным, словно тряпка его матери, которой так часто пользовались, что она стала дырявой. Струйка крови стекала по локтю Изуку, указывая на то, что игла была закреплёна неплотно. Боль была почти не заметна, но ему всё равно хотелось вытереть рану. Ноющий зуд боролся с его невероятной инертностью. В конце концов, он просто лежал неподвижно. Лучше было позволить своим похитителям думать, что он всё ещё парализован, чтобы они снова не использовали газ. На него обрушился свет, такой же яркий, словно солнце, жёлтый, как из его клетки. Он резал глаза, поэтому он снова их закрыл. Когда пакет с кровью наполнился, Изуку почти провалился в свои грезы. Но как только он снова представил себе корабль Всемогущего, шипение вырвало его из этого состояния, и глаза резко распахнулись. Все за Одного встал и заговорил с доктором. Казалось, они спорили – или, возможно, это было не совсем верное слово, учитывая подобострастный язык тела доктора Гараки. Однако доктор продолжал бросать недовольные взгляды в сторону Изуку, а затем отворачивался. Осьминог-инопланетянин не должен был выглядеть таким испуганным. Изуку не собирался снова атаковать. Он терпел неудачу каждый раз, когда сражался Все за Одного, и последствия очередного поражения заставили его застыть в страхе без какого-либо газа. К тому же, Изуку не нравились его шансы улететь в спасательной капсуле, которой он не умел управлять. В первые дни он оптимистично убеждал себя, что найдет способ или какой-нибудь проплывающий мимо корабль поможет ему, но теперь он махнул рукой на всех, включая себя. Казалось, Все за Одного одержал верх. С раздраженным ворчанием доктор Гараки отцепил иглу от руки Изуку и наложил повязку, стараясь не делать это слишком осторожно. Затем доктор подошёл к тяжелой круглой серебряной двери в глубине зала и распахнул её. Тем временем Все за Одного подхватил Изуку на руки и заворковал. Изуку вздрогнул, когда Все за Одного понёс его вперёд. Что же теперь? Новые медицинские обследования? Ещё одна полоса препятствий? Ещё одно утопление? Изуку слегка тряхнуло. Но, несмотря на огромные усилия, он не двигался. Он знал, что грядёт: если он будет сопротивляться, будет только хуже. Все за Одного провели Изуку через дверь, в лабораторию. Место выглядело немного знакомым, но он впервые вникал в детали. В комнате был зелёный пол с металлическим вентиляционным отверстием посередине. Правую стену занимал распределительный щит с незнакомыми кнопками, а слева стояли кубы с отходами. Хотя Изуку не читал на инопланетных языках, он знал, что жёлтая спираль на кубах означает крайнюю токсичность и опасность. Это был один из его самых первых уроков в космосе. В длинном ряду цилиндрических резервуаров парили уродливые инопланетные существа. Ах да, он уже видел эти трубы раньше. Изуку узнал тех же солдат, с которыми сражался во время предыдущих попыток побега. Они были немного сильнее остальных, но самое главное, что они не разбежались от него в ужасе. Зеленоватый свет исходил со дна кипящих резервуаров. Из вентиляционных отверстий сверху доносилось гудение. Рядом с каждым цилиндром стояла золотая стойка с панелью управления. Вся комната пропахла чем-то отвратительным, химикатами, названия которых Изуку не знал, но которые не смогли скрыть скрытый запах телесных жидкостей и отходов. Некоторые солдаты, казалось, находились в стадии частичного роста, свернувшись калачиком, с не до конца сформировавшимися конечностями. К каждому резервуару была прикреплена фотография инопланетянина. В ближайшем резервуаре плавал зелёный чешуйчатый инопланетянин с шестью руками и длинными когтями. На фотографии сверху был изображён похожий инопланетянин, но с двумя руками. Означало ли это, что эти необычные солдаты были генетически модифицированы? Если бы Изуку пришлось угадывать, он бы сказал, что существо в резервуаре было модифицированной версией пришельца с картинки. В следующем аквариуме находился солдат с длинной конической головой и тремя хвостами с жалами. На прикреплённой фотографии был изображён похожий инопланетянин, только хвосты были с мягким пухом на конце. Несколько танков в ряд были заполнены комбинацией кошачьих и ящериц, напоминавшей Изуку о том инопланетянине со шрамами, с которым он сражался во время своей первой попытки побега. Над танками висели две картины: инопланетянин-кошка и инопланетянин, похожий на динозавра. Казалось, будто Все за Одного и доктор пробовали разные комбинации в поисках наилучшего варианта. Изуку ещё больше уверился в своей ужасной теории о том, что Все за Одного использовал это место для производства генно-модифицированного оружия. Неудивительно, что солдаты, напавшие на него, не испытывали ни страха, ни боли. Они также были глупы, бросаясь на Изуку волнами, словно муравьи. Казалось, они не могли говорить. Они были просто живым оружием. Это было мерзко. Изуку содрогнулся. Все за Одного достал одеяло и обернул им Изуку, видимо, полагая, что ему холодно. Изуку позволил инопланетянину сохранить свою иллюзию. Воротник зудел, но он не вытащил руки из-под одеяла, чтобы почесать его. Сердце забилось чаще, когда он подумал, какие испытания Все за Одного может устроить ему в этом безумном карнавале ужасов. Подойдя к одному из резервуаров, Все за Одного указал на кошачью ящерицу внутри. Он особенно выделил длинные когти. Затем он зашипел на Изуку. Изуку моргнул. Он ненавидел те дни, когда Все за Одного требовал его участия ещё больше, чем когда ему просто приходилось безмятежно лежать и ласкаться. Так было труднее погрузиться в грезы. Но, по крайней мере, не было похоже, что Все за Одного хотел прогнать Изуку через полосу препятствий, провести ещё больше испытаний или утопить его. Все за Одного просто хвастался своими извращёнными творениями. Изуку это переживёт. Раскрыв глаза, Изуку попытался изобразить восхищение. С притворной радостью в голосе он сказал: «Ненавижу их. Тебе что, пришлось их создать, потому что никто не хотел работать на тебя добровольно? Может, потому, что ты пытался скормить мне сотрудника. Я не эксперт по законам Галактической Федерации, но у них наверняка есть пара особых законов, которые тебя запрещают». Все за Одного не понимал слов Изуку и реагировал только на позитивный тон. Он щебетал и хихикал, поглаживая Изуку по голове. Проходя вдоль ряда, Все за Одного указал на ещё несколько резервуаров, а Изуку саркастически комментировал их детским голосом. Наконец, Все за Одного остановился перед пустым резервуаром. Верхняя часть была открыта, к ней были прикреплены многочисленные трубки. «Что, сбежал?» — спросил Изуку. «Даже существа, изменённые до безмозглого состояния, тебя терпеть не могут…» Все за Одного долго, восторженно и непонятно рассказывал о пустом баке, которым он, по-видимому, так гордился, указывая на картинку сверху... Фотография Изуку. Сердце Изуку замерло. С изображения на него смотрело его собственное бледное лицо. Неужели они планировали это с самого начала? Неужели это и есть настоящая причина его похищения? Хотя Изуку и хотел это отрицать, он прекрасно понимал, почему его фотография висела на аквариуме. Он понимал, почему доктор брал у него столько образцов ДНК. Он должен был стать основой для следующего генно-модифицированного суперсолдата. Все за Одного прошипел и помахал щупальцем перед лицом Изуку, требуя реакции. Изуку не мог говорить. Он мог лишь смотреть, словно надеясь, что если присмотреться, то это изменит его собственные глаза. Желудок сжался, грозя вырвать последнюю еду. Гнев взревел волной, сильнее страха. Знакомая пульсирующая ярость, которая поддерживала Изуку во время двух попыток побега, вернулась с новой силой. Доктор и Все за Одного планировали создать человеческие версии этих извращённых, безмозглых суперсолдат. ДНК самого Изуку должна была передаваться монстрам, свирепствующим по всей галактике. На практическом уровне Изуку опасался, что относительно большая сила и выносливость человечества превратят Все за Одного в непобедимого военачальника. На личном уровне эта мерзость возмущала каждую клеточку его существа. Его ограбили и изнасиловали, отобрав у него частички, чтобы их превратить в рабов. Как бы неразумно это ни звучало, Изуку чувствовал личную ответственность за все несчастья и ужасы, которые произойдут в результате этих извращённых экспериментов. Если бы Все за Одного не схватил его, это было бы невозможно. Изуку должен был уничтожить это место, прежде чем будут созданы первые человеческие суперсолдаты. Все за Одного зашипел громче, требуя реакции. Изуку зарычал в ответ. Похоже, это более чем удовлетворило Все за Одного. С весёлым смехом пришелец вынес Изуку. Каждая клеточка души Изуку жаждала разбить резурвуар, но ему нужно было тщательнее спланировать последнюю атаку. Сейчас его тело всё ещё чувствовало слабость от потери крови, а захватчик держал его слишком крепко. Он окинул взглядом комнату, оценивая оружие. Он пристально следил за сине-белой полосатой ключ-картой, которой Все за Одного запирал дверь лаборатории. Когда Изуку сделает свой ход, ему нужно будет полностью уничтожить это место. Это будет его последний бой. Даже сейчас Изуку не верил, что сможет успешно выбраться с этой космической станции. Но побег и возвращение домой больше не были его главным приоритетом. Его целью было сжечь эту лабораторию и все образцы до последнего. Что с ним случится потом, не имело значения. «Прости, мама, — подумал Изуку. — Похоже, я не смогу вернуться к тебе домой».

••••

OMAKE TIME! Оmаке: Некоторые вещи никогда не меняются, независимо от AU Изуку: Я не эксперт по законам Галактической Федерации, но у них наверняка есть пара особых законов, запрещающих тебя. Все за Одного: О, Федерация приняла множество законов, направленных исключительно против меня. Среди них запрет на эксперименты над живыми существами, пытки, жестокое взыскание долгов, несправедливые контракты и скупка всех комиксов.