Школа ада

      Лёжа в кровати Харуки думал над тем, как ужасно, но в тоже время сильно прошёл сегодняшний день. После разговора с Цубаки друзья не говорили. Даже в столовой впервые юноша сел отдельно от компании, показывая всей школе, что теперь он – волк одиночка. День без общения и сильной обиды на друга шёл слишком долго. Обычно Харуки не замечал бегущей стрелки и даже бесился тому, как же летит время, но теперь с трепетом в сердце ожидал окончания уроков.        На тренировку юноша так же не пошёл, получив вечером звонок от тренера и взбучку родных, пришедших лишь ближе к двенадцати.       Смотря на темную комнату, Харуки никак не мог уснуть. Столько мыслей и эмоций было пройден за каких-то 24 часа. Юноша успел испытать чудовищный страх и боль. Умереть и переродиться. Поссориться со всеми друзьями и впервые поговорить с изгоем.       Такие перемены в жизни даже взрослого человека заставят чувствовать себя паршиво, что уж говорить о подростке, не видевшего в завтрашнем дне ничего хорошего. Парень точно знал – «Завтра я стану изгоем». Эти мысли пугали и волновали Харуки. Ему не хотелось проходить через тягости судьбы, но он понимал – другого выбора нет.        Засыпая, юноша чувствовав остатки нерастраченной за день энергии, которые выплеснулись в виде озарений и идей. Парень представлял как завтра круто он придёт в школу, поставив всех хулиганов на место. Как изменит правила всего учебного заведения, став в нём лидером. Когда Харуки начал думать об этих идеях, он вдохновился верой в своё решение ещё сильнее.       Вот только, с гудением будильника юноша понял, что не хочет вставать, а тем более идти в школу. Утром мотивация парня пропала из-за осознания того, какие навыки необходимы для достижения поставленных задач… У Харуки не имелось ничего, чем он мог бы похвастать и заинтересовать школьников, заставив встать на его сторону.       С сильной заставив себя встать, парень посмотрел в окно по подоконнику которого капал раздражающий дождь. «Что-то у меня плохое предчувствие…» — тяжело вздохнул Харуки, но всё же встал и вышел из комнаты, пройдя в ванную.       Смыв с себя остатки сна и приведя себя в более живой вид, подросток направился на кухню, видя чистый стол. Родители, как всегда, ушли ещё до шести утра, каждый отправившись на свою работу. Юноша не удивился этому. Харуки с 10 лет умел сам готовить себе, стирать, гладить, убираться, лечиться в случаи болезни и делать всё остальное. Родители учили сына к самостоятельности, бросив его из-за работы. Юноша не злился на них за это. Всё же хорошая жизнь требует сильных затрат. В данном случае временных.        Но вот то, чего правда не хватало подростку – это семьи. Родители редко встречались парню утром, а вечером приходили уже в то время, когда Харуки спал. В свои редкие выходные семья пыталась выбираться куда-нибудь вместе, но такое случалось крайне редко…       Не ощущая голода, Харуки взял из холодильника вчерашние онигири, перекусив ими по дороге на учебу. Погода стояла меркой, как и настроения парня. Казалось, что сама судьба говорила подростку о том, что у него началась черная полоса в жизни. Харуки и сам это знал, один день проведя без друзей уже нуждаясь в них как в запрещенном веществе, готовый простить всё, только бы не остаться в одиночестве…       От дома Кичиро до школы минут двадцать ходьбы, за которые юноша чуть промочил свою обувь, ощущая холод в ногах. Придя в школу и переобувшись, парень только сейчас осознал, что вышел из дома слишком рано. До уроков ещё был почти час, от чего в школе почти не наблюдалось учеников.       Идя по коридору Харуки резко остановился, повернув голову к окну с серым небом. «Изуми…» — вспомнив о мертвой девочке, парень облокотился на стену, чувствуя тошноту. «Нет, на этот раз я этого не допущу!» — сжав кулаки, твердо думал про себя юноша, вчера совсем позабыв о Цзуми и даже не помня была ли она в школе из-за глубочайшего потрясения своего перерождения.       Покачав головой, парень прошёл вперёд, зайдя в класс сразу увидев там одинокую фигуру, спящую на парте. «Он вообще домой ходит?» — подумал про себя Харуки, проходя мимо Сато, не шелохнувшего с прихода одноклассника, пока тот тихо не выдал короткое: — Привет.       Резко выпрямившись, изгой посмотрев в спину юноши, вытаскивавшего свои вещи из рюкзака. Почувствовав на себе взгляд, Харуки поверну голову, увидев Сато, смотревшего на него с удивлением. — Что? — Ты… сказал это мне? — данное уточнение показалось юноши странным, учитывая то, что кроме них в классе никого не было. — А ты видишь здесь кого-то ещё? — пожав плечами, парень сел за парту, ведя себя расслабленно, но на самом деле чувствуя некую напряженность от общения с тем, кто убил его.       Харуки понимал, что изгой целился в Цубаки, а он протон оказался рядом не с тем человеком с которым нужно быть. Юноша размышлял о той кровавой сцене, подмечая и то, что Сато не выстрелил в него, когда у того имелась такая возможность. Парень хотел отомстить обидчикам, каким являлся и Харуки, не напрямую, но всё же влияя на хрупкую и разбитую душу изгоя. — Привет… — казалось Сато произнёс это слово самому себе, покуда оно прозвучало настолько тихо, что Харуки с трудом его услышал.       Спустя всего минут в класс начали подтягиваться одноклассники. Харуки облокотился на парту, ощущая как вот-вот уснёт из-за бессонной ночи. Из-за усталости парень уже даже не чувствовал ужасный страх. Сейчас всё, чего хотел подросток – это поспать, но сон мог ему только сниться. — Привет, Харуки-кун.       Даже не поднимая головы юноша знал, кто стоит напротив него. Этот голос парень не смог бы забыть даже через сотню лет. Всё-таки этот голос звучал рядом с Харуки более 10 лет, потому забыть его теперь просто невозможно. — Настроение не улучшилось? — поинтересовался Цубаки, но стоило другу поднять мрачный и злые глаза, как глава школа понял ответ, — Кажется, нет… — Я беру свои слова назад. — отведя взгляд, бросил Харуки, от чего на милом лице короля школы засияла улыбка. — Вот и чудно! Я то уже испугался за тебя… Божички, ты даже представить не можешь как я пере… — Наша дружба для тебя никогда не была важна, поэтому я не буду больше просить тебя о чем-то, и тем более водиться с тобой. Теперь, чтобы не случилось, — подняв голову, Харуки говорил как никогда злобно, видя в удивленных глазах бывшего друга испуг, — Я больше никогда не буду считать тебя другом.       Весь класс в миг затих, смотря на двух юношей, до этого будучи не разлей вода, но в миг став совершенно чужими друг другу. Даже вечно сидевший в темни Сато поднял голову, как и все молча наблюдая за напряженно ситуацией. — Да что с тобой не так?! — не выдержав накопившихся эмоций, Цубару вдруг ударил по столу, уронив на пол школьные принадлежности юноши. — Теперь со мной всё так. — спокойно изрёк юноша, выглядя совершенно равнодушным к злости бывшего друга, но на деле уже почти расцарапав свои руки до крови, всю ночь заучивая данные слова.       Сердце Харуки готово было выпрыгнуть из груди из-за страха перед лучшим другом. Когда Цубаки так злиться нельзя ожидать ничего хорошего. Юноша понимал, что он сжигает все мосты их прошлой дружбы, оставляя лишь пепел. Для ничего не понимающего короля, свято считавшего себя хорошим другом – это было предательство чистой воды, от чего его злость достигла пика. Смахнув с парны оставшиеся учебник и тетрадь, Цубаки отошёл от парты бывшего друга, на прощание бросив: — Запомни, это не я разрушил нашу дружбу, а ты.       В класс зашла учительница, рассадив всех по местам. Женщина явна была удивлена атмосферой в классе и непрерывному шушуканью детей, делавших ставки на то, как долго продержаться крыса, предавшая кота.

***

      Обычно для Харуки день проходил незаметно и весело, общаясь он с друзьями и внимательно слушая учебный материал, но с перерождения всё изменилось. Уроки шли мучительно долго, покуда ново-прозванный изгой не мог сосредоточиться, ощущая от всех злобу и надменность. Харуки никто не трогал, но также с ним никто и не говорил, будто он стал неким духом, невидимым для всех.       Не прошло и недели, а юноша уже желал вернуть свои слова назад и снова быть с фальшивыми друзьями, только бы не ощущать это ужасное одиночество и злые взгляды окружающих. На него никто не обращал внимание. Никто не говорил с ним. Никто не желал быть рядом...       Для общительного подростка такая быстрая смена обстановки казалась сущем адом на земле. Парень позабыл о своей смелости, живя в напряжении и чувстве жалости к самому себе. Харуки уже очень сомневался, что сделал правильный выбор…       По мимо ужасного настроение, масло в огонь подливала мрачная погода, состоявшая из туч, ветра и дождя. Смотря на неё в окно, юноша не хотел идти домой, зная, что как и обычно ляжет под одеяло пролежав так до утра.       Разумеется, Харуки выгнали из команды, сделав это идеально быстро, наговорив тренеру про юношу гадостей. А тот и рад верить. Подросток не являлся сильным игроком, потому его вылет прошёл для всех бесследно. Родители не знали о трудностях сына, но после звонка тренера наседали и лишь причитали сыну о том какой он плохой и как он их опозорил. Такое отношения от родных усугубляло положение дел, погружая неустойчивую душу подростка в ещё большую тьму.       Тихо сидя у окна, Харуки слышал, как проходящие по коридору одноклассники перешёптывались, а боковым взглядом чувствовал на себе множество глаз. «Что-то не так…» — чувствовал юноша, и не прогадал.       Харуки знал – нельзя идти за кем-то, когда тебя зовут. Знал – что таким образом изгоев заманивают в укромное место для расправы. Знал, но всё равно пошёл, понимая — «Иного выбора нет и рано или поздно это произойдёт»       На заднем дворе собралось более двадцати стервятников, с интересом ждущих шоу. Маленький дождь раздражал, а хмурое небо словно предвещала беду. Харуки было страшно, ведь он понимал — «Сейчас меня изобьют»       Такое просвещения проходят все изгои. Глава класса при зрителях избивает свою жертву, попутно оскорбляя и ставя на своё место под своими ногами. По несчастливому обстоятельству дел, глава класса Харуки был его лучший друг. Бывший лучший друг.       Цубаки стоял посреди поля. На его голове был капюшон, защищающий от дождя. Юноша не выглядел радостно, хотя обычно посвящал ненавистны людей с улыбкой на лице. Харуки промок до нитки, чувствуя холод по телу и дрожь, то ли из-за страха, то ли из-за дождя. — И так, ты знаешь правила. — бросил Цубаки, стоя примерно в пяти шагах от бывшего друга, но внезапно появившаяся улыбка напрягла юношу, — Но, для тебя я сделал исключения. — многие зрители переглянулись, не понимая о чём толкует глава школы, — Где там наш Сато?       «Чего?» — поразился Харуки, видя Сато Широ идущего с двумя подручными Цубаки. Парень выглядел как всегда зажато, идя за подростками не поднимая головы. «Почему он здесь?» — не понимал юноша, но бывший дуг быстро всё прояснил. — Сато-кун, у тебя появилась удивительно редкая возможность обмена ролями, и для этого нужно всего лишь… — по-дружески, пожав плечо изгою, Цубаки поднял руку, указав пальцем на Харуки, — Показать мне свою преданность, которую не оправдал он.       Сейчас ситуация напоминала школьную стрельбу. На кону стояла жизнь в учебном заведении. Сато мог избавиться от всех проблем всего несколькими ударами. Он мог изменить свою жизнь, а Харуки уже нет. Юноша своими же руками разрушил свой статус стоя под дождём и ожидая, когда изгой изобьёт его при всех, заняв место рядом с королём школы. От такого шанса не мог отказаться никто.       С удивлением смотря на Сато, юноша осознавал, как ошибся. Ему с самого начала надо было вести себя как обычно, а через год просто пропустить занятия. Так он продолжал бы жить в своё удовольствие и не умереть от рук изгоя. Но парень решил пожалеть юношу, встав на его сторону, в итоге оказавшись в тени, толкнув того в небольшой просвет.       На самом деле Харуки начитался слишком много фантастики про героев. Он придумал себе роль спасателя, помня, как таких любят и уважают, позабыв, что он в реальности, где каждый воюет лишь за свою шкуру, а на остальных чхать хотел. Такова человеческая сущность. Гнилая и порочная, но реальная. — И так, можете начинать, — отойдя на пару шагов назад, Цубаки вместе со своими подручными начал наблюдать со стороны, ожидая, когда предателя унизительно побьёт низший класс школы, опустив на самое дно. — Я… — тихо произнёс Сато, всё так же стоя с опущенной головой.       Сжав кулаки и приготовившись к удару, Харуки думал уже сам нападать на изгоя, считая, что он не допустит для себя такой низости. Смотря на Сато, юноша начал испытывать к нему злость и обиду, хотя по большей части он не имел на это право. Сато Широ страдал от его равнодушия почти год, и как раз он имел право сейчас разгуляться по полной, унизив и хорошенько отделав того, кого должен ненавидеть. — Я не… — всё никак не мог сформировать предложения Сато, а Харуки уже придумал себе несколько вариантов.       «Не хотел, но мне придётся? Не хочу причинить тебе боль, но причиню? Ненавидишь меня?» — туже почти сделав шаг, юноша в миг замер, стоило Сато поднять голову, смотря на него совсем не злым или обиженным взглядом. Во взгляде изгоя виднелась искра света. — Не буду тебя бить... — наконец договорил изгой, заставив всех зрителей в миг начать галдёшь. — Он что? — Правда не будет? — Вот даёт…       Харуки, смотря с удивлением на Сато не мог поверить в происходящее. «Он что… Отказался подчиняться? Но, почему?» — это и вправду казалось удивительным феноменом. Отказаться от предложения короля школы вступить в его банду, это тоже самое, что показать сатане средний палец, уйдя обратно к грешникам вместо того, чтобы карать их весте с правителем. В любом случае изгой выглядел уверенным в своём решении и не желал его менять, несмотря на удивленные взгляды и скорую расплату.       Пока вокруг все перешёптывались, терпению главы школы пришёл придел. Подойдя к Сато, Цубаки врезал ему по щеке, свалив парня с ног. Харуки дернулся, но ноги словно прибило к земле, потому юноша не сделал и шагу, смотря как бедного изгоя избивают ногами. — Тупой отброс, даже с такой мелочью справиться не можешь, — злился король школы, вымещая на худом парне свою ненависть, — А вот Харуки-кун явно не отказался бы от моего предложения, но увы… — подняв взгляд на бывшего друга, в глазах юноши прошлась искра ярости, — У предателей нет выбора.       Харуки открыл рот, желая опровергнуть слова короля школы, но не мог этого сделать. Юноша и сам понимал, что поменяй их местами, и он бы врезал Сато. Он не стал бы рисковать собой, не зная о последствиях. Он трус и не мог прямо говорить о своих действиях и желаниях, умея лишь мечтать стать спасателем, на деле оставаясь трусом.       «Почему я такой трус? Почему мне страшно?» — ощущая как ноги начиная дрожать, Харуки ощущал к себе отвращения. Он хотел быть сильным и смелым, но в итоге желания не сходились с реальными возможностями.       «Вам страшно?» — внезапно в голове юноши пронёсся голос Сато, произнесённый в тот роковой день, «Вы так долго издевались надо мной, что теперь не имеете право испытывать страх!» — дернувшись, Харуки посмотрел на свою мокрую от дождя руку, помня на ней кровь, «А ведь и вправду…» — опустившись на колени, юноша выглядел так, словно сдался, но на деле искал на земле ключ к спасению. «Я не имею…» — только в Сато должен был прилететь очередной удар ногой, как по голове Цубаки прошёлся камень, расцарапав его щёку до крови, — «После всего прожитого испытывать страх!» — Не трогай его! — в приказном тоне крикнул Харуки, наконец совладав со своим телом.       Все вокруг повставали со своих мест, понимая – сейчас начнётся жара. Некоторое время пробыв в шоковом состоянии, Цубаки притронулся к щеке, а после смотрел на кровавую ладонь. Злость охватило все тело короля школы, и что было сил он бросился на бывшего друга, повалив его на землю. — Я прибью тебя! — кричал юноша, кидая удар за ударом, но получая в отместку и кулаки юноши.       Сколько длилась драка не ясно, покуда удары Цубаки оказались сильней его противника, отключив парня от реальности на пару секунд. Лёжа в грязи с разбитой губой и побитым телом, Харуки не мог даже самостоятельно подняться, впервые будучи побитым. Смотря на него с высока, Цубаки пару минут словно наслаждался унизительным видом друга, но после присел на корточки, с дьявольской улыбкой произнеся: — Теперь твоя школьная жизнь – это ад. — встав, король школы показал всем расходиться, на прощание бросив, — Добро пожаловать.       Поле опустело, а оставшиеся там два изгоя выглядели паршивей бродячих псов. Грязные, побитые, разбитые. Харуки с трудом смог привстать, но несмотря на всё это он...

Чувствовал себя свободно.

      Парень не понимал, как такое может быть. Его сильно избили при целой толпе учеников. Его школьная жизнь разрушена. Он стал изгоем и неудачников, но в тоже время Харуки впервые поступил по правильному. Так, как мечтал, но никогда не смел. — Можешь…сам…встать?       Подняв голову, юноша увидел Сато, протягивающий ему руку. Парня так же поколотили, но если сравнивать с Харуки, то можно сказать Сато просто погладили. Всё же особое внимание в данном случае было нацелено на нового изгоя, потому и получил он куда больше. — Почему не побил? Это же могло помочь тебе… — никак не мог справиться с удивлением юноша, правда не понимая мотива и действий изгоя.       Харуки помнил те пустые глаза. Ту боль на лице Сато, когда он пришёл с оружием. Юноша явно страдал каждый день, мечтая прекратить всё это, и вот у него выдался шанс, но он упустил его. Это никак не укладывалось в голове того, кто всегда шёл по пути меньшего сопротивления, желая лучшего себе и только себе… — Я не хотел тебя бить… — скромно ответил Сато, не понимая от чего тот в замешательстве.  — Почему? — не унимался юноша, продолжая сидеть на холодной земле.       Какой нормальный человек откажется от счастливой жизни из-за чужой? Харуки явно не являлся таким человеком. Да что уж тут говорить, парень всё ещё не был уверен в том, что поменяйся они с Цубару тогда местами, не сделал бы он того же, что и бывший друг.       Желание сохранить свою жизнь – это естественно. Каждого заботит своя собственная жизнь, и это правильно. Ты у себя один и нужно беречь свою душу, а друзей ещё можно потом найти. Харуки считал себя плохим человеком, не заслуживавшего, чтобы ради него кто-то лишался хорошей жизни. Это несправедливо… — Ну ты…ты… — замешкался Сато, неуверенно перебирая руками, но в конечном итоге всё же сформировав предложения воедино, — Ты первый, кто был ко мне добр.       Харуки поднял взгляд на юношу, по его искренним глазам прочитав правду. Он не врал и не пытался как-то себя обелить. Сато говорил том, что думал. Юноша правда отказался от статуса выше «Изгоя» ради человека, проявившего к нему каплю доброты. Такая малость…       Юноша поразился насколько же жизнь Сато невыносима, раз он принял один хороший жест в свою сторону за наслышанную щедрость. Харуки никогда в жизни не встречал таких людей, но как-то читал о похожем персонаже в манге, тогда подумав, что таких людей не существует. Но ошибся.       «А если бы в тот день я стоял бы рядом не с Цубаки, а с Сато… Прикрыл бы он меня собой или сбежал? Стал бы подставлять или принял бы удар на себя?» — рассуждая о том, что могло бы быть, юноша совсем выпал из реальности, не видя как озадаченно Сато смотрят на начиная помогать подняться, раз парень не может сделать этого сам. — Ты… — держась за плечо изгоя, Харуки впервые получал от кого-то помощь.       Все те, кто считались его друзами или знакомыми просто ушли, оставив нового изгоя одного. Только сейчас юноша осознал, что на самом деле не имел друзей и близких людей рядом. Все, кто были с Харуки – это лживые гиены. Они не волки, а лишь трусливые псы, ищущие падаль для сведения. Такие гнусные люди всегда нападают стаей, зная, что по одиночке они никто. Харуки тоже был таким, но сейчас, смотря на Сато юноша впервые понял, что он может измениться лишь поменяв своё окружение, сократив его до одного человека. — Хочешь стать моим другом?        Сато приоткрыл рот, с удивлением посмотрев на юношу. Харуки понимал как странно звучит его предложение. Он целый год не замечал изгоя и всячески игнорировал издевательства над ним, а сейчас предлагает дружбу. Поменяйся бы они местами, и не знай Харуки о плохом конце, то послал бы юношу далеко и надолго, будучи злопамятным и не умея так просто прощать кого-то. Даже самого себя. — Хочу.  — впервые парень произнёс что-то так уверенно, словно давно готовился к этому самому моменту.        Хоть на улице всё так же лил моросящий дождь, а тучи и не собирались рассеиваться, Харуки всё же увидел свет, исходящий из своей груди, делающий его новую жизнь не такой уж и плохой.