An Eye For An Eye // Око за око

— Ха, — сказал Бен. Он пришёл на кухню позавтракать и совсем не ожидал увидеть там Пятого. Пятый поднял бровь, глядя на него поверх чашки с кофе. — Честно говоря, я думал, что ты уже сбежал, — сказал Бен. — Знаешь, — усмехнулся Пятый, — я тоже так думал. Бен взял с прилавка яблоко. — Думаю, ты не такой глупый, каким кажешься. Было приятно видеть недоумение на лице Пятого. Бен усмехнулся про себя. — Смерть действительно изменила тебя, — пробормотал Пятый. — Она делает это. Пятый бросил на него недовольный взгляд. — Ну, в любом случае. Я знаю, как найти Гарольда Дженкинса. — Так вот почему ты так нервничал прошлой ночью? Решал, стоит ли нам знать, где он? — спросил Бен. — А я-то думал, что самое ужасное в моей семье – это то, что все они идиоты, — пробормотал Пятый. — О, неужели я вызвысился над идиотом? — Да, прямо до занозы в моей заднице. Бен ухмыльнулся. — Это высокая оценка с твоей стороны. — Ты отвратителен, — сказал Пятый и встал, чтобы допить кофе в другом месте. Клаус быстро пресёк его попытки. — Ого! — сказал Клаус. — Ты всё ещё здесь! — Неужели все в этом доме ждали, что я сбегу посреди ночи? — спросил Пятый, протяжно вздохнув. Клаус сделал вид, что задумался. — Да. На самом деле я почти уверен, что Эллисон и Лютер не спали прошлой ночью, чтобы поймать тебя с поличным, если ты попытаешься. — Отлично, — устало произнёс Пятый. — Полезно знать. — Эй, старый братишка, тебя чуть не убили прошлой ночью, — сказал Клаус. — Конечно, мы за тебя переживаем. — Ещё раз назовёшь меня братишкой, и я сожгу тебе лицо. — Никаких горящих лиц, — сказал Диего, а Клаус одними губами произнёс: «Я сказал "старый"», – с притворным оскорблением. — И спасибо, Пятый, теперь я должен Ване десять баксов. — Верно, — пробормотал Пятый себе под нос. — Спасибо тебе, Ваня, что хоть немного веришь в меня. Ваня, которая в полусонном состоянии тащилась на кухню, подняла голову. — О нет, я просто хотела поспорить с Диего. У меня были наготове десять баксов и всё такое. Пятый разочарованно уставился на неё. — Спасибо, — наконец сказал он с сарказмом в голосе. — Эй, а почему ты хотела поспорить со мной? — спросил Диего. — Потому что ты так злишься из-за этого, — сказала Ваня, пожимая плечами. — Это даже мило. Диего разочарованно хмыкнул и начал искать что-нибудь съедобное. Клаус ухмыльнулся, когда Эллисон и Лютер наконец вошли на кухню, зевая. — Долгая ночь? — Да, — сказал Лютер, бросив на Пятого взгляд. — Как ни странно, ради ничего. — Не за что, — сказал Пятый, прислонившись к стене. Он явно отказался от идеи сбежать, чтобы спокойно выпить кофе. — Сколько ты проспал? — спросила Эллисон, потягиваясь. — Может, два, три часа? — сказал Пятый. — Неважно. Я почти всю ночь просматривал список Диего и знаю, где Гарольд. — О? — сказал Клаус. — Ну, рассказывай. — У них была хорошая подготовка, — сказал Пятый. — Но Клаус застал их врасплох. Клаус поднял руки, словно приглашая поаплодировать ему, затем опустил их и посмотрел на Пятого, не дождавшись реакции. — Значит, они, скорее всего, вернутся в свой отель, чтобы перегруппироваться и зализывать раны, — сказал Пятый. Он развернул список. — Я просмотрел все отели в этом районе, и этот находится напротив здания, которое мы нашли прошлой ночью. Хорошее место, где они могут остановиться и проверить, приближаемся ли мы к объекту, даже если они не ждут нас там. Диего взял лист бумаги и стал обводить линии на невидимой карте. — Да, с хорошим биноклем всё сходится. — Комиссия может позволить себе технику военного уровня, — сказал Пятый. — Они легко могут раздобыть пару мощных биноклей. — Ладно, — сказал Клаус. — Так что, идём осматривать отель? — Вместе, — выпалил Диего. — Никто не пойдёт туда один. — Успокойся, Диего, — сказал Пятый, бросив на него взгляд. — Мы не детектив Пэтч. Мы знаем, во что ввязываемся. Диего фыркнул. — Хорошо. Но мы будем работать в парах, как во время поисков. Пятый закатил глаза, но всё же сложил список и убрал его. — Хорошо. Но я за рулём, — настоял он.

_________________

Диего сглотнул. Это был не тот отель, что в прошлый раз, но он слишком хорошо помнил, как Юдора погибла в ситуации, похожей на эту. Это здание было не таким обветшалым, как то, но это мало помогало. Подавив тревогу, он повернулся, чтобы попытаться убедить их составить план, но Эллисон и Ваня уже шли по коридору на первом этаже, а Пятый был на полпути к лестнице на второй этаж. — Эй, погоди, погоди, — сказал Диего, бросаясь за ним, чтобы схватить его куртку. — Нет. Мы договорились действовать вместе. — Боже, Диего, я просто посмотрю, — возмутился Пятый. — Успокойся. — Не говори мне, чтобы я у-успокоился, — сказал Диего. — Я нашёл её лежащей лицом вниз в гостиничном номере, просто оставленную там. Ты хоть представляешь, каково это? — Да, представляю, — резко ответил Пятый. — Кроме того, ты можешь пойти со мной, если хочешь. Я просто проверю верхний этаж, оттуда вид лучше всего. — Хорошо, — сказал Диего, молча следуя за Пятым. Слова Пятого «да, представляю» засели у него в голове. Имел ли он в виду их? Диего вздохнул, не сводя глаз с Пятого, пока они шли по коридорам, внимательно прислушиваясь к каждой двери. Пятый внезапно остановился и помахал Диего. — Ты что-то слышишь? — спросил Диего, подходя и вставая позади него. Пятый немного отступил назад, прищурился и переступил с ноги на ногу. — Из этой комнаты открывается лучший вид на здание, — сказал он. — И… — Он постучал по табличке «Не беспокоить» на двери. — Это протокол. Он собрался прыгнуть, но Диего снова его остановил. — Что я только что сказал? — Я просто открываю дверь, Диего, — нетерпеливо прошипел Пятый. — Это займёт меньше секунды. Диего нахмурился, но уступил. — Хорошо. Давай. — Спасибо, — проворчал Пятый и исчез. Мгновение спустя дверь со щелчком открылась. Диего достал нож, толкнул дверь и прокрался внутрь. Комната казалась пустой, но Диего не хотел рисковать. Он толкнул Пятого локтем, за что тот бросил на него крайне недовольный взгляд, но позволил ему на цыпочках пробраться в ванную, пока сам осматривал остальную часть комнаты. Диего проскользнул мимо шкафа в ванную и заглянул внутрь. Там никого не было. На всякий случай он отодвинул и занавеску. — Эй, Диего, — позвал Пятый. — Что? — спросил Диего, высунув голову из ванной. Пятый положил руку на засов и убрал нож, который держал в руке. — Мне правда очень жаль, — сказал он, запирая засов и снимая с него ручку. — Что за... — начал Диего, но Пятый уже исчез, оставив после себя лишь комнату, в которой раздалось последнее, побеждённое: — ...чёрт.

_________________

Пятый поспешил вниз по чёрной лестнице, пока никто из братьев и сестёр его не заметил. Не то чтобы он не замечал, как Эллисон и Лютер наблюдают за ним. Диего практически выдал их, предупредив его, чтобы тот держался подальше от кухни, где Эллисон и Лютер, вероятно, обсуждали, куда пойдёт Пятый. Как будто Эллисон была настроена на романтику после того, как смотрела на Пятого, когда увидела его на обочине. В любом случае ему не составило труда проскользнуть мимо них и положить пистолет в багажник машины, хотя он был слишком измотан, чтобы прыгать. Теперь он достал его оттуда и перекинул через плечо, чтобы найти другую машину, которую можно было бы угнать. В противном случае Диего нашёл бы свою машину через несколько часов, и все его братья и сёстры оказались бы в ситуации с Гарольдом раньше, чем Пятый успел бы её разрешить. Присматривая за отелем, чтобы никто из братьев и сестёр не заметил его ухода, он нашёл машину через одну-две улицы, быстро запрыгнул в неё и стал возиться с проводами, пока она не завелась. Его семья, конечно, будет злиться на него, но они будут живы, а это самое главное. Они могут ненавидеть его до конца его жизни, ему всё равно, лишь бы они жили. Им понадобится время, чтобы найти Диего, понять, что Пятого нет, а потом решить, как достать Диего из комнаты. Затем они заметят, что у Пятого были ключи от обеих машин и ни одна из них не исчезла с парковки. Прежде чем они успеют понять, куда делся Пятый, Гарольд будет мёртв и больше не сможет причинить им вред. Он догадывался, где Гарольд должен был устроить своё первое убежище, и после того, как он услышал Гарольда и сразился с ним, он был почти уверен, что узнает это место, как только проедет мимо него. В конце концов, именно там он нашёл мёртвыми всех членов своей семьи. Судя по тому, как этот образ запечатлелся в его сознании в первый раз, он будет отчётливо виден даже в его спутанной квантовой памяти. И действительно, в тот момент, когда он увидел это место через окно машины, у него внутри всё сжалось от призрачного осознания. Именно здесь он их нашёл. Именно это место он нашёл, а потом избегал его 14 лет. Он проехал квартал, с трудом сглотнув, прежде чем припарковаться и достать пистолет. Пятый прыгнул обратно к дому и нашёл укромный уголок, чтобы спрятаться и обдумать дальнейшие действия. Ему нужно было место, где он мог бы спрятаться, но при этом иметь возможность прицелиться. Он не хотел подходить слишком близко – из-за ночного сна его силы восстановились, но, учитывая опыт с Гарольдом, он не мог рисковать и находиться на расстоянии вытянутой руки, если они снова закончатся. Он выглянул из-за угла. Там не было окон, из которых открывался бы хороший обзор, а значит, ему нужно было расположиться над входом. Он посмотрел на вход в гараж. Похоже, это был единственный вход и выход, а значит, если он спрячется и дождётся, пока Гарольд выйдет из здания, то сможет застрелить его с одной из ближайших крыш. Он снова выглянул и посмотрел на здание. Его охватило странное чувство. Он крепче сжал пистолет. Он понял, что мог бы сделать это с остальными. Он старался не думать об этом, но игнорировать это было трудно. Если бы он просто спрятался и подождал, они были бы в безопасности. Ему бы никогда не пришлось подводить их к Гарольду вот так. И что бы он сказал им, когда они спросили бы его, почему он их обманул? Признался бы он, что запер брата в гостиничном номере, украл его ключи и сбежал из-за трусости? В конце концов, именно трусость привела его сюда одного. При виде этого здания в нём всколыхнулись горечь и тоска, которые он подавлял десятилетиями. Он так долго ждал, когда вернётся к ним, а теперь бежал от них, чтобы не потерять их снова. Он должен был хотя бы сказать им... Он практически слышал, как Долорес язвит. «Конечно, должен был. Ты знал, как поступить правильно, но проигнорировал это из-за своей гордыни и страха. Ты всегда так поступаешь, Пятый, ты всегда пытаешься спрятаться за мыслью, что ты лучше, чем кто-либо ещё», — сказала бы она, а Пятый, наверное, ответил бы: «Я знаю, можешь мне не говорить!» Но теперь, когда он был здесь, он мог просто довести дело до конца. Или он мог поступить так, как должен был поступить, и остаться со своей семьёй. Он колебался. Хронология событий совпадала. В прошлый раз он упустил свой шанс, потому что избегал Ваню, пытаясь защитить её, а теперь он избегал их всех сразу. Он сжал пистолет и глубоко вдохнул. «Чёрт», — прошептал он себе под нос. Они влезли ему в голову со своей заботой о нём. Он тихо зарычал, развернулся, чтобы уйти, а потом... Пятый внезапно оказался не один. Рядом с ним были две женщины и мужчина, которых он никогда раньше не видел, но был уверен, что знает их. Улицы, окутанные туманом, были усеяны битым стеклом и обломками, но здания вокруг стояли тихие и тёмные. Перед зданием, за которым он наблюдал, стояли три полицейские машины, одна из них была перевернута, а вокруг валялось несколько тел. «Я проверю его сам», — пробормотал он своим спутникам. Они не стали возражать – они знали, как легко он может проникать в здания и выходить из них. Он перебежал улицу так быстро, что никто его не заметил, проскользнул за перевёрнутую машину и скрылся в гараже. По всему гаражу были разбросаны тела в чёрно-красной военной форме, словно их разметал вихрь. Пятый натянул шарф на рот, чтобы не чувствовать запах гнили, и нашёл дверь. Он знал, что здесь что-то произошло, и это может дать ему ответы. Он толкнул дверь, осторожно проскользнул внутрь и достал нож. Никто не двигался. Он приоткрыл дверь и вошёл внутрь. Здесь точно была драка. По коридору растеклась кровь, как будто кого-то тащили, а ещё там были обломки, как будто что-то взорвалось. Он включил фонарик и чуть не споткнулся обо что-то. Он посмотрел вниз. Что-то ползло по коридору, судя по кровавому следу, – что-то длинное, толстое и похожее на щупальце. Пятый почувствовал, как задрожала его рука, когда он направил луч света на щупальце. Всё его тело кричало, что нужно бежать, но он сделал ещё один шаг вперёд. Нелепо, по-детски он прошептал: «Бен?» Как будто этот запах уже не сказал ему всего, чего он не хотел знать. Он сделал ещё один шаг, потом ещё один, пока свет не упал на тело. Лицо сгнило и было слишком старым, но Пятый знал, кто это. Его рука дрожала, отбрасывая жуткие подвижные тени. Ещё один шаг, и он увидел ещё одно тело. Безвкусная одежда, татуировки на руке и кистях – Клаус. Он не мог дышать, но должен был продолжать идти. Если он не будет продолжать идти, то никогда не перестанет задавать себе этот вопрос. Он, спотыкаясь, прошёл по коридору между Клаусом и Беном – там, где место и ему, как подсказывала какая-то мрачная часть его души, – и огляделся. Справа от него лежало крупное тело, а кровь, забрызгавшая стену позади него, свидетельствовала о том, что в него стреляли несколько раз. Лютер. К нему, небрежно отброшенному к стене, тянулась Эллисон. Напротив неё лежал Диего. За Лютером лежало ещё одно тело. Пятый подавил в себе ужас и подкрался ближе. Может быть, это был тот, кто это сделал. Может быть, перед смертью они что-то узнали, и Пятый сможет... Он осветил её фонариком. Он видел татуировку, но она была расположена немного странно, не совсем там, где у Пятого. Длинные волосы… — Ваня, — прошептал он. Нет. Она была обычной, она не должна была быть с ними, она не должна была умереть вместе с ними… Он рухнул на пол, его вырвало. Горе охватило его так, как он и представить себе не мог. Он не мог дышать, не мог вытереть слёзы, не мог, не мог, не мог не мог... Громкий хлопок отвлёк его от мыслей. — Чёрт, — прошипел он, уже убегая в укрытие. Флэшбэк? Именно сейчас? Он нырнул за угол как раз в тот момент, когда Ча-Ча снова выстрелила в него. Он нащупал пистолет, взвёл курок и приготовился выстрелить в неё раньше, чем она выстрелит в него. Для этого нужно было прыгнуть прямо в момент выстрела, что требовало идеального расчёта времени. Ещё один выстрел просвистел у него над головой, и он пригнулся. Стреляли уже ближе. Чёрт возьми, Гарольд, должно быть, обошёл его, пока он отвлекся – глупо, глупо – и теперь он был слишком близко, чтобы Пятый мог прицелиться в него из пистолета. Вместо этого он схватил нож и прыгнул вперёд, чтобы вонзить его в бок Гарольда. На этот раз он действительно был достаточно быстр, чтобы нанести удар, но Гарольд среагировал достаточно резко, и удар пришёлся на его локоть, а не на печень, как планировал Пятый. Так же быстро Гарольд подставил ногу под Пятого и схватил его за руку. Дерьмо. Одно дело – увернуться от захвата, и совсем другое – когда кто-то цепляется за тебя, из-за чего сложно не утащить его за собой во время прыжка, тем самым полностью измотав себя и никак не улучшив ситуацию. Ему нужно было сосредоточиться. Локоть Гарольда врезался ему в лицо, и Пятый ударил его ногой в живот. Если бы он схватил Пятого одной рукой, Пятый мог бы спокойно отпрыгнуть и оказаться достаточно далеко, чтобы выстрелить. И ему нужно было сделать это быстро, пока Ча-Ча не придумала, как застрелить его, не убив заодно и Гарольда. Он снова ударил Гарольда коленом в грудь и переложил нож в другую руку, чтобы вонзить его Гарольду в шею. Угол был не самый удачный – нож мог попасть в ключицу, а не в ярёмную вену, как надеялся Пятый, – но это ослабило бы хватку Гарольда. Но Гарольд явно ожидал удара в шею, потому что схватил Пятого за запястье и отвёл его в сторону, вероятно, с такой силой, что рука Пятого сломалась под этим углом. Однако боль и хруст костей отошли на второй план. Пятый заметил, что, когда Гарольд отвёл его руку в сторону, чтобы защитить горло, нож Пятого с ужасным хлюпаньем вонзился ему в глаз. От осознания этого у него перехватило дыхание. Глаз, который всё ещё лежал у него в кармане, словно обжигал его, прожигая дыру в боку Пятого. Хотя всё его тело словно онемело, он колебался всего мгновение, прежде чем вспомнить, что ему нужно либо убить Гарольда сейчас, либо любой ценой сбежать и предупредить остальных, но даже это мгновение было слишком долгим. Что-то острое ударило его в раненую руку, привлекая внимание. Дротик. — Чёрт, — выдохнул он, и мир вокруг него внезапно закружился. Его рука непроизвольно соскользнула с рукояти ножа. Гарольд отпустил его, схватившись за нож, который всё ещё был у него в глазу. Пятый споткнулся, выдернул дротик и прыгнул, но смог преодолеть лишь пару метров, прежде чем рухнул на землю, теряя сознание. Ему нужно было снова прыгнуть, туда, где Гарольд не смог бы до него дотянуться, пока он не придёт в себя. С некоторым трудом он нащупал ноги и подобрал их под себя, неуверенно продвигаясь вперёд. Ещё немного, ещё один прыжок… Он услышал, как ударился о землю, словно это было где-то далеко. Он застонал, пытаясь заставить свои конечности двигаться, а силу – активироваться, но его сознание быстро угасало. Он был покойником. Неужели он действительно боялся умереть? Перед его глазами пронеслась картина счастливой жизни его семьи, которую он так и не увидел в своей временной линии. Если он умрёт, будут ли они в безопасности? Он сделал всё, что мог, чтобы предупредить их, и теперь они далеко. Может быть, на этот раз у них всё получится. В таком случае оно того стоило. Удар в бок заставил его перевернуться на спину. Над ним нависло лицо Ча-Ча, которая обыскивала его в поисках оружия. Пятый слабо попытался помешать ей вытащить глаз из его кармана, но не чувствовал своих рук. — Эй, — сказала она, бросая глаз из поля зрения Пятого. — Малыш принёс тебе подарок. — О, — сказал Гарольд, спотыкаясь. Он навис над Пятым, одной рукой держась за кровоточащий глаз, а другой – за стеклянный. Пятый попытался пошевелиться, может быть, дотянуться до глаза и разбить его в последней отчаянной попытке, но всё было тщетно. — Что ж, спасибо, Пятый, — услышал Пятый, а потом наступила темнота.