Тень предков

— Сначала расскажи всё, что знаешь, — произнёс Клаус, его голос был холодным и бесстрастным, но в глазах можно было заметить проблеск опасности. Девушка стояла перед ним, пытаясь скрыть внутреннюю тревогу. Однако её лицо оставалось спокойным, и она выдавала лишь минимальные эмоции. В голове быстро прокручивались возможные варианты, как ей вывернуться из этой ситуации. Она задумалась, прежде чем заговорить. Есть вещи, которые нужно скрыть, чтобы не попасть в ещё более сложную ситуацию. Отец, возможно, был где-то рядом, наблюдает, но она не могла быть уверена, насколько он всё слышит. — Заклинание, которое на тебя наложили, бракованное, — сказала она, стараясь говорить чётко, без лишних пауз. — Если кратко, оно невозможно для выполнения. Клаус нахмурился, слегка наклонив голову. — Какого чёрта? — его голос стал более резким. Фиби почувствовала, как его взгляд пронизывает её насквозь, пытаясь понять, не скрывает ли она чего-то. — Оно создано на крови двойника. Если для снятия заклинания требуется его кровь, то для создания гибридов нужна кровь двойника, — продолжала она, её голос стал немного тише, но всё равно уверенным. — Но Елена мертва, и придётся ждать много сотен лет, чтобы родился новый двойник. Клаус замолчал. Его лицо сначала исказилось от замешательства, но потом выражение его глаз изменилось. Он как будто уловил нечто важное, о чём не думал раньше. Он медленно откинулся назад, закрестив руки на груди, и задумался. — Так, она жива, — произнёс Клаус с неожиданной уверенностью, как будто вдруг понял нечто важное. Его голос был спокойным, но в нём чувствовалась неумолимая победа. Фиби не могла скрыть лёгкую дрожь, но быстро взяла себя в руки. Она не собиралась показывать, что его слова тронули её. — С чего ты взял? — спросила Ребекка с явным удивлением, её голос был полон недоумения. — Ты же сам её убил. — Стефан, — Клаус откинулся назад, наслаждаясь тем, что он наконец-то понял, как всё обстоит. — Он не выглядит как вампир, скорбящий по той, кого любил. Значит, он точно знает, что Елена каким-то образом смогла выжить после моего обряда. Фиби слегка моргнула. Всё становилось слишком запутанным. — Очень хорошее умозаключение, — произнесла Фиби с сарказмом, но её голос выдавал внутреннее беспокойство. — Но освободи Кэтрин. Я рассказала всё, что нужно. И даже больше. Её слова звучали решительно, но внутри неё всё же не было уверенности. Клаус посмотрел на неё с усмешкой, его глаза сверкали, как у хищника, готового напасть. Он сделал шаг вперёд, и Фиби почувствовала, как напряжение в воздухе стало ещё более плотным. — Фибс, — его голос стал холодным и жестоким. — Ты слишком ценный инструмент, чтобы я так просто тебя отпустил. Кэтрин уж точно не отпущу. Он подошёл к ней вплотную, и её сердце забилось быстрее, но она не отступила. Тогда, как по команде, она почувствовала, как чьи-то руки сжали её шею, и моментально поняла, кто это был. Стефан. — Стефан, — она прошептала его имя, пытаясь сохранить спокойствие. — Ты не сможешь этого сделать. Её слова были слабым протестом, но её взгляд не отворачивался.Однако её шея становилась всё более напряжённой, а его руки начали давить всё сильнее.

***

Девушка проснулась в пустом классе школы Мистик-Фолс. Тусклый свет пробивался через высокие окна, освещая тёмные углы, но вокруг было непривычно тихо. Она осмотрела помещение, но рядом не было никого. Её тело было тяжёлым, как будто каждое движение давалось с огромным усилием. Она попыталась сесть, но это оказалось сложнее, чем она предполагала. Её ноги едва держали её, и она едва не упала обратно на парты, но всё-таки выровнялась, чувствуя, как земля начинает качаться под ней. Посмотрев на свою руку, она заметила странный браслет, который её сковывал. Он туго обхватывал её запястье, и она сразу поняла, что это не просто украшение. Это был браслет, который блокировал её магию. Чёрт. Это означало, что её силы были ограничены. И, скорее всего, она не сможет использовать свои способности, пока он на ней. — Чёрт, — пробормотала она, чувствуя растущее разочарование и злобу. Это было несправедливо. Она прикрыла глаза, пытаясь вспомнить, что произошло. В голове постепенно начала собираться картинка, но она была неясной и туманной. Зазвучали обрывки воспоминаний, мгновенные флешбеки, которые пронзали её сознание, но всё оставалось слишком расплывчато.

***

Когда фургон с визгом остановился, Ребекка, не думая о том, что может быть, повела себя слишком резко, буквально вытащив Фиби из машины. Она схватила её за плечо и сильно толкнула, заставив падать на холодную землю. Фиби не успела среагировать, и её тело с глухим стуком коснулось асфальта. Страх и шок прокатились по её венам, но ярость вскоре всё затмило. Она вскочила, быстро оглядываясь, пытаясь понять, где она и что вообще происходит. — Что ты творишь, сумасшедшая?! — закричала Фиби, почти теряя сознание от боли в спине и бедре. Её взгляд был полон ярости. Она быстро опустила взгляд на землю и увидела рядом крупную ветку, валявшуюся под деревом. Пальцы почти невидимо скользнули по земле, и ветка начала подниматься в воздух, словно по воле заклинания. С усилием она бросила её в Ребекку, и ветка, как послушное оружие, вонзилась прямо в живот блондиночки. Ребекка испуганно вскрикнула, но даже не отшатнулась от боли. Она мгновенно вытащила ветку, а затем, с яростью, которую можно было бы почувствовать даже в воздухе, спрыгнула с фургона и приблизилась к Фиби. — Ах, ты стерва! — Ребекка не могла сдержать свою злобу. Её глаза сузились, лицо перекосилось от ярости, и она шагнула в сторону Фиби с намерением нанести удар. В этот момент раздался мощный, наполненный властью и яростью, голос Клауса. — Замолчите оба! — Его голос был громким и властным, его присутствие ощущалось на каждом шагу. Фиби попыталась отступить, но ноги её не слушались. Она почувствовала, как земля под ней мягкая, как будто всасывала её в себя. Она не могла уйти, и её попытки убежать — Фиби, ведьмочка ты наша, — произнёс Клаус с ухмылкой, явно наслаждаясь ситуацией. — Прости, но твоя магия нам будет очень мешать. Он подошёл к ней быстро и без колебаний. Фиби почувствовала, как её тело становится словно парализованным. Она попыталась использовать свои силы, но они были заблокированы. Пальцы её почти бессильно скользили по воздуху, пытаясь провести хоть какое-то заклинание. И вот, как раз в тот момент, она почувствовала холодное прикосновение к своему запястью. Он сжал его так сильно, что она не могла пошевелиться. И, с хрустом, он надел браслет, который моментально сковал её магию. Магия исчезла. Ощущение беспомощности накрыло её, и сердце сжалось. — Нет, — прошептала Фиби, пытаясь найти хоть какую-то силу, чтобы сражаться. Но браслет был непостижимо мощным. Она оглянулась и увидела Стефана, сидящего на одном из древних гробов Майклсонов, как будто его ничего не беспокоило. Его глаза были пустыми, а выражение лица — ничего не говорящим, как у мраморной статуи. — Стефан, помоги! — крикнула Фиби, её слова сорвались с губ, полные отчаяния. Но он не отреагировал. Он сидел, наблюдая за происходящим, и в его взгляде не было ни единого намёка на эмоции. Клаус подошёл к ней, не торопясь, как хищник, который точно знает, что его жертва не сможет уйти. — Он тебе не может помочь, — произнёс Клаус с мягкой насмешкой, его глаза сверкали, и в голосе чувствовалась злорадная уверенность. — Так случилось, что ему пришлось... отключить человечность. Он больше не тот Стефан, которого ты знала. — А ты пойдёшь с нами, — продолжил Клаус, уже не скрывая своей уверенности. — Ты найдёшь мне Елену Гилберт. И если не сделаешь этого, я буду вынужден воспользоваться другими методами. Фиби почувствовала, как её кровь вскипает от ярости. Она чувствовала, что её жизнь теперь полностью зависит от этих чудовищ. Как будто она стала пешкой в чужой игре, лишённой контроля и воли. — Я похожа на марионетку в твоих руках? — вопрос был полон боли и омерзения. Клаус, как всегда, только усмехнулся. Его взгляд был полон презрения и высокомерия. — Ты не знаешь, где находится Кэтрин, и какая ей угрожает опасность. Так что тебе придётся выполнять всё, что я скажу, милочка, — сказал Клаус, и его тон был таким, как будто она была частью его собственности. Фиби сжала зубы, но её сопротивление было бесполезным. — Иди к чёрту! — выкрикнула она, но её слова не достигли цели. Он не обиделся, только рассмеялся. — Пойдём, я сказал, — Клаус не был настроен на долгие объяснения. — Или с тобой будет говорить моя сестра. Он указал на Ребекку, которая стояла рядом, улыбаясь, будто она только что выиграла свою личную победу. — Они сейчас в школе. Там что-то вроде праздника, когда они забрасывают школу и украшают её. — Отлично, — кивнул Клаус, его голос был полон решимости. — Мы отправляемся именно туда. Фиби, как послушная марионетка, шагала за ними, будто сама не осознавая, что происходит. Её движения были механическими, и она не могла поверить в то, что оказалась в такой ситуации. Никогда в жизни она не думала, что кто-то сможет так ей управлять. Она была сильной, свободной и независимой, но теперь её свобода была отнята, и её магия заблокирована. Она ненавидела их всех — их высокомерие, их власть и их уверенность в том, что они могут делать с людьми всё, что захотят. Но в глубине души Фиби знала одно: она обязательно найдет способ отомстить. Она должна была. Эти существа не могли оставить её в покое. Они заплатят за всё, что причинили ей, за каждую каплю страха и унижения, которые они ей принесли. Вскоре они вошли в здание. Клаус первым ворвался в школьный коридор, его шаги звучали уверенно и властно. За ним шла Ребекка, а Фиби с трудом следовала за ними, словно прикованная к ним невидимой силой. Она оглядывалась, её глаза метались по сторонам, но ничего, кроме пустых коридоров и школьной мебели, она не видела. — Где здесь можно найти этого Локвуда? — Ребекка вдруг прервала молчание, её голос был задумчивым, но в нём всё равно ощущалась некая высокомерная самоуверенность. Она остановилась, будто ожидая ответа, её взгляд был направлен на Фиби, но она не собиралась отвечать. — Это был вопрос, — злобно проговорила блондинка. — Ты мне не хозяйка! — ответила Фиби с яростью, хотя и знала, что её слова не имеют значения. Она чувствовала, как её собственная гордость тает, как дым, а её голос становится всё слабее. — Дорогуша, не зли меня, — с насмешкой ответила Ребекка. Но вот она услышала характерные шумы из соседнего кабинета — двери приоткрылись, и в кабинете было так много звуков, которые явно не относились к школьному празднику. Фиби почувствовала, как её напряжение возрастает, и, Ребекка подойдя ближе, заглянула внутрь. На учительском столе сидела блондинка, а рядом с ней — парень с мускулами. — Фу, — пробормотала Ребекка, собираясь закрыть дверь и уйти, но тут вдруг услышала. — Тайлер, какого черта?! — раздался крик Кэролайн, и она, натягивая кофту, стояла в шоке, будто только что поняла, что происходит. — Тайлер Локвуд? — Ребекка снова ворвалась в кабинет, не обращая внимания на её возмущение. — Ну да, — ответил Тайлер, его тон был холодным, но не бесстрастным. Ребекка не стала терять времени. Её глаза сузились, она не собиралась медлить. В её выражении лица было всё: опасность, уверенность, жажда победы. Она оголила свои клыки, и её инстинкты мгновенно взяли верх. Она бросилась на Кэролайн, не давая ей времени даже на защиту. — Чёрт, — Фиби застыла в дверном проёме, глядя на Ребекку, которая приближалась к Кэролайн с яростью в глазах. Фиби почувствовала, как её сердце бешено колотится, когда она осознала, что ей не остаётся выбора. Она оттолкнула Тайлера Локвуда от двери, не давая ему сбежать, и шагнула в кабинет. — Фиби?! — крикнула Кэролайн, но её голос быстро затих, когда она потеряла сознание. Она была слишком ослаблена, чтобы сопротивляться. — Прости, Кэролайн, — прошептала Фиби, когда её глаза встретились с пустыми глазами девушки, которая лежала на полу, не в силах восстать. — И ты прости, Тайлер. Но ты нужен Клаусу, а значит, нужен и нам. Не прошло и десяти минут, как Ребекка, не без удовольствия, схватила телефон Кэролайн, который лежал на столе, и начала листать фотографии. Её лицо на мгновение изменилось, когда она остановила взгляд на одной из них. Это была фотография Елены и Стефана — момент, когда они казались такими счастливыми. — Вот стерва, — Ребекка тихо прокомментировала, сжимая телефон в руке. Она с интересом изучала снимок, пока её взгляд не задержался на кулоне, который был на шее Елены. — У неё мой кулон. Её голос наполнился злобой. Она почувствовала, как в её груди вскипает гнев. Она так и не смогла бы сдержать этот поток ярости, если бы не вошёл Клаус. Ребекка убрала взгляд от экрана, но её гнев всё равно горел. Клаус вошёл в кабинет с решимостью, которая не оставляла ни малейшего сомнения. В его руке была Елена, и он тащил её, словно куклу, за волосы. Её глаза были полны замешательства и страха. Она ничего не понимала, но её кровь уже капала с раны, прорезавшей её руку. Клаус, не обращая внимания на её мучения, подошёл к Ребекке и протянула емуфлакончик. — Наконец-то, — сказал он, его голос был хриплым от силы контроля. Он капнул несколько капель крови Елены в колбочку, а затем резко оттолкнул её, так что она с глухим стуком ударилась об шкаф. Елена упавшая, казавшаяся совершенно обессиленной и растерянной. Клаус с самодовольной усмешкой посмотрел на неё. — Стефан позже с тобой разберется, а теперь ты, мой миленький Локвуд, — произнёс Клаус, его глаза полыхали от злости и желания доминировать. Фиби не могла больше это выносить. Она почувствовала, как её душу сжигала ярость, и, не думая, она подошла к Клаусу, схватила флакончик и разбила его о землю, разбив на мелкие осколки. — Не смей! — закричала она, и её голос, несмотря на явную слабость. Клаус посмотрел на неё с удивлением, а затем его лицо перекосило от злости. Он подошёл к ней быстрым шагом и схватил её за шею. Его рука сжала её горло, и воздух исчез. — Страх потеряла? — его слова были полны насмешки, но за ними скрывалась невообразимая ярость. Он был готов убить её в любой момент. Фиби начала задыхаться, чувствуя, как его рука сдавливает её шею. В её глазах вспыхнуло что-то отчаянное, что заставило её произнести слова, не думая о последствиях. — Кэтрин бы не хотела, чтобы я служила тебе! — крикнула она, на грани потерять сознание. — Она тебя ненавидела, и если она умрёт, то умрёт любимой, а ты монстр! Как тебя ужасно воспитал твой отец! Её слова пронзили его сердце, как остриё ножа. Она увидела, как его глаза расширились от удивления и ярости. Это было попадание прямо в точку. Ребекка рядом тоже была поражена, её лицо выражало шок, как будто она впервые увидела, что Клаус может быть ранен словами. И, несмотря на всё это, она чувствовала, как отчаяние поглощает её, когда Клаус, не выдержав, с силой повернул её шею. Видимо, ей нужно было привыкать к этому.