Тень предков

Фиби ворвалась в номер, с гневом хлопнув дверью. Тело дрожало от ярости, но внутри её всё равно не отпускала обидная, почти горькая жалость к себе. Как могла она быть такой наивной? Этот парень, с его добродушной улыбкой и учтивыми манерами, казался настоящим джентльменом... а в итоге оказался типичным придурком. Она села на кровать, всё ещё не в силах избавиться от ощущения обмана, когда Кэтрин, как обычно, спокойно вышла из своей комнаты. Но в этот раз на её белоснежной кофточке красовалось яркое пятно. От увиденного Фиби вдруг стало смешно. Это было настолько типично, что довольно смешно. — Кэт, ты хоть можешь есть аккуратнее? — с усмешкой произнесла Фиби, указывая на пятно, которое, казалось, гордо красовалось на кофте её подруги. Кэтрин, явно не слишком взволнованная, лишь пожала плечами и с улыбкой посмотрела на Фиби. — Это я из-за своего хлопка выронила чашку, — пояснила она, с выражением абсолютной беззаботности на лице. — А вот тебе интересно, что могло произойти со мной за эти... — она посмотрела на часы, — полтора часа? Фиби снова почувствовала, как злость внутри неё вспыхивает. — Встретила одного из Майклсонов, — злобно проговорила девушка, чувствуя, как внутри неё снова начинает бурлить недовольство. — Майклсоны? Элайджа, Финн, Клаус? — начала перечитывать все варианты Кэтрин, на мгновение задумавшись. Фиби вздохнула и с раздражением ответила: — Кол... — Она вздрогнула от воспоминаний, когда столкнулась с ним случайно. — Он привёл меня в бар и познакомил со своей чокнутой сестрёнкой. — Ребекка? О, да... Взрывная она, конечно, девочка, — усмехнулась Кэтрин. Фиби бросила на подругу мрачный взгляд, её глаза сверкнули злобой. — Кэтрин, почему я всегда попадаю в такие приключения? Почему это всегда я? Кэтрин усмехнулась и наклонилась, положив руку на плечо Фиби. — Ты дружишь со мной, а значит твоя жизнь всегда будет полна сюрпризов, — с весёлым, но в то же время и лёгким сожалением произнесла Кэтрин. Фиби тяжело вздохнула, всё ещё находясь в состоянии какого-то внутреннего возмущения. — Я с этим смирилась ещё с первого дня нашего знакомства, — сказала она, улыбаясь едва заметно. Кэтрин рассмеялась, а затем обе подруги направились на кухню, где Кэтрин, не теряя времени, налила Фиби бокал красного полусладкого вина. Его насыщенный цвет и аромат наполнили воздух, как бы обещая облегчение. — Нам нужно выпить, чтобы Майклсоны больше не тревожили нашу с тобой жизнь, — произнесла Кэтрин, поднимая бокал. — Хотя бы на этот вечер. Фиби медленно потянулась к бокалу, но не могла не поддразнить подругу: — А как же твой любимый Элайджа? — с усмешкой спросила она, отпивая небольшую глотку. — Или он тебе теперь не так интересен? Кэтрин снова невозмутимо подняла брови и с тихим смехом ответила: — Во-первых, он не мой, а во-вторых, он мне не нравится. Я предпочитаю одиночество. Фиби закашляла. — Вместе с тобой, конечно... но если серьёзно, наши с ним планы несовместимы. Я — прекрасная, умная, добрая... — она вдруг замолчала, чуть замешкавшись, прежде чем с усмешкой добавила: — Хотя, ладно, я — стерва. Кэтрин покачала головой, но её глаза сверкали весело. — А он... — Кэтрин задумалась на секунду, а затем продолжила с лёгкой улыбкой, — интеллигентный мужчина с шикарными кубиками и отличными манерами. Фиби усмехнулась. — И он ещё сексуальный, — проговорила Фиби с лёгким взглядом. — Да, ты права, он сексуальный, — Кэтрин прищурилась. — Но и я тоже ничего себе.

***

Стефан сидел в темном, сыром подвале, его тело было усталым. В голове царил хаос: его мысли постоянно возвращались к Клаусу, который решил найти его дочь. Он пытался возразить, протестовать, но каждое его слово встречало немыслимое сопротивление. Но, несмотря на все это, одна мысль не покидала его: Клаус найдет Фиби и узнает правду. Правда о том, что Елена всё ещё жива. Подвал вдруг наполнился звуками шагов. Дверь с лёгким скрипом распахнулась, и в темноту вошла Ребекка. Её фигура, словно светлый вихрь, контрастировала с мраком комнаты. На её лице играла улыбка, которая могла бы быть милой, если бы не скрывала в себе легкую насмешку. Она подошла к Стефану, её шаги были уверенными, и каждое движение словно говорило о том, что она ожидала его реакции. — Расскажешь о своей дочери? — её голос был лёгким, но с оттенком любопытства. В её глазах сверкала игривость, почти вызов. — Впервые слышу о том, чтобы вампиры могли плодиться. Стефан, не отрывая взгляда от неё, лишь коротко ответил. — До вампиризма, — сказал он, словно эта фраза была единственным способом не углубляться в болезненные воспоминания. Он заметил, как её губы чуть подрагивают от интереса, но не поддался на провокацию. Ребекка, казалось, не собиралась отступать. Она села рядом с ним, её дыхание было слышно в этой тишине. Она коснулась его руки, её пальцы почти невесомо скользнули по его коже. Это было настолько неожиданно, что Стефан не смог сразу отреагировать. Ребекка слегка улыбнулась, её глаза искрились от того, что она думала: он уже близок к уступке. Она была почти уверена, что его игнорирование — это только маска, за которой скрывается желание. — Надеюсь, ты не очень злишься на меня, — сказала она мягким тоном, ещё больше приближаясь к нему. Её глаза обжигали, а губы искали его. Но Стефан, не чувствуя ничего, кроме усталости и равнодушия, не потерял самообладания. Он отпихнулся от неё, его голос был твёрд, а взгляд холодным, как лед. — Ребекка, твои попытки абсолютно бесполезны, — сказал он, отстраняясь ещё дальше. — Ты мне не интересна. В его словах не было ни злости, ни презрения. Просто абсолютное спокойствие, как у человека, который научился быть равнодушным. Ребекка почувствовала, как её сердце на мгновение сжалось, а взгляд, что раньше был полон уверенности, теперь стал немного более напряжённым. Она не привыкла к таким отказам. Женская гордость не позволяла ей смириться с его равнодушием. Её лицо покраснело от злости, и, не подумав о последствиях, она вскочила, яростно толкнув гроб, на котором сидел Стефан. Гроб с глухим стуком перевернулся, и его крышка с грохотом упала на каменный пол. Ребекка, не обратив внимания на звук, выбежала из подвала, её шаги были быстрыми, словно она пыталась сбежать от своей собственной злости. — Как он смеет так со мной обращаться?! — выкрикнула она, и её голос эхом отдался в пустых коридорах. Она выбежала на улицу, её сердце всё ещё колотилось от негодования. Нужно было найти Фиби. Нужно было как-то вернуть себе контроль над ситуацией.

***

Уже на следующий день, едва Фиби проснулась, она вышла из отеля и огляделась вокруг. Улицы были странно пустыми. Это казалось невероятным, потому что в это время дня в Чикаго всегда было многолюдно. Но теперь, как будто кто-то дал команду всем исчезнуть, воздух был необычайно тихим, а здания, освещенные тусклым светом раннего утра, казались мертвыми. Она чувствовала, что что-то не так, и быстро огляделась по сторонам. Кэтрин не было в номере, когда Фиби проснулась, и это только усугубляло её тревогу. Она шла по улицам, чувствуя, как каждый шаг отдается в голове звоном, как будто весь мир замер. Город словно был опустошен за одну ночь. Волнение нарастало, а внутри неё зреет тревога. Где все? Куда исчезли люди? На улице не было ни единой души, ни звука. Это было нечто большее, чем просто тишина — это был какой-то гипнотический пустой город, лишённый жизни. — Черт, — вырвалось у неё, когда она свернула за угол и заметила странную картину: люди лежат на тротуаре, спящие, как будто всё население города погрузилось в глубокий сон одновременно. В её груди замерло сердце. Весь Чикаго... все погрузились в этот сон, будто под действием неведомого заклинания. Фиби потрясенно отошла от них и начала прокручивать в голове всё, что могла вспомнить о магии и заклинаниях, которые могли бы это вызвать. У неё было множество вариантов, но её мысли сразу же вернулись к первородным вампирам. Как бы она этого не избегала, всё указывало на них. Черт побери, что им от неё нужно? Это было проклятие, наложенное могущественной ведьмой. И Фиби знала, что заклинание такого рода — это не шутки. Она помнила, что однажды сталкивалась с такими чарами, когда была в миленькой деревне несколько лет назад. Ведьма, которая смогла бы наслать подобное, была действительно сильной. Неопытность могла бы привести к разрушительным последствиям. Она вспомнила одну ведьму, жившую в южном районе города. Было бы логично, если бы она могла сделать это, но если эта ведьма служит Клаусу, всё становится гораздо сложнее. Вдруг её внимание привлек звук шагов. Осторожно обернувшись, Фиби увидела лишь пустые улицы, но в воздухе висела напряжённая тишина, которую портили еле различимые слова. Они доносились издалека, но были отчётливо слышны. — Она единственная в этом городе не спит. Заклинание будет действовать ещё два часа. Начинаем поиски, — произнес женский голос. Ребекка. В голове Фиби пронеслась мысль, что эта проклятая вампирша когда-нибудь доведет её до безумия. Все мысли собраны в одну цель: найти Кэтрин и уехать как можно быстрее. Где бы Кэтрин ни была, Фиби не могла оставить её в такой опасной ситуации. Она знала, что Пирс часто приносил донорскую кровь из ближайшей больницы, и это стало её единственным вариантом. Оставалось только надеяться, что это не было частью какого-то другого, более хитроумного плана Клауса. Фиби продолжала двигаться по улицам, но вдруг почувствовала, как чьи-то руки схватили её за плечи. В ту же секунду её откинули в другую часть улицы. Сердце прыгнуло в горло. — Какого черта? — воскликнула она, отчаянно пытаясь вырваться. — Ангелочек, помолчи, — проговорил спокойный, но сдержанный голос. Фиби узнала его. Это был Кол. Он жестом показал ей, чтобы она замолчала, и она поняла, что он настроен серьёзно. Через несколько минут он снова заговорил. — Мои брат и сестра ищут тебя, чтобы понять, почему не получаются гибриды Клауса, а также хотят использовать тебя как рычаг давления на Стефана. — Его слова прозвучали как приговор. — Я действительно не знал ничего о тебе. Я не хотел ввести тебя в ловушку. Ты мне действительно очень понравилась. Фиби замолчала, не зная, что сказать. Как можно было отреагировать на такие слова? Кол был абсолютно чуждым ей, но в то же время его признание как-то согрело её сердце. Однако на этом не было времени размышлять. — Ничего не отвечай. Сейчас не то время, — сказал он, оглядываясь по сторонам. — Тебе нужно срочно покинуть город, пока моя семья не узнала о тебе. Город скоро проснется, и тогда ты сможешь уехать, но тебе нужно поспешить. — Я не могу уехать без Кэтрин, — твёрдо произнесла Фиби, и в её глазах отражалась решимость. Она не могла оставить свою подругу, свою лучшую подругу, в этом кошмаре. Кол вздохнул и резко ответил: — Клаус поймал её ещё в начале. Она только вышла из больницы, и он сломал ей шею, унес её, и теперь даже я не знаю, где она. Ты должна понимать, что её жизнь под угрозой. Фиби почувствовала, как её сердце сжалось. Она не могла уйти. — Я не брошу её. Никогда, — с жаром произнесла она, отталкивая его. — Если нужно, я расскажу, почему не получаются гибриды, только чтобы она осталась жива. Фиби чувствовала, что в этот момент она готова поступить так, как никогда бы не сделала раньше. Её принципы были уже не важны. Она бы предпочла стать злодеем для всех, лишь бы быть с тем человеком, кто был ей важнее всего. С Кэтрин. Кол задумался и тяжело вздохнул: — Ты понимаешь, что Клаус мог её убить? Он охотился за ней больше 500 лет. Ты действительно веришь, что она сможет выжить? Фиби встретила его взгляд с полным решимости выражением на лице. — Нет, он бы не убил её. Клаус знает, что она — моё слабое место. Он понимает, что если они не смогут найти меня, то я сама найду их благодаря Кэтрин. Он не настолько безумный, чтобы поставить всё на одну карту. Кол удивленно взглянул на неё. — Ты удивительная, Ангелочек. Фиби не ответила, просто улыбнулась. Она смотрела на него с искренней благодарностью, а затем сказала: — Прости меня. Кол был так ошарашен её словами, что не успел ничего сказать. Фиби щёлкнула пальцами, и в тот же момент Кол рухнул на землю, потеряв сознание. Девушка не стала медлить. Её решение было твёрдым — найти их, пока не стало слишком поздно. Она шла быстрым шагом, но едва прошла половину пути, как почувствовала, как город начинает пробуждаться. Люди возвращались в сознание, улицы наполнялись привычным шумом и движением. Это было знаком. заклинание ослабло, и, видимо, его наложила не слишком опытная ведьма, чья магия не смогла удержать город в магическом сне надолго. Фиби ускорила шаги, пытаясь догнать ускользающее время. Когда она вернулась в бар, она обнаружила, что в этот раз тут была не только Ребекка. Среди них был Клаус, чье присутствие сразу вызвало у Фиби напряжение. Рядом с ним сидела Ребекка, её взгляд настороженно скользил по Фиби. А в самом центре бара, привязанная и молча стоящая, находилась Кэтрин. На её лице был кляп, а глаза, полные злости, смотрели на Фиби, словно пытаясь передать, что ей нужно уходить. Фиби замерла на секунду, пытаясь собраться с мыслями. Она чувствовала, как кровь закипает в её венах. Её голос прозвучал твёрдо и уверенно, несмотря на все чувства, что бурлили внутри. — Я расскажу всё, что знаю, — начала она, делая шаг вперёд. — Но вы освободите мою подругу.