В офисе матом можно только смотреть

      Пилигрим готов был рвать волосы на себе. Несколько дней работы перед важным собранием не только не окупились, но и оказались бесполезны. Маркетологи прислали бриф для юбилейного выпуска, и он вообще не совпал с тем, что они успели сделать из креативов.       Работа в офисе строилась следующим образом: совет директоров оглашал «необходимость» в новом выпуске, аналитики собирали всевозможную статистику и графики, вся эта информация отправлялась маркетологам — те на основе анализа и информации по современным трендам составляли техническое задание, которое как раз отправляли креативщикам. Обычно креативный отдел накидывал идеи, согласовывал, делал тз и отправлял дизайнерам, параллельно ещё работали рекламщики — но это всё «обычно», то есть не как сейчас.       Джаст заметно нервничал, сидя в напряжение, пока Секби мерил шагами кабинет, тихо матерясь. До совещания оставалось каких-то несколько часов, подготовить новые креативы они бы точно не успели.       — Хуй с ними. Будем импровизировать — сказал внезапно Секби, махнув рукой.       — Ага, а потом будет хуй с нами, вернее в нас — фыркнул сидящий за столом Пилигрим.       — Не будет — останавливается посреди кабинета ящер, — возьмешь мой рабочий ноутбук, а Гельмо пусть свой планшет возьмет. Работать будете прям там в процессе, а я с Джастом если что будем давать вам время.       — Если начнут прикапываться, скажем, что делаем это чтобы сразу всё согласовать на месте — кивает согласно Джаст, — не наши проблемы, что бриф прислали так поздно.       — Понял, принял — вздыхает устало Пиля, — это будет месиво…       Зал для совещаний не отличался чем-то интересным — всё тот же стол буквой «П», интерактивная доска, кафедра и проектор. Пугод уже стоит во главе стола, пока два отдела сверлят друг друга взглядами.       — Я неимоверно рад, что вы согласились провести это совещание — чрезмерно радостно произнёс директор.       — Мы тоже… — тихо прошипели Джаст и Секби, поглядывая на рекламщиков.       Контактировать с ними напрямую в рабочей сфере не хотелось в первую очередь из-за разности взглядов. Креативный отдел всегда пытался поднять планку и прыгнуть выше головы, чтобы удивить и заинтересовать покупателей. Рекламщики наоборот — у них были отработанные схемы и делали они что-то новое с ужасным скрипом, считая, что всё придумано до них.       Не меньше портили взаимоотношения этих двух отделов давняя, уже давно загноившаяся рана в виде развода Джаста и Алфедова. Разбежались они еще пару лет назад на очень негативной ноте, от чего вообще теперь не общались. Если нужно было что-то обсудить, писал или шёл разбираться обычно Секби.       Ящер же относился к этому всему, и к рекламщикам в целом, нейтрально, хотя скорее пытался. Эти люди в своих мыслях были упертые как бараны, что ну очень бесило. Пилигрим таил на эту компашку личную обиду, когда его проекту давали от ворот поворот раз десять просто по причине «не нравится».       Креативщиков же считали слишком «взбалмошными и шебутными» — как мягко выражался Кеп. Это было и хорошо, подстать профессии, но вот Дэб искренне не понимал, зачем их держат здесь: «Их работу можно и дизайнерам поручить, и компания ничего не потеряет». Ксеноморф наоборот пытался идти на контакт с коллегами из другого отдела. Джей вообще был не в курсе этих взаимодействий — сидел на удаление из-за разъездов. Алфедов же, помимо вполне ясной неприязни к Джасту, относился к Секби с некоторой опаской. Прямолинейность ящера порой пугала снеговика, а про требовательность можно и промолчать. Варан имел привычку стоять на своём до конца и не покидать кабинет директора рекламного отдела пока ему не выдадут то, что нужно.       — Что ж, я думаю, мы можем начинать — резко хлопнул в ладони Пугод, привлекая внимание, — на повестке дня юбилейный выпуск…

———

      — У меня имя «терпение», а фамилия «малое», но я всё равно тебе сука повторю — чуть ли не вскакивает ящер, — мы не можем сократить расходы на этот выпуск и сделать больший тираж. Качество упадет! Наши книги чуть ли не коллекционируют, и мы не можем позволить себе сделать дешманские журналы.       — Да ты задолбал! — чуть ли не кричит Алфедов, — качество не упадет, мы просто уменьшим сам размер книги.       — Нельзя уменьшать размер или ты хочешь идти опять в типографию воевать? — встревает Джаст, — тираж и верстка остаются неизменными, мы меняем только наполнение и внешней вид.       — А что если все-таки изменить тираж — подает голос Кеп, — Секби упомянул, что наши книги коллекционируют и это действительно так, а что если сократить тираж процентов на десять и потратиться на материалы и качество, чтобы выпуск стал ещё более редким. Люди будут целенаправленно искать и покупать книги.       — Вот превосходно! — восклицает Пугод, который уже второй час слушал препирательства, — на этом, думаю, можно закончить. Вы запускаете первую рекламу, чтобы прогреть аудиторию, а от вас я жду креативы.       Обе стороны неохотно кивнули — идти против начальства сейчас вообще не хотелось.       — Тогда всем спасибо — улыбается немного устало директор, — всё, все в расход!

***

      Хайди был чрезмерно настырный и Джаста это ну очень бесило. Амфибия зашёл к нему в кабинет вместе с Санчезом по «рабочим моментам».       Санчез, в принципе, действительно пришёл по работе. Секретарь рекламного отдела принёс некоторые документы на соответствие, ведь Джаст: «ах да. Я же заблокировал твоего начальника везде, где можно, а почту кинул в спам». Молодой человек, как и полагается, стоял перед столом, ожидая своей очереди и перелистывая бумаги. Хайди же под предлогом «надо уточнить очень важные моменты в брифе» стоял за столом ровно между Секби и Джастом.       Ящеру на эти манёвры в целом было все равно. Он сидел, согнувшись перед экраном монитора, просматривая мудборды, что ему прислал Гельмо.       — А вот здесь очень важно, чтобы цвета компании… — говорит амфибия, вовсю смотря на зама.       Черта это в моменте начинает забавлять, так что тот облокачивается головой на руку, смотря на бриф, который он знал уже вдоль и поперек.       — Хайди, текст открыт здесь — с едва заметной усмешкой произносит Джаст.       — Что? — приходит в себя амфибия, поворачивается с экрану директора и рукой натыкается на тёмные рога с тихим «ай».       — Упс, простите. Надеюсь я вас не ранил? — саркастично произносит черт, — просто обычно люди стоят перед столом, а не возле меня и Секби.       — Ничего, всё нормально — отмахивается Хайди.       — Кстати, Арам-зам-зам — обращается к Секби Джаст, — прими ты у Санчеза документы, а то бедный мальчик ещё долго будет стоять, если учитывать настырность и дотошность акулы.       — А? Да мог бы оставить просто здесь на столе и идти спокойно — поднимает взгляд на черта Секби, обращаясь не то к Санчезу, не то к Хайди.       Джаст старается не улыбаться слишком довольно.       — Ну я пожалуй пойду — неловко кашляет амфибия.       — Да, конечно — кивает черт, — передай Диамкею, что я на обеде к нему зайду.       — Обязательно — произносит Хайди и уходит, а за ним и Санчез.

———

      — Не представляешь, как я рад тебя видеть — улыбается приветливо черт, заходя в кабинет директора отдела маркетологов.       — Да? Неужели сегодня кто-то умрёт? — ерничает вампир, — ты без повода таким радостным не бываешь.       — Ну я вообще по делу — отмахивается Джаст, подходя к столу и опираясь на него рукой, — твой зам подкатывает к моему арам-зам-заму, и мне это не то чтобы нравится.       — А давно ли Секби твой арам-зам-зам? — ухмыляется Диамкей.       — С момента моего вступления на должность — игнорирует подтекст черт, — и я не то чтобы хорошо отношусь к рабочим романам.       — А у вас с Секби… — начинает было ехидничать вампир, как его перебивают.       — Диамкей, я по твоему персонаж второсортного любовного бульварного романа для женщин за тридцать? В компании есть отдельный приказ о запрете каких-либо отношений между коллегами кроме рабочих, если они мешают или замедляют рабочий процесс. Да, приказ рекомендательного характера, но я очень сомневаюсь, что из-за беготни к ящерке твой зам успевает хоть что-то сделать.       — Да ладно-ладно, не шуми. Поговорю я с ним — сдается вампир, — что ты нервный такой? Не дают?       — Жить мне спокойно не дают! — рыкает Джаст и вздыхает, — Рекламщики эти… Почти четыре часа общего собрания и считай ни к чему не привели. Вчера вообще думал умру, сегодня полегче.       — Где наша не пропадала — также вздыхает вампир, — зато какой корпоратив будет, м-м…       — Или мои похороны — саркастично замечает Джаст, — иногда не понимаю, почему я всё ещё здесь работаю.       — Мазохист? — пожимает плечами и улыбается Диамкей, — Да ладно тебе. Пошли на обед, то не ровен час и тебя съем.

***

      На улице неприятно моросил дождь, когда Нео вышел из здания, остановившись под крышей и ступеньками. Настроение было не то что плохое, скорее уставшее, а погода как будто вторила его состоянию. Ангел вздохнул, прикрыв глаза, и рукой пытаясь нащупать в кармане пачку сигарет — кое-кому свыше это явно бы не понравилось. Открыв глаза и найдя наконец искомое, Нео заметил на периферии тёмный силуэт — Кэтрин.       Девушка стояла, смотрясь в карманное зеркальце и боязливо касаясь аккуратным острым ноготком чуть припухшей верхней губы. Нео иногда думал над тем, чтобы перестать вести себя как идиот и признать, что хочет эти прелестные пальчики расцеловать, обнять эту черноволосую бестию и покрыть всё лицо поцелуями. С какой бы он радостью слушал её жалобы, что так смажется макияж, слушал бы истории и сплетни, что она услышала от маникюрщицы и в принципе просто слушал. Она вечно была в напряжении или с головой в работе, а ангелу очень хотелось бы еще увидеть обычной девушкой и спрятать от проблем под пологом белоснежных крыльев.       — О, Нео. Не заметила, как ты вышел — подаёт голос Кэтрин, вырывая мужчину из раздумий.       — Да вот решил задержаться покурить — пожимает плечами ангел, подходя и становясь рядом.       Взгляд падает на пачку сигарет в руке. Внутри ровно две никотиновые палочки и синяя зажигалка, но девушке об этом знать не обязательно. Он ловко подхватывает пальцами сигарету и, зажав губами, закуривает.       — Выглядит сюрреалистично — хмыкает Кэтрин, убирая в сумку складное зеркальце, — курящий ангел.       — От ангела во мне одно название — спокойно отвечает Нео, выпуская дым из рта в сторону.       — Оно и видно. Остались еще сигареты? — спрашивает Кэтрин.       — Нет, к сожалению — ангел показательно сжимает коробочку, молясь, чтобы не было слышно хруст фильтра, — тем более тебе нельзя.       — Это почему же? — хмурится девушка.       — У тебя прокол свежий и курение будет опасно для крови — поясняет Нео, снова затягиваясь, прокатывая дым по горлу и легким. Кэтрин же выглядит ошарашено. — Что? История поиска на рабочих компьютерах отслеживается, и я прекрасно видел твои поиски мастера пирсинга. Плюс у тебя губа припухла верхняя, если не знать не заметно…       — Всё-то ты знаешь — фыркает девушка, вскидывая голову, так что в воздух подлетают несколько чёрных прядей этой гарпии.       А Нео действительно знает. Знает, что она гарпия по рождению, что очень долго это скрывала и скрывает до сих пор. Знает, что она это воплощение бури и шквального ветра. Знает, что она прячет свои перья и стыдиться своего вида. «Гарпии — это уродливые крылатые существа, сочетающие женский торс с телом птицы и отвратительным лицом» — так написано с большинстве статей интернета. Нео в это не верит.       — Я, честно, думала, ты опять будешь ругаться — тихо бормочет девушка.       — Мы не на работе, да и я устал это делать — также тихо отвечает ангел, — я сам, знаешь ли, не верх совершенства. Ограничивал себя, пытался стоить из себя серьезного и строить других, но не вышло.       — И что же такого случилось, что ты передумал? — с лёгкой усмешкой произносит Кэтрин.       — Новый выпуск — коротко отвечает Нео, а затем продолжает, — ты уже знаешь тему нового выпуска? «Мы обычные существа» или что-то подобное вроде. Говорил вчера на обеде с Джастом, и он рассказал. Этот книжный выпуск юбилейный и, чтобы сделать его особенным, было решено рассказать о нас, об офисе. Что тут работают обычные люди и нéлюди, что мы не какие-то гении миллиардеры, а такие же существа как и все. Это в теории должно немного сблизить нас с аудиторией, по крайней мере мне так объяснили… И последние два дня я об этом думал: «а надо ли мне строить из себя кого-то, раз это ни мне ни людям вокруг не нравится». Вот и не знаю…       — Иногда это просто защитная реакция — аккуратно говорит Кэтрин, — агрессия, раздражение, строгость…       — Наверное у меня так и есть — вздыхает Нео, выпуская кольца дыма, — в любом случае, прости что излишне придирался к тебе. Постараюсь это исправить.       — Оу, значит я могу теперь опаздывать на работу — хитро улыбается девушка.       — Не наглей — улыбается ангел, — опаздывать будешь только по моей прихоти.       Гарпия покрывается неловким румянцем, явно найдя в этих словах какой-то свой подтекст, а Нео даже не стыдно. Теперь не стыдно. Теперь не хочется рыкнуть, чтобы прекратить эти ребячества. Теперь он чувствует себя чуть более свободным.       — А еще у тебя пух лезет — произносит с улыбкой ангел, аккуратно касаясь чужой скулы, где виднеется кончики чёрных перьев, — на погоду что ли. Вечером гроза будет.       Кэтрин на замечание глаза широко раскрывает, суетливо ищет злосчастное зеркальце в сумке и, достав то, пытается волосами прикрыть перья.       — Успокойся — медленно произносит ангел, зачесывая волосы на тёмных висках и откидывая их назад, — не прячься. Здесь только я, да и тем более в офисе все свои.       — Это не красиво — бурчит девушка.       — Кто сказал? Интернет? — фыркает ангел, — тебе ли не плевать? Ты можешь прямым текстом послать своё начальство в пешее эротическое, а какой-то древний форум в сети нет?       Нео хмурится, тлеющую сигарету в зубах зажимает, а затем вовсе берёт и тушит о подошву обуви и откидывает в сторону переполненного мусорного бака.       — Я сейчас скажу вероятно очень смущающую для тебя вещь, но ты красивая. Очень красивая в моем понимании — признаётся ангел, — с перьями и без, с укладкой или с гнездом на голове, в брюках или в юбке, с макияжем или без. Ты кра-си-ва-я, и никто не имеет права утверждать обратное.       Кэтрин молчит, смотрит, поджимая припухшую губу, и, кажется, немного дрожит.       — Ну только не плачь, тучка — мягко улыбается ангел, разрешая себе понаглеть и коснуться губами чужого лба, — я вообще не планировал доводить тебя до слез.       Гарпия все также не отвечает, молча сокращает дистанцию и обнимает Нео. Тот замирает от неожиданности, но на объятия отвечает, медленно поглаживая чужую спину.