Mess is you

Когда еда в дорогу была собрана, а лошади полны сил, они собрались на улице и кратко обсудили свой поход. Клиган сказал несколько сухих, как дрова, слов об аккуратности, а толстыми пальцами указывал точки на карте, где они могут остановиться. К слову, остановок было крайне мало, а здоровье Тайвина продолжало двигаться к закату мужских сил: то от напряжения в спине стреляло, то мышцы на ногах сводило в болезненных судорогах. Конечно, он не позволял проявлять себе никакой слабости, тем более рассказывать об этом, но когда грудь защемило в шипах, хозяин таверны это заметил. Благодаря ему в походном кармане появился мешочек с травами и пузырёк с алой, густой кровью коня, которая должна укрепить его измученное сердце. Арья воспротивилась лишь одному факту, который грубо выложил перед ней Пёс: ехать она должна была с ним. Он привёл множество причин: широкая спина, кольчуга с толстыми кольцами и его военный опыт. Но ни один аргумент не мог превысить главного принципа, который она сохраняла – доверие. Клиган оставался в списке, но она пообещала себе подумать над этим. Тайвин немногословно отдалился от них, чтобы завершить одно дело в городе, но уверил, что быстро нагонит. Его целью была та самая палатка оруженосца, где Арья увидела кинжал. Твёрдый сплав на перемирие. Бровастый торговец содрал с него кошель монет, бубнив о том, что королевское золото в этих краях не ценится и он теряет смысл продажи. У него не нашлось ножен для подобного плана оружия, и Тайвин огорчённо скрылся, ощущая, что попался на местную уловку. Он благополучно застал их врасплох у главного выезда из города и тихонько пристроился позади, наблюдая перед собой спину Клигана младшего. Своим телом он прочно скрывал её присутствие, и Тайвин заметил, что так даже легче думается. Он не наблюдает её глубоких глаз и нет нужды интерпретировать движения тонких бровей. Думать он мог долго и очень кропотливо: о потере своей выносливости и закате жизни, о том, что его настоящее призвание – править. Вскоре, когда они переместились к той самой зелёной роще, которая переливалась плодами апельсинов, Арья ловко спрыгнула из лап Клигана и побежала срывать фрукты. От жадности она набила все карманы, которые теперь распухли и делали её вид забавнее прежнего. Пёс жёстко выругал её за такую выходку, но девчонка лишь показала язык и назвала его снобом, аргументируя, что здесь ещё безопасно. Тайвин по-доброму улыбался, наблюдая за её характерными действиями. Ему вспомнился закатный вечер, когда она плескалась по колено в солёной воде моря и дарила ему в ответ широкую улыбку. В этом пути они так и остались разделены широкой спиной Клигана. Тайвин заметил за собой, что соскучился по их бессмысленным разговорам, например: почему падают звёзды, как быстрее обнажить меч и как оставаться незаметным в толпе. Бесконечное число вопросов всё время бурно шумело в ушах, словно утренний прибой. На привалах поговорить также не удавалось, ведь они так уставали, что порой засыпали без ужина, а при хмуром изваянии в виде Пса совсем не хотелось беседовать. Тайвин погружался в пучину своих размышлений, засыпал с ними и просыпался, кажется только так он не сошёл с ума от бесконечного топота копыт.

***

Двигаясь по строгому графику Пса, они прибыли в земли замка через две недели. Путь оказался для них слишком изматывающим, даже Клиган несколько раз засыпал на ходу и становился более ворчливым. Но Арья старалась вернуть свою юношескую часть, которую перечеркнули обстоятельства. Словно она уже постарела. Иногда звучал её голосок, который рассказывал старые легенды из детских книг, в частности истории, которые ей запомнились из уст Тайвина. Он же впервые в жизни посетил Винтерфелл, который показался ему мрачным и слишком холодным местом. По сравнению с величественным Харенхоллом столица Севера казалась спичечным коробком, покрытым слоями льда и редкими искрами солнца. Въезжая во двор, Тайвин заметил, что никаких официальных почестей они не получат — каждый занимался своим делом, словно никто не знал о их приезде. «Так даже лучше», – подумал он, ёжась в седле от холодного ветра. Арья чувствовала строй мурашек на спине, а в голову стреляли воспоминания о детстве, которое тихонько осталось где-то позади. Каждый сук на перилах, камни, закрывающие двор прочным щитом, и запах сырости – всё это вспышками кружило сознание. Наверху, почти под крышей, стояла фигура сестры, выделявшая её огненно-рыжими волосами. Она выглядела гордой, статной девушкой и, видимо, не спешила теплиться от встречи. С высока её лицо выражало только одну эмоцию – безразличие. На секунду Арье вспомнилось, как она пульнула ей в лицо кашу за завтраком. Было весело. Глядя на её серьёзное лицо, которое к тому же покрылось чем-то вроде гордости и... статности, Арья решила не показывать всей радости от встречи, чтобы не выглядеть дурочкой. Она лишь поднялась по скрипучим ступеням и встала подле сестры, так же осматривая двор. Взгляд будто сам упал на Тайвина, и она наконец заметила, как он постарел: волосы седые, словно снег, лишь изредка показывался прежний цвет, и очень усталое лицо, которое тихонько покрывалось морщинами от течения жизни. – Арья? Все хорошо? – Наконец прозвучал голос Сансы. Он уже далеко не был похож на птичье пение, как любил выражаться Клиган. – Ты не рада мне? Санса натянула улыбку и притянула сестру к себе в объятья, которые казались не совсем родными. Никто из них не представлял себе, как реагировать и вести себя в эту встречу. – Рада, конечно. На меня сейчас многое свалилось, я — королева Севера... Как ты знаешь, наступила зима, а Болтоны растрясли замок и крошки хлеба не оставили. Никто не знает эту суровую зиму лучше нас. Арья выбралась из объятий, внимательно рассматривая лицо сестры, и совсем не могла узнать её. Взрослая, серьёзная женщина куда-то спрятала юную красавицу с мечтами о цветах и красивых мальчика. От этого на душе потяжелело. – Кто это с тобой? Я его знаю? – Санса взглядом указала на Ланнистера. За короткий миг сердце упало в пятки, а лёгкие отказывались дышать. Что будет, если она скажет правду? Санса его повесит? Она совсем не думала об этом и теперь проклинала себя за такую легкомысленность. Тайвин не смел сойти с лошади, он давно вертел в голове сотни вариантов, как могла свершиться эта встреча. По соображениям совести он решил, что это, пожалуй, заслужил. Наблюдая за эмоциями хозяйки дома, он чётко понимал, что может произойти в эту секунду. – Санса, мне нужно многое тебе рассказать. Это... Тайвин... Ланнистер. Старшая сестра в миг превратилась в мрачную грозовую тучу. Лицо стало ещё более серьёзным, а на лбу собрался строй хмурных морщин. – У тебя есть секунда, чтобы рассказать мне, пока его не отвели в темницу. – Не нужно в темницу, прошу! Он спас мне жизнь! Он спас тебе жизнь! – Арья замельтешила перед ней, чтобы отвлечь взгляд на себя, но всё тщетно. Санса буравила его безумными глазами, которые наливались кровью. Его кровью. – Спас мне? Кажется здесь был его брат. Он – Ланнистер, а они убили нашу семью. Не ожидала, что ты будешь их защищать. Стража! – Санса подняла руку в воздух и тонким пальцем указала на фигуру Тайвина. – Я защищаю только его, не всех Ланнистеров! Арья в отчаянии закричала, и её крик эхом разлетелся по двору. Она надеялась, что её услышат, но, к сожалению, её мольбы не были восприняты. – Лучше замолчи, или тебя отправлю вместе с ним. – Отправь! Я лучше буду рядом с ним, чем с тобой, самодовольная дура! Тайвин медленно сошёл с лошади, ослабил ножны на талии и сорвал с себя, укладывая меч на землю. Он предпочёл показать свои намерения о том, что не будет сопротивляться, но ему закрутили руки и несколько раз приложили тяжелый кулак к лицу. «Джоанна, береги её», – подумал он про себя, пока перед глазами мелькали солдаты. Позади уже стоял Клиган, который легко нанёс ошеломляющий удар металлической перчаткой. Арья кинулась вниз, скользя по ступеням, словно могла что-то сделать, но его тело уже уволокли. Остался лишь мрачный силуэт Клигана, который принял на себя весь гнев, который нервно копился на него. – Что ты делаешь!? Мы так не договаривались! – Она попыталась его толкнуть, но его туша даже не пошатнулась. – А я с тобой и не договаривался. Он ухмыльнулся, плюнув ей под ноги, и просто ушёл, наслаждаясь моментом, когда наконец избавился от лишнего шума в ушах. Арья быстро обернулась в поисках сестры, но наверху уже никого не было. В тысячный раз вспоминая его слова о холодном разуме и спокойствии, она решила отвлечься на его коня и освободить его от упряжек. По истечении, казалось, сотни лет ничего в этом ледяном дворе не менялось, поэтому до конюшни она дошла по памяти. Она принялась вычесывать пыль с лошади, попутно перебирая тонкие нити мыслей, как поступить дальше. Разбирая придорожную сумку, руки набрели на тот самый кинжал, который теперь тупой болью вызвал у неё ещё большее чувство вины. «Он всё-таки купил его, и, наверное, хотел сделать сюрприз...» Она спрятала его под рукав, чтобы незаметно протащить в замок, и побрела в свою старую комнату. В которой также ничего не изменилось и это покрыло душу ещё большим одеялом из скорби по своим ожиданиям. Заветный дом, за которым она так стремилась – лишь пустое изваяние без души.

***

В залах Винтерфелла было светло. Санса никогда не любила мрак и с радостью воспевала уют, от этого тёмные коридоры пробуждались к жизни. Сотни свечей пульсировали в танце, отбрасывая играючие тени. Любой Старк знал, что пространства этого замка — не просто грубый камень и дерево, а крупное напоминание о наследии, стойкости и непреклонной воле. В главном зале длинные массивные столы были накрыты множеством угощений и свежей выпечкой, а с балок торжественно свисали серые гербы. С них величественно наблюдали волки, словно следили за каждым шагом. Дом отчего-то перестал быть таким желанным. Арья нехотя спустилась к ужину, игнорируя платье, которое ей выдала сестра. Однако, не могла не отметить её изысканный вкус. Она хотела ловко слиться с тенями толпы, чтобы вскоре сбежать из этой духоты. Но главной причине торжества не позволят просто смыться. Волчица потуже затянула ножны, на поясе теперь красовались два меча. Меч Тайвина был намного длиннее и порой надоедливо задевал ногу, но она набралась терпения. Ведь никогда не позволит переплавить его или раздать одному из солдат, которые зевают от безделья. Она медленно прошла по залу, наблюдая за красивыми причёсками и бледными камзолами. От этого всего рябило в глазах и нарушало концентрацию мыслей. А думала она только о том, что скажет сестре наедине, чтобы скорее вызволить Тайвина из темницы. Уж она прекрасно помнила, каково это. Многие люди, особенно женщины, осматривали Арью с ярким осуждением, не пряча своих эмоций. Но она лишь смеялась над ними, ведь считала себя по-настоящему свободной, без цепей, накрученных правил и прочих прелестей дворовых приличий. Отец бы не запретил ей такого наряда, и Тайвин тоже. Санса стояла возле большого камина, выслушивая молодых девиц, и медленно натягивала улыбку. Арья знала, что всё это бесполезный фарс, который теперь необходим Королеве Севера. Наверняка, её свербит только несколько мыслей о том, как младшая сестра смела повысить голос на нынешнюю королеву и насколько открыто привела в дом врага. Когда она заметила Арью, то вежливо отошла от толпы и потянула её за собой под руку, туда, где лишние уши не нужны. – Почему ты в таком виде? Сегодня праздник в честь твоего возвращения, и было бы хорошо, если бы ты уважила людей и появилась в приличном виде! Пока она старалась как можно тише шипеть, Арье вдруг стало тошно. Невинный человек в темнице, а её глупую голову заботят лишь наряды. – Мне плевать на платье так же, как на этих людей. Меня волнует, что мой близкий друг в темнице! – Арья не стеснялась того, что их разговор могли услышать и разговаривала в полную силу. – Друг? – Санса взмахнула руками. – Твой друг сейчас только я! – Санса, послушай, он отправил сюда своего брата ради меня! Он спас мне жизнь в Харенхолле дважды! Глаза Сансы бегали в безумии и бурном желании понять, что происходит. – Что ты хочешь от меня? – Отпусти нас. Мы уедем и больше никто не увидит Тайвина. Санса схватила её за руку, крепко впиваясь ногтями в одежду. – Арья, теперь ты послушай меня! Если я отпущу врага Старков, главного человека в семье Ланнистеров, что обо мне скажут?! Я – королева Севера и должна нести правосудие! Мне плевать, что у тебя с ним за отношения! Если он действительно спас тебя, то я подарю ему быструю смерть, на большее он может не рассчитывать! Он убил Робба и маму. Именно он. Поверь, в этом вопросе мы не найдём с тобой понимания. Арья буравила её взглядом, а внутри себя представляла, как её глупая голова лопнет и по стенам брызнет кровь. Когда речь заходила о том, что этому человеку может угрожать опасность, она испытывала желание поднять море и обрушить его на каждого, кто причинил ему боль. Она желала, чтобы скалы обрушились на его обидчиков, завалив их камнями. – Что ж, сестра, ты не оставляешь мне выбора. Если хоть волос упадёт с его головы сюда явится армия и вы умрёте от голода в эту зиму, я обещаю тебе. Ведь ты угрожаешь прямому наследнику престола. И поверь, если бы он спас тебя, ты бы в ту же секунду влюбилась как и в Пса когда-то. Ты полюбила не менее уродливого человека, чем я. Она в ту же секунду развернулась и направилась в сторону темницы, чтобы навестить пленника. Неважно, что скажет ей стража, она пройдёт любой ценой, а затем напишет письмо Кивану. Ему понадобится время, чтобы поднять знамёна и пересечь густые леса, но она чувствовала, что непременно освободит его старшего брата.