Ты был одним из нас!

Нил прикладывает голову к металлической стенке, нажимает на кнопку третьего этажа и, под звуки гудящего лифта, прикрывает глаза, чтобы ненадолго избавить себя от неприятного ощущения. Под веками жжение, словно кто-то насыпал песка. Кожа вокруг глаз натянутая, потому что кто-то слишком часто протирал ладонями эти места. Про головную боль заикаться даже смысла нет – она давно стала фоновым шумом, каким сейчас является гудение, доносящееся из шахты за пределами металлической коробки.  Нил жутко хотел спать. И хотел он этого с момента, как сел в полицейскую машину. Сколько его мозг работал без перерыва, если учитывать, что последний раз он был в отключке утром перед тем как собрать «Семью» и «Стаю» в «Святом клубе»?  Парень автоматически хлопает ладонью по карману джинс, но встречает его только пустота. Нил цокает синхронно с сигналом лифта, который привёз его на нужный этаж. Он делает шаг вперед, раздумывая о том, как скоро ему вернут сотовый. Сейчас его несчастная раскладушка лежит на складе полицейского участка. Обязательно в пластиковом зип-пакете и надписью «улика №».  В белом коридоре пусто и даже запах антисептика не такой сильный, как Нил ожидал. Хотя, может всё дело в том, что он слишком устал, чтобы как-то ассоциировать очередное пребывание в больнице с собственными травмами.  – Добрый вечер, мистер Хэтфорд, – тихо, но чётко, встречает его за постом женщина средних лет.  В её очках отражается свет монитора, в котором ещё секунду назад она искала какую-то информацию. Или просто плавала среди различных ресурсов, которые ей интересны. Ведь несмотря на то, что компьютеры стали более распространенным делом, до сих пор не каждая семья могла позволить себе иметь такое дорогостоящее устройство дома.    Нил кивает на приветствие и взглядом ищет настенные часы, но когда находит, всё равно неуместно долго тормозит. Он умеет определять время по циферблату, конечно умеет, и всё равно щурится, словно это поможет настроится. Парень видит цифры и краем сознания даже помнит обозначение, но всё равно не может наложить одну известную величину на другую.  – Девять часов пятьдесят три минуты, сэр, – сообщает медсестра, видимо, списывая долгое прожигание циферблата на плохое зрение, – Не переживайте, нас предупредили что вы прибудете позже. Мистер Дэй так же предупрежден и дал своё согласие на столь поздний визит. Если вы готовы, то мы можем пройти к нему в палату. Десять минут назад он ещё не спал, но ему уже ввели обезболивающее. – Насколько всё плохо? – выдавливает из себя парень, переводя больше своего веса на стенку поста. Нилу даже не стыдно, что его так подкашивает. Как только что выяснилось, он пробыл в отделении полиции почти десять часов. Малую часть из этого времени он отвечал на вопросы, хотя по сути был бесполезен. Остальное время пришлось посвятить общению с новым адвокатом, потому что семейного отдали сестре.  Медсестра обхватывает одну ладонь другой и сжимает, поглядывая в сторону одной из двух палат на этаже. Это другое крыло и другое отделение, поэтому Кевин обитает без соседей. Уже то что он находится здесь, а не там где в последний раз был Нил – говорит парню, что травмы никак не связаны с головой.    – Мне запрещено разглашать детали, но у мистера Дэя было две операции и обе прошли хорошо, – женщина поджимает губы и качает головой, когда делает шаг в сторону палаты, – Тело, привыкшее к нагрузкам и микротравмам, быстро восстановится, но ему придётся полежать два месяца тут, а потом ещё четыре недели ходить с костылями.  – Костылями? – переспрашивает Нил с опустившимся желудком и движется за женщиной. Медсестра не останавливается, но немного поворачивает голову, сбавляет скорость и говорит тише:  – Мистер Хэтфорд, он приземлился на ноги. Ему по кусочкам восстанавливали пяточную кость и скрепили её металлической пластиной. Конечно ему понадобятся костыли. Более того, – ещё тише сообщает она, – Вряд ли он когда-нибудь сможет опираться на правую ногу в полную силу и не хромать при этом. Медсестра сокращает оставшееся расстояние до двери, оставляя Нила позади плестись в том же медленном темпе.   Хэтфорд может чувствовать, как кровь отливает от его лица и остальных конечностей. Знает ли об этом Кевин? Сказал ли ему кто-нибудь, что одним днём все его мечты о спортивной карьере были перечеркнуты? Или он всё понял сам?  – Миссис Дэй и мистер Ваймак?  – Они были тут днём, – медсестра аккуратно стучит в дверь, прежде чем открыть её, – Мистер Дэй, мистер Хэтфорд подъехал.  Внутри что-то тихо отвечают, на что женщина кивает и отступает от двери, чтобы дать возможность пройти. Нил вступает внутрь темного помещения, где горит только прикованная лампа, которую благодаря штативу можно наклонить над спальным местом. По койке Кевина разбросано множество листов бумаги, некоторые из которых он держит в правой руке.  – Зовите, если что-то понадобиться, – разносится в палате, а после раздается щелчок и остается тишина, которую нарушает шелест.  Кевин без особого интереса рассматривает лист, который держал в руках, а потом кладёт его себе на колени, скрытые одеялом, и откидывается на подушку.  Первое что бросается в глаза: левая рука в гипсе и уложена в шину. Под тканью покрывала левая нога, скорее всего, тоже загипсована. Больничный халат скрывает торс, но лицо у Кевина превратилось в один сплошной синяк по левой стороне. На носу тэйпы, а остальные участки покрыты йодом.  Глаза Дэя следят за изучающим взглядом Нила, но когда Нил цепляется за зеленые радужки, Кевин поворачивает голову в сторону окна. – Как ты? – задает Нил самый глупый на свете вопрос, на который раньше не знал как отвечать, – Мне сказали всё не так страшно.  Хэтфорд усаживается на стул с колесами, который стоит у койки, и берет в руки ближайшую бумагу, чтобы не смотреть на Кевина.  И сразу же жалеет об этом.  – Двусторонние переломы пяточных костей, переломы плюсневых костей и вывихи голеностопов, – медленно и пьяно перечисляет Кевин то, что Нил читает на бумаге, – Трещины большеберцовой и малоберцовой костей, растяжения коленных связок. Трещины костей таза, ушиб мягких тканей. Перелом предплечья и запястья, – тычет Дэй в свою левую руку, – Один выстрел мимо. Второй попал, хотя ничего важного не задел, жгло так словно ко мне прикладывают разгоряченное железо, – Кевин усмехается, сглатывает и промаргивается, после чего переводит глаза на застывшего Нила, – Не делай такое лицо.   – Какое «такое»? – парень дергается, не ожидая от самого себя такой резкости. Кевин так же настораживается, – Как выглядит моё лицо? М? – бумага в руках хрустит под пальцами, – Такое, словно я видел как в моего друга стреляли? Как близкий мне человек падает с пятого этажа?  Кевин закатывает глаза и как-то странно мотает головой. Нил же чувствует как тугой комок разворачивается, ведь вместо злости приходит подозрение. Один толчок правой ногой и он, вместе со стулом, оказывается у подножья кровати.  Из держателя выглядывает планшет, который Нил достает. Видимо, все те бумаги, которые раскиданы по одеялу, до этого были прикреплены здесь, потому что под закрепкой всего два листа. На первом данные о Кевине и его семье, а на втором препараты, которые сегодня ввели пациенту.  Список занимает почти всю страницу. Коктейль из обезболивающих, антибиотиков, антикоагулянтов.. Глаза бегают по знакомым названиям. О большинстве лекарств Нил знает и даже мог бы рассказать для чего они нужны. Всё дело во времени, которое суммарно ему самому пришлось провести в больнице за последние полгода. И в первый и во второй раз никто не позволил иметь Нилу сотовый, поэтому медсестры и другие пациенты стали единственным досугом.  И именно поэтому его привлекает одна деталь: – Они сказали, почему используют морфин?  Нил поднимает взгляд на Кевина, который хмурится и смотрит в одну точку где-то на одеяле. Благодаря своим родителям, Нил знает что морфин всё реже и реже стали использовать в качестве обезболивающего. Считается, что этот препарат вызывает слишком много побочек.  Хотя ещё не известно как отразятся травмы на спортивную карьеру Дэя, медперсонал все равно не должен был давать сильнодействующие вещества. Почему Кейли Дэй это одобрила?  Они же могли использовать трамадол, от которого нет таких последствий как та же зависимость.  – Сер..лин.. – бубнит Кевин. – Что?  – Я, – Дэй махнул в сторону Нила. Или в сторону планшета, – Пью сертралин.    Голова Хэтфорд снова падает вниз и он снова вчитывается в первый лист. Краткие заметки по питанию пациента. Даже написали про контактный дерматит на бытовую химию — причина по которой Кевин никогда не сделает влажную уборку сам. Немного о добавках, которые обычно принимают спортсмены вместе с правильным рационом. И вот оно. В самом конце: Сертралин — 50 мг/сутки, утром (в одно и то же время). – Трамадол нельзя совмещать с сертралином, – поясняет Кевин, – Кеторолак был бы слишком слабый для моих, – парень машет рукой, обозначая своё тело и усмехается, – Трааавм, – последнее слово он протягивает.  – Как давно ты принимаешь антидепрессанты?  Пьяная улыбка пропадает с лица друга и вместо неё приходит уязвимость смешенная с отвращением: – С конца сентября. – Из-за того что я упал с крыши?  Кевин ощетинивается и смотрит с недоверием. Парень пытается рассмотреть что-то на лице Нила, словно ищет разгадку. Тишина затягивается, и Хэтфорд не торопит друга, но чувствует натяжение по всему телу. Это усталость, которая совмещается с весом непонимания.  Николь (от этого имени тяжело на сердце) допрашивали отдельно, и уже после самого Нила, потому что полицейским было необходимо дождаться кого-то из представителей.  Адвокат Хэтфорда, тот который не является их семейным — Скотт Фирсен — приехал по первому звонку Стюарда. Нилу неприятно притягивать кого-то со стороны, особенно из семейства Фирсенов, но и говорить без адвоката он бы не рискнул. Решение отдать сестре более хорошего специалиста было разумным.  Битум неприятно впивается в колени, но парень старается сосредоточится на этом ощущении. Испарина, которая сейчас обдувается ветром, охладилась и вызывает неприятные щекотливые ощущения.  Глаза прикованы к пистолету, который на него направлен, но Нил всё же поднимает свой взгляд выше. Возможно, дело в адреналине, а может из-за шока, но страха почти нет. Только тревога, которую он испытывает по отношению к человеку напротив.  Когда Николь направила на него дуло, её лицо искажал пылкий гнев, но сейчас её глаза смотрят правее и ниже. Туда где сквозь бетонные балки можно было бы увидеть умирающего Кевина. Это преждевременная скорбь. Его сестра сокрушена под натиском собственных чувств и, видимо, зашла слишком далеко, чтобы теперь остановится. Может ли Нил что-то изменить? Что он мог бы сказать человеку, который давно перестал видеть в нём надежную опору, вместо этого испытывая гнев к его личности?  Когда по щеке Николь скатывается слеза, Нил сглатывает и подает голос: – Это я убил его?  И прежде чем парень успевает предположить что он мог бы такое сделать, девушка отвечает: – Нет, но ты был причиной.  Стеклянный взгляд переводят на него. Её глаза бездонны, черны и пусты, словно у куклы, но в противовес тело слишком напряжено. Рука сильнее сжимает пистолет.  – Она не сказала тебе, – обвинительный тон Кевина вырывает Нила из воспоминаний, – Так ты не знаешь.  – Не совсем, – морщится Хэтфорд, – Мой адвокат показал мне протокол её допроса, так что я введен в курс дела, но это не то о чем я готов говорить сейчас, даже если бы мне было разрешено разглашать такие вещи.  – Что она сказала про Рико? – сжимая края одеяла спрашивает Кевин. Он не смотрит на Нила, но его выражение лица излучает ужас. – Что на него напали, – неуверенно отвечает парень, пытаясь вспомнить эту часть, – Вроде из-за того, что он задолжал кому-то денег за вещества, но сейчас уже сложно это проверить. Про него нет информации в системе. Полиция будет искать в бумажных архивах, но ты же знаешь как оно бывает с.., – Нил неловко машет рукой, – С этим слоем общества.  И Хэтфорд знал, что это не всё. Николь пытается по максимуму избежать подробностей. Своё покушение она объясняет просто «враждой» между двумя "бандами". Мол так уж получилось, что Нил и Кевин оказались по другую сторону от Николь – вот и всё.  Нил делит все слова в протоколе пополам, потому что это не имеет смысла. Николь считает, что Нил напрямую связан со смертью Рико, но проще и удобнее для всех свалить всё на то, что он задолжал какому-нибудь наркодиллеру.  Будет ли у него возможность спросить у неё напрямую? Пытается ли она минимизировать ущерб для всех или делает это только для себя?  Сможет ли Нил когда-нибудь снова видеть в ней просто сестру?  Столько вопросов, на которые не будет ответов в ближайшее время.  Но это и не то, о чем хочется думать сейчас.  Хэтфорд пришел узнать о самочувствии друга, а потом вернется в полицейский участок, чтобы дождаться Эндрю и Аарона. Миньярдов ещё не отпустили, когда Нил выезжал в больницу, и вряд ли отпустят в ближайшее время. К этим двоим слишком много вопросов как у самого парня, так и у органов.  Есть ли какое-то наказание, если ты лидер банды (как назвала это Николь)? Наверное, есть. Тогда Аарону могут предъявить обвинения.  Нил тяжело вздыхает.  Скорее всего, Эндрю не хватит мозгов промолчать и он предпочтет разделить наказание с братом. И это Хэтфорда называли самоотверженным?  Тихий смех привлекает внимание парня и он снова смотрит на Кевина. Тот прикрывает лицо здоровой ладонью и качает головой:  – Идиотка. – Что? – переспрашивает Нил, потому что Дэй говорит слишком тихо. Толчок ногой и парень возвращается на прежнее место, чтобы быть ближе к другу.  – Глупая девчонка – по-французски шепчет Кевин и проводит ладонью вниз по лицу, – Пытается покрыть меня. – Покрыть? От чего? – переходит на иностранный язык Нил. – Это я напал на него. Желудок Нила скручивает: – На кого? – звучит вопрос, как последняя попытка уйти от серьезной темы. Кевин может соврать, а Нил сделает вид что не понял. Дэю лучшее вообще не озвучивать подобных вещей вслух. Особенно под действием морфина.  – На Ворона, – с обреченностью поясняет парень, словно они говорили о старом приятеле, – Это сделал я. Это я виноват в его..  – Не надо, – перебивает Нил и, игнорируя боль во всём теле, встаёт чтобы положить свою ладонь на плечо друга, – Ничего не говори. Не здесь. Не сейчас.  Но Кевин продолжает:  – Я не хотел этого, – парень трясёт головой, – Кейтлин проболталась про их план и я не смог ничего с собой сделать. Мне просто хотелось, – Кевин наконец поднимает свой взгляд, мотая в воздухе здоровой рукой, – ..я знал, что он манипулирует Николь. Я видел как он влияет на неё, а потом я узнал что они всё подстроили и приехал чтобы набить ему морду, – Кевин снова мотает головой, но его взгляд становиться рассеянным, словно перед ним сейчас картинка из воспоминаний, – Я бил его и не сразу заметил, что он уже не дышит, а когда понял – сбежал. Не помню как доехал до дома, но потом думал только о том, что вот-вот приедет полиция и заберет меня. Хотел позвонить отцу и всё рассказать, но не смог. Решил что они и так обо всём узнают, когда им позвонят из участка. Боялся что мать жутко разозлиться, ведь её выдернут с важного матча, – Кевин сжимает своё горло здоровой рукой, и Нил сразу же тянется к нему, понимая что это начало панической атаки, – Я не знал..не знал, не хотел, правда не хотел.. я ждал и ждал, но они не приехали, а я правда не собирался.. я не хотел.. не хоте.. – Хватит, – приказным тоном, но тихо, чтобы не услышала медсестра, прерывает друга Нил. Он укладывает ладонь сзади на шею, как когда-то это сделал Эндрю, в надежде что это так же хорошо поможет и Кевину, а второй рукой придавливает чужую руку к кровати. Наклоняясь к уху, Нил шепчет: – Это было давно, Кевин. Ты сейчас не там, ты сейчас здесь. Со мной. Давай сделаем вдох, вместе. Да, вот так, поглубже. Хорошо, теперь выдох, тоже медленно.  И они вместе дышат, пока Кевин не успокаивается достаточно, чтобы Нил ослабил хватку на его руке. Глаза Дэя намокли, но по-прежнему смотрят куда-то сквозь пространство. Нил дает приятелю ещё некоторое время, а потом всё так же тихо шепчет: – Я ни в чём тебя не виню. Я знаю что ты за человек, Кевин. Я знаю, что это случайность и ты этого не хотел. Любой кто знает тебя, поверил бы твоим словам, – Нил сглатывает, когда чувствует что тело друга снова напряглось. Это рискованно, но он всё же пробует: – И Николь это знает, – имя сестры ощущается неприятной сухостью во рту, – Иначе бы она рассказала им об этом сегодня, но она понимает что ты этого не хотел.  – От её слов зависит вся моя жизнь.  – Может и так, – Нил думает о трейлерном парке. Об архивах, которые были кем-то удалены. О протоколе, в котором указано, что тот трейлерный дом давно утилизирован. Об идиотской системе, где полиция закрывает глаза на таких людей, – А может и нет. Мы не знаем расследовали ли они это дело. Его соседи могли отмалчиваться. В тех районах лучшее вообще не лезть не в своё дело. Даже если она скажет, мы не знаем смогут ли они найти доказательства и.. – И они могут не поверить ей, – хмуро добавляет Дэй, – Как только они направят её к психологу, они поймут что у неё что-то с головой. Она больна и ей нужна помощь. Особенно помощь нарколога.  – Она не наркоманка, – отпрыгивает от кровати Нил, словно его ошпарило кипятком, – Нет. Я бы заметил. Родители бы заметили.  Кевин гримасничает, но говорит без злобы: – Может сейчас она ничего и не употребляет, я не знаю, но в сентябре я постоянно забирал её из «Святого клуба» нетрезвой, – Кевин мотает головой и с сочувствием смотрит на друга, – Конечно ты не заметил. Она никогда не приходила домой в таком состоянии. Николь практически поселилась в нашем домике у бассейна. Ей повезло, что мои родители с началом сезона были постоянно в разъездах, но потом она перестала появляться и в баре, и у меня дома. Я подумал что она, наконец-то, встаёт на ноги, но потом я узнал что она приходит в «Стаю». С того момента я не видел чтобы она что-то употребляла, но это не значит что тот период не повлиял на неё, – Дэй с силой сжимает челюсти и отворачивается к окну, – Я убил на её глазах человека и она употребляла сильные наркотики. Ей точно нужна помощь.  Нил тоже переводит взгляд на окно и смотрит на падающее хлопья снега. Что он мог на это ответить? Парень мало знал о том, как проводят суд над несовершеннолетними, но его адвокат подметил, что Николь совершила ошибку сказав что это разборки банд. Сам Нил не считал ту же «Стаю» бандой, ведь для него это выглядело просто как сборище подростков, которым не хватает места, где они могли бы быть самими собой. Но и у «Семьи», и у «Стаи» было название и своя закрепленная территория. Лидеры групп имели клички, а участники совершали преступления. Аарон как-то рассказывал про стычки, что адвокат Нила определил как принадлежность к понятию «банда».  Использование оружия, наркотики, нападения, подставы с целью убить другого человека – биография Николь сейчас крайне впечатляющая. Нил тяжело вздыхает:  – Возможно, – неуверенно начинает он по-английски, – Это именно то, что спасло бы Николь, – Нил переводит взгляд на непонимающего Кевина, – Если у неё действительно что-то не так с психикой, то её направят не в тюрьму, а в больницу и тогда она сможет.. – Нил, – уставше прерывает его Дэй, – Не надо. Не думай ни за полицию, ни за медиков, ни за суд.  – Но она же.. – сорвано пытается Нил, – Она же ребенок. Всё это началось из-за случайности. Из-за глупости. Просто потому что мы с тобой хотели провести где-нибудь веселый вечер.  – Нет. Не обвиняй нас в её поступках, – сонно бормочет Кевин и Нил вдруг вспоминает, что уже очень поздно. Дэй и так ждал его, сопротивляясь обезболивающим.  – Но так и есть, – тихо проговаривает Нил и снова приближается к кровати, чтобы собрать листы с одеяла. Какое-то время в палате звучит только шуршание бумаги, но потом он все же продолжает: – Мы заставили Николь чувствовать себя брошенной. Не оказались рядом, когда были нужны. Я дерьмовый брат, если не заметил никаких звоночков.  – Ты заметил, – говорит Кевин, откидываясь на подушки, – Тогда. В «Семье». Ты замечал что Рико промывает ей мозги и вытягивает из неё деньги, – Нил столбенеет со стопкой в руках. Для него это новая информация, – Ты не виноват, что она не послушала тогда. А также не виноват в том, что после своей выписки какое-то время не мог перестать витать в облаках. Ты был напуган, а мы молчали. Но ты пытался ей помочь. Всё это время.  – Значит я сделал недостаточно, – пытается Нил, когда запихивает под скобу на планшете бумагу.  – Не меньше, чем остальные.  Нил возвращает планшет на место и решает больше не поднимать эту тему сегодня. Кевину нужно отдыхать и восстанавливаться:  – Мы поговорим с тобой об этом, когда ты выпишешься. Кевин хмыкает. Когда-то Дэй говорил тоже самое ему самому. – Стой, – тормозит Нила Кевин, когда тот уже начинает идти в сторону дверей, – Я хотел.. хотел узнать что случилось, когда я.. когда я упал.  Нил вдруг понимает, что для Кевина всё это выглядело жутко недосказанным:  – Ты очень удивишься.  – Вряд ли что-то ещё сможет меня сегодня удивить, – говорит Кевин со смешком. 

***

Нил просыпается от звонкого хлопка дверью и сразу же щурится, прикрывая лицо ладонью.  Требуется пара секунд, чтобы мозг прогрузился. Какое сейчас число? А время?  – Доброе утро, – нарушает тишину тихий бархатный голос, – Я взял тебе кофе.  Нил, наконец-то, обретает способность видеть. Он находится в машине Эндрю.  – Привет, – скромной улыбкой отвечает парень и смотрит между сидений на водительское место, – Сколько я спал?  Когда Нил вернулся в участок, Эндрю и Аарона по прежнему не отпускали. Николь направили к психиатру, чтобы выяснить насколько та была вменяема. В её крови нашли наркотики, что заставило сердце парня в очередной раз разорваться по шву.  Нил хотел дождаться кого-нибудь из Миньярдов, чтобы не возвращаться в пустой дом, так как и Стюард и Мэри сейчас были с его сестрой.  Эндрю кивает на пустующее пассажирское сидение рядом с собой: – Садись.  Хэтфорд послушно выходит из машины, чтобы пересесть вперед. Тело ужасно протестует, но на улице его встречает освежающая прохлада и лучи теплого солнца. Пользуясь возможностью, парень немного растягивается и только после этого открывает дверь и усаживается на новое назначенное ему место.  – Аарон?  – Пробудет там ещё некоторое время, – Эндрю протягивает ладонь, – Ключи. Нил достает из кармана связку, которую до этого получил от приехавшего в участок Николаса.  – Его отпустят? – задает закономерный вопрос Хэтфорд и, после того как мотор был заведен, пялится на ожившую приборную панель. Магнитола показывает семь утра. – Аарону предстоит ещё раз рассказать всё от начала до конца, – пожимает плечами Эндрю и закидывает правую руку на подголовник Нила, чтобы выехать задним ходом. Сам Нил чувствует мурашки по телу. Мысль о том, что они оба живы успела обжиться в его голове, но не закрепиться окончательно, поэтому тепло чужого тела сейчас будоражит. Живы, – Ему предложили сдать имена ребят, которые причислены к «Стае». Что-то вроде сделки, – Эндрю убирает руку обратно на руль и нормально усаживается в своём кресле, – Ремень.  Нил тянется за ремнём:  – Он сделает это?  Щелчок.  – Аарон решит это сам.  – А ты? – Нил поднимает взгляд на водителя и решает больше не выпускать его из поля зрение в ближайшее время, – Почему они отпустили тебя?  – Потому что я лишь очевидец, – хмыкает Эндрю и трогается с места, – Ко мне у них не было вопросов.  – А к твоей смерти? – Нила передергивает, поэтому он мгновенно себя поправляет: – Фальшивой смерти.  – По документам я всё это время был жив.  – А похороны?  Хэтфорд понимает что это выглядит как допрос, но он ждал этого почти целые сутки.  – А что они? – отвечает вопросом Эндрю, не открывая взгляда от дороги.  – Как вы это сделали? – задает прямой вопрос Нил и отвлекается лишь на секунду, чтобы взять свой кофе из подстаканника.  – Моих похорон просто не было.  – Как ты выжил? – начинает закипать Хэтфорд. Ну почему Эндрю не может просто ему рассказать не дожидаясь конкретных вопросов? – Элисон видела как будка взлетела!  – Блонди драматична.  – Да твою мать, Эндрю!  Миньярд посмеивается:  – Вот так лучше. А то твоя кислая мина мне надоела.  – Это не смешно! Я, блять, думал что ты мертв! Что вы оба мертвы! Почему ты не сказал мне про Аарона?!  Эндрю лишь закатывает глаза:  – Я успел позабыть, какой ты раздражающе шумный. Нил закипает. Он хочет сказать какую-нибудь гадость в стиле «Тогда тебе нужно было продолжить притворяться мертвым», но на самом деле Нил так не считал, поэтому вместо колкости парень сжимает губы и усаживается в сидении ровно. Через лобовое стекло видно лишь шоссе. Утреннее солнце освещает заснеженную дорогу, заставляя снежинки переливаться. Их город полон елей, которые сейчас выглядят словно сошли с рождественских открыток и Хэтфорд пытается сосредоточиться на настоящем. Ворон был вычислен, «Стаю» и «Семью» прошерстят (если Аарон даст имена) и распустят. Кевин, со временем, снова встанет на ноги. Николь.. Николь помогут.  Нил хотел в это верить.  Поэтому Хэтфорд просто всматривался в природные пейзажи, потихоньку опустошая свой стаканчик с американо. Через некоторое время, парень поймал себя на мысли, что уже давно не наслаждался природой. Раньше он делал это во время пробежек, когда город ещё не проснулся, но после своей травмы не мог оставаться наедине со своими мыслями и глушил их музыкой.  Нил скучал по ощущению бега. Такое чувство, что бег давал ему освобождение.  Хэтфорд не знал, сколько прошло времени, когда Эндрю вновь подал голос, но он уже не был взвинченным: – Я не знал, – Нил лениво переводит взгляд на водителя, – Я не врал тебе.  Нил одобрительно мычит, давая понять что знает про что говорит Эндрю. Так он пытался сказать, что на похоронах Аарона не играл. Что это не была часть плана, а искренние чувства. Страх и боль из-за потери брата.  – Когда ты узнал?  – В день подрыва, – всё тем же спокойным голосом отвечает Эндрю, что полная противоположность реакции Нила. Сознание всё ещё помнит ужасы того дня, – Он отправил смску с левого номера. – Поэтому ты не ответил мне на звонок? – на сотни звонков, если быть точнее, но Нил об этом не говорит, – Я хотел предупредить вас о взрывчатке.  – А я хотел выяснить правда ли жив мой брат, – Эндрю глубоко, но бесшумно, набирает в лёгкие воздух, – И после воспользовался ситуацией.  – Я не понимаю, – без какой-либо окраски говорит Нил, – Элисон же.. – Элисон, – Эндрю в первый раз на памяти Нила называет подругу по имени, – Увидела как разлетается старая деревянная будка. Увидела пожар и дым. Испугалась взрыва. Конечно она додумала что со мной случилось, когда я не появился из горы обломков.  – Тебя задело?  – Не сильно, – чуть мягче произносит Миньярд, – Просто в моменте понял, что именно этого Аарон и хотел: оба лидера ликвидированы. Ворон высовывается из своего укрытия и всё заканчивается. Поэтому я скрылся. А потом нашёл своё отражение в собственном доме в обнимку с Ники.  – Ники знал? – неуверенно уточняет Нил. Истерика Хэммика на похоронах не выглядела наигранной.  – Нет. Ему тоже пришло смс.  – Как Аарон это сделал? – Хэтфорд ерзает, приближаясь к главному вопросу. Если про Эндрю ещё можно было догадаться, то для Аарона сделали целые похороны. Нил блять видел гроб, – Если это не Николас ему помог, то как он смог справиться без вас?  Эндрю хмыкает: – Хэтфорд старший.