Кроличий грипп

      Последнее, что Ян помнил — это разгоченная гражданка, замахивающиеся банкой с соленьями, а потом жгучию боль в шеи, что отдавалась в ушах и всё позвоночкике. Затылок похолодел, перестал чувствоваться, тоже произошло и с конечностями, а затем накрыла тьма. Успев подумать, что умирает, Ян ждал киноленту воспоминаний, но не успел её увидеть, ни белого света в конце, ничего. Может быть всё это ложь? А быть может ему ещё не время?       Друзья не сразу поняли, что произошло с их товарищем, пытаясь поставить его на ноги, но всё было тщетно. Потом они тащат охотника на отродий на улицу, бросают рядом с мотоциклом, пытаясь привести в чувства, но результат провальный. — Приём, приём, это генерал, Ноа, Лестер, кто-нибудь услышьте! Спустя шесть повторений к рации подбегает запыхавшейся Ноа, будто кросс двести метров бежал туда и обратно. — Да, генерал! Связать Вас с клиптографом? — Ни в коем случае! Рычит в трубку генерал. — Они с Анной не должны знать о случившимся. У нас ЧП. Лестер с тобой? — Всё-да, то есть, конечно, генерал. Где ему быть? На дворе ночь. База закрыта. — Не заговаривай мне зубы, собирись. С тобой точно всё в порядке? — В полном, генерал! — Бери Лестара и врача, и срочно на отрезок ***** (адрес, где находятся Дмитрий, Грег, Ян). — Понял. — И, чтобы Лэйн и Анне не слово про ЧП. Это приказ. Ясно? — Так точно, генерал! Доктор как назло был рядом с Анной, объяснял ей что-то из только им двоим понятной биологии. Ноа решил доверить это дело себе, оставив друга с коридоре, зашёл в лабораторию, выдумывая на ходу не понятно, что, лишь бы выманить врача и не нарваться на вопросы Ани. По коридору, явно никак не находящая покоя шла клиптограф ст стаканом воды. — Лестер! Парень подорвался вскочить и убежать, но остановился. — Погоди! Пожалуйста! Это ради Димы! — Ты… Хочешь сказать генерала. Я не знаю где он. Они ещё не возвращались со своей гуманитарной миссии. Обернувшись, Лестер отвёл взгляд в сторону, чувствуя как щеки вспыкивают, как при температуре. Нахмурившись, Лэйн посмотрела на свои трясущиеся руки, стакан, смущеного товарища, свои оголенное а ночной рубашке плечи и снова на стакан. Пазл в голове складывался не до конца, но рука уже дрогнула плеснув в лицо парня холодной водой. — Гад! Либо ты хочешь меня, либо врешь! И везде у тебя большие проблемы! Поставив стакан на давным давно остывшие батареи, она грубо схватила Лестер за подбородок, развернув к себе. — В глаза посмотри! Глаза девушки на секунду, а быть может ему от страха только показалось, вспыхнули красным. — Ты. Знаешь. Где. Генерал? Она опустила обе ладони по швам ночнушки, а Лестер наклонился к ней зашептав: — У них ЧП. Вам с Анной велино не говорить. Приказ. Простите. Мы с Ноа сами то знаем только, что нужен врач и всё. — Лестер, мать твою! — Ноа, я не… Лэйн, я тебе ничего не скажу, иди спать! Смахнув так просто всю эту ситуацию ладонью с лица, Лестер бросился прочь от девушки. За ним увязались Ноа и врач. А Лэйн сжала ладони в кулаки с мёртвой силой, подлетела к двери подруги и с силой ударила по ней. Вскоре вся компания была взборе, у кабинета Анны, отсутствовал лишь Ян, доктор и сама Анна потому они находились внутри. Девушка сосредоточено осматривала своего товарища, который по-прежнему не подавал признаков чувствительности конечностей. Снаружи же было всё куда."по веселее». — О чем я тебя просила? — Ну, Лэйн, ну.рядовой случай. Генерал прятал лицо, всячески отворачиваясь от своей возлюбленной. — Рядовой?! Так, ладно. О чем. Я. Тебя. Просила. Вечером?! — Лэйн, ну перед ребятами не удобно. Давай потом? — Что бабка с банкой?! Три мужика! Три мужика с бабкой не справились! А если бы там были отродия? Подняв взгляд на любимую, Дима поджал губы, снова покосился на Лестера и Ноа. Губы слегка пазомкнулись, недовольно шепча: — Нас тогда здесь не было. — Что? Не слышу! На самом деле всё она услышала. Халатность генерала бесила, выводила из себя. — Да что я тут делаю? Себе лишь нервы порчу. Надувшись, девушка сложила руки на груди и отвернулась. — Спокойной ночи, генерал. Обернулась, чтобы взглянуть на Лестера с Ноа. — Добрых снов, отряд.       Отвернулась, быстрым шагом исчезая из виду. Парочка товарищей куда-то тоже чудесным образом испарились. Генерал остался наедине со своим давним, всепоглощающим чувством вины в тёмном коридоре.