Часть 6. Условия сделки
9 июня 2026 г., 23:14
ХаДжун припарковался у ничем не примечательного здания, затерявшегося между дворами и маленькими круглосуточными кафешками. Выцветшая вывеска «Analog Market» висела чуть криво, будто давно смирилась со своим существованием и не пыталась привлекать лишнего внимания. Место, мимо которого проходят, не запоминая.
Он вышел из машины и на мгновение задержался, позволяя взгляду скользнуть по округе. Люди с пакетами, курьеры на велосипедах, редкие посетители — жизнь здесь текла быстро, шумно и без оглядки. Никто ни за кем не следил. Именно поэтому это место подходило идеально.
Сзади коротко пискнула сигнализация. ХаДжун захлопнул дверь и уверенно направился к входу, не ускоряя шага. Асфальт под ногами был неровным, с тёмными пятнами старого масла и дождя. Когда его ладонь легла на ручку двери, над головой негромко звякнул колокольчик.
Внутри оказалось заметно темнее, чем снаружи. Пространство выглядело почти пустым: несколько столиков, старые холодильники с напитками, узкие торговые лавки с продуктами первой необходимости. Воздух был прохладным, пах смесью бумаги, пластика и чем-то металлическим — запах, который нельзя было точно определить, но он цеплялся за память.
ХаДжун сделал несколько шагов вперёд, оглядывая ограниченное пространство, когда из тени между стеллажами появился человек в форме магазина. В руках у него был пластиковый ящик со свежими овощами. Он остановился, окинул посетителя быстрым, цепким взглядом — профессиональным, почти сканирующим.
— ХаДжун? — спросил он, чуть прищурившись.
Губы Ви медленно растянулись в улыбке.
— Привет, МинХо, — бодро ответил он. — Давно не виделись.
МинХо на секунду замер, затем поставил ящик на стойку и подошёл ближе. Его лицо оживилось, но в глазах всё ещё оставалась настороженность — привычка, выработанная годами.
— Чёрт… — выдохнул он. — Ты отлично выглядишь. Мы же… сколько? Месяцев шесть?
— Почти, — кивнул ХаДжун. — Время летит.
Они обменялись короткими, почти формальными рукопожатиями — слишком много старых историй, чтобы быть излишне эмоциональными. Несколько фраз о делах, о городе, о том, как всё меняется и одновременно остаётся прежним. Но лёгкость разговора быстро растворилась, уступая месту чему-то более тяжёлому.
ХаДжун понизил голос.
— Мне нужна твоя помощь. Дело непростое.
МинХо посмотрел на него внимательнее. Улыбка исчезла, сменившись сосредоточенностью.
— Когда ты так говоришь, — тихо ответил он, — значит, всё действительно серьёзно.
Он коротко оглянулся на зал, убедившись, что никого нет, затем кивнул в сторону двери и закрыл ту на замок, проворачивая табличку на «закрыто».
— Пойдём.
— Прости, что я так внезапно. И мешаю тебе работать.
Они прошли через подсобку, где пахло картоном и свежими овощами, и спустились по узкой лестнице вниз. С каждым шагом шум улицы оставался всё дальше.
— Да брось, — легко махнул рукой МинХо, будто это не имело значение. — Раз ты здесь, значит оплата будет хорошей да и у меня есть кое-какой интерес к твоим просьбам.
— К тому же я тебе ещё и доверяю, — добавил ХаДжун следуя за другом.
Внизу открывалось другое пространство — тесное, заставленное техникой, проводами и экранами. Здесь стоял компьютер, окружённый мерцающим светом мониторов, и именно здесь начиналась та часть разговора, о которой не говорили вслух.
Дверь за их спинами тихо закрылась.
МинХо стянул с себя рабочий жилет и небрежно отбросил его на спинку стула, будто сбрасывал не форму, а роль, сыгранную для внешнего мира. Ткань тихо шуршала в полумраке.
ХаДжун шёл за ним, медленно, осматриваясь, и с едва заметной усмешкой заметил, что здесь, похоже, ничего не изменилось — всё те же провода, тот же хаос, в котором МинХо каким-то образом находил порядок.
МинХо ухмыльнулся, устраиваясь перед компьютером, и, не оборачиваясь, бросил:
— ХаДжун, ты знал что ты мой самый любимый клиент?
— О чём ты?
— После твоих заказов я могу всегда прикупить себе новое оборудование.
Экраны загорелись один за другим, заливая комнату холодным светом. Он бегло щёлкнул мышью и только потом, наконец, поднял взгляд.
— Так что привело тебя на этот раз?
ХаДжун подошёл ближе, останавливаясь за его спиной. Из-за мониторов торчала черноволосая макушка — сосредоточенная, напряжённая. Он на мгновение замялся, будто подбирая слова, а затем начал ровно, без лишних эмоций:
— Есть одно приложение. Его сознательно разработал Чон ЧонГук.
МинХо тихо присвистнул, пальцы на клавиатуре замерли.
— Серьёзно? — он усмехнулся, но в глазах мелькнул интерес. — Он легенда в IT-кругах. И, к слову… я сам пользуюсь его приложениями.
ХаДжун кивнул, подтверждая.
— Вот именно. И мне нужно, чтобы ты вскрыл его приложение. Проверил, есть ли там что-то… лишнее. Может какой-то неправильный код или вирус?
МинХо нахмурился, слегка повернувшись на стуле.
— Взломать мессенджер? — протянул он. — Ты же понимаешь, что это будет непросто. Мне может понадобиться от двух дней до целой недели?
— Понимаю, — спокойно ответил ХаДжун. — Но мне нужно проверить всё. Это часть моего расследования. Любая мелочь может оказаться зацепкой.
Несколько секунд МинХо смотрел на него молча, затем потянулся за своим телефоном. Тонкий провод щёлкнул, подключаясь к системе. Комната наполнилась сухим стуком клавиш. По экранам побежали строки кода, иконки вспыхивали и исчезали, символы складывались в нечто, что для ХаДжуна выглядело как чужой, закрытый язык.
Он ничего не понимал в происходящем, но доверял. МинХо всегда знал, что делает.
— А можно поинтересоваться? — невзначай спросил мужчина, не отводя взгляда от яркого экрана. — Ты упомянул расследование? Что это за дело такое?
ХаДжун выпрямился, проводя рукой по волосам и приглаживая те.
— Если кратко, то был убит Чхве ЁнГю, влиятельный бизнесмен.
— Какая тебе выгода от этого расследования? Тебя кто-то нанял?
— Не совсем. Это больше мой личный мотив. ЁнГю связан с моим отцом, и то, что мой отец в коме — это вина ЁнГю.
ХаДжун похмурел, когда речь зашла об отце, и выглядел через чур сосредоточенным.
— Хочешь сказать, что убийца ЁнГю может быть и тем, кто ввёл в кому твоего отца?
— Я пока не уверен, — на выдохе ответил мужчина. — Но знаю наверняка, что ЁнГю это нить и его окружение тоже.
— А при чём здесь приложение Чона? Хочешь зайти на аккаунт ЁнГю?
— Это было бы неплохо. Но мне пока просто нужно узнать, чистое ли оно. У меня есть ощущение, что он не так прост, как кажется.
Прошло несколько минут. Наконец МинХо откинулся назад и задумчиво выдохнул.
— На первый взгляд — чисто, — произнёс он. — Но…
Он снова наклонился к экрану, выделяя одну из строк.
— Здесь есть маленькая лазейка. Очень аккуратная. Такая, на которую большинство просто не обратит внимания.
МинХо повернулся к ХаДжуну, и в его взгляде мелькнуло то самое азартное напряжение, знакомое им обоим.
— Твоё чутьё тебя не подвело. Но мне понадобится три дня, чтобы аккуратно вскрыть систему. ЧонГук слишком хорош. Не каждый айтишник смог бы так закодировать приложение.
Он снова повернулся к мониторам, уже полностью погружаясь в работу, а ХаДжун понял — назад дороги нет.
— Как интересно. Он закодировал простой мессенджер.
В кармане брюк раздалась мягкая, почти осторожная вибрация. ХаДжун не сразу оторвал взгляд от монитора — будто надеялся, что звук исчезнет сам. Лишь спустя секунду он достал телефон. Экран вспыхнул именем, которое он никак не ожидал увидеть.
Чхве ХаРин.
Едва заметная тень скользнула по его лицу. Смахнув зелёную иконку, он приложил к уху холодный металл и сделал несколько шагов в сторону, отдаляясь от МинХо, словно этим расстоянием можно было отгородиться и от разговора.
— Алло, — отозвался он ровно.
Голос на том конце был спокойным, как и всегда.
— ХаДжун, здравствуй. Ты можешь сейчас говорить?
Он провёл рукой по волосам, запускай пальцы в тёмные, чуть взъерошенные пряди — жест, выдававший внутреннее напряжение.
— Не совсем удобно, — честно, но неполно ответил он. — У меня есть пара минут. Если это срочно.
ХаРин в это время стояла у высокого панорамного окна своего офиса. За стеклом город жил своей жизнью — спешил, мигал, дышал. В руках она держала планшет, на экране которого была открыта карта. Её взгляд скользнул по точке, отмечавшей текущее местоположение ХаДжуна.
— Я подумала над твоим предложением, — сказала она после короткой паузы. — Насчёт картинной галереи. Я освобожусь примерно через полчаса. Получится ли съездить сегодня?
ХаДжун невольно обернулся через плечо, бросив быстрый взгляд на МинХо, словно проверяя, не слишком ли тот близко. Затем снова сосредоточился на разговоре.
— Сегодня вряд ли получится, — ответил он. — Я сейчас с клиентом. И работы ещё много.
Глаза ХаРин чуть сузились. Не резко — почти незаметно. Она слишком хорошо умела ловить интонации, паузы, нестыковки.
— Понимаю, — протянула она и, зажав телефон между плечом и ухом, начала печатать на планшете.
Название организации, где была припаркована машина ХаДжуна, всплыло на экране. Следом — фотографии здания. Небольшого, ничем не примечательного. Магазин, затерявшийся между дворами и круглосуточными лавками.
— Я могу подождать, — сказала она вслух, будто между делом. — Немного.
Голос ХаДжуна оставался спокойным, но в нём проступила твёрдость, граничащая с закрытостью.
— Правда, не стоит. Мне жаль, ХаРин. Я действительно занят.
Она увеличила изображение, всматриваясь в фасад, в вывеску, в узкий вход. Клиенты не встречаются в таких местах. Не те клиенты, о которых он говорил.
Молчание длилось секунду — но этого было достаточно.
— Я поняла, — наконец произнесла она. — Прости за беспокойство.
Соединение оборвалось.
ХаРин медленно опустила руку с телефоном, а затем убрала его в карман юбки. Её взгляд всё ещё был прикован к экрану планшета, к этой странной, выбивающейся из его образа точке на карте. Слишком много нестыковок. Слишком аккуратная ложь.
Она выключила карту и снова посмотрела в окно. Город отражался в стекле вместе с её собственным силуэтом.
ХаДжун что-то скрывал.
И с каждой минутой это становилось всё очевиднее.
***
ХеДжин несмело проскользнула в проём массивных стеклянных дверей, будто само здание требовало от посетителей говорить тише и двигаться осторожнее. Внутри пахло прохладным кондиционированным воздухом, дорогим кофе и чем-то стерильно-деловым. Каблуки сотрудников негромко отбивали ритм по мраморному полу. Где-то звонил телефон. На экране за стойкой регистрации плавно сменялись цифры встреч и переговоров. ХеДжин сильнее прижала к груди стопку тетрадей, чувствуя себя здесь слишком «живой» для этого выверенного пространства. Рюкзак снова начал сползать с плеча, и она поспешно подтянула лямку, прежде чем подойти к стойке. — Здравствуйте… — тихо произнесла она. — Я к Чхве ХаРин. Седьмой этаж. Молодой администратор поднял на неё взгляд и тут же доброжелательно улыбнулся — профессионально мягко, но искренне. — Здравствуйте госпожа Чхве. Конечно, Вы можете проходить. Она поблагодарила его негромким кивком и поспешила дальше по коридору. Светлые стены, стеклянные перегородки, приглушённые разговоры сотрудников — всё вокруг казалось слишком собранным, слишком взрослым. У лифтов никого не было. ХеДжин шагнула внутрь кабины и нажала кнопку седьмого этажа. Двери начали медленно закрываться, и девушка позволила себе коротко выдохнуть, расслабляя напряжённые плечи. Но в последний момент между створками вдруг появилась мужская рука. Двери дрогнули и снова разошлись. ХеДжин невольно вжала голову в плечи, растерявшись от неожиданности. Перед ней стоял Ким ТэХён. Безупречный, как всегда. Тёмный пиджак лежал на плечах идеально, воротник рубашки был без единой складки, а от него самого исходил лёгкий древесный аромат дорогого парфюма. Он посмотрел прямо на неё — спокойно, внимательно. И улыбнулся. — Добрый день, ХеДжин. Её имя в его исполнении прозвучало удивительно ровно. Не тепло, не холодно — достаточно просто. — Здравствуйте… — быстро ответила она, чуть крепче прижимая тетради к груди. ТэХён вошёл внутрь лифта и встал рядом. Пространство сразу стало будто меньше. Его взгляд скользнул по стопке тетрадей в её руках. — Тяжёлый груз, — заметил он с лёгкой усмешкой. — Видно, что ты хорошо учишься. ХеДжин смущённо отвела взгляд. — Я стараюсь. ТэХён тихо хмыкнул, поправляя галстук точным движением длинных пальцев. Лифт плавно двинулся вверх. Несколько секунд они ехали в тишине, нарушаемой только мягким гулом механизма. А потом он заговорил снова — всё тем же ровным, спокойным тоном: — Кстати… ты сегодня не встречала ЧонДже в университете? Вопрос прозвучал будто между делом. ХеДжин слегка нахмурилась, пытаясь вспомнить. — Кажется, нет… — медленно ответила она. — Может, он вообще не приходил сегодня… ТэХён коротко кивнул. Только глаза чуть сузились — почти незаметно. Лицо при этом осталось всё таким же спокойным. — Понятно, — произнёс он суховато. — Спасибо, что сказала. Лифт тихо звякнул, оповещая о прибытии. Двери раскрылись. Они вышли одновременно, и ХеДжин уже собиралась поспешить к кабинету сестры, когда ТэХён мягко коснулся её локтя, останавливая. Она вздрогнула едва заметно и подняла на него глаза. — Прости, — сказал он вежливо. — Если ты очень торопилась к ХаРин. Но мне нужно решить с ней некоторые вопросы. ХеДжин коротко сглотнула. Даже сейчас, несмотря на спокойный голос и безупречные манеры, от него исходило что-то такое, из-за чего хотелось автоматически стать тише. — Ничего страшного, — поспешно ответила она. — Я могу подождать. Улыбка ТэХёна стала чуть шире. Красивой. Почти мягкой. Он слегка качнул головой — словно благодаря её за понимание. А затем пошёл вперёд. Его шаги по коридору звучали глухо и уверенно. Как у человека, который привык, что двери перед ним открываются сами. И когда он подошёл к кабинету ХаРин, то даже не постучал. Просто открыл дверь и вошёл внутрь — легко, будто возвращался не в чужой кабинет, а к себе домой. ХаРин стояла у панорамного окна. В руках — планшет, подсвечивающий тонким холодным светом её пальцы. За стеклом город жил своей обычной жизнью: машины ползли бесконечными потоками, люди мелькали внизу крошечными силуэтами, где-то мигали рекламные вывески. Всё это казалось далёким. Почти ненастоящим. Услышав шаги, она обернулась. На долю секунды в её лице мелькнуло удивление — слишком живое, чтобы успеть скрыть. Но уже через мгновение оно исчезло. ХаРин выпрямилась, спокойно подошла к столу и положила планшет экраном вниз, словно закрывая не только документы, но и собственные мысли. ТэХён внимательно проследил за этим движением. — Добрый день, — произнёс он ровно. — Ты иногда забываешь стучать, — холодно ответила ХаРин. Её голос был спокойным, но в нём ощущалась натянутая струна. Уголок губ ТэХёна едва заметно дёрнулся. Он ничего не ответил сразу. Лишь неторопливо прошёл дальше — именно к тому месту, где минуту назад стояла она. Остановился у окна, завёл руки за спину и посмотрел вниз, на город, раскинувшийся под ними. Со стороны это выглядело почти красиво. Если не знать, каким человеком он был. — Знаешь, — начал ТэХён негромко, — недавно созванивался со своими людьми. Все сроки соблюдены идеально. — Его взгляд скользнул по отражению ХаРин в стекле. — Строительство идёт даже быстрее, чем ожидалось. Думаю, проект завершится раньше. ХаРин медленно скрестила руки на груди, буравя взглядом его спину. — Ты о казино? — спросила она сухо. ТэХён развернулся вполоборота. — Именно. На его лице появилась та самая улыбка — самоуверенная, почти опасная. — Полтора года работы, — продолжил он. — Огромные деньги. Огромные риски. И я ни секунды не сомневался, что доведу всё до конца. Он говорил спокойно, но каждое слово ложилось тяжёлым камнем. ХаРин чувствовала, как внутри всё медленно сжимается. Она слишком хорошо знала этот тон. Ещё немного — и он начнёт говорить о её слабости. О нерешительности. О том, что она не умеет принимать решения так, как принимал их ЁнГю. ТэХён повернулся полностью и направился к ней. Медленно. Без спешки. Будто уже знал, чем закончится этот разговор. Остановившись рядом со столом, он опёрся ладонью о его край и слегка наклонился вперёд, сокращая между ними расстояние. — Я дал тебе время, — произнёс он, особенно выделив последние слова. — По твоей же просьбе. Голос стал ниже. В нём появилась сталь. — Но я устал ждать, ХаРин. Её имя прозвучало почти жёстко. — И если ты продолжишь тянуть, выбора у тебя больше не останется. В висках ХаРин застучала кровь. Она впервые настолько ясно почувствовала, насколько страшным может быть ТэХён, когда дело касается его целей. Не вспыльчивым. Не громким. Холодным. Именно это пугало сильнее всего. Её взгляд опустился на бумаги, лежащие на столе. На секунду ей отчаянно захотелось вернуться назад — в то время, когда ЁнГю ещё был жив, когда все решения принимал он, а она оставалась лишь племянницей, стоящей в стороне от этой грязной, тяжёлой игры. Если бы он был здесь сейчас… Но его не было. И никто больше не мог принять удар вместо неё. ХаРин медленно обошла стол. Каждое движение было осторожным, почти выверенным — так двигаются рядом с хищником, стараясь не провоцировать его лишний раз. Она открыла ящик и достала папку. Аккуратную. Идеально подготовленную. Положила её перед ТэХёном. — Ты прав, — сказала она тихо. — Я думала над этим все последние дни. Она раскрыла документы. Белые страницы зашуршали в тишине кабинета. — Я нашла выход. ТэХён опустил взгляд на бумаги. ХаРин провела пальцем по одному из пунктов, заставляя себя говорить ровно, хотя внутри всё дрожало. — Здесь план нового договора. Если строительство продолжится, люди, чьи земли попадут под застройку, получат компенсацию. Она подняла глаза на ТэХёна. — Не символическую. Реальную. Его лицо оставалось нечитаемым. — Кроме того, — продолжила она, — им будет предложено ограниченное участие в доходах комплекса. Это позволит избежать конфликта. Они не будут чувствовать себя жертвами. Они станут частью проекта. Повисла короткая пауза. ХаРин пыталась уловить хоть что-то в его взгляде. Одобрение. Раздражение. Насмешку. Что угодно. Но ТэХён лишь молча смотрел на неё. Тогда она перевернула страницу. — И ещё… есть пункты, которые могут сыграть тебе на руку. Теперь её голос звучал увереннее — профессионально, почти сухо. — Государственные налоговые льготы для подобных проектов. Я уже связалась с нужными людьми. Если всё сделать правильно, это принесёт дополнительную прибыль и сократит часть расходов. Она говорила. Только вот колени подкашивались так сильно, что ей приходилось удерживать напряжение буквально каждой мышцей тела. Потому что знала: если ТэХёну не понравится её решение — он уничтожит его в два счёта. ТэХён молча взял папку в руки. Несколько секунд он просто смотрел на документы, не открывая их, а затем коротко хмыкнул — тихо, почти беззвучно, будто услышал что-то по-детски наивное. Усмешка скользнула по его лицу холодной тенью. — В этом вся разница между тобой и ЁнГю, — произнёс он негромко. — Он никогда бы не стал разбрасываться деньгами. Страница перевернулась. — Компенсации?.. Процент людям?.. ТэХён поднял брови и тихо фыркнул. — Будь он таким добреньким, у него не было бы того состояния, с которым он ушёл из жизни. Слова ударили точно в грудную клетку. ХаРин почувствовала, как внутри всё болезненно сжалось, но лицо её осталось неподвижным. — Но… — протянул он. Его взгляд снова скользнул по страницам. Теперь внимательнее. — Я вижу, как ты старалась. Листы тихо шелестели под его пальцами. — Ты держишься куда крепче, чем я думал. Для женщины, оставшейся без опоры… Фраза оборвалась на полуслове, но этого оказалось достаточно. В кабинете повисла тяжёлая тишина. Слышно было только, как ТэХён перелистывает страницы и размеренно постукивает пальцами по краю папки. Этот ритм действовал на нервы почти физически. ХаРин стояла напротив него, чувствуя, как напряжение стягивает плечи всё сильнее. А потом он резко закрыл папку. Звук вышел сухим и жёстким. ТэХён прижал ладонь к обложке и наконец посмотрел на неё прямо — без улыбки. — Скажи честно, — произнёс он. — Ты правда думаешь, что я соглашусь на это? Сердце ХаРин ударилось где-то под рёбрами слишком сильно. Она сцепила пальцы в замок, чтобы скрыть дрожь. Ей действительно хотелось решить всё иначе. Без давления. Не так, как делал дядя или ТэХён. Но рядом с ним она всё чаще чувствовала себя маленькой. Почти незначительной. Словно весь её опыт, все решения и попытки удержать ситуацию были для него лишь временной помехой. Шуткой. ХаРин сделала шаг вперёд, собирая себя по кусочкам. Расстояние между ними сократилось почти до неприличного. В нос тут же ударил запах его парфюма — резкий, терпкий, слишком тяжёлый. Она ненавидела этот запах. Ненавидела его так же сильно, как спокойное высокомерие на его лице. Но отступать сейчас было нельзя. Она слишком долго держалась, чтобы показать слабость именно перед ним. — Я предлагаю условия, — начала ХаРин ровно, — при которых проект получит хорошую финансовую поддержку, а люди не будут чувствовать, что их просто вышвырнули с собственной земли. И если ты согласишься, я откажусь от проекта. ТэХён едва заметно прищурился. ХаРин выдержала его взгляд. — Полностью, — продолжила она. — Подпишу все документы. Передам строительство под твой контроль. Ни одна мышца на её лице не дрогнула. Но во взгляде появилась твёрдость. Холодная. Острая. Похожая на лёд, под которым давно трещит вода. ТэХён смотрел на неё сосредоточенно, почти изучающе. Будто впервые видел перед собой не растерянную наследницу ЁнГю, а человека, способного вести переговоры на равных. И это его забавляло. Неспешно, почти лениво, он улыбнулся. Улыбка стала мягче. Почти успокаивающей. Так улыбаются человеку, которого уже мысленно переиграли. — Сейчас это звучит очень интересно, — произнёс он негромко. Но за этой мягкостью скрывалось совсем другое. ТэХён смотрел на неё и почти видел, как ломается её сопротивление. — «Вот так. Ты умеешь гнуться, ХаРин. Думаешь, что защищаешь людей. Думаешь, что всё ещё контролируешь ситуацию. Но на самом деле ты сама вкладываешь проект мне в руки. Шаг за шагом. Добровольно. И очень скоро ты поймёшь одну простую вещь: в этом бизнесе не выживают те, кто цепляется за жалость, принципы и чувство справедливости. Рано или поздно ты сама отдашь мне всё, что осталось от наследия ЁнГю. А потом останешься в стороне — наблюдая, как твой мир рушится без твоего участия». — Я рад нашему сотрудничеству, — ТэХён снисходительно улыбнулся, протягивая ей руку. ХаРин вложила его сухую ладонь в свою, и постепенно осознавала, что договаривается с дьяволом. Ей нужны свои рычаги давления. Она не должна так просто «отдавать» всё ему, ведь именного этого он и хотел. Быть выше. Быть впереди. Рука безвольно опустилась вниз. Дверь за спиной закрылась, шлейф от духов ТэХёна постепенно перестал чувствоваться. ХаРин всё ещё стояла у стола, не сразу понимая, что её пальцы сжаты в кулак так сильно, что ногти впились в кожу. Она медленно разжала ладонь и опустилась в кресло, позволяя себе вдохнуть полной грудью. Она провела рукой по виску, чувствуя усталость. В памяти всплыл образ дяди — строгий, прямой, всегда уверенный в каждом своём слове и решении. Он никогда бы не стал идти на уступки, никогда бы не поставил чужие интересы выше собственной выгоды. ХаРин сжала губы. — «Я не он. И я никогда не смогу быть такой, как он.» На секунду ей захотелось повернуть время назад — чтобы дядя был жив, чтобы не приходилось принимать эти решения в одиночку. Тогда всё выглядело бы проще, понятнее. Но сейчас она была одна. Всё вокруг казалось таким реальным, таким незыблемым. Только её внутренний мир шатался, как карточный домик. — «Я сделала это ради людей. Ради их домов. Ради их семей. — Она пыталась убедить себя. — Это не слабость. Это ответственность.» Но в глубине души ей стало холодно. Слишком ясно ощущалось: ТэХён не остановится на этом. Он возьмёт больше, чем написано на бумаге. И если она не будет готова — он оставит её без всего.
