Завод: Сага

Резнер, допив банку пивка, швырнул её в окно и остался стоять как вкопанный. Он чувствовал в своём мозгу странные изменения: всё плывёт, груз мыслей спал, чувства притупились, всплывают хуи. Мэтью, увидев блаженное выражение лица своего нового бро, пригласил его сесть на кровать: - Трэнти, ты щас наебнёшся, если будешь как хер стоять! Трэнти посмотрел на свои руки и начал смеяться, когда они начали троиться и плыть. Он раньше никогда такого не чувствовал - и ему это очевидно нравилось. Трэнти начал заваливаться на бок, но фрик его вовремя подхватил и бросил на мягкую кушетку. Сын священника закрыл лицо ручками и начал ржать как конь. - Нравится? - поинтересовался Мэтью, наблюдая за реакцией Резнера на первый бухич. Трэнти ничего не сказал, но резко заткнулся. Он сел и начал смотреть в одну точку, - чё с тобой, бро? - Э... мой отец, наверное, ищет меня... блин! - Та забей на него хуй, братанчик. Они тебя за чела не воспринимают, а видят в тебе ток позор, сечёшь? Слова нового кореша поразили Резнера. Он и сам об этом догадывался, но никогда не хотел это признавать. Песня PCD, игравшая на фоне, начала неожиданно слишком громкой и давящей на мозги. Резнер тяжело вздохнул. - Мои родители меня ненавидят, наверное. Понимаешь, бро? - Конечно я понимаю, Трэнти, - спокойно сказал Мэтью, садясь рядом с ним на шконку, - у меня у самого предки - полная гниль. Когда они впервые узнали, что я гей, они выгнали меня из дома, перед этим наложив дерьмо моего пса мне в рюкзак, с которым я собирался уёбывать оттуда... я долго шёл по лесу, прежде чем найти этот дом. Я тут уже года три тусуюсь. Резнер слушал это с необычным чувством в душе: он наконец-то увидел того, кто страдает так же и ощутил... власть? Не может быть, отец учил его, что слабым нужно сочувствовать, а не пользоваться ими. Но ещё он учил, что геи - самые страшные монстры на планете. - По началу мне было очень страшно, типо, ночью без света, жрачки не было... но потом я нашёл бабло и теперь живу более-менее... я... устал, бро, - признался Мэтью, не сдерживая слёз. Он начал рыдать, а Резнер и не знал, что делать. Он приобнял его и... увидел свой стояк! Неужели... Фрик сам к нему подался. Они слились в поцелуйчике, но один чувствовал себя доминантном, а другой - просто хотел почувствовать себя нужным. Короч, они ебались до утра. Резнер наконец-то был сверху. (На следующий день) Резнер ушёл, даже не удосужившись разбудить своего корефана и попрощаться. Просто смылся как говно в унитазе, оставив после себя только небольшую лужу рыготы в углу - пиво вышло. Он ступил на утреннюю травку и осмотрелся вокруг. До церкви пиздовать полчаса. Резнер шёл и думал о предыдущей ночке, испытывая смешанные чувства. А что сказал бы Крис, если бы узнал? А отец? А что сказал бы сам Трэнти? Он дошёл до церкви и на пороге его встретил Натурик Резнер с кадилом в районе хуя и с Библией Альфа-сигм у сердца. Он с отвращением смотрел на сынка, который еле перебирал ножками от похмелья. - Где ты был?! - гавкнул Натурик, подходя к сыночке. Резнер хотел открыть хлеборезку, но остановился, когда увидел приближающуюся к его роже книжонку. Отец уебал его жёстка, - почему мы вчера были вынуждены искать тебя по закоулкам, объяснишься?! Резнер начал тереть лицо, но говорить правду, конечно же, не стал. Он лихорадочно думал, ища правдоподобную отмазку и... нашёл. - Когда я ходил в туалет, отец, Бог явился ко мне и сказал идти в гей-клуб, чтобы избить наших врагов. Я, как истинный верующий, не сдержался...- без стеснения говорил Резнер, показывая отцу руки в крови (он порезался о ковёр у Мэтью). - Ой, прости меня, Трэнт. Я и не думал, что ты делал благую миссию...- признал свою вину отец, но сделал это таким тоном, с которым говорят с детсадовцами - наигранно, - иди внутрь - Крис тебя ждёт. Последние слова напугали глэм-мальчика не на шутку. Крис не поверит его бредням - это факт. Если Натурик - фанатичный фанатик Бога, то Крис... хотел лишь в очередной раз получить одобрение от отца. Резнер с трудом открыл массивную деревянную дверь и оказался в огромном зале, украшенным иконами, портретами и статуями с богом всех натуралов. Брат сидел в углу и курил сигарету с фильтром "Волк-одиночка со стояком на бэйб". Увидев Резнера, он едко усмехнулся, туша бычок. Он ждал. - Привет, бра...- сказал Резнер, подойдя к нему. Но он не договорил - Крисик достал из кармана телефон Резнера, -...откуда? - Я нашёл его в кустах, пидор. Неужели ты настолько туп, что забыл его в таком месте? Куда ты смылся и, главное, с кем? - Блин, я... я хотел сходить в туалет, но меня внезапно осенило и я пошёл в кусты, а потом ушёл в лес, потому что Бог меня позвал. Я не вру, честно. Крисик закатил глаза. Он включил телефон братика и... ввёл пароль - правильный. Резнер сорвался с места и попытался выбить мобилу из рук, однако братик оказался сильнее и проворнее. - И что тут у нас? Ты смотришь это, да? - ехидничал брат, показывая историю поисковика Резнеру, - "гей-порно"? Серьёзно, братец? Это так ты веришь в Бога? Ты не уважаешь отца? Резнер еле сдерживался, чтобы не зарыдать как девочка. Он сжал кулачки и начал топать ножкой, пыхтя от злости, пока Крисик рылся в его галерее смеясь. - Не говори отцу...- тихо сказал пойманный гейчик, смахивая слезинку. - И что ты мне сделаешь в замен? А? Что пидор может мне предложить?! Резнер достал тузик из кармана: - Я не скажу ему, что ты изменяешь своей жене, Крис. И что у тебя есть внебрачный ребёнок от нашей соседки тёти Бони. Резнер говорил это холодно, смотря на брата очень непривычно: не как на того, кто сверху, а как на равного. Крис молча отдал ему телефон и вышел на улицу, чтобы покакать.