История приобретшего имя

— Анвар! — капризно протянула принцесса Аварайс, откидывая свою тяжёлую косу за спину. — Анвар, мне скучно! Я хочу… — принцесса задумалась, точно не могла определиться, что именно она хотела. — Развлечений!       Рыцарь мрачно на неё взглянул. Что наставник, что старые рыцари принцессы уже рассказали, чем это может аукнуться ему, да и всем, кто под руку попадёт. Принцессу не устраивали стандартные развлечения всех обычных принцесс, ей подавай что-то опасное и экстравагантное. Были публичные казни, охота на людей, оргии, за которыми наблюдали и добавляли «огонька», причём иногда в прямом смысле этого слова. Анвар прикрыл глаза, и жуткая картина, которую он наблюдал в первую же неделю пребывания в замке, всплыла в памяти.       На центральной площади стояло множество людей, тесно прижимающихся друг к другу и не смело перешёптывающихся. Отовсюду только и слышались возгласы: «Кто в этот раз? За что? Очередное шоу для избалованной принцессы… Лишь бы не… Боги сберегите!»       Со специального тронного возвышения королева Лета на всё это смотрела с лёгким презрением и скукой, а вот юная принцесса Аварайс даже выглядела ярче: настолько происходящее её возбуждало. Если бы не воспитание, данное ей матушкой, то Аварайс просто-напросто подпрыгивала бы на месте. Личные отряды стояли за спинами своих господ. Их лица ничего не выражали.       Анвар поднял глаза к небу и тяжело выдохнул; стоять рядом с возвышением было проще, чем на нём самом, и он точно не завидовал старшим. Послышалось ржание, и Анвар перевёл взгляд в сторону храма: из-за угла несколько конюхов выводили светлых единорогов: трёх белоснежных красавцев и одного особой редкости жемчужного окраса, все четверо с густой гривой, заплетённой в крепкие косы. Рыцарь судорожно сглотнул. Он знал эту казнь. Когда её только ввели, всем объявили, что это будет милостивее, чем обычными лошадьми… А потом они всё увидели.       Королева встала с трона и прошла на край возвышения. Толпа стихла. Казалось, люди боялись лишний раз вздохнуть. — Сегодня мы все собрались здесь, чтобы покарать рыцаря-отступника! Нарушителя своей клятвы! — её холодный голос вонзался в уши всех, кто присутствовал на казни, и проникал в глубины сердец. — Он посмел покуситься на честь вашей принцессы! Думал, что всё ему сойдёт с рук и никто не успеет помочь… Выведите рыцаря Тувиле!       Под несмелый ропот толпы вывели крепко сложенного мужчину с абсолютно пустым взглядом, его связанные руки мелко подрагивали. Он шёл спотыкаясь, не поднимая головы, и если бы не руки других рыцарей, то, скорей всего, просто упал бы. Принцесса Аварайс вскочила со своего места и огорчённо осмотрела своего бывшего рыцаря, лучшего из лучших. Казалось, она ждала другого поведения. — Рыцарь-отступник Тувиле! Ты лишаешься имени, звания и всего того, что когда-то тебе принадлежало, — королева Лета улыбнулась, и выглядело это максимально жутко из-за обожжённой половины лица. — Привязать его к единорогам!       Аварайс плеснула в своего рыцаря стаканом воды. Тот вздрогнул и ошарашенно посмотрел на принцессу: та смеялась в полный голос, и её смех звонко разносился по всей комнате и коридору. Если бы она его не пугала до седых волос, то, наверное, Анвар влюбился бы в неё, как мотылёк любит свет и летит в огонь. Хрупкая, невысокая, хрустальная фигурка с хорошо очерченной грудью и упругой попой (он до сих пор в шоке, что однажды увидел это произведение искусства в ночной сорочке и остался жив), совершенно кукольное личико с большими светло-серыми глазами и пушистыми ресничкам. — Принцесса? — вопросительно протянул он, отряхиваясь, словно пёс. — Ты слишком долго смотрел на меня. Сядь у моих ног! — приказала она, топнув ножкой, и села в широкое кресло у окна. — Я хочу, пока думаю, чтобы ты был рядом.       Анвар постарался сдержать тяжкий вздох и поблагодарил, что в замке они ходили без тяжёлой брони. Он опустился на колени и оказался примерно на одном уровне с принцессой. Та вдруг рассмеялась: — И всё-таки вы все мои мотыльки!       Она опустила руку и погладила Анвара по слегка отросшим волосам, словно тот был её верным псом. Резко Аварайс нахмурилась, и её губы задрожали. Казалось, что вот-вот она расплачется. — Ваше Высочество, — сипло произнёс Анвар, поднимая тяжёлый взгляд. — Вы всё решили уже?       Он выжидательно смотрел на принцессу, которая замерла, разглядывая своего рыцаря, словно он действительно был жалким насекомым. Тот, в свою очередь, чувствовал, как последние нити надежды обрываются в душе. В ушах нарастал звон. Анвар уже не слышал, что отвечала принцесса. Он видел это выражение. Как тогда…       Руки и ноги обречённого мужчины были привязаны к единорогам. Несмотря на весь ужас ситуации, в которой бывший рыцарь оказался, он счастливо улыбался. Единороги перетаптывались на месте, распространяя вокруг себя ауру эйфории, и обречённый буквально купался в ней. Но Анвар видел сколько ужаса в его глазах, когда мужчина, болтаясь в воздухе, засмеялся.       Анвар, не в силах за этим наблюдать, хотел было закрыть глаза, но боковым зрением зацепил восторг принцессы и застыл, рассматривая её. Он никогда не задумывался о том, что, по сути, они почти ровесники. И что она, воспитанная самой жестокой королевой за последние почти триста лет, просто не могла вырасти нормальной.       Рыцарь видел, как королева Лета кивнула ей, будто подбадривая, и девушка улыбнулась совершенно ангельской улыбкой. А потом произошло то, к чему Анвар был не готов, — принцесса махнула рукой в знак палачам…              Обречённый кричал и смеялся одновременно, а Анвар смотрел на принцессу и не мог понять, какие эмоции он всё-таки испытывает. — Для тебя я приготовлю что-нибудь интересное, мотылёк. Но только после того, как наиграюсь с тобой, — закусив губу, пробормотала принцесса и ноготком царапнула щёку рыцаря. — Отчего-то ты мне нравишься…