Найти тебя вне цирка

На часах уже было восемь вечера. Мы плотно поели и завалились на кровать. Я включила телевизор, чтобы найти фильм для просмотра. Между нами была тишина. Но не глухая, а та, которую слышно не произнося ни слова. Мы больше не обменивались фразами, но внутри все итак говорило за себя. Я задумалась, пока листала список с фильмами. В голове снова всплывало все то, что произошло. Нет, не ужас и пережитый страх. А чувства, что заполнили каждую частичку моего мозга. Я повернула голову в сторону Джекса и снова отвела взгляд к телевизору. Он сидел рядом со мной. По нему тоже было видно, что он погрузился глубоко в свои мысли. — Джекс, кто я для тебя…? — тихо спросила я, продолжая выбирать фильм, хотя все мои мысли были заняты другим. Он молчал, не готовый произнести и слова. Я посмотрела на него и на долю секунды уловила в его глазах сомнение. — подруга — коротко бросил он. — ты со всеми подругами целуешься? — спросила я, пытаясь скрыть боль от слова «подруга» — да боже, ты сама прекрасно все знаешь, не нужно ждать от меня прямых слов… — а если я хочу услышать… вдруг я надумала себе — ничего не надумала… этого достаточно? — он бросил на меня взгляд. На его лице читалось всё. Раздражение, неловкость, страх. Но вместе с этим… искренность, желание и правда — Пом, я в этом не хорош, ты знаешь… так что просто возьми все мои действия и переведи их в слова. — я не прошу от тебя чего то грандиозного, Джекс. Я устала ходить в догадках… просто ответь уже честно — мой голос звучал тихо и спокойно. — хочешь честно? Ладно — он раздраженно выдохнул и продолжил, чуть повышая голос — ты постоянно бродишь в моей голове. Ощущение, что каждая часть моего тела уже пропиталась тобой. В крови. В голове. В каждом гребанном моменте — он нервно прошелся рукой по лицу, будто сам от себя уже устал, и после продолжил в таком же тоне — я просыпаюсь и думаю о тебе. Ложусь спать и думаю, блять, о тебе. Злюсь, тоже сука думаю о тебе. Меня это бесит до скрежета зубов… — он остановился, чтобы набрать воздуха в легкие — черт, да я вообще не романтик, Помни. Я не умею говорить красиво, но все, что у меня есть, это желание просто быть рядом, даже когда хочется убежать — он посмотрел прямо мне в глаза — вот и вся правда. Я всей душой желаю тебя и я ненавижу себя за то, насколько сильно. На несколько минут в комнате повисла тишина после сказанных слов. Каждое слово ударяло в грудь. Но не болью, а чем то другим, совсем неизвестным. Слова застряли в горле и не хотели выходить. Я просто смотрела на него. Он не отводил свой взгляд. Прямой, выжигающий, будто если отвернётся, всё, что он только что сказал, потеряет смысл. В груди стало тесно. Горло сжало. И всё, что я могла это дышать. Медленно. Осторожно. Как будто любое слово, любое движение разрушит хрупкое равновесие, что повисло между нами. — твою мать, ты можешь сказать хоть слово? — раздраженно бросил он Я собралась с силами и все же решила подать голос. — могу. Теперь слушай ты меня. Ты не единственный, кто ходит с этим уродским ощущением. Я не знаю, что это. Любовь, зависимость, безумие. Я просто без понятия. Но сам факт остается. Я хочу видеть тебя рядом. Чувствовать тепло твоих рук, целовать тебя в губы, обнимать и дышать тобой — я отвела взгляд. Говорить все это прямо в глаза было трудно — просто я не отталкиваю… а вот ты, не смотря на все, что чувствуешь, продолжаешь переодически надевать маску холодности, хотя внутри тебя огонь… если ты так желаешь видеть меня рядом, то просто впусти меня к себе… Он долго смотрел на меня, внимательно слушая каждое мое слово. Его взгляд падал с моих глаз к моим губам и наоборот. Было ощущение, что он просто любовался мной, пропуская все слова мимо ушей, но он услышал все. Каждое мое слово. Каждое мое движение. Каждый мой вдох. Это был первый раз, когда наши чувства были оговорены вслух и с этого момента больше не было пути назад. В комнате снова повисла тишина, но не та вяжущая и тягучая, а слишком хрупкая, которая в миг могла оборваться. Все вокруг испарилось. Остались лишь мы и наши глаза. Я начала тонуть в глубинах его глаз. Они были слишком глубокие, но такие желанные, что я отдалась без остатка, завалившись на дно. Больше не хотелось говорить слов, хотелось действовать. Мой взгляд метнулся к его сухим, слегка бледноватым губам. В моей голове витало слишком много мыслей, но так хотелось просто забыть их и отдаться моменту полностью. Я потянулась к нему аккуратно, будто боялась отпугнуть. Наши лбы соприкоснулись друг с другом, а его дыхание обжигало мою кожу. Воздух с его губ падал на мои. Всего сантиметр. Сантиметр разъединял наши губы. Он не шелохнулся. Только глаза его стали темнее, как будто слова, наконец, прорвали то, что он держал внутри. — Помни… — голос звучал хрипло, почти с надрывом. — если ты сейчас снова потянешься ко мне, я не смогу остановиться. — я и не прошу тебя останавливаться — ответила я тихо. И в этот момент мои слова будто нажали на кнопку «старт» для нас обоих. Он аккуратно отстранился от меня и одним невесомым, совсем аккуратным движением положил меня на спину, нависая надо мной. Его рука устремилась к моей щеке, вырисовывая линии большим пальцем по моей коже. Он притянулся ближе ко мне, оставляя между нашими губами небольшое расстояние, словно решался, действовать ли дальше или отступить, но спустя пару секунд он коснулся своими губами моих. Бережно, почти неощутимо. В его губах чувствовалась нежность. Чувствовалось все то, что было зарыто где то внутри него. Я ответила на поцелуй. Вложила в него все. Все свои чувства. Все, что я думаю. Как я желаю видеть его рядом с собой. Как хочу просыпаться с ним по утрам. Заваривать ему кофе и смотреть фильмы в обнимку. Держать его за руку и никогда не отпускать. Как хочу идти с ним плечом к плечу. Ругаться из за мелочи, а потом смеяться с глупой причины наших ссор. Я тянулась к каждой части его тела. К каждому вдоху и выдоху, к каждому произнесенному слову. К каждому прикосновению, что вызывало дрожь по всему телу. Все страхи, боль, кошмары. Это все было ничто, по сравнению с чувствами, что сейчас бушевали внутри нас. Поцелуй был не резким, не алчным. Наоборот, тихим, осторожным, будто мы боялись разрушить что то слишком хрупкое. Его дыхание смешалось с моим, и время, казалось, остановилось. Его губы двигались медленно, будто изучая мои, запоминая, вдыхая каждое мое движение. Я чувствовала, как его рука с моей щеки спустилась мне на шею. Тёплая, тяжёлая, настоящая. Большой палец скользнул к подбородку, будто хотел убедиться, что я действительно здесь, что всё это не сон. Мир вокруг исчез. Остались только прикосновения. Мягкие, аккуратные, но с внутренней силой, от которой кружилась голова. Его поцелуи становились глубже, теплее, увереннее, но всё ещё бережными, будто он держал в руках нечто бесценное. Каждое движение наших губ говорило все без слов. Не было похоти, не было игры. Были лишь мы. Наши руки. Губы. Мысли, что переплелись в одно целое. И желание. Непреодолимое желание быть рядом. Я схватилась за его спину двумя своими руками, прижимая его ближе к себе. Мои руки стали блуждать по его спине, вычерчивать там линии и импровизированные рисунки. Дыхание сбилось. Не из за поцелуя, а из за чувств, что метались внутри нас. В моей груди словно заискрилось то, что давно не вспыхивало так ярко. Наши сердца бились в унисон. Слишком громко. Слишком сильно. Словно сердце само пыталось сбежать от слов. От чувств. От эмоций. Я скользнула руками под его футболку, ощущая кончиками пальцев его горячую кожу. Хотелось притянуть еще ближе, но больше уже некуда. Он разорвал поцелуй лишь на мгновение, чтобы посмотреть на меня. В его глазах читалось все. Нежность в перемешку со страхом. Аккуратность с нетерпением. Желание с чувствами. После недолгой выдержки он снова притянулся ко мне. На этот раз губы были более настойчивые. Более жадные. Будто все то, что происходит сейчас, вот вот испарится и если не попробовать это сейчас, то другого момента больше не будет. Моя рука потянулась к краю его футболки, дергая её чуть вверх. Он чуть приподнялся, понимая, что я хочу сделать. Совсем ненадолго нам пришлось снова разорвать поцелуй, чтобы я смогла стянуть с него ткань. Футболка мягко упала на пол рядом с кроватью и мне открылся совсем новый вид. Тот вид, который я не видела раньше. Я скользила взглядом по рельефам его тела. По не до конца затянувшемуся шраму от пули. По его ключицам, рукам, груди, что вздымалась с бешеной скоростью. Моя рука машинально потянулась к его животу. К тому месту, где останется шрам. Далее я двинулась выше, проводя пальцами прямо к груди и потом запустила руки ему за спину, плавно притягивая его к себе. Наши губы снова встретились. На этот раз поцелуй получился слишком требовательный. С напором. С чувствами, что уже выходили за рамки наших границ. С каждой секундой дышать становилось тяжелее. Температура в комнате повышалась с такой же силой, как и росло наше желание. Нежность уходила на второй план, а страсть нарастала с каждой пройденной секундой. С каждым движением губ. С каждым невидимым рисунком вычерченным моими пальцами на его спине. Он убрал руку с моей шеи и потянул пальцы к моей футболке, что уже явно казалась лишней в этот момент. Я чуть приподнялась, помогая ему этим действием стянуть с меня элемент одежды. Нам снова пришлось оторваться друг от друга, чтобы сбросить с меня лишнюю ткань. Как только футболка оказалась на полу, Джекс начал осматривать каждый изгиб моего тела. Его взгляд ходил от моих глаз, до моей груди. От груди, до ребер. От ребер, до живота. Он словно изучал каждую часть моего тела. — ты сводишь меня с ума — хриплым голосом сказал он и приблизился губами к одной из моей груди. Его язык скользнул по розовому бугорку, из за чего из моего рта вырвался совсем тихий стон. От каждого прикосновения внутри будто вспыхивало крошечное пламя, и я чувствовала, как оно растёт, заполняя всё пространство между нами. Мои руки скользнули к его плечам, затем выше к шее, к волосам. Дыхание окончательно свело, но мне не хотелось останавливаться. Каждое его движение губами и языком на моей груди вызывало дрожь по всему моему телу. Он остановился, убрав губы с моей груди, от чего я почувствовала неприятное ощущение пустоты. Его взгляд метнулся к моей шее и он почти сразу поднялся к ней. Дыхание с его губ будто оставляло ожоги на моей коже. Он дразнил меня, не поддаваясь вперед. Мои руки, что все еще былы зарыты в его волосах, подтолкнули его, притягивая ближе к себе. Он начал покусывать кожу на моей шее. Сначала аккуратно, будто измеряя рамки дозволенного, а после более интенсивно. Я запрокинула голову, давая ему больше пространства для его действий. Сначала он кусал мою кожу, потом начал проделывать дорожку из поцелуев, оставляя влажные следы на моей коже. Мои руки скользнули с его волос снова к спине. Я одним движением приподнялась и перевернула нас так, что теперь Джекс был на спине, а я сидела у него на паху, раскинув ноги по обе стороны от него. Я потянулась к нему за поцелуем. Наши губы снова сомкнулись. Страстно. Желанно. Требовательно. Эмоции внутри меня бушевали. Я пустила язык ему внутрь и начала блуждать по его рту. Между своих ног я ощутила насколько сильно Джекс желал всего этого. Ровно так же как и я. Мне захотелось сменить напор. Я начала дразнить его, переодически качая бедрами. От каждого движения он вздрагивал, а его руки, что до этого просто развалились на кровати, теперь легли на мою оголенную талию. С каждым поцелуем. Каждым вдохом. Каждым движением, давление в его шортах между ног чувствовалось сильнее. Я с неохотой разорвала поцелуй и только хотела потянуть руки к резинке его шорт, как он схватил мою руку, останавливая меня. Я вопросительно посмотрела на него, на что он лишь аккуратно убрал меня с себя и скрылся в коридор. Внутри меня бегало много мыслей. Что это сейчас было? Какого он просто берет и уходит, оставляя меня полуголой на кровати. Но не успела я даже встать, чтобы пойти за ним вслед, как я снова увидела его. В руке он держал небольшую упаковку серебристого цвета. Я сразу распознала, что это за предмет. — когда ты успел? — хрипло спросила я — Зубл предвидела — коротко бросил он и снова навис надо мной. Его рука потянулась к моим шортам и в одно мгновение они оказались на полу. Из одежды на мне остались лишь трусы, но и от них Джекс избавился в долю секунды. Он снова окинул меня взглядом. В его глазах заиграл огонь. Бешеный огонь. И я была готова отдаться этому огню полностью и сгореть дотла. Его рука скользнула по внутренней стороне моего бедра и я полностью отдалась всем дальнейшим его действиям. Пальцы двинулись выше, вызывая на каждом миллиметре моего тела мурашки. Он нащупал то, что так желанно искал и начал медленными, дразнящими движениями водить пальцами. Я тут же прогнулась под ним, стараясь не издавать звуков. Но с каждым движением, с каждым ускорением и замедлением его рук, я не сдерживала тихие стоны со своих губ. Его пальцы не останавливались и он наклонился к моей шее, взяв кожу в рот. Я прогнулась в спине еще больше, стараясь притянуться ближе к нему, чтобы ощутить тепло его тела. Он начал ускорять каждое свое движение до тех пор, пока я не задрожала прямо под ним, пустив со своих губ более неприличный и громкий звук. Воздуха в легких критично не хватало, хотелось одновременно и остановиться хоть на секунду, и продолжить не сбавляя темпа. Я потянула руки к его резинке на шортах и скинув их в сторону, я сделала тоже самое с его трусами, убрав последний и ненужный в данный момент элемент одежды. Моя рука потянулась к маленькой серебряной упаковке, что Джекс бросил на тумбу возле кровати. Дрожащими руками я еле открыла упаковку и достав оттуда презерватив, я без каких либо сомнений натянула его на орган, для которого он предназначался. Джекс направился ближе ко мне, но вдруг остановился. В его взгляде промелькнуло сомнение. — ты уверена? — спросил он. — просто… не останавливайся — еле выговорила я, стараясь унять дрожь в своем голосе. Он кивнул, не сказав больше и слова и следом вошел в меня. Аккуратно, будто все еще сомневался в своих действиях. С моих губ тут же сорвался стон и я поддалась вперед, показывая всем своим телом, чтобы он не останавливался. Сначала его движения были легкими, словно изучающими. Он двигался плавно, хотя было видно, как он сдерживался. — убери свою неуверенность — еле слышно сказала я — не сдерживай себя… После этих слов он внимательно окинул меня взглядом и почти сразу же сделал резкий толчок, от чего я моментально прогнулась и притянула его к себе еще ближе, оставляя на его спине царапины от ногтей. Он начал чуть ускорять движения, внимательно следя за моей реакцией. Каждое его движение было будто признанием, произнесённым без слов. Он смотрел на меня, как будто видел впервые, и я не могла отвести взгляд. Между нами будто натянулась невидимая нить, хрупкая и напряжённая. Стоило кому то из нас пошевелиться и она оборвётся, а вместе с ней исчезнет весь этот момент. Он прижал меня ближе, и я почувствовала, как его дыхание сбивается, а моё сливается с ним. Движения стали еще более быстрее, глубже, увереннее. Не грубые, но решительные. Он будто забыл о сдержанности и позволил себе всё, что прежде удерживал. Я чувствовала, как он теряет контроль, и, может быть, именно это было самым красивым. Эта уязвимость, эта безоговорочная честность в каждом его жесте. Я прижалась ближе, отвечая на его ритм, на его дыхание. Он не сбивая темпа схватил мою руку со своей спины, прижал её к кровати и переплел наши пальцы. Я растворилась в каждом его действии. В каждом толчке. В каждом пошлом скрипе кровати. В его руках. Я растворилась в нём. С моих губ вырывались стоны. Я уже на сдерживала себя. Не видела в этом смысла. Сейчас нас никто не застукает. Никого нет в соседней комнате. Никто не помешает. Остались лишь мы. Близость наших тел и неутолимое желание быть еще ближе. Я тихо прошептала его имя ему на ухо и это заставило двигаться его еще более быстрее. Рука, что все еще была на его спине, оставляла новые царапины. С каждой минутой он двигался все интенсивнее и интенсивнее, крепче сжимая мою руку в своей. Его губы снова потянулись к моей шее, оставляя на ней очередное багровое пятно. Вероятно, я буду жалеть о том, что так часто подставляла свою шею под его губы, но сейчас я не думала об этом. Сейчас я отдалась моменту, полностью поглощенная каждым толчком. Каждым тихим стонам с его губ. Каждым несказанным словом. Я отдалась ему. Наши тела задрожали в унисон и из моих губ вырвался последний, но громкий стон. Джекс завалился на кровать рядом со мной, отпуская мою руку. Дыхание сбилось в край, а голова закружилась от чувств, что нахлынули нас обоих. Сердце громко билось в груди и казалось, что каждый удар был слышен сквозь ребра. Мы лежали рядом, едва дыша, наслаждаясь послевкусием того, что только что произошло. Джекс прижал меня к себе, обнимая крепко, как будто боялся, что я исчезну. Его рука скользнула по моей спине, успокаивая, а его дыхание постепенно приходило в норму, смешиваясь с моим. Я прислонилась к нему лицом, чувствуя тепло его кожи, и впервые за долгие часы позволила себе полностью расслабиться. Сердце всё ещё колотилось в груди, но теперь это был ритм, который объединял нас, а не разрывал. — Пом… — хрипло пробормотал он, словно проверяя, что я рядом. — Джекс… — ответила я тихо, прижимаясь к нему ещё ближе. В комнате снова воцарилась тишина, но она уже не была пустой или напряжённой. Она была наполнена дыханием, теплом и ощущением того, что мы стали ближе, чем когда либо прежде. Мы лежали так, слушая друг друга, чувствуя, как постепенно спадает накал, оставляя после себя только нежность и доверие. Я обвила его руками, а он крепко прижал меня к себе, и на мгновение казалось, что мир снаружи перестал существовать. Я прижалась к его груди, закрыла глаза и слушала как размеренно бьется его сердце. То сердце, которое несколько недель назад остановилось. Сейчас оно бьется точно так же как и мое. С жизнью. Страстью и безумием, что бушевало внутри нас. Это был момент полного единения. Нет, не только телесного, но и эмоционального. И мы оба понимали, что как прежде теперь уже ничего не будет. — я люблю тебя, Помни — совсем тихо сказал он, будто боялся произнести эти слова. — и я тебя… Джекс — ответила я, ближе прижимаясь к нему. В этом моменте было всё. Все наши чувства слились в действия, а слова в тихую правду, которая осела приятным осадком где то внутри наших сердец.