Прошлое грядёт

      Осознание больно ударило по Диме. Он сидел в спальне около часа, тупо смотря на то самое фото. Фото, с момента запечатления которого его жизнь начала постепенно рушится. И фото, которое теперь помогло ему понять. Помогло наконец пробудить в себе не только негативные воспоминания и слова близких, которые в том возрасте воспринимались всё ещё остро. Оно помогло вспомнить трепет в груди. Румянец на лице в момент того самого рокового поцелуя. То приятное чувство, что разлилось по всему телу. Оно ощущается и сейчас...Когда Дима всё понял. Когда он понял, что никогда не любил эту женщину, что много лет называл женой. Что всегда любил...его. Любил, искал, вспоминал и горевал только по нему. И в какой-то момент его мозг просто перестал воспринимать то место, тех людей и те чувства как что-то реальное. Приятные ощущения оказались лишь плодом воображения, а горькие слова впились так глубоко, что даже повзрослев, всё ещё на него действуют. Но...Мужчина поднялся с места. Пора это всё заканчивать. Он решил. Решился. Он скажет. Признает и признается. В первую очередь самому себе. Пока дочь ещё спала, он прошел в просторную ванную...Встал перед зеркалом и посмотрел в глаза, спрятанные за линзами очков.       Пальцами сняв очки за металлическую оправу, он положил их на раковину и взглянул в свои глаза. Уставшие, потухшие. Глаза человека, который жил в мороке много лет. Но теперь...       -- Я. Его. Люблю. -- чётко проговорил мужчина, а после чего громче, -- Я люблю Антона. Мать твою Антона. -- и внутри будто сразу..отлегло. Камень спал с души, а дышать стало легче. Дмитрий впервые почувствовал себя таким лёгким. Таким уверенным. Таким...живым. И что только требовалось? Признать себя. Принять себя. И принять свои собственные чувства. Какими бы неправильными или отвратительными они не казались бы остальным. Это - его чувства...

***

      Прошло несколько дней. Дима планировал уехать окончательно. Взять вещи, деньги, документы. Всё. Даже дочь. Этой женщине всё равно плевать, ведь она занята своей личной жизнью. За это время он поговорил с ребёнком. Поговорил с самим собой. И всё окончательно решил. Он не станет так больше жить. Только не после такого признания. Только не после того, как его ребёнок настрадался без него. Он - ужасный отец. Был им. Однако он знает, что может исправиться. У него на это ещё много времени.       -- Пап! Я всё собрала! -- Алина подбежала к отцу. На её спине висел рюкзачок. Конечно, в нём были только игрушки и лишь пара вещей. Всё остальное Дима уже собрал сам, загрузив в свой большой чемодан. Повернувшись к дочке, он присел на колено. Похлопал её по плечу и мягко улыбнулся. Будто целую вечность этого не делал, особенно так...легко и непринуждённо. Уголки губ даже начали покалывать от того, насколько широкой была улыбка.       -- Умничка. Дай папе закончить и поедем, хорошо? Я тебя со своим другом там познакомлю, поиграете вместе. -- после чего он на мгновение обнял дочь и отпустил её, заканчивая все приготовления. Билеты на ближайшую электричку он уже купил, документы все сложил. С основной работы он уволился. Решил, что будет искать что-то удалённое, чтобы было удобнее работать из села. Да и к тому же, у него была неплохая заначка, в которую он откладывал с каждой зарплаты. Этого должно было хватить на первое время, пока удалёнка находится в процессе поиска. Записку жене... он так и не оставил. Вряд ли она вообще будет их искать. Они лишь мешали ей. Пусть живёт своей жизнью...Естественно после развода. И вряд ли он был бы простым... Дмитрий горько вздохнул. Это лишь временные трудности. Улыбка вновь расплылась на лице. Теперь все его проблемы казались не такими уж огромными и трудными. Всё можно решить. Всего можно добиться. Просто стоит...в нужный момент признать себя. Свои силы. И теперь, когда он это сделал, он чувствовал лишь лёгкость. Казалось, будто вот-вот он сможет улететь высоко-высоко и остаться там навечно...

***

      На вокзале было довольно шумно. Люди толпились у касс, у свободных сидячих мест. Кто-то с кем-то ссорился, кто-то просто болтал, а кто-то уже бежал на свою электричку, которая вот-вот должна была отойти от пятой платформы. Дима с дочерью приехали буквально за пятнадцать минут до того, как нужный поезд должен был прибыть. Осмотревшись вокруг, мужчина решил никуда лишний раз не заглядывать. Осталось совсем ничего и они наконец покинут это место.       -- Точно везде сходила? Смотри, в поезде туалеты грязные. -- уточнил мужчина, глянув вниз на девочку, что внимательно осматривала всех находившихся внутри вокзала. Девочка подняла голову, улыбнулась и кивнула, показывая тем самым, что никуда ей не нужно. -- Ну хорошо..В крайнем случае туалет будет только дома.       Через пятнадцать минут, вовремя, к третьей платформе подъезжает электричка. Вокзал оживляется вновь и часть людей идут к выходу на платформы, после аудио оповещения. Некоторые даже бегут, хотя поезд только-только подошёл. Дима взял Алину за руку и они вместе пошагали к нужному месту.       Достигнув третьей платформы, там стоял контролёр. Он, по очереди проверяя билеты, впускал людей в вагон. Мужчина с дочкой встали последними. Он достал из кармана телефон, ведь билеты были электронными...И так захотелось написать Антону. Позвонить, услышать его голос. Однако его номера у Димы не было. Пришлось лишь вздохнуть и, подойдя ко входу в вагон, предъявить билеты контролёру.       Пройдя внутрь, Дмитрий усадил дочь на сиденье, а сам сел напротив. Людей было достаточно мало, по крайней мере в их вагоне. Какая-то небольшая компашка сидела в конце, ближе к выходу, и пару пенсионеров было разбросано по разным сиденьям, в том числе один сидел с другой стороны от них.       -- Пап, а нам долго ехать? -- спросила девочка, уже достав свою любимую игрушку из рюкзака, чтобы скоротать время.       -- Нет, через пару часиков будем на месте. У тебя будет своя новая комната. -- девочка от этой новости улыбнулась. Её старая комната в квартире казалась ей скучной и маленькой. А теперь у неё будет комната, как у настоящей принцессы! По крайней мере, так представлял новые апартаменты детский маленький мозг с богатым воображением.       Поезд тронулся, медленно начиная набирать скорость. Девочка придвинулась ближе к окошку и начала тихо играть в игрушки. Что-то бормотала, явно придумывая какой-то интересный сюжет. Дима сидел ближе к проходу между сиденьями. В его голове крутилось множество мыслей. Планы на обновление жилища, примерные расходы на всё это и...наконец-то нормальный разговор с Антоном. Где они всё по-человечески обсудят, поймут и...возможно у них что-то да получится? Может Диме всё таки удастся стать наконец по-настоящему счастливым...

***

      Антон шёл с работы ближе к закату. Небо вновь окрасилось в красивые оранжево-жёлтые оттенки, создавая прекрасные градиенты. Небо было словно холст художника, что создавал своё собственное новое чудо. Парень неспешно шёл домой, обмотавшись в шарф и застегнув куртку. Дима не появлялся в селе уже несколько дней...От того легче не становилось. Парень ужасно скучал по нему. Это чувство напоминало о долгой разлуке в те двадцать лет, на которые внезапно исчез Дима после того дня. Однако пару дней не двадцать лет. Пара дней - не вечность...       -- Антон! -- к нему подбежал местный фельдшер. Он выглядел очень обеспокоенным, встревоженным. Волосы растрёпаны, белый халат накинут наспех на тонкий свитер, а на руках зачем-то медицинские перчатки. -- Помоги, пожалуйста. Тут недалеко от нашей станции два вагона электрички сошло с рельс, мне только что сообщили. Скорая уже едет, мчс тоже, но может там ещё можно кого-то спасти.       Слова ударили по ушам. Внутри появилось странное, неприятное ощущение. Живот скрутило, будто парня вот-вот вырвет. А если...       -- Пошли. -- коротко сказал тот и они вместе побежали сначала к станции, а после и вдоль железной дороги. Уже отсюда был виден клуб дыма, поднимающийся в небо и заполоняя своей серостью красивый закат. Вагоны не просто сошли с рельс, они загорелись...       Как только они приблизились к вагону на достаточное расстояние, парень увидел тела снаружи...Они были отчасти обгоревшие, с множеством маленьких порезов, из которых торчали осколки стекла. Видимо, они сидели слишком близком к окнам, поэтому их выкинуло из вагона в первую очередь...Однако зацепило его другое. Антон метнул взгляд на двух человек, лежащих рядом. Его глаза расширились и он внезапно остановился, заставив фельдшера тоже застопориться и обернуться туда, куда он смотрел. Теперь оба выглядели шокированными. На земле лежал..Дима. Он крепко обнимал маленькое тело девочки, что уже не дышала. А вот мужчина...Он ещё двигался. Дышал. Парень дёрнулся и помчался к ним, его дыхание тут же сбилось, а живот скрутило так, что его вырвало, пока он бежал. Вытерев остатки с губ, парень упал на колени рядом с Димой....Однако больше он не видел движения. Грудь мужчины уже не двигалась, а рот остался приоткрытым....У парня накатились слёзы. Он судорожно стал пытаться нащупать пульс, перевернуть Дмитрия, однако его хватка была мёртвой на его собственной дочери. Антон разрыдался, всхлипывая и всё ещё пытаясь помочь...Искусственное дыхание, неловкий массаж сердца из-за позы мужчины...Всё без толку. В конечном итоге парень поднялся на ноги, чуть не упав попутно, и громко вздохнул, стараясь дышать. Из-за слёз горло спёрло, в животе всё ещё тянуло. Хотелось проблеваться вновь...       -- Дима...-- только и сумел пробормотать он, когда поднял глаза и вдалеке увидел машины скорой помощи. А на дороге стоял...Он. Дима. Из его головы, носа и рта текла кровь. Вся куртка была в крови. Очки потрескались, вот-вот бы разбились, но ещё держались на разбитом носу...             Мужчина улыбался. Антон впервые видел его улыбку. Он стоял, оцепенев, и смотрел, как силуэт мужчины исчезает в лучах солнца, что заходило за горизонт...Он уходил со всем. С невысказанными, но такими нужными сейчас для парня, словами. С принятыми, но уже никогда не озвученными, чувствами. Он уходил вместе со счастьем Антона. Вместе с его сердцем, душой...Но не телом. Тело осталось стоять, тупо глядя на то, как небо из красивого пейзажа превращается в тёмно-серое нечто, на котором загорелись две маленькие, но...счастливые звёздочки.