Wastelands

Джерард не смог заснуть. После неудачной попытки, продлившейся около часа, он всё-таки встал с раскладушки, взял скетчбук и карандаш и устроился на полу около дивана. Внизу было холодно, но это его не останавливало. Он то бросал взгляд на Фрэнка, то что-то рисовал, бывало, что он останавливался и любовался спящим Фрэнком до тех пор, пока не находил это странным и не одёргивал себя. Закончив быстрый рисунок — тот занял всего полчаса и получился не очень хорошо прорисованным, но Джерарду хватало и этого — он почти бесшумно, как будто боясь спугнуть момент, пододвинулся ещё ближе к дивану, оказавшись очень близко к Фрэнку. Он не понимал, что ему так понравилось в этом человеке, но он точно знал, что хочет быть с ним. Он легко дотронулся до его руки, а затем, поняв, что Фрэнк даже не попытался проснуться из-за прикосновения, уже смелее обхватил её и просто сидел на корточках рядом с диваном, ощущая тепло его руки и думая о чём-то своём. Пару раз за ночь он вставал, заваривал себе чай и снова возвращался на то же место. Мысли путались, от бессонницы начинала болеть голова. Тогда он снова вставал и заваривал себе чай, который, кстати, кончался достаточно быстро. Сна не было ни в одном глазу. Он подошёл к подоконнику и опёрся на него, смотря на пустую улицу. Ему казалось, что он сходит с ума, потому что в голове на повторе вертелось имя Фрэнка, и только изредка появлялись какие-то другие, несвязные мысли. Джерард невольно представил его улыбающегося и улыбнулся сам, осознавая, что это странное чувство одновременно и приятное, и ужасное. — Джи? Джерард вздрогнул, оборачиваясь. Сонный Фрэнк сидел на диване, укутавшись в плед, и удивлённо и непонимающе на него смотрел. — Ты чего не спишь? — Не спится, - ответил Джерард, отходя от подоконника и садясь на раскладушку. - А ты? Фрэнк пожал плечами. — Я могу отдать тебе плед, если тебе холодно, - видимо, он заметил, что вместо нормального одеяла на раскладушке лежит тоненькая простынь. — Нет, - возможно, это прозвучало слишком резко. Если раньше Джерард хотел больше времени проводить с Фрэнком, то сейчас ему как будто резко захотелось вернуться обратно к той жизни, которая была до их встречи. Он чего-то испугался. — Ладно, - Фрэнк не стал возражать и лёг обратно. - И, если хочешь, можешь разобрать диван, если он разбирается, и лечь со мной. Ну, не знаю, вдруг тебе так спокойнее будет. Он отвернулся к спинке дивана, а Джерарду вдруг почему-то стало холодно. Он лёг на раскладушку и снова попытался заснуть, пролежав примерно полчаса, но всё ещё не мог. Встав, он снова поплёлся к окну, намереваясь провести там ночь — просто стоять там и смотреть на то, как, например, ветер колышет листья деревьев. *** Прошлый и наступивший день слились в одну серую массу, и Джерарду казалось, что ночи вообще не было. Когда Фрэнк проснулся, он сидел под окном со скетчбуком и рисовал что-то непонятное и очень абстрактное, но вкладывал туда все свои эмоции. Только так он умел их выражать. — Доброе утро, - послышалось со стороны дивана. Не у всех в этой квартире сегодня было доброе утро — у Джерарда оно было ужасным, если вообще было. — Нифига не доброе, - отозвался он, откладывая скетчбук и прикрывая глаза — он не хотел спать, просто устал. Фрэнк, всё ещё закутанный в плед, подошёл к Джерарду и сел рядом. — Ты всю ночь тут просидел, что ли? - спросил он. Джерард кивнул. - По тебе видно. Они просто молча сидели, смотря в стену. Такое совместное времяпровождение даже нравилось Джерарду — ему было комфортно. — Знаешь, - сказал вдруг Фрэнк. - Я, наверное, пойду. «Сегодня выходной» - подумал Джерард, но не стал его останавливать. Это «пойду» ему ужасно не нравилось, как и контраст между вчерашним и сегодняшним днём. Он искренне не понимал, почему так происходит, но по привычке винил себя. Наверное, с ним было слишком скучно. Наверное, у него слишком много проблем. Прошло очень мало дней с того момента, когда он в последний раз сильно нервничал. Но... «мало» — это всё-таки больше одного дня, а это было уже прогрессом, учитывая то, что было недавно, до того, как они помирились. И вот сейчас он снова мерил шагами единственную комнату, пытаясь успокоиться, потому что ему это всё совершенно не нравилось. — Что я делаю не так? - спросил он сам у себя. Вслух. Это его не смутило. Главное — снова не дать себе довести себя до такого состояния, когда уже всерьёз думаешь, что ещё немного — и ты умрёшь. Внезапно он остановился, затем схватил скетчбук и усердно принялся что-то рисовать. Вышла незамысловатая картинка, где маленький человечек держится за улетающий воздушный шар. — Это — я, - он показал на человечка. - У меня явно какие-то беды с башкой, потому что я сейчас разговариваю сам с собой. А это — Фрэнк, - он показал на воздушный шар. - Он... Он просто самый прекрасный человек на земле. Немного помолчав, он добавил: — Как же это всё абсурдно выглядит. Он отбросил скетчбук в сторону и распластался на полу, рассматривая потолок. Ему было скучно и даже немного страшно, потому что где-то в глубине души он понимал, что ему жизненно необходимы люди, а иначе он действительно сойдёт с ума. Это будет плохо. Этого нельзя допустить. Ему показалось, что квартира большая-большая... а потом — что она маленькая-маленькая, и он еле в ней помещается. Это тоже было странно, хотя почему-то не казалось каким-то необычным, из ряда вон выходящим. Теперь вместо постоянных многочисленных мыслей о Фрэнке была только одна: с ним, Джерардом, явно что-то не так. И он не понимает, что происходит. Он устал. Он чертовски устал, но не только из-за того, что не спал этой ночью — это физическая усталость — но и из-за всего, что происходит, потому что происходила, как он считал, полная чушь. И скорее всего это было из-за него. Он встал с пола и снова придвинулся к стене, под окно. Ему казалось, что тут будет комфортнее. Он чувствовал себя маленькой песчинкой в этой огромной пустыне жизни, ему снова хотелось просто исчезнуть — возможно, это последствия бессонной ночи. Постепенно вернулись мысли о Фрэнке. Что-то происходило — Джерард это уже понял. Но он не хотел выяснять, что именно не так, и как это исправить. Он просто хотел вернуть их прежние посиделки вместе, их общение, мимолётные прикосновения их рук и эту прекрасную улыбку... Он устал от всего этого, от постоянных мыслей о Фрэнке, от своих чувств. Но никак не мог отдохнуть хотя бы день. Это как... бессонница. Только по-другому. Гораздо хуже.