Помощь Лололошки

—Что это?- процедил Тадмавриэль сквозь стиснутые зубы, сжимая в руке скрипку сына. Не дожидаясь ответа, мужчина замахнулся ею на Эграсселя.- Что это такое, я тебя спрашиваю?!

—Это..скрипка, Отец, – прошептал Эграссель дрожащим голосом, следя за каждым движением родителя, молясь, чтобы тот не сломал его сокровище. Тадмавриэль заметил страх в глазах сына и злобно усмехнулся. —Ты вздумал шутить надо мной? Я спрашиваю, что эта дрянь делает в моем доме?!- прорычал он, сжимая лакированное дерево до побелевших костяшек. Эграссель медленно подошел к отцу, невольно прижимая уши к голове. Голос его был едва слышен: —Пап, верни мою скрипку, пожалуйста.. Ты же знаешь, как она мне дорога.-  Сердце его колотилось, а взгляд лихорадочно метался между скрипкой и лицом отца. На лице Тадмавриэля расцвела лукавая улыбка. Он протянул инструмент сыну. —Вернуть? Хорошо, забирай. Эграссель потянулся к скрипке, но едва его пальцы коснулись корпуса, отец разжал пальцы. Инструмент со всей силой рухнул на пол, разлетаясь в щепки. Сын едва сдержал крик боли и гнева, глядя на довольно ухмыляющегося отца, явно наслаждающегося его страданиями. Губы дрожали, как и руки. "Он посмел разбить то, что осталось от матери,- пронеслось в голове.- Это было единственное, что связывало нас с ней.. Теперь у меня не осталось ни матери, ни воспоминаний о ней". Эграссель перевел взгляд на Тадмавриэля и сжал кулаки до побеления костяшкек. В ответ на издевательское: "Забыл, как меня стоит называть?",губы сына сжались в тонкую полоску,и кулак взметнулся вверх, обрушиваясь на лицо отца. Тадмавриэль отшатнулся, придерживая разбитый нос, из которого сочилась кровь. Ухмыляясь, он перевел взгляд на сына, который смотрел на него с ненавистью и презрением. —Не ожидал от тебя такого, сынок..Но ничего, такого больше не повторится. Я научу тебя манерам. Рука Тадмавриэля вспыхнула зеленым светом, на мгновение окутывая конечность Эграсселя. С громким хрустом сын с криком боли рухнул на колени, держась за сломанную руку, сдерживая слезы. Пытаясь хоть как-то использовать магию, он почувствовал, как его подбородок поднимают ногой, а потом ею заряжают по лицу, ломая нос. Парень попытался что-то сказать, но смог лишь издать всхлип. Дыхание сперло, а в горле образовался ком. Пятясь к двери, он смотрел на отца, который приближался все ближе и ближе. Тадмавриэль схватил сына за волосы и швырнул в шкаф с такой силой, что послышался треск ломающегося дерева. Книги вместе с какими-то колбами, наполненными различными жидкостями, посыпались на него. Осколки стекла вонзались в кожу, причиняя жуткую боль, а химические ожоги лишь усиливали страдания. Эграссель умолял прекратить, обещая уйти и больше не попадаться на глаза, но страдания сына лишь приносили Тадмавриэлю удовольствие. Когда отец замахнулся вновь, парень телепортировался вместе с остатками скрипки в свою комнату. Лежа на кровати, он не мог заставить себя пошевелиться, ощущая нестерпимую боль во всем теле. Да, стычки с отцом случались часто, и обычно Эграссель отделывался легкими травмами, но до такого еще не доходило. Превозмогая боль, эльф поднялся и начал залечивать раны. Закончив, он взглянул на сломанную скрипку. Аккуратно сложив обломки в ящик шкафа, парень лег спать.

  

***

Сидя на поляне, Лололошка смотрел на своего друга, выжидая подходящего момента для признания. Однако поведение Эграсселя его сильно беспокоило. Тот всю прогулку молчал, лишь изредка отвечая на вопросы полукровки, а затем снова устремлял взгляд на реку, бегущую вдоль берега. Лололошка заметил новые шрамы на теле возлюбленного и, не выдержав больше, произнес: —Эграсса, у тебя все хорошо?- Он с жалостью смотрел на эльфа, надеясь, что тот наконец-то скажет правду. Но Эграссель не был бы Эграсселем, если бы не соврал, лишь бы Лололошка не переживал. —Все хорошо, друг мой. Просто сегодня встал не с той ноги. Сердце Лололошки сжалось от боли за лучшего друга. "Ну почему он постоянно недоговаривает и надеется, что так будет лучше!?" —Не ври мне, Эграссель,– имя сорвалось с его уст так холодно и грубо, что эльф невольно вздрогнул и со страхом посмотрел на Лололошку. Тот сразу осознал, что перегнул палку, аккуратно подсел ближе и положил руки ему на плечи.– Эграсса, скажи мне правду. Ты же знаешь, я все равно добьюсь своего, хочешь ты этого или нет. Я вижу, у тебя появились новые шрамы и побои.. Скажи, вы снова поругались с Тадмавриэлем? От имени родителя дрожь пробежала по телу, и парень с опаской кивнул. Увидев кивок любимого, Лололошка сжал его плечи в своих руках. "Опять он. Опять он причиняет вред моему любимому Эграссе". —Что он сделал в этот раз? Чем ты его разозлил?– Тон голоса Лололошки был ледяным. Он был готов разорвать любого за своего друга, лишь бы тот был счастлив. Выслушав всю историю, Лололошка загорелся идеей. Он мог бы помочь Эграсселю починить скрипку и заодно признаться в своих чувствах. —Эграсса, давай я помогу ее починить? Достану нужные детали, если их будет не хватать. Ты согласен? Лололошка смотрел на Эграсселя с такой теплотой и заботой, что эльф не смог ему отказать.

***

—Готово, смотри, прямо как новенькая. Что скажешь?– Лололошка стоял с обновленной скрипкой в руках, на корпусе которой было вырезано имя эльфа. Эграссель завороженно смотрел на дивную скрипку, которая стала даже лучше прежней. Он аккуратно взял ее в руки, не переставая восхищаться. Лололошке было приятно видеть, что его возлюбленному понравился подарок, но вспомнив о признании, он слегка замялся. Полукровка взял руки Эграсселя в свои и неуверенно произнес: —Эграсса, послушай, я хочу сказать тебе кое-что важное. Ты пообещаешь выслушать меня без всяких насмешек и осуждений?– И хотя Ло знал, что Эграссель ни в коем случае не станет его осуждать, он все равно сильно волновался. —Конечно, Ло. Я с радостью выслушаю тебя,– улыбнулся тот в ответ. Собравшись с мыслями, Ло начал говорить: —Эграсса, ты очень дорогой мне эльф. Я очень рад быть твоим другом и знать, что ты так же рад быть моим. Но мне бы хотелось стать гораздо большим, чем друзьями. Ты чудесный и красивый эльф. Мне нравится все в тебе. Твои пшеничные волосы, болотистые глаза, которые так и затягивают вглубь, твои красивые и тонкие губы, которые я всегда хотел целовать... Слушая речь Лололошки, щеки Эграсселя все сильнее заливались краской. Уши невольно опустились вниз, слегка дрожа от переизбытка чувств. Он ощущал, как ладони друга сжимают его руки и как тот сокращает расстояние между ними. Под конец Лололошка уже шептал ему на ухо комплименты, обдавая его горячим дыханием, отчего эльф издал тихий стон, утыкаясь ладонями в плечи друга, пытаясь отстраниться: —Ло, не дыши так.. В ответ лишь усмешка и нежные объятия за талию, а затем – жаркий поцелуй у самого уха. Горячий язык скользнул по завиткам раковины, дразняще прикусил мочку. Эграсселя пронзила дрожь, ноги стали ватными, а в штанах ощутилось нестерпимое стеснение. Он все еще пытался сохранить дистанцию: —Лололошка, подожди..Я ведь даже не знаю, как себя вести в такой ситуации.. Я ничего не знаю,– растерянно пробормотал он, тщетно пытаясь образумить друга. Но Лололошка, словно не слыша, уже осыпал поцелуями шею, любуясь бегущими по коже мурашками и наслаждаясь прерывистыми вздохами. —Не волнуйся, я буду контролировать ситуацию, а тебе останется лишь стонать от моих ласк,– с хитрой улыбкой прошептал он, заглядывая в покрасневшее от стыда лицо. Мгновенно вспыхнув чувством вины, Ло осторожно убрал руки Эграсселя от лица, медленно поглаживая горячие ладони. —Эграсса, если тебе не хочется, если тебе некомфортно, я не буду этого делать. Просто скажи. Эграссель боялся, что ощущения окажутся чуждыми и болезненными, но, встретившись с любящим взглядом напротив, немного подумав, робко согласился: —Хорошо, но будь аккуратнее, пожалуйста.. Словно сорвавшись с цепи, Лололошка впился в губы Эграсселя жадным поцелуем. Он не углублял его сразу, давая время привыкнуть, лишь нежно покусывал и посасывал губу, опуская руки на ягодицы. Легкое сжатие оказалось достаточным, чтобы Эграссель, простонав, запустил пальцы в мягкие русые волосы, слегка приоткрывая рот. Лололошка тут же почувствовал свободу и стал бесцеремонно хозяйничать, желая доказать свою любовь, проводя языком по зубам и деснам, сплетая их в страстном танце, пока руки скользили с ягодиц под футболку, лаская бока. Эграссель обхватил плечи любимого, нежно поглаживая и сжимая их. Наконец, Лололошка оторвался от губ, любуясь задыхающимся Эграсселем, чьи губы блестели от слюны, а глаза смотрели лишь на него, затуманенным от желания взглядом. Нежными поцелуями он спустился к подбородку, а от него – к шее, оставляя мокрые следы. Низ живота наполнился томной негой. Эграссель прижался ближе, издав протяжный стон удовольствия. Лололошка впился губами в кожу шеи, оставляя яркий засос, упиваясь стонами любимого, а затем отстранился, рассматривая метки на бледной коже. Снова поцелуй, и вот уже пуговицы на рубашке расстегнуты, ткань отброшена в сторону, и Эграссель ежится от прохлады в комнате, пока Ло стремительно раздевается сам. Блондин застыл, разглядывая его тело, будто впервые увидев. Эграссель, заметив это, самодовольно улыбнулся и, приблизившись, нежно повалил возлюбленного на кровать, оседлывая его бедра и накрывая губы страстным поцелуем. Руки коснулись груди, случайно задев сосок, и из уст Эграсселя вырвался сдавленный стон. Ло отстранился от его губ, осыпая поцелуями лицо и опускаясь к груди, вбирая один сосок в рот, посасывая его, а другой лаская рукой: оттягивал, сжимал, крутил. Эграссель всхлипывал, извиваясь под ним и сминая простынь в руках. Уши, давно пылающие от стыда, теперь подрагивали, а член настойчиво ныл, требуя внимания. Руки скользнули по груди Эграсселя, нечаянно задев сосок, и из горла эльфа вырвался приглушенный стон. Ло оторвался от его губ, покрывая лицо россыпью поцелуев, и спустился к груди, забирая один из сосков в плен своего рта. Язык ласкал его, дразня, а пальцы другой руки танцевали на втором соске – оттягивали, сжимали, заставляли трепетать. Эграссель всхлипывал, извиваясь под его напором, пальцы судорожно вцепились в простынь. Кончики ушей, зардевшиеся от стыда, теперь мелко дрожали, а член настойчиво ныл, требуя внимания. Ло, словно дразня, отстранился и продолжил свой путь поцелуями вниз, к поясу брюк, и Эграссель, обессиленный желанием, прошептал дрожащим голосом: "Не надо..", хотя тело его давно горело в огне страсти. В уголках губ полукровки мелькнула хитрая улыбка, когда он стащил одежду со своего возлюбленного. Залюбовавшись тем, как Эграссель, краснея, сводит ноги, Ло нежно раздвинул их и осыпал бедра поцелуями. —Ло, не нужно..– едва слышно прошептал эльф, касаясь макушки Ло и нежно перебирая его волосы. Лололошка ухмыльнулся и взял его головку в рот. Стоны Эграсселя стали громче, а пальцы судорожно впились в шевелюру мироходца, притягивая его ближе. Язык, словно живой, скользил по каждой венке, возвращаясь к головке и лаская ее, а затем спускался ниже, к основанию, доводя эльфа до исступления. Каждый стон отдавался эхом в комнате, а рука все сильнее сжимала волосы Ло, прижимая его к паху. —Ло, я сейчас..– прохрипел Эграссель, чувствуя приближение оргазма. Он попытался отстранить Ло, но тот, словно назло, лишь сильнее прижался. Не выдержав, эльф кончил, его имя сорвалось с губ криком. Мир перед глазами поплыл, мысли спутались в один бурлящий поток. Проглотив все до последней капли, Ло отстранился. —Понравилось?– с ехидной улыбкой спросил полукровка, поднимаясь с колен. Не успев опомниться, Лололошка лежал под Эграсселем,с любопытством и легким удивлением смотря на него снизу вверх. —Я тоже хочу вести, ты же не против?– пробормотал эльф, смущенно глядя в глаза Ло. Тот лишь кивнул, и в следующее мгновение штаны и боксеры уже летели на пол. Перед глазами блондина предстало обнаженное, прекрасное тело, лежащее под ним. Он залюбовался им, не в силах отвести взгляд. Не успел он и слова сказать, как ему протянули флакон смазки. Опустив уши от стыда, эльф взял его и с неуверенностью посмотрел на Лололошку. Он боялся сделать что-то не так, боялся разочаровать любимого. Заметив его замешательство, Лололошка тут же успокоил его: —Эграсса, если ты не уверен, мы можем прекратить, просто скажи. Эграссель отрицательно покачал головой, после чего открыл бутылек и выдавил щедрую порцию смазки себе на пальцы. Рука слегка дрожала, но он поднес их к своему входу и осторожно ввел. Вначале ощущался дискомфорт, но потом стало значительно легче. Закончив с растяжкой, он вынул пальцы и, переведя дыхание, аккуратно взял член Ло, опускаясь на него. Эграссель зажмурил глаза от боли. Лололошка, увидев его мучения, тут же попросил остановиться, но тот тихо ответил: "Все нормально" и продолжил опускаться. Эграссель медленно двигался вверх и вниз, стараясь контролировать каждый толчок, каждую секунду, прожитую в этом новом, непривычном ощущении. Боль постепенно отступала, сменяясь странным, пульсирующим теплом. Он чувствовал, как тело Ло отзывается на его движения, как напрягаются и расслабляются мышцы под его ладонями. Лололошка обнял его крепче, прижимая к себе. Эграссель ощущал его дыхание на своей шее, слышал тихий стон, вырвавшийся из его груди. Эти звуки подстегивали его, придавали сил. Он больше не чувствовал боли, лишь нарастающее возбуждение и желание доставить удовольствие Ло. Он ускорялся, движения становились более уверенными и ритмичными. Тело горело, каждая клетка вибрировала от предвкушения. Эграссель чувствовал, как приближается кульминация, как все внутри сжимается в тугой узел. И вот, наконец, он пришел. Мощная волна наслаждения накрыла его с головой, вытесняя все мысли и чувства. Он судорожно сжал тело Ло, чувствуя, как и тот изливается вместе с ним. Они молча лежали, обессиленные в нежных объятиях друг друга, наслаждаясь сладким послевкусием близости. Эграссель ощущал себя одновременно опустошенным и переполненным чем-то новым, неизведанным и манящим. Переведя взгляд на спящего Лололошку,он улыбнулся и обняв его покрепче,закрыл глаза. Рядом с любящим тебя человеком ничего не было страшно,даже тиран-отец.