Забытой тенью

      Сидя на краю трибуны в новой парадной форме главы Миротворческого корпуса с регалиями Шерифа, Кейтлин старалась внимательно следить за ходом заседания, что было уже затруднительно. Открытая встреча Совета с представителями города Заун продолжалась несколько часов. Такие заседания стали относительно недавно проводиться в формате жестко регламентированных встреч с наиболее именитыми и видными представителями города. Попасть сюда было непросто, однако еще сложнее подчас приходилась охране, которая должна была демонстрировать независимость и готовность прийти на помощь любой из сторон дебатов. Саму охрану тоже приходилось формировать совместно — из Корпуса миротворцев и членов группировок Зауна, сражавшимися в битве при Шести вратах против захватчиков Ноксуса и таинственных биомашин. Примечательно, что большинство охранников объединяла синяя верхушка и много синего цвета в форме в целом.       В своей нынешней жизни Кейтлин любила две вещи. Первая, это Вай. Эта сводящая её с ума — что в постели, что в повседневной жизни — девушка, в один не прекрасный момент совершенно внезапно появилась в её жизни. И после этого жизнь гордой представительницы дома Кирамман разделилась на до и после. И если часть до гордую представительницу волнует не особо сильно, то часть после теперь занимает ведущую позицию в её жизни. С ярко розовыми волосами, спортивно сложенная бунтарка из Зауна каждый день напоминала шерифу о том, ради чего она старается делать оба города, и верхний, и нижний, лучше две всех, кто в них находится. Особенно старательно напоминая об этом в ванной после совместных тренировок или особенно долгих и нудных заседаний встреч Совета. Покраснев от воспоминания о последнем таком напоминании, Кейтлин постаралась сосредоточиться на второй вещи, непосредственно самим процессом облагораживания жизни жителей верхнего и нижнего города. Именно стремление не допустить повторения катастрофы пятнадцатилетней давности, когда миротворцы, после зачистки Зауна, оставили за собой горы трупов и разрушенных жизней, давало девушке сил и веры честно выполнять свою работу.       — Слово представляется посланнику от Зауна, Тоуррану Довгану, — голос Шулы, председателя встречи, разнесся по залу. — Уважаемый Тоурран, прошу к трибуне.       Вопреки ожиданиям многих, Заун не получил ожидаемого признания и независимости, оставшись под протекторатом Пилтовера. Разодранный войной, многими потерями и нехваткой ресурсов, с отсутствием единой монолитной власти и доступа к большинству технологий, нижний город не смог быстро восстановить свои позиции до былого уровня, в отличии от Пилтовера. Однако и сам верхний город находился в далеко не лучшем состоянии. Большое количество потерь и разрушений сильно ударили по духу его жителей, не привыкших к таким потрясениям. Моральный удар был особенно ощутим в свете того, что поражение помогли предотвратить те, кого они всегда презирали.       — Благодарю уважаемую Советника Шулу. Я пришел говорить от имени Нации Зауна, обращаясь ко всем здесь присутствующим...       Но, несмотря на это, Пилтовер смог встать на ноги, впервые за долгие годы, пусть и вынужденно, не забыв обратить внимание на своего младшего брата. Не в последнюю очередь благодаря стараниям Вай, Севики и лично Кейтлин. Синевласка, поддерживая стремление и идеалы своей подруги, не погнушалась воспользоваться новоприобретённым статусом и благородной фамилией чтобы помочь простым жителям Зауна. Шериф довольно быстро смогла организовать поставку ресурсов и оборудования для починки дренажной и вентиляционной систем нижнего города, налаживая контакты с Поджигателями через Вай и Экко, а также не забывая вычищать в обоих городах лишние преступные элементы. В свою очередь в сам верхний город потянулось большое количество беженцев из нижнего, которые были слишком бедны, чтобы суметь начать восстановительные работы в обездоленных трущобах, и решили поискать заработок на хлеб выше. Из-за катастрофической нехватки хорошего трудового ресурса, их никто не стал прогонять, скорее наоборот — кампании принялись нанимать как можно большее количество привыкшего к тяжелому труду население, дабы первыми, опередив конкурентов, восстановиться и занять былое величие. Это привело к довольно неожиданной парадигме, когда физическая работа в Пилтовере стала для рабочего класса Заунийцев довольно хорошим заработком с вполне приемлемыми условиями, по сравнению с былой шахтной каторгой.        И пусть по сравнению с весьма кроваво насыщенным прошлым, это была почти идиллическая картинка достаточно нейтрального сосуществования двух братьев, сама Кейтлин отчетливо понимала, что это был далеко не мирный союз или нейтралитет, каким его хотели видеть многие, уставшие от жизни в войне и страхе. Это было вынужденное сосуществование, когда два израненных организма тянулись друг к другу, давая то, чем могли поделиться, чтобы получить то же в ответ.        — Мы, выдвигая предложение от имени Нации Зауна, в связи с тяжелым кризисом в Зауне, просим рассмотреть Совет Пилтовера наш законопроект об изменении в налоговом праве...       Со временем каждый из этих организмов переродился во что-то новое, взяв от другого не только помощь в ресурсах, но и опыт, знания, влияние и поддержку различных политических систем. Кейтлин не стала себе врать. Помощь преимущественно Поджигателям и Джинксерам — синеволосым в основном помогали Вай и Севика — усиливала их позиции, что нравилось далеко не всем. Тот же Тоурран, один из бывших боевиков и последователей Силко. Примерно лет на пять старше её, он имел помимо личной силы достаточно ума и влияния, чтобы воспользоваться этим для сплочения разрозненных, но одинаково негативно относившихся к Пилтоверу разумных. Глава Корпуса миротворцев, в свое время проведшая много внутренних расследований, могла признать тот факт, что к верхнему городу у них есть достаточно поводов для вражды. Хоть и все равно иногда в душе испытывала досаду на сложившуюся ситуацию.       — И таким образом мы считаем, что снижение налоговой ставки на самые бедные слои населения и введение налоговых послаблений на средние слои, с повышением при этом налогообложения сверхдоходных прибылей, позволит нам...       Как например сейчас, слушая выступающего последним из приглашенных представителя Нации Зауна. Она прекрасно понимала, что текущая налоговая политика не обеспечивает, главным образом, интересы нижнего города, однако данный факт проигнорируют обе стороны встречи. Богатейшие слои Пилтовера вряд ли согласятся с ходу отдать свои кровные, а опытные представители не столь обеспеченных сословий прекрасно данный момент понимают. Да и начинать собрание со скандала не хотелось. Но все равно было ощущение, что она допускает к ним покровительствующее отношение, чем посланники Нации не преминут воспользоваться.       — Ничего, Шериф. Мы и так понимаем, что если Пилтоверцы, — тут Севика, поморщившись, поставила свою подпись под регламентом заседания, — в кои-то веки решили, после того выступления твоей Вай в Совете, вникнуть в наши проблемы, то это о многом говорит. Раньше мы даже такого не удостаивались. Может я и до чуда доживу, когда они поделится честно награбленным с нами не зазорным посчитают.       — Возможно, изменения настигнут нас быстрее, чем ты думаешь? — Шула провела руками по гладкой маске, покрывающей один глаз. — Люди устали от войны и потерь. Мы все сражались бок о бок. Такое может сплотить и сгладить острые углы.       — Пусть общий враг и сплотил нас, но память у людей короткая. Главное сейчас не только отстоять наши интересы и сгладить углы, но и вырастить другое поколение. То, которое сможет, как наш Шериф, передать своим будущим детям мирное сосуществование. Тогда Заунийцам и Пилтоверцам больше не придется топить друг друга в ненависти и крови.        Подколка Севики в голове прозвучала слабым утешением. Все самые важные представители из обоих городов сумели выступить первыми, когда внимание присутствующих еще не было утомлено многочасовой болтовней, где каждый должен был не только высказаться, но и быть услышанным. Они провели много часов, выстраивая порядок гостей, чтобы никто не был ущемлен, и при этом чтобы самые приоритетные вопросы и проблемы были озвучены и решены в первую очередь.       Видимо, все мысли об этом заседании Совета довольно четко пронеслись у Кейтлин на лице, так как сидящая напротив неё Вай незаметно улыбнулась, выказывая свою моральную поддержку. Шериф слегка приосанилась в ответ, явно давая понять, что незримая помощь с благодарностью услышана. С тех пор, как Кейтлин стала занимать достаточно важный пост в городской иерархии, по сути своей возглавив силовую структуру Пилтовера, на неё легла внушительная ответственность. Как например сейчас, в виде обязательного личного присутствия на публичных встречах главы ответственного за безопасность подразделения. И Шериф была безмерно благодарна своей девушке за безотказную поддержку на столь долгих и выматывающих напряжением встречах.       — Итак, уважаемые члены совета, — председатель заседания, Шула, едва заметно выпрямилась перед речью, — посланец от Зауна, Тоурран Довган, выступил со своим предложением. Предлагаю вынести его на голосование. Возражений нет? Тогда приступим. Советник Кирамман, ваше решение?       — Благодарю, Советник Шула, — пожилая беловолосая женщина с пышной прической и строгим взглядом слегка кивнула воительнице. — Взвесив все за и против, я не считаю, что такой законопроект сможет иметь место в ближайшее время. Пилтовер и Заун оба в трудной ситуаци. Принудительно заставить одних взвалить на себя больший груз за восстановление не будет путем к снижению напряжения, лишь увеличит эскалацию. Я отклоняю предложение.       — Принято. Советник Талис, что скажете вы?       — В данном вопросе я солидарен с Советником Кирамман. Мы продолжим помогать Зауну всем, чем сможем, от поставок припасов до оборудования, но не в ущерб интересов нашего города, — седовласый мужчина слегка пригладил бороду. — Я также отклоняю предложение.       — Советник Болбок, слово вам.       — Увеличение налогообложения сейчас для нас не выход, — голос из доспеха Наура Болбока выходил с затяжным шипением. — Город разрушен, хоть его восстановление идет, наши основные предприятия по прежнему лежат в руинах. Наши доходы упали многократно. В свете данных событий, я не могу принять это предложение.       — Советник Хоскин, прошу вас.       — За меня уже выразил позицию уважаемый Советник Болбок, — резко бросил сероволосый мужчина, с едва заметной неприязнью глядя на выступающего. — Наш город, это не клондайк, а такой же разрушенный столкновениями и боями, иной раз более, чем Заун. Мой голос против.       — Советник Севика, — Шула вежливо кивнула женщине.       — Также, как и уважаемый Тоурран, я выросла в Зауне, поэтому могу понять его предложение. Но бремя сейчас лежит на нас всех, как и долг, и ответственность. Мой голос против.       — Принято. Советник Аспис.       — В иных обстоятельствах я бы поддержала данный проект, дабы снизить напряжение в отношениях жителей нижнего города, — грудной голос медленно и плавно прозвучал от последнего члена совета. Женщина в белых одеяниях изящно откинула капюшон и продолжила. — Однако сейчас нам самим нужно открывать все линии и службы заново. Я вынуждена отклонить предложение.       — Все голоса приняты. Уважаемый Тоурран, прошу вас понять точку зрения моих коллег. Ваше предложение не выносится на рассмотрение закрытым заседанием Совета. Уважаемый Совет, гости, на этом встреча заканчивается. Регламент и место следующего открытого заседания будут доведены вам в соответствующем порядке.

***

      Стоя рядом с непримечательным кафе на окраине Зауна, нахмурившийся пепельноволосый парень ожидал, пока охрана закончит проверку места встречи. После того собрания в совете, когда они уже почти прибыли к окраинам нижнего города, к его сопровождению подошел мужчина в форме телохранителя Тоуррана. В свитке, переданным посланником от имени главы было написано лишь время и место на условно нейтральной территории. Приглашение было неожиданно, с представителями Нации они почти не пересекались, так как ютились в глубинах нижнего города и особо не лезли на поверхность, которую делили между собой остальные фракции. И сейчас, ожидая начала встречи, лидер Поджигателей чувствовал некоторое напряжение в равной степени и от неожиданности, и от неопределённости её причин.       Закончив проверку, охрана обоих сторон, отошла на несколько шагов в сторону, давая понять, что негромкий диалог планируется приватным, но при любых нештатных ситуациях у сопровождающих будет достаточно времени отреагировать и вмешаться.       — Мистер Экко, — коротким деловым кивком поприветствовал собеседника лидер Нации Зауна.       — Мистер Довган, — взаимно кивнул юноша собеседнику. — Предлагаю, если Вы не против, перейти сразу к делу?       — Не против, мистер Экко, — сдержано улыбнулся Тоурран, — Хорошо. Как вы знаете, у меня и моих людей есть свое мнение относительно помощи извне для Зауна. Касаемо вас, мне все известно и понятно, но вот других приходится изучать более тщательно.       — О чем вы? — слегка настороженно поинтересовался Экко.       — Сейчас все потоки помощи Зауну, делятся на официальные и полуофициальные. В числе первых, помощь от Совета, гуманитарные сборы, договора с поставщиками, в общем все, что скрепляется бумагой. В числе вторых, контакты вроде вашей близкой знакомой и её тесных связей с высшими слоями Пилтовера. Но я весьма обеспокоен появлением потоков третьего вида, которые часто стали мелькать в Зауне, в зоне, недосягаемой для нашего с вами влияния.       — Вы о старых бандах?       — Именно. Их основной доход всегда был от контрабанды, грабежа и сходных методов. Он весьма нестабилен, и в последнее время часто пресекается официальными властями. Это паритет, который задает конкуренцию, заставляя выживать удачливых и объединяться против них менее везучих. Однако в последнее время мои источники говорят об увеличении числа удачных налетов. Причем для всех или преимущественно всех.       — То есть вас беспокоит, что появился кто-то, кто сливает бандам выгодные наводки? — уточнил юноша. — Обычно это не было проблемой. Банды просто ведут себя как банды. Вряд ли они пустят деньги на что-то кроме отжимания у конкурентов территории.       — Обычно, мистер Экко. Не забывайте, раньше был старый Пилтовер. Не тронутый войной и разрушениями. Властям было выгодно держать на территории Зауна преступные группировки, снабжая их ресурсами и увеличивая борьбу внутри нижнего города.       — Власти Пилтовера снабжали банды ресурсами?       — Наводка тут, проболтавшийся пьянчуга там, брошенное слово здесь. И караван конкурента внезапно разграбляют при перевозке груза. Обычная практика. Понимаете, почему сейчас она неприменима?       — Не совсем, мистер Довган.       — Заун разрушен войной. Гуманитарные поставки, официальные и не очень, идут стабильным потоком для всех, даже для нас, как бы мне не претила зависимость от них. Для всех нас, но не для банд. А на поставки нападений не было. Удачные налеты совершались на неоднозначные грузы, такие как реагенты, сломанные станки и прочее. Наличие у банд оружия и наркотиков, а у нас продуктов, ресурсов, тоннелей и маршрутов под Зауном обычно плохо сочетаются. Наш основатель держал их в узде страха и жадности, только так этот сброд можно было направить на Пилтовер. Мы с вами держим наших людей на идеях. А кто сейчас держит банд?       — Никто, — помрачнел Экко, понимая подоплеку ситуации. — Со смертью Силко они стали неуправляемы и устроили хаос в Зауне.       — Тот, кто сливает им оружие, прекрасно понимает логику бандитов. Сначала они примутся устанавливать власть здесь и только после, если осмелятся, в Пилтовере. Возврат старых порядков выгоден многим элитам, куда большим, чем тем, кто готов честно оплачивать и уважать труд наших сограждан. Наш основатель прекрасно понимал это, потому я, как и он, стремлюсь к полной автономии от Пилтовера, так как знаю цену, которая жадность Пилтоверских элит стребует с их подчиненных.       — Не все из них такие, — тяжело возразил парень. — Там есть и те, кому действительно небезразлична наша судьба.       — Может и так, мистер Экко. Но сейчас я делюсь информацией не потому, что разделяю вашу точку зрения. Мне не доставит ни малейшего удовольствия повторять путь основоположника нашей идеи. Нация должна стоять на осознании и долге, а не приманке и ошейнике. И честные противники вроде вас, которые это понимают, мне импонируют больше, чем стая крыс.       — Вы говорили с Севикой? Или вы против передачи информации?       — Не против, но смысла не вижу. Пока остальной совет ей не сильно доверяет, и помощь она наверняка попросит у ваших друзей. Да и сама Севика всегда была неоднозначной. Та же Джинкс, с которой она работала после убийства нашего основателя. В целом, мне безразлично, как вы будете решать проблемы. Ваши методы ограничены вашими методами, главное, сделайте это без ущерба интересам Нации, и у меня не будет к вам претензий.

***

      Бросив беглый взгляд на часы, Кейтлин лишь недовольно поморщилась. Встреча закончилась уже пару часов, однако куча бумаги и отчеты от патрульных и охраняющих периметр солдат, казалось, ничуть не стали меньше. И если вначале работы она принимала этот факт как злостную необходимость, то конкретно сейчас она бы не отказалась пойти и, как выражалась Вай, навалять по морде каким-нибудь преступным элементам, которые нарушали покой и порядок честных добропорядочных граждан. Работы каждое такое заседание давало много, но вся она было именно бумажная, а это был тот самый вид работ, который Шериф Кирамман при первой возможности старалась минимизировать любыми способами. Недовольно поведя плечами, разминая затекшие конечности, она посмотрела на приоткрывшуюся дверь, в которую легко проскользнула розоволосая девушка.       — Я не помешла? — заранее зная утвердительный ответ, Вай спокойно вошла в кабинет.       — Нисколько. Ненавижу заниматься этой бумажной волокитой.       — Сделаешь перерыв? — один из её любимых способов отвлечься от макулатуры уже прошел прямо ей за спину, начиная аккуратно массировать плечи.       — Спасибо, Вай, но пока не могу, — девушка нежно потерлась щекой о тыльную сторону ладони подруги. Любимый способ никогда её не подводил, хотя вслух перед Вай она в этом ни за что не признается. — Спасибо за поддержку.       — Для тебя всегда, кексик. Меня эти долгие протоколы тоже выматывают, — пожаловалась Вай, слегка наклонившись к ней. — Особенно если все это время я вынуждена просто сидеть и думать о том, как же смотрится шериф Кирамман в этой новой парадной форме.       — Привыкай, — с легкой долей смирения отозвалась девушка. — Ты теперь чуть ли не главный символ союза Пилтовера и Зауна. Не считая Севики, конечно, но она официальное лицо, чья работа отстаивать интересы нижнего города. А ты герой, родилась в Зауне, одна из тех, кто помогла разрушить планы по нашему порабощению, бок о бок сражалась с нашими миротворцами. Да и сейчас активно помогаешь и тем, и другим налаживать контакты и восстанавливать оба города. Ты в каком-то роде символ единения. Так что данные протоколы теперь станут твоей неотъемлемой частью.       — Я бы не стала героем в одиночку, — ответила Вай. — Нам ведь тогда все помогли. И Экко, и Мел, и, — розовласка запнулась и уже тише продолжила, — и Джинкс.       — Ты не веришь, что она умерла? — Кейтлин, повернув голову, посмотрела на Вай. Та, закусив губу, смотрела вниз, но потом выдохнула и, посмотрев в глаза девушке, продолжила.       — Я не знаю. Пару лет назад я бы сказала, что это все ложь, но сейчас уже не знаю. Да, я видела те показатели и схемы труб, которые ты показывала, и то, что некоторые после видели розовую вспышку у основания башни. Вот только... Вот только если она жива, то вряд ли захочет возвращаться. А я даже не знаю, где и как её искать, — немного помолчав, она продолжила. — Все еще верит, что рядом со мной принесет мне лишь вред. Надеюсь, что она все же смогла обрести покой от призраков прошлого.       Вай села на кресло рядом с Кейтлин, привычно положив голову ей на плечо. Девушка позволила той устроится на себе поудобнее, нежными движениями поглаживая по голове, терпеливо ожидая, когда её собеседница продолжит разговор.       — Когда-то давно, перед той нашей вылазкой, я и Джинкс, хотя тогда она ещё была Паудер, влезли на крышу. Тогда над нами пролетел дирижабль. Она улыбнулась и сказала, что обязательно когда-нибудь прокатиться на таком. А Майло сказал, что когда-нибудь один такой взорвет.       — Майло?       — Да, он был один из нашей группы. Я, Джинкс, Майло и Клаггор. Они оба погибли. Позже. В другой нашей вылазке.       Девушка замолчала, видимо, заново переживая те события, которые тогда породили всю остальную цепь. Кейтлин лишь сильнее прижала к себе подругу, выказывая той помощь и поддержку. В тишине прошло несколько минут, пока шериф не решилась её прервать.       — Я думаю, Вай, что рано или поздно она придет сюда. Ей просто нужно время, чтобы осознать все. Она знает, что ты её любишь и ждешь. И она тебя любит. Время лечит боль от потери. Можешь мне поверить.       Идиллический момент единения прервал звонок коммутатора. С видимым разочарованием потянувшись к трубке, Кейтлин активировала канал связи.       — Шериф Кирамман, слушаю.       — Мэм, тут к вам просит пройти Советник Кирамман.       — Хорошо, сопроводите уважаемого Советника в мой кабинет и сообщите, что я занята до окончания встречи.       — Принято, мэм.       Вай с тоской вздохнула ожидая неизбежного прихода грозной леди Эмилии Кирамман. В свой почтенный возраст низкорослая дама с пышной прической и дорогим обручем на ней была весьма активной особой, ведущей дела дома Кирамман в Совете. Как рассказала Вай Кейтлин, Эмилия была сестрой её бабушки, то есть сама шериф была её двоюродной внучкой. Являясь довольно строгой женщиной консервативных взглядов, воспитанная еще в старых порядках до чистки Зауна, женщина явно неодобрительно смотрела на пассию своей двоюродной внучки. К тому же, эта пассия была сестрой той, кто когда-то убил её племянницу. Эмилия не лезла в дела дома Кирамман уже давно, отойдя от дел и посвятив свою старость отдыху подальше от суеты и последних разрушительных событий, однако смерть Кассандры и занятие Кейтлин поста шерифа заставили её принять должность советницы. Дом Кирамман не должен потерять свое влияние в совете и точка. Может еще и поэтому она не сильно любила Вай. В конце-концов, она достаточно сильно любила Кейтлин, чтобы не мешать их взаимным чувствам, по крайне мере в открытую. Да и тот факт, что Шериф смогла простить Джинкс, тоже давал розовласке пару очков. Хотя сама Вай не решилась бы утверждать, что Эмилия простила ее сестру.       Дверь открылась и на пороге кабинет появилась почтенная дама. Кейтлин тут же подошла к бабушке, по-простому её обняв и получив столь же теплые объятия в ответ. Вай же получила умеренной прохлады взгляд, максимум того, как она научилась понимать, что ей было дозволено. Не сказать, что её это задевало, но если бы она стала причиной ссоры между кексиком и её любимой бабушкой, она сражу же порвала бы эти отношения. Ну или из кожи вон вылезла, чтобы снискать ради своей любимой благоволение Эмилии.       — Здравствуй, внучка, — Эмилия приобняла девушку за талию, явно уступая ей ростом. — Рада видеть, что дела идут нормально. Справляешься с обязанностями? — хитрый обманчиво-размеренный тон не допускал даже мысли об отрицательном ответе, и Кейтлин ответила увереным кивком головы. — Замечательно. Должность Главы Корпуса весьма почётна, так что пронеси её с честью, как и полагает леди дома Кирамман.       — Благодарю, бабушка. Как идут дела в Совете?       — Ты все знаешь и так. Дом Талис все еще наши союзники, наши соглашения прочны и надежны. Севика и Шула, — женщина тряхнула плечом. — Они явно симпатизируют Зауну. Пока это не проблема, но наши интересы сосредоточены здесь, и если они это не поймут, то могут лишиться поддержки или нейтралитета дома Кирамман.       — А остальные? — продолжила девушка, видя, как слегка нахмурилась Вай на последних словах женщины.       — С остальными все также, — с достоинством, но неприязненно бросила Эмилия. — Болбок и Хоскин жадные до денег идиоты. Их не волнует ничего кроме этого. Как когда-то и их предшественников. Аспис по-прежнему занимают к нам позицию нейтралитета, но я не думаю, что это связано с изменением их курса. Скорее, сейчас у них появились проблемы куда важнее, чем мы.       Вай удивленно посмотрела на женщину, впервые так открыто при ней высказывавшейся. До этого момента женщина обычно ограничивалась дежурными или не сильно информативными репликами, но теперь, по всей видимости, собеседница решила, что такая личная оценка ситуация может быть ей доверена.       — Правильно мыслишь девочка. Ты теперь не просто боец на передовой или символ героизма. Ты теперь уже часть, пусть и не официально, дома Кирамман. Твои действия, поступки, отношения и разговоры с другими могут начать влиять и на нас, ибо твои отношения с Кейтлин не такой уж секрет, и поверь, все заинтересованные лица сделают свои выводы.       — И много таких заинтересованных лиц, которым почему-то есть дело до моих отношений с кекс... с Кейтлин? — поправилась девушка.       — Кейтлин не просто твоя девушка, а еще и Шериф. Руководитель всех силовых операций. Сильная фигура, надавить на которую можно и через тебя. Тихо! — леди Кирамман голосом одернула собиравшуюся возмутиться Вай, — Дослушай сначала. Дом Кирамман древний, с длинной историей, и врагов у нас ничуть не меньше, чем союзников, пусть и тех, и других не так давно поубавилось в этом городе. Те же Аспис спят и видят, как бы подрезать нам крылья. Или Феррус, которые не успели получить место в Совете, и теперь ищут рычаги влияния на нас. — Тут женщина налила себе стакан воды, посмотрела на Вай, словно думая, говорить или нет, но потом продолжила. — У меня, как у Советника, есть не только родовые, но и другие не официальные каналы связи. И слухи, которые дошли до меня по этим каналам, не радуют. Что-то затевается, серьезное, но что пока не знаю, — добавила Эмилия, глядя на встрепенувшуюся Кейтлин. — И можешь мне поверить, как только я узнаю поподробнее, ты будешь в числе первых, кто получит всю информацию.       — Даже так? — серьезно поинтересовалась Кейтлин. — Будем готовиться к бою?       — Пока что просто не теряй бдительности. Такое затишье уже было один раз, около пятнадцати лет назад. В общем, будь аккуратна, а то я уже стара, а воспитать наследника на место дома Кирамман в Совете мне уже видимо не удастся, — Вай только поморщилась на еще одну причину неодобрения их союза леди Кирамман, хоть и не стала спорить, что наследник у их пары вряд ли появиться.       — Обещаю быть осторожной, бабушка.       — Хорошо. И смотри, — леди Кирамман повернулась к Вай и смерила ту долгим взглядом. Вай честно его выдержала. — Если обидишь мою внучку, не будет в Аркейне места, где ты скроешься от гнева дома Кирамман.       — Не обижу. Никогда.       Кивнув на прощание, Эмилия с царским достоинством удалилась из комнаты, где около выхода её уже ждала её охрана. Проводив бабушку взглядом на прощание, девушка посмотрела на Вай, потом просто подошла к ней и притянула к себе. Розовласка на секунду опешила от такого напора, потом обняла девушку в ответ.       — Эй, кексик, все хорошо?       — Вай, — протянула девушка в плечо подруге. — Пообещай быть осторожней, хорошо?       — Ты боишься? Из-за её предупреждений?       — Вай, она не просто так десять лет была главой дома Кирамман. Если она так говорит, значит у неё есть какие-то сведения или очень серьезные подозрения. Пустой разговор совсем не в её стиле, тем более она знает, как дорого мне обойдется потерять тебя. И не смотри на меня так, — девушка смутилась от широкой улыбки розовласки, которой явно польстило такое замечание. — Просто пообещай, хорошо?       — Хорошо, кексик. Я обещаю.

***

      К великому сожалению Вай, её девушка вернулась к выполнению своей работы, которая требовала незамедлительного исполнения. Решив не отвлекать Шерифа от её непосредственных обязанностей своим присутствием, и испытывая потребность уложить в голове полученную информацию, розовласка вышла из её кабинета и направилась по коридорам здания Совета. Идя по восстановленным залам, она про себя отмечала все те мелкие шероховатости, которые еще напоминали о той битве, что позволила Пилтоверу и Зауну попробовать начать свою историю взаимодействия с чистого листа. Небольшие длинные тонкие трещины и сколы, что шли по углам. Такие наверняка могли оставить лезвия палашей солдат Ноксуса. Или небольшие светлые пятна на новой покрашенной стене. В этих местах осколки стали и бетона, разлетаясь, выбивали куски из стен и врезались в броню и тела миротворцев и повстанцев Зауна.       После войны здание реконструировали и слегка изменили его конструкцию. Восстановительные работы шли полным ходом, архитекторы и инженеры верхнего города перекраивали старый облик здания совета, преображая его в нечто совершенно новое. Большие панорамные окна, просторные залы и открытые пространства стали постепенно уходить в прошлое. Отказываться полностью от них не спешили, но теперь, помня о последнем заседании старого Совета, на первый план выходили усиленные опоры и переборки, охранные барельефы, потайные залы, в общем, все то, то могло дополнительно обеспечивать безопасность членов Совета как от внешних нападений, так и от внутренних врагов. Кейтлин как-то по секрету рассказала девушке, что даже она не конца знает все тайные ходы и катакомбы под Залом Совета. Возраст большинства из них был куда древнее Пилтовера. Хотя сама Вай полагала, что после публичной битвы в Зале большинство из них просто забетонировали наглухо, исключая возможность утечки такой информации.       Выйдя из застроенного крыла, она направилась в сторону еще не восстановленного корпуса пристройки. Здесь, на возвышенной открытой местности гулял ветер, а перед глазами расстилался вид возрождающегося города. Большое количество рабочих, техники и строительных лесов громоздилось вокруг зданий Пилтовера хаотичным муравейником, напоминая о том, что те события, оставив свой след, ушли в прошлое, уступив место новой истории. Это было одно из любимых Вай и Кейтлин мест, обе девушки любили проводить здесь время вместе, в свободные моменты встречая рассвет и любуясь игрой теней и ярких красок восходящего солнца, а также устраивая друг с другом тренировки, не опасаясь быть потревоженными посторонними наблюдателями. Здесь Вай смогла спокойно сесть и подумать, помогая ветру и мирной красоте уложить в голове хаотичные мысли.       Осматривая окрестности, взгляд девушки зацепился за ту злополучную башню, в которую они с Джинкс влетели на её воздушном шаре, и в котором она тогда в последний раз видела свою сестру. После тех событий Кейтлин, сильно встревоженная поведением своей девушки, которая иногда не могла заснуть до самого рассвета, загоняя себя на тренировках, а иногда вскакивала в кошмарах, в один момент просто вывалила на неё весь ворох известной ей информации. Эта шоковая терапия помогла, и, после небольшой истерики, Вай впервые смогла спокойно заснуть, не прокручивая в голове картинку падения её сестрёнки с обезумевшим зверем в пропасть. Теперь, глядя на то здание, ей уже не приходилось смаргивать с глаз непрошенные слезы или снова идти и до отруба от усталости загонять себя на снарядах. Она просто смотрела вдаль, иногда вспоминая тот дирижабль, на котором хотела прокатится маленькая Паудер, и на котором, как она надеялась, все же прокатилась уже взрослая Джинкс.       — Где бы ты не была сестренка, — мысленно посылая сообщение вдаль, вздохнула Вай, — я всегда жду тебя. Даже если мы с тобой в разных мирах.       Раздевшиеся позади неё мягкие шаги заставили девушку скинуть с себя небольшой момент меланхолии. Обычно эта площадка пустовала, и крайне редко сюда могли зайти миротворцы или рабочие, которые производили плановый осмотр здания на предмет наличия неучтенных нарушителей. Однако подходивший к девушке легкой подпрыгивающей походкой человек моментально заставил обернувшуюся Вай выпрямится в стойку, так явно не был ни тем, ни другим. Форма миротворца на нем была скорее насмешкой и сидела как на пугале, болтаясь из-за явных несоответствий размера носителя и обмундирования. Но что больше поразило Заунийку, так это её раскрас. Форма была очень сильно изрисована обезьянками, крестами и улыбками крайне знакомого стиля.       — Привет, привет! — наигранный, словно на цирковом выступлении голос, разнесся по округе.       — Ты еще кто? — напряженно бросила Вай, от злости и шока до боли сжимая кулаки.       — Ты уже не узнаешь меня, сестра? — молодой голос, до боли похожий на юную девушку, едва насмешливо прозвучал из-под шлема. Вай почувствовала, как начинает загустевать воздух в легких. — Мы с тобой действительно так долго не виделись?       — Сними шлем, — сипло, словно силой вытолкнув воздух, прохрипела девушка.       — Как пожелаешь, Вай, — слетевшая с руки перчатака обнажила худенькую кисть с характерными длинными розовыми и синими ногтями. Рука в обрезанной перчатке без пальцев взметнулась вверх, срывая шлем и подбрасывая его слегка вперед по дуге. — И вот перед вами! Ваша неисправимая Джинкс!       Ярко синие волосы взметнулись верх, вместе с громким пронзительным криком привлекая к себе внимание. Вай словно в замедленной съемке, до рези в глазах всматривалась в такое чужое и одновременно знакомое слегка бледноватое лицо, с темно-фиолетовой помадой, характерными прожилками вен, и ярко розовой вспышкой глаз. Из-за спины стоящего перед человека вылетела стремительная тень. Брошенный шлем с глухим треском развалился на куски, демонстрируя игрушку-обезьянку с тремя знакомыми синими шариками внутри. В ужасе расширив глаза от осознания происходящего, девушка инстинктивно пригнулась и бросилась в сторону.

***

      — Мэм, тревога! Пятый пост атакован! — раздался по селектору экстренной связи голос личной охраны. — Нашли два тела, живы, без сознания, формы нет! Разрушенное крыло, Корпус поднят по тревоге!       — Площадка! — доли секунды потребовалось девушке, чтобы осознать происходящее и бросить кодовое слово. Охрана из Корпуса там проходила только по одному направлению, и сомнений в векторе движения атакующих у неё не оставалось.       — Есть!       Снеся входную дверь, синевласка промчалась по коридорам, по кратчайшему маршруту, не замечая препятствий. Вокруг, словно сквозь вату выли силены и раздавались гортанные команды. Стремглав вылетев на обзорную площадку, она увидела, как перед Вай стоит силуэт в разрисованной форме охранника. Сорванной рукой незнакомца, шлем слетел, взмывая за собой в воздух яркую россыпь синих волос.       — И вот перед вами! Ваша неисправимая Джинкс!       Девушка молниеносно сделала кульбит назад, словно отскакивая от Вай. Розовая вспышка в обернувшихся на Кейтлин глазах, на миг словно пронзила девушку. Затем взрыв чудовищной силы вбил Вай в пол площадки, протащив её до края и скинув на разрушенные стены ниже.       ВАЙ!!!       Осколки шрапнели из бомбы разлетелись по сторонам, оцарапывая лицо бросившей её девушки и разбрызгивая вокруг капли крови. Пафосно взмахнув волосами, подрывник спокойно спрыгнула вниз, словно в насмешку послав воздушный поцелуй. Игнорируя опасность, Кейтлин бросилась к своей девушке, сумев перехватив Вай за миг до падения со стены в пропасть. Оттолкнувшись, Шериф обхватила подругу и спрыгнула на пол нижней галереи. Вокруг уже набегала охрана, поднятые в воздух пыль, грязь и скрежет разрушаемой галереи постепенно утихали, но для девушки всего это словно не существовало. Вбитые на подкорку в Корпусе навыки сейчас вырвались на передний план. Умоляя держаться, она применяла все, чему её учили для спасения, стараясь не замечать стекающие по розовым волосам капли крови. Как и по её собственным щекам слезы.