Расстояние между нами

      Чимин стоял на балконе, без интереса просматривая ленту социальных сетей. Поэтому, когда на экране появилось уведомление о новом сообщении от Хёны, он молниеносно прочёл его.       «Если ты приедешь.»       «Глупостей.»       «Одиноко.»       «Без тебя...»       Столь короткое предложение, однако как легко захватило эмоции Чимина в свой плен. Мужчина, не веря в происходящее, окинул взглядом ночной город, словно проверял своё присутствие в реальности. Пак крепко сжал гаджет в ладони и опёрся локтями на ограждение балкона. Ускоренное сердцебиение, вызванное приятной неожиданностью, понемногу стабилизировалось. Наконец-то Чимин смог взять себя в руки и ответить Хёне. Мужчина с трудом сдержал смешок, не позволяя собственным же чувствам потешаться над ним. Выглядил, как школьник, теряясь от момента, которого сам же и добивался.       «Маленькая моя, дай мне полчаса.»       Вот так — коротко и без намёков. И безо всяких колебаний.       Сегодня он не планировал врать ни себе, ни Хёне, молчаливо надеясь на то, что она последует его примеру, раз уж что-то сподвигло её написать это честное и импульсивное сообщение.       Обычно дорога до дома семьи Ким занимала гораздо больше тридцати минут, но при необходимости Чимин умел быстро ездить, а ночная полупустая трасса была отличным союзником в этой внезапной авантюре. Пак приоткрыл автомобильное окно, не до конца опуская стекло, и сделал глубокий вдох. Прохладный ветер попутно охлаждал его мысли, появляющиеся без очереди и приглашения.       В нём не было ни капли сомнений с тех пор, как он вернулся в Южную Корею: любая встреча с Хёной выдавала истинные чувства — её и его.       Оба ловили себя с поличным и искусно обманывались. Со временем враньё приелось, и правда выходила наружу чаще, чем они могли с этим справляться. Эмоции накапливались, как вулкан, и перехватывали дыхание. Каждый последующий шаг приближал к гарантированной катастрофе. Умение подавлять порыв и не срываться стирало выстроенные барьеры при мимолётном прикосновении или взгляде.       Не заполнять мысли друг другом превратилось не в действие, а в непозволительную роскошь.       И вот настал черёд расплаты.       Чимин припарковался, не доезжая до дома семьи Ким. Он знал, что Тэхён не в городе, поэтому смог догадаться, по каким причинам Хёна была у Чию. От этих размышлений сообщение девушки воспринималось по-разному.       А что, если она и вовсе перепутала его с Донгу?       — Прекрати нести хрень, — он негромко обратился к самому себе.       Пак заглушил мотор автомобиля и прислушался к ночной тишине. Хотелось бы ему, чтобы его собственные мысли так же замолчали и перестали устраивать эмоциональные качели. Мужчина устало откинулся на спинку сиденья, запрокинув голову. Глаза неосознанно прикрылись, а в память ворвался момент, когда он впервые увидел Хёну.       Не заметить её было бы трудно.       На лице Чимина появилась блаженная улыбка: кадры один за другим погружали его в прошлое, словно показывая фильм. Мужчина разомкнул веки и взял в руки телефон, выбирая между сильным желанием увидеть Хёну и потребностью загоняться — первое.       Знал бы он, какую личную катастрофу проживала в этот момент Хёна.       После отправки сообщения она ещё долго смотрела в экран телефона, а затянувшийся ответ Чимина уничтожал её по крупицам.       Что, если он не приедет?       Снова оставит её после того, как сам же и отыскал.       Только после его «маленькая моя» Хёна смогла избавиться от этих надоедливых мыслей, освобождая их вместе с неторопливым вздохом. Однако осознание того, что в сию же секунду в противоположной стороне Сеула был Чимин, очень похожий на неё — уставший от самого себя и испытывающий огромное желание увидеться — виртуозно играло на её нервах.       Хёна поставила телефон на блокировку и отбросила его на кровать. Девушка беспокойно окинула окно беглым взглядом. Ветер немного стих, будто олицетворяя Хёну в ожидании, и чем больше подозрений появлялось в её голове, тем сильнее она желала увидеть Чимина. Она не знала, чем всё обернётся и как сильно будет жалеть о своём спонтанном решении.       Но тоска по нему была для неё словно яд под кожей.       Медленно.       И уверенно убивающий её.       Если единственный антидот — это быть мразью, она готова провалиться в эту бездну... хотя бы сегодня.       И будь что будет.       Хёна стояла напротив зеркала в ванной комнате, когда на телефон поступило сообщение от Чимина, оповещающее, что он подъехал. Девушка подправила свой потёкший макияж и вернулась в комнату, чтобы переодеться. Некоторое время она просто смотрела на свою одежду, сложенную на стуле, особенно на новые кружевные чулки и юбку-карандаш... хорошо, что не совсем мини. Хёна тяжело вздохнула и переоделась. Поправив рукава блузки и осмотревшись ещё раз в зеркале, она направилась в прихожую, дорога к которой была абсолютным испытанием. Хёна знала, насколько хрупким был сон Чию, поэтому старалась преодолеть это расстояние осторожными и неторопливыми шагами. Девушка положила гаджет на небольшой комод в коридоре, чтобы как можно скорее найти своё пальто в шкафу для верхней одежды.       Время словно остановилось, и ей постоянно слышались приближающиеся шаги Чию. Хёна торопливо нырнула в туфли на небольшом каблуке и так же быстро повесила пальто на локоть. Ей потребовалась секунда, чтобы коснуться дверной ручки и оказаться снаружи дома.       Чимин встретил её буквально на пороге, с лукавой улыбкой осматривая то, как удивлённо она уставилась на него.       — Очень... опасно, — Пак дразняще облизал губы, словно предупреждая об опасности. — Маленькая моя, — его нетерпеливый взгляд скользил по девушке, — быть сейчас вот такой, — искусительный шёпот рассеялся по ветру.       Чимин сократил то жалкое расстояние между ними и осторожно забрал вещь из рук Хёны. В её голове было так много ответов на его приветственный монолог, но вместо этого она словно кукла приняла жест, не отрывая взгляда от его лица ни на секунду. Мужчина бережно накинул пальто на её плечи, стараясь запомнить каждую деталь этого мгновения. Хёна поочерёдно просунула руки в рукава, а затем вдруг резко обернулась.       — Чёрт, телефон... — голос звучал максимально тихо, поэтому Чимин стоял позади неё в замешательстве.       — Что?..       — Мой... — она замолчала, прислушиваясь к звукам, а затем в долю секунды дверь перед ней исчезла, будто меняющийся кадр. Пак торопливо потянул её за угол дома, прислоняя к стене и накрывая рот ладонью.       — Хёна?.. — слабый голос Чию наградил подругу очередной волной смятения.       Хёна цепко сжала губы, чтобы не издать ни звука, и с широко открытыми глазами смотрела на Чимина. Мужчина явно ощущал себя более расслабленным. Хитрая улыбка мелькнула на его лице, словно он гордился тем, во что они вляпались.       И пока они молча испепеляли друг друга взглядом, напряжённая тишина умело укрепляла свои сети.       Сегодня Хёна собственноручно загнала себя в них, и даже неуверенный хлопок двери не послужил ей отрезвляющей пощёчиной.       Он так близко.       Так необходим.       И такой желанный.       К чёрту всё.       — Не отпускай... — тихонько проговорила она, когда Чимин неспешно убрал руку. — Не сегодня.       — Малыш... — мужчина бережно провёл подушечкой пальцев по шелковистой щеке.       Несмотря на грусть, которая просочилась сквозь каждое слово, он был рад тому, что Хёна не молчит. Ему тоже следовало бы рассказать ей о многом, но пока единственное, что он мог себе позволить — это виноватый взгляд.       — Не нужно... вот так, — голос тоскливо дрогнул.       Нет, ей нравилось, что он обращался к ней как раньше.       Но Донгу.       — Сделаю что угодно, — руки Чимина ловко нырнули под расстёгнутое пальто. Совсем скоро Хёна ощутила его тёплые касания на пояснице. — Только скажи... — слова проговаривались с трудом.       Господи.       Она так близко, а ему этого мало.       — Почему мы снова должны прятаться, Пак Чимин? — Хёна недовольно свела брови к переносице, улавливая лёгкий смешок Чимина. Не смогла даже как следует отругать его.       — Такая забавная, — мужчина коснулся кончиком носа её — кажется, они делили одно дыхание на двоих.       — Во мне слишком много вина, — с ним ведь можно говорить о чём угодно. — А ты всё ещё так далеко...       — Хёна, — Чимин растерянно остановил её, с усилием прижимая к себе. — Поехали, — проговорил он, сглатывая слюну. Кусты под домом лучшего друга — явно не лучшее место для разговора.       — Куда?       — Туда, где будем только мы, — Чимин аккуратно заправил выбившуюся прядь её волос. — И тебе не будет так плохо, — его выжидающий взгляд замер на девичьих губах.       — Обещаешь? — Хёна обняла его за спину, пробираясь руками под расстёгнутую мужскую куртку.       Позволила прошлой Хёне найти её настоящую.       — Обещаю, — Чимин склонился ниже, оставив мимолётный поцелуй в лоб.       От этого непринуждённого прикосновения убаюкивающая нега охватила каждую частичку её тела.       Чимин заметил это, однако задумчивый взгляд девушки нисколько не напряг его. Мужчина вложил свою ладонь в её и нехотя отстранился. Прежде чем направиться к машине, Пак слегка выглянул из-за угла, дабы убедиться в том, что они всё же останутся незамеченными. Хёна тихонько двигалась следом за ним, стараясь отогнать от себя волнения о завтрашнем дне.       В конце концов Чию обещала подруге быть на её стороне, и в какой-то мере именно она укрепила её решительность.       И, конечно же, Чию не врала. Даже сейчас, наблюдая за тем, как две фигуры исчезали со двора, она пыталась думать о том, как это поможет Хёне, а не наоборот.       Чию тоже сегодня отложила мысли о разрушении других участников этой истории.       — Скоро будет теплее, — проговорил Чимин, кинув беглый взгляд на Хёну, потирающую ладошки друг о друга.       — Не думаю, что это только от холода, — сегодня честность Хёны соперничала с её смелостью. — Чимин...       — Давай не сейчас, — Пак завёл мотор автомобиля, нервно прокручивая ключ зажигания.       Слова девушки эхом раскатились в сознании. Каждый кирпичик, выстроенный за этот год, неизбежно осыпался, позволяя им сократить расстояние между ними.       По крайней мере, здесь и в данный момент.       — Просто потерпи немного, — продолжил он, выкручивая руль и выезжая на проезжую часть дороги. — Мы обязательно поговорим, — ладонь Чимина опустилась на её бедро, нежно поглаживая гладкую ткань чулков.       — И ты расскажешь мне всё? — Хёна внимательно следила за мужчиной: за тем, как он умело вёл автомобиль и с таким же успехом скрывал свои эмоции, держа их под контролем и не позволяя проявиться на лице.       Чего нельзя было сказать об обжигающих прикосновениях, когда его ладонь то и дело соскальзывала ниже… глубже… ближе.       Усиливая сладкую дрожь в её теле.       — Нет. Не всё, — губы изрисовали заметную улыбку, когда он обернулся к Хёне. Девушка без стыда кинула в него сердитый взгляд, приподняв брови. — Сегодня не всё. Ладно? — Чимин вернул всё своё внимание на дорогу, отчаянно сжимая пальцы на руле.       — Ладно, — Хёна опустила голову, осматривая мужскую руку, по-прежнему покоившуюся на её бедре.       Узоры, которые появлялись благодаря волнительным ласкам Чимина, распутывали клубок ошибок, оставляя их в качестве испорченного груза на пустой ночной трассе.       Сейчас Чимин был рад тому, что дом Тэхёна и Чию находился в таком отдалённом от городской суеты районе, где природа была доступна в нескольких шагах. Совсем скоро машина остановилась на небольшом островке леса. Однажды Тэхён показал другу это место, когда они в очередной раз прогуливались с Тэхо.       Автомобильный мотор заглох и вызвал долгую паузу внутри салона.       Хёна нервно перебирала пальцами, пытаясь отыскать нужные слова и начать диалог, который неминуемо изменит её будущее.       А быть может, и прошлое, в котором она сломалась от переизбытка чувств к мужчине.       К конкретному мужчине.       — У тебя кто-то есть? — наконец произнесла она, не поднимая взгляда.       — Что?!.. — удивление мгновенно отразилось в голосе Чимина. Он сел вполоборота и облокотился локтем на руль. — Очень странный вопрос, не находишь? — мужчина терпеливо наблюдал за ней, постукивая пальцами по собственному бедру.       Если она желала загнать его в тупик — у неё получилось.       — Как и всё, что мы имеем. М? — девушка сдалась, чувствуя всем своим нутром давящую ауру Чимина. Хёна повернулась и встретилась с его вопросительным взглядом.       — Трудно отрицать.       — Вот видишь...       — Вижу, что мы начали не с того, — резко перебил её Пак, чуть подаваясь вперёд.       — Просто ответь. Ты обещал поговорить.       — Нет у меня никого, Хёна! Что за глупости? — мужчина устало мотнул головой, не переставая следить за ней.       — Но ведь может появиться, — тихонько проговорила девушка. Голос был слаб и не хранил эмоций, словно она обсуждала это сама с собой, а не с Чимином.       — Теоретически?       — Логически, Пак! — Хёна умышленно отвернулась и устремила взгляд в одну точку перед собой. Только сейчас заметила кромешную темноту, в которой они оказались.       — Думаешь, что не сможешь быть сдержанной, как я? — Чимин склонился ниже, уперевшись ладонью в пассажирское сиденье, где сидела девушка. — Правильно думаешь, — предостерегающий шёпот озвучил истинную правду.       Чимин не мог стопроцентно знать, что именно натолкнуло Хёну на подобный вопрос. Но её неприкрытая ревность воодушевляла его сегодняшнее стремление... идти до конца.       — Как ты... — недовольно повторила за ним Хёна. — И ты в этом виноват. Забыл? — она непринуждённо обернулась к Чимину. Даже полночная темнота не помешала рассмотреть его горящие глаза напротив.       — Ты никогда не дашь мне это забыть, малыш, — Чимин медленно склонил голову набок. — Я налажал. Много раз. Но я сейчас где?       — Здесь, — не обдумывая своего ответа, произнесла Хёна. Неважно, что именно он хотел услышать — его близкое присутствие лишало её силы воли прямо сейчас.       — Именно.       — И здесь очень душно, — Хёна суетливо облизала губы.       После произнесённой фразы последующий вдох обжигал лёгкие изнутри, вызывая острую необходимость освободить всё то, что накопилось внутри.       — Никто за всю мою жизнь не устраивал мне такие эмоциональные качели, как ты сегодня, — улыбка на его лице её пленила.       Затягивала, не давая возможности вздохнуть глубже. В какой-то момент Хёне показалось, что она близка к обмороку.       — Мне... правда нужен свежий воздух, — девушка виновато поджала губы и буквально выскочила из салона автомобиля, остановившись неподалёку от задних пассажирских дверей.       Чимин тут же последовал за ней, испугавшись не на шутку. Мужчина обошёл машину и стал напротив Хёны. Она мечтательно смотрела вверх, отвлекаясь на ночное небо, усыпанное звёздами. На девичьем лице мелькнула полуулыбка, немного успокаивая Чимина. Он тихо выдохнул и дал Хёне время побыть наедине с собой. Девушка прикрыла глаза, мысленно благодаря его за этот поступок. Пак вложил руки в карманы своей куртки и молча наблюдал за ней.       Если Хёна захочет мёрзнуть так до утра, он определённо готов на это.       Девушка глубоко вдохнула и приоткрыла веки. Опустив голову, она тотчас встретилась с пристальным взглядом Чимина. И когда ей показалось, что кислорода в лёгких было достаточно, он снова выбивал почву из-под ног. Мужчина сделал уверенный шаг вперёд — даже попутный ветер утих, позволяя им услышать прерывистое дыхание друг друга.       — Теперь тебе холодно, — искренняя забота звучала в каждом произнесённом слове. Чимин физически ощущал всю её дрожь, обхватив ладонями тонкую талию.       — На самом деле мне чертовски жарко, — Хёна опустила глаза на его руки. — В этом тоже ты виноват, — дополнила она, вернув взор к нему.       — Как же я скучал по этому, — несмотря на улыбку, появившуюся на его лице, голос был наполнен тоской.       Липкой и тягучей.       Словно он вернулся в Америку — в тот самый день, когда совершил роковую ошибку.       И оттолкнул ту, что так сильно любил.       — Тогда зачем оставил меня? — она знала, о чём он думал. Его виноватый взгляд угодил точно в цель.       — Не оставил, а перестал мешать. Твоя жизнь не должна выстраиваться вокруг моей карьеры в другой стране, — мужчина облегчённо выдохнул. Как же часто он представлял, как говорит ей об этом.       Однажды он наберётся смелости и расскажет ещё одну, не менее важную причину. Хёна ведь предоставит ему этот шанс?       — А меня?.. — она болезненно сжала губы. — Меня ты спросил об этом?       — Если я скажу, что это самое огромное моё сожаление — поможет? — Чимин медленно сжал Хёну в объятиях, придвигаясь ещё ближе, хотя между ними не было ни миллиметра.       — Нет, — её саркастический ответ вырвался наружу. Она отступила назад, полностью прислонившись к задним дверям автомобиля.       — А если скажу о том, что хочу вернуть время назад? — Чимин последовал за ней и ловко пробрался под пальто Хёны, скользнув ладонями чуть ниже лопаток.       — Ничего... не поможет, — она отчаянно стискивала воротник его куртки, не позволяя отстраниться.       Как будто Чимин исчезнет, если она хоть на миг перестанет ощущать его физически.       Больше она не вынесет этого. Проще закопать осколки себя под землю и остаться одной на холодном полу ванной комнаты.       — Что-то должно помочь, маленькая моя, — Пак коснулся кончиком носа её щеки, обжигая кожу дыханием. — Я схожу с ума... — слова превратились в сладкий шёпот, от которого у Хёны подкосились ноги. — Когда ты не со мной.       — Но сейчас....я здесь, — девушка склонила голову к плечу, открывая изгиб шеи.       Он будет её самой виноватой ошибкой.

«Сейчас я здесь и падаю вместе с тобой. Пожалуйста, держи меня на этот раз чуть крепче.»

      Тревожные мысли давали о себе знать даже в момент, когда мужская рука плавно опустилась вниз, к ягодицам, притягивая Хёну ближе.       Кто бы ещё говорил об эмоциональных качелях?       — Я хочу, чтобы ты всегда была рядом, — сдержанный выдох ласкал кожу её шеи, усиливая мелкую дрожь в теле.       Оглушающая правда легко освободилась наружу, оставляя после себя ещё больше вопросов.       — Ты поэтому вернулся? — её ладони плавно переместились, расположившись на мужской груди. Хёна предприняла попытку отодвинуть Чимина, но лишь для того, чтобы у неё была возможность заглянуть в его лицо.       — Поэтому, — он без промедления ответил, решительно посмотрев в её глаза.       — Чимин... — пальцы судорожно сдавили ткань его кофты.       — Я больше никуда не уйду, — он приблизился вплотную, прикасаясь лбом к её лбу. — Ты можешь мне поверить? — их взгляды по-прежнему не отрывались друг от друга и хранили так много скрытой правды.       — Поцелуй, — её тихая просьба оборвала внутренний крик, который Хёна пыталась игнорировать с тех пор, как Чимин вернулся в Корею.       — Хёна... — мужчина, не церемонясь, вжал её в дверь, выдыхая имя в полуоткрытые уста.       — Поцелуй, — упрямо повторила она, схватив рукой мужской ремень. — Сейчас же.       Миг остановился, отмотав время вспять — когда умопомрачительные поцелуи с Чимином не были под запретом. Пак жадно перебирал девичьи уста, не до конца понимая происходящего. Хёна охотно отвечала, ощутимо проваливаясь в эту временную воронку, где встретились их прошлые «я». Девушка крепко обвила его шею руками, неосознанно подавшись вперёд.       На этом моменте Чимин окончательно сорвал с себя цепь.       — Я сдохну, — он торопливо расстёгивал её блузку, проговаривая сквозь поцелуй, — если ты остановишь.       Пуговицы одна за другой освобождались из петель, бесповоротно стирая границы. Крепость разрушилась, а её падение остановило щемящую боль.       Хёна коснулась ладонью мужской груди и, оторвавшись от губ Чимина, отодвинула его. Взволнованное дыхание растворилось в прохладном воздухе, разделяя важный момент. Она оттолкнулась от машины, дотянулась до ручки и, не оборачиваясь, открыла дверь, ни на секунду не переставая следить за Чимином. Он судорожно сглотнул, вожделенно глядя на Хёну. Девушка присела на край заднего пассажирского сиденья и торопливо скинула обувь на землю.       Она продвинулась по сиденью назад, полностью оказавшись внутри салона автомобиля, и поспешно избавилась от пальто, скидывая его на пол. Девушка поджала ноги под себя, тщетно пытаясь поправить юбку. Чимин последовал её примеру и снял кроссовки с курткой. А после громко запер дверь, позволяя полумраку опуститься к ним. Мужчина приблизился к Хёне, буквально нависая над ней.       Он действовал торопливо, оставляя позади себя всякие сомнения.       Даже сквозь кристальную темноту Чимин мог разглядеть, как ритмично поднималась её грудь.       Край чёрного кружева ему тоже был доступен для любования.       Пак притянул Хёну к себе, обхватывая тонкую талию руками. Мужчина самодовольно осмотрел её, прислонившись к спинке сиденья.       Наслаждаться Хёной, когда она сверху него? Об этом он мог лишь мечтать.       Девушка слегка заёрзала на его бёдрах, желая избавиться от натиска слишком узкой юбки. Чимин нервно провёл языком по губам и опустил взгляд. Ладони ловко подцепили край ткани, задирая юбку как можно выше.       Большой палец умышленно мазнул вдоль кромки чулок, лишая Хёну последних крупиц самообладания.       — Слишком... — её голос тихо сорвался, реагируя на жадные прикосновения, когда Чимин по-хозяйски сжал её ягодицы.       — М? — его руки задавали темп: он то притягивал её к себе, то позволял немного отстраниться. — Блять! — громко выругался Пак. Хёна подалась вперёд, намеренно задев бугорок на его штанах. Её сдерживаемое дыхание затаилось на мужских губах, вызывая сладкую зависимость.       — Много... одежды, — выдерживая паузу, проговорила она, медленно опуская глаза.       Девушка на ощупь нашла низ его кофты и потянула её вверх. Чимин нехотя разомкнул объятия, избавляясь от вещи. Её бархатистые касания плавно блуждали по его обнажённой груди, словно Хёна заново изучала всё.       — Я очень скучал, малыш... — Чимин закончил начатое, расстёгивая её блузку до конца. — Пиздец как скучал, — он приблизил Хёну к себе, перемещая ладонь на поясницу, а свободной рукой резко приспустил бюстгальтер, позволяя губам обхватить возбуждённый сосок.       — Чимин, я... — Хёна приоткрыла рот, растрачивая попытки ухватить побольше кислорода, исчезающего с каждым губительным прикосновением мужчины. Было трудно уловить собственное сердцебиение, особенно в момент, когда Пак умело провёл кончиком языка в ложбинке между грудей.       — И ты тоже, — дразнящий шёпот озвучил правду, которую скрыть было невозможно.       Чувствовал.       Указательный палец плавно вошёл внутрь чувствительного лона, отодвинув край её нижнего белья. Естественная смазка касалась его кожи, выдавая сильнейшее желание Хёны.       Горячая. Влажная. Податливая.       Его и для него.       Девушка слегка запрокинула голову, прикрывая веки от нарастающего удовольствия. Чимин всегда находил самые чувствительные точки на её теле, и сегодняшний день не исключение. Мужчина осторожно ввёл ещё один палец, вынуждая её содрогаться от наслаждения.       — Прекрасная... — приглушённый голос Чимина рассеялся по салону.       Мужчина жадно рассматривал Хёну, ощущая необходимость запомнить каждую деталь: то, как плавно покачивались её бёдра, податливо выгибаясь навстречу. Или как кончик её языка неторопливо касался нижней губы, освобождая тихий стон на чувственное движение Чимина внутри неё.       — Чёрт... — Хёна прерывисто выдохнула, ощутив приятное скольжение мужского пальца на клиторе.       Девушка чуть сильнее изогнулась, не совладав с новой волной возбуждения. Руки крепко впились в изголовья передних сидений, а влажные звуки движений лишь заставляли Чимина ускоряться. Его ладонь сильнее стиснула талию девушки, задавая новый ритм.       — Это очень неправильно, — Хёна судорожно облизала губы, чувствуя приятную усталость в мышцах и как пронзительная нега вскружила голову. — Но я так сильно хочу тебя... — она полностью выровнялась и резко впилась в мужские губы.       — Моя маленькая, — прошептал Пак с придыханием, дразняще лаская клитор подушечкой пальца.       На его устах растворился откровенный стон Хёны, тело которой содрогалось под натиском долгожданного оргазма. В уголках её глаз скапливалась влага, но оба знали, что это из-за эмоциональной волны. Мужчина освободил Хёну от своих объятий и обхватил её лицо, встречаясь с расфокусированным взглядом. Девушка тихо сглотнула, вспоминая, что эти пальцы секунду назад делали с ней. Пульсация внизу живота возрастала лишь от воображения. Её ладонь плавно обхватила кисть его руки и придвинула ближе к губам.       Чимин молча следил за происходящим, не разрешая себе моргать и останавливать Хёну. Решительный прищур, которым она наградила его, предостерегал о битве, где он заблаговременно проиграл. Кончик её языка искусительно скользнул по подушечке его пальца. Уголки губ хитро поползли вверх: Хёна с лёгкостью считывала меняющееся выражение лица Чимина. Пульсирующая жилка на его шее задрожала в момент, когда оба пальца оказались во рту девушки, а она тихонько посасывала их. Хёна жадно зарылась в его светлые волосы, слегка сжимая их в ладонях. Мужчина полностью отдался ей, позволяя контролировать процесс... прекрасно зная, где и когда он перейдёт в наступление.       Например, сейчас, когда её веки так медленно опустились — словно бросив ему белый флаг.       — Тебе нужно развернуться, малыш, — голос Чимина остановил её действия.       — Что? — гул в ушах не позволял расслышать ничего, кроме их неровного дыхания. Хёна даже внезапно осмотрелась, на мгновение забыв, где они находятся.       Хорошо, что это не сон. И Чимин действительно реальный.       Его хваткие объятия вырвали Хёну из собственных мыслей. Мужчина придержал её за талию и поменялся с ней местами. Она медленно закусила нижнюю губу, прислонившись грудью к спинке сиденья. Её взгляд застыл на запотевшем окне — оно словно скрывало их от всего мира и рассвета, который рано или поздно наступит.       — Чимин?.. — тихонько проговорила девушка, желая вернуть его внимание.       ​— Сейчас, — по голосу и постороннему звуку было понятно, что он на что-то отвлёкся. — Теперь стало лучше, — произнёс Пак, закончив отодвигать водительское кресло.       Машина всё ещё не казалась идеальным местом, и мужчине пришлось повозиться с тем, чтобы удобнее расположить ноги и наконец-то приблизиться к Хёне. Его руки подтянули юбку ещё выше, открывая вид на аппетитные ягодицы. Девушка изящно прогнулась, ощутив медленное скольжение по коже. Пак внимательно следил за тем, как его указательный палец подцепил кружевную ленту нижнего белья, опуская вниз и освобождая тело Хёны. Чимин мягко облизнул губы, чуть склонив голову набок. Он опустил ладонь на поясницу девушки и плотно сжал пальцами ткань её блузки, приподнимая как можно выше. Хёна затаила дыхание на коротком вздохе, почувствовав пухлые губы Чимина на своей спине.       Не может быть. Он и правда запомнил каждую родинку на её коже?       — Моя... — словно прочитав мысли девушки, прошептал Пак, добираясь до очередной отметки на желанном теле.       Быть может, ему стоило бы рассказать, как часто он видел их во сне? Когда был за тысячу километров от неё.       — Пожалуйста, — просяще простонала Хёна. Мужчина вплотную прижал её к сиденью, толкаясь вперёд бёдрами.       — Никогда не была терпеливой, — его бархатный смешок подтолкнул к воспоминаниям, вызывая у обоих бесконтрольную улыбку.       Чимин осторожно намотал её длинные волосы на кулак, опуская свободную руку к поясу джинсов. Дрожащими пальцами он рассеянно расстегнул ширинку, впопыхах приспустив штаны и боксеры. Хёна слегка наклонила голову, пытаясь совладать с волнительным предвкушением. Видимо, у мужчины тоже не было в запасе должного терпения. Он заполнил её одним толчком: резко, не прекращая двигаться в ней.       — Как же охуенно! — Чимин порывисто сдавил пальцами её гладкую кожу, заполняя Хёну до самого основания. Обжигающее покалывание пульсировало в висках, усиливая чувствительность. Он медленно выдохнул и ощутимо упёрся бёдрами, плавно войдя ещё глубже.       Тихие вздохи Хёны соединились с возбуждающими шлепками тел. Пак не переставал толкаться, чуть сильнее оттягивая её волосы, пока его громкие стоны растворялись в раскалённом воздухе.       Будто не было никакой пропасти между ними. Вот она — вся твоя. Бери и люби.       Чимин резко мотнул головой, желая сфокусироваться на моменте и оставляя воспоминания на потом. Он торопливо притянул Хёну ближе, обхватывая её бёдра ладонями. Мужчина слегка согнул ноги в коленях, меняя положение и рвано входя на всю длину. Девушка крепко держалась за спинку сиденья — окончательно плавясь в жадных руках Чимина. Он ускорился, безостановочно толкаясь в её податливое тело.       Капли пота неизбежно соскальзывали по их коже, а выстроенные границы за пределами автомобиля исчезали с каждым движением, с которым Чимин заполнял её.       Пак опустил руку к влажной промежности Хёны, задыхаясь от того, насколько он желанный для неё. Сдавленный стон предательски сорвался у её уха, когда в ответ на искусное прикосновение к клитору она сильнее сжала его внутри себя.       ​— Только не останавливайся, — обессиленно простонала Хёна, запрокидывая голову на плечо Чимина, пока он склонялся к ней всё ниже.       — Я могу?.. — хриплое дыхание пронзило салон автомобиля.       — Можешь, — Хёна завела руку назад, отчаянно хватаясь за шею Чимина. Он жадно двигался глубже, меняя угол проникновения плавными движениями таза.       Мужчина стиснул её талию в своих руках, усиливая рывки, а звуки удовольствия всё громче вырывались из уст девушки. Пак томно закусил нижнюю губу, непрерывно толкаясь вперёд. Затем он чуть отстранился, позволяя себе рассмотреть, как его член исчезает в ней. Чимин лениво толкнул языком в щёку и сделал ещё несколько мощных рывков, прежде чем кончить.       Хёна обессиленно сглотнула, сползая по сиденью после того, как Чимин вышел из неё. Было слышно, как он застегнул ширинку своих джинсов, а затем осторожно присел рядом. Мужчина устало откинул голову на подголовник и с шумом выдохнул. Она обернулась и повторила его позу, поджимая ноги под себя. Блузка неаккуратно свисала с плеч, оголяя острые ключицы и короткую цепочку с кулоном — один из подарков Донгу. Девушка порывисто закусила нижнюю губу, когда мысль о парне настигла её быстрее, чем она была готова. Хёна поспешно оправила юбку, будто этот жест мог что-то исправить, а ужасный поступок можно было прикрыть стрейчевой тканью. ​      Неумелая попытка скрыть отметки от несдержанных касаний Чимина.       — Перестань, — мужчина следил за её самобичеванием из-под полуопущенных век. Он не спеша придвинулся и поправил её блузку, прикрывая обнажённую кожу атласной тканью. — Это рано или поздно произошло бы...       — Нет, — тихим голосом остановила его Хёна, упрямо глядя в глаза. — Если бы ты остался в своей чёртовой Америке.       — Даже после секса ругается, — Чимин привычно прокомментировал её колкость.       — Это не смешно, — Хёна сердито хлопнула его по плечу, неосознанно засмотревшись на губы, растянутые в довольной улыбке.       — Извини, я слишком счастлив, чтобы жалеть сейчас кого-то или о чём-то, — честность легко освободилась наружу. Более того, он знал, что Хёна испытывала подобное. Вот только совесть не позволяла принять это.       — Я ужасная... — она опустила взгляд на собственные руки, судорожно сжимая ткань блузки. — Я изменила своему парню... И в этом виноват ты! — девушка поспешно обернулась и укоризненно ткнула в него пальцем.       Упоминание Донгу было последним, о чём Чимин хотел бы слышать сейчас. Он угрюмо свёл брови к переносице, перебирая в голове подходящие для ответа слова.       — Не изменила, а вернулась туда, где и была, — мужчина сел вполоборота, закинув одну ногу на сиденье и согнув её в колене. — И да, я мразь, что касается отношений... Я тебя предупреждал.       — Видимо не очень доходчиво, — недовольно пробормотала Хёна, безотрывно наблюдая за мужчиной.       — Я не договорил, — Пак заправил выбившуюся прядь её волос за ухо, не найдя в себе желания скрыть улыбку. — Но ты — это другое. Понимаешь?       — Не-а, — Хёна тоскливо прижала губы, заранее боясь того, о чём Чимин планировал ей рассказать. Тёплая дрожь охватила тело, смешивая в себе волнение и предвкушение.       — Я очень терпеливый человек. Но, как видишь, — Пак осмотрел салон, на секунду отводя взгляд, — когда дело доходит до тебя — это провал... Не хочу, — Чимин придвинулся, накрывая её ладонь своей, — и думать, что ты снова вернёшься к нему, а мне придётся держать себя в руках и делать вид, что «нас» не было.       — Но «нас» и не было, — болезненно исправила его Хёна, замечая, как в тёмных глазах промелькнула грусть. — Мы были только для самих себя. В своём мире и...       — И это было лучшее время.       — Которое ты остановил! — пережитая обида снова дала о себе знать.       — Не я, а обстоятельства, — спокойно ответил Чимин, успокаивающе поглаживая её кожу. — Прекрати дуться. Несколько минут назад ты умоляла меня совершенно о другом, — он приподнял её руку, касаясь тыльной стороны ладони нежным поцелуем.       — Это была слабость, — быстро отчеканила Хёна, сглатывая нервный ком.       Потому что, конечно же, он прав. И знал об этом.       — Хорошо. Давай на секунду представим, что будет, если ты останешься с Донгу, а я...       — А ты? — громко перебила девушка и вытянула руку из его хватки.       — Видишь? — беззлобный смешок всколыхнул раскалённый воздух. — Ты не сможешь быть сдержанной... как я.       — Мы только что занялись сексом в машине, — Хёна надменно вскинула бровь. — Ты тоже не справился.       — И не жалею об этом, — Чимин обнял её за плечо, приближая к себе. — Ты должна дать нам ещё один шанс, — мужчина глубоко втянул носом воздух, наслаждаясь моментом, когда даже аромат их духов соединился в безмятежной симфонии.       — Я должна... должна шанс Донгу, — набравшись смелости произнесла Хёна, используя момент — ведь он не сможет заглянуть ей в глаза.       — Нравится обманывать себя? — Чимин заметил попытки избежать зрительного контакта, поэтому приподнял её голову, мягко коснувшись пальцами подбородка.       — Лучше себя, чем его.       — Я хочу говорить о нас, а не о Донгу, — скрыть пренебрежение на лице не получилось: уголки губ недовольно опустились.       — Но он всегда где-то рядом. Разве это не твои слова?       — Я хочу, чтобы рядом была только ты. Так понятно?       — Мне... мне нужно время... время побыть с собой, — беззвучная слеза осушила кожу щеки. — Мне просто плохо... без тебя и...       Мужские уста трепетно прильнули к её губам, охотно подавшимся навстречу.       Осторожное касание остановило её от произнесения слов, разрывающих сердце на мелкие осколки. Каждый из которых Чимин мог ощущать, наблюдая за тем, как Хёна пыталась быть счастливой без него.       В глубине души зная, что его девочка страдала... и в этом была его вина.       — Маленькая моя, ты так сильно мне нужна, — виновато прошептал Чимин, опаляя девичьи губы волной правды.       Сегодня они оба показали свои слабости.