Дизайн Осложнений

Моя буря эмоций почему-то не побуждает меня к действиям. Я наоборот впадаю в ступор и стою с пакетами, в которых собраны намёки на счастливую жизнь. Ебучие ламы на пледе не кажутся мне больше милыми. Они угорают над тем, что надо было купить плед с ослом или оленем. Я честно теряюсь и не знаю, что делать. Догнать и устраивать разборки на улице? Позвонить Лёше и спросить, где он? Послушать ответ? Просто уйти, а потом очнуться от очередного звонка с просьбой забрать? Усталость накатывает так же внезапно, как и гнев до этого. Я расслабляю сжавшиеся кулаки. Провожаю взглядом удаляющуюся пару. И думаю о том, что я не хочу и не буду контролировать каждую секунду его жизни. Не стану же я всюду его сопровождать и держать свечку, чтобы не дай бог кто-нибудь не залез ему в штаны? Или он в чьи-нибудь ещё. Если человек захочет с кем-то переспать — он это сделает в любом случае. Несмотря на разговоры, угрозы, шантаж и совместных детей: все эти методы опробовало огромное количество моего окружения. Пока ни один не возымел успеха. Смотрю в телефон, который держу в руке всё это время, и вижу, что там висит сообщение от Лёши: "Я немного задержусь. Надо все-таки поговорить с Борей, я назначил ему встречу недалеко от офиса. Не переживай, пожалуйста, всё будет хорошо. Целую." Я усмехаюсь. Думаю о том, каким долбоебом показал себя, если бы не прочитал сообщение и пошёл устраивать разборки. Но с другой стороны, как я ещё должен реагировать? А в пизду. Рад, что он не скрыл от меня встречу и честно написал. Буду ли я всё равно беспокоиться? Конечно да. Хотел бы я применить физическое насилие к Боре? Безусловно. По итогу, я просто отвечаю: "Переживать буду. Если вдруг станет некомфортно или захочешь, чтобы я тебя забрал — напиши. Я не доверяю этому типу, но доверяю тебе. Жду дома." Понимаю, что ехать в общественном транспорте в час-пик домой я точно не хочу. Вызываю такси. Если толкаться в пробках, то хотя бы с комфортом. *** Совру, если скажу, что не мерил шагами квартиру и не смотрел на часы каждую минуту. Сначала я сам для себя пытался создать иллюзию спокойствия. Уговаривал себя, что всё ок. Зашел домой, переоделся, включил музыку. Положил и поправил плед, помыл новую посуду и сел смотреть сериал. Посмотрел на плед. Ещё раз поправил. Подумал, что кружки бы надо ещё раз помыть. Мало ли кто их трогал, правильно? Правильно. Ну, а там бог любит троицу. Понеслось по кругу. На 5ом кругу мыслей о мытье посуды, я уже ставил себе СДВГ и другие расстройства, как услышал звук ключей в замке. Заметался по квартире, пытаясь придумать чем я занимался только что. Надо скрыть следы тревоги. Я уверенный в себе и в своем партнере мужчина. Но стоило мне увидеть Лёшино лицо, которое не выражало никакой обеспокоенности, признаков алкогольного опьянения или скрываемой измены (да, я рассчитываю, что это заметно) — я подорвался, и все мои планы пошли крахом. — Да, я переживал. И что ты мне сделаешь? — сразу признался я, схватил любимое тело в охапку и чмокнул в макушку. — Я и не сомневался, — засмеялся в ответ Лёша, обнимая в ответ. — Я вижу на тебе отпечаток его глаз, он пялился, я клянусь! — я беру в ладони его лицо и разглядываю его так, как-будто пытаюсь найти реальные отметки глаз Бориса. Лёша вовсю уже угорает надо мной и чмокает меня в нос, приподнимаясь на носках. — Честно? Я немного переживал за твою реакцию. Боялся, что ты сорвешься искать меня у офиса или дома будешь ждать с разговором. На самом деле, мы долго и не общались. Я просто дал Боре понять, что в этот раз у меня всё серьёзно, чтобы он не искал попыток со мной потусить, — сказал уже более серьезным тоном Лёша. — А вы часто "тусили", когда ты уже был в отношениях? — прищуриваясь, спрашиваю я, а сам тяну Лёшу в комнату. — Ну, я просто в целом не вступал во что-то серьёзное, поэтому мы иногда пересекались во время его визитов в Москву. Поэтому он даже не звонил, когда пришёл тогда, — ответил Лёша. Я сразу вспомнил уверенный надменный взгляд Бориса. Видимо, он подумал, что я очередная клубная пассия Алексея, которая просто не успела заказать такси пораньше. Думаю о том, что в тот раз он пришёл моего Лёшку выебать походу. А у Лёшки, так неудачно, оказался Вовка. А Вовка тоже хочет Лёшку. И кажется, прямо сейчас. Я толчком заставляю Алексея приземлиться в кресло. Нависаю сверху. Беру его за подбородок, поднимаю голову к себе. Целую сначала невинно, а потом намеренно углубляю поцелуй. Моя коленка упирается между его ног. Лёша непонимающе открывает глаза, когда я прерываю поцелуй и укрываю его пледом. — Сейчас будет горячее какао, плед с ламами уже на тебе. Смотрим фильм, который выбрал я, — я бесцеремонно ухожу на кухню и не оставляю шансов меня остановить. — Это наказание воздержанием? — кричит мне вслед Лёша. — Скорее плохим кинематографическим вкусом — смеюсь я в ответ. Пока наливаю горячее молоко в кружки, невольно улыбаюсь. Я как-будто первый раз дал себе возможность не контролировать. Просто отпустил ситуацию и доверился другому человеку. Поверил ему. А он доверие оправдал. Я обычно избегал того, что не могу продумать. Пугался неизвестности, но Лёша — одна сплошная неизвестность. И позволяет мне посмотреть на себя тоже с другой стороны. Закинув сверху какао маршмеллоу, довольствуюсь своим творением. Беру эти всратые парные кружки, ставлю их на столик, а сам усаживаюсь рядом с Лёшей, забравшись к нему под плед. Он облокачивается на меня и кладет голову на плечо. И это самая приятная тяжесть на свете.