Мечты пряничного человечка

Хруст снега под ногами заглушает голос собственных мыслей и успокаивает нервную систему. Светлые зимние ботинки на массивной подошве оставляют одинокие следы на тротуаре, а слабый ветер сметает присутствие Тэхёна. Маленькие снежинки кружатся над головой и падают на кудрявые волосы, медленно тая. На очередном светофоре горит красный, и Ким притормаживает, всматриваясь в небо без единого облачка, и грузно вздыхает, чувствуя себя самым одиноким человеком на планете.        По тротуару идут парочки, держась за руки и делясь теплом, и мило хихикают. В машинах едут женатые пары: на задних сиденьях играют или спят дети, а супруги устало обсуждают планы на вечер и совместные поездки. В окнах домов тоже кипит жизнь влюблённых. В каждой светлой ячейке многоэтажек – целая история, переплетение двух судеб, счастливое настоящее и не менее светлое будущее.        И среди всего этого Тэхён чувствует себя самым одиноким и лишним.        Зелёный свет загорается неожиданно, и, только получив толчок в плечо, парень заторможенно перебегает дорогу и сворачивает на безлюдную улицу, подальше от веселья и счастливых лиц, режущих глаза.        Сегодняшнее свидание было последним гвоздём в крышку гроба и потерянной надеждой на отношения. Оказывается, найти подходящего человека очень сложно. В книгах и фильмах показывают невидимую связь, словно красную нить судьбы, связывающую людей. Только от одного взгляда глаза загораются, бабочки порхают в животе, а сердце бьётся чаще, вот только никто не говорит, что всё это глупый, ленивый и заезженный сценарий любовной драмы. Герои этой картины — прописанные картонки, а все встречи и ситуации двигают сюжет, чтобы смотреть было интереснее и динамичнее. В реальности же эмоции не такие яркие, ощущаются совершенно иначе, а люди не ведут себя как клишированные персонажи.        Утопая в собственных тяжёлых мыслях, Тэхён не замечает ничего и никого, бесцельно слоняясь по незнакомой улице в поисках ближайшей остановки. Дома его всегда ждёт пушистый четвероногий друг и чашка горячего шоколада, а праздничная ёлка поднимает настроение лучше дорогого алкоголя. Звонкий хруст снега и редко проезжающие мимо машины с яркими фарами лишают бдительности, и Тэхён не чувствует за спиной приближающиеся быстрые шаги и громкий голос.        — Фрост, нет! — первое и последнее, что слышит Ким, прежде чем упасть в сугроб.        Короткий тихий вскрик слетает с губ, а широко распахнутые глаза сталкиваются с большим мокрым носом. Сильные лапы давят на грудную клетку, прижимая к земле, а блестящие чёрные глаза смотрят со щенячьим интересом. Пёс обнюхивает парня с большим любопытством и проводит языком по щеке, громко и радостно лая на всю округу.        Тэхён был бы рад понять, чему так счастлив белоснежный гигант, но жмурит глаза в очередной раз, когда пушистая морда приближается к лицу, и отсчитывает секунды, прощаясь с носом, но резко груз с груди пропадает, а перед глазами возникает Чонгук.        — Испугался? — хоккеист протягивает руку, а Тэхён долго смотрит на Чона и громко дышит, выпуская клубы пара. — Давай руку.        Не дожидаясь протянутой ладони, парень помогает подняться и отряхивает чужую куртку от снега.        — В такой холод в одних джинсах. Не боишься заболеть? — Чонгук отчитывает его, как маленького ребёнка, а Тэхён половины слов не слышит, стоит, потупив взгляд на спортсмена. Чон сталкивается с пристальным вниманием и усмехается. — Живой?        Тэхён запоздало кивает и оглядывается по сторонам в поисках активного животного. Чонгук заостряет внимание на лёгкой одежде, подмечает отсутствие шапки, анализируя парня с ног до головы. Пушистые вьющиеся волосы беспорядочно лезут на лоб и торчат, как у только что проснувшегося воробушка. Рука тянется к пышной шевелюре и треплет локоны, приводя в порядок.        — Ты прости, Фрост не хотел тебя напугать. Он вообще редко бросается на людей. Тем более так радостно.        Ким резко дёргает головой и натыкается на большого белоснежного пса. Склонив голову и высунув язык, тот смотрит на него и виляет хвостом, расчищая дорогу.        — Это твой? — без приветствия интересуется Ким, кивая на пса.        — Да, самоед. Зовут Фрост, — Чонгук треплет пса по голове и получает довольный скулёж в ответ. Несмотря на грозный вид, Фрост кажется очень дружелюбным.        — Как в мультике? — Тэхён присаживается на корточки и протягивает раскрытую ладонь. Фрост от хозяина перебирается к Киму и облизывает внутреннюю часть, вызывая улыбку на губах Тэхёна.        — В каком мультике?        — Ну, Джек Фрост. «Хранители снов» не смотрел?        — Первый раз слышу.        — Какой ужас, — Тэхён переводит взгляд на Чонгука и искренне удивляется.        Чонгук закатывает глаза, не удержавшись.        — Что ты делаешь здесь? Ты живёшь вообще в другой стороне.        — Просто гуляю, а ты?        — Выгуливаю Фроста.        Снова молчание и неловкость. Тэхён прикусывает губу и отводит взгляд в поисках темы для поддержания разговора. А Чонгуку они и не нужны вовсе. Он молчаливо разглядывает блики фонарей в карих глазах.        — Идём. Нечего стоять на одном месте, — Чон говорит уверенно, и Тэхёну только и остаётся слушать и следовать за ним. Бездумно, но уверенно.        Шагая тёплыми ботинками под резкий и назойливый скрип снега, ещё никогда желание сжаться до размеров атома не было таким сильным. Фрост прыгает по сугробам, резвится в снегу, как настоящий ребёнок и, высунув язык, ныряет мордой в снег. Его пушистый молочный хвост промок, шерсть липнет к телу, но псу это не мешает веселиться в холодный день декабря. Тэхён с мягкой улыбкой наблюдает за ним и перебирает пальцы в карманах, стараясь не стесняться повисшей тишины.        Компания рядом идущего Чонгука — не то, как он представлял окончание дня.        Сильный порыв морозного ветра колет щёки и спирает дыхание. Тэхён громко вдыхает и привлекает внимание Чона.        — Замёрз? — Чонгук едва заметно замедляет шаг и касается плечом парня, шелестя курткой.        — Немного, — Тэхён опускает взгляд на свои ботинки в снегу и улыбается грустно. Осадок от встречи отпечатался испорченным настроением. — Тебе не пора идти? — Ким совершенно бестактно сливается с разговора.        — У тебя что-то случилось?        Тэхён резко замирает и переводит взгляд на Чонгука. Чон краем глаза не замечает овечьей шубы и останавливается всего в паре шагов от Кима. Тёмные пары глаз сталкиваются и задают немые вопросы, оставаясь по-прежнему неизменными.        Карие глаза искренне недоумевают, пытаются найти оправдание интересу.        Чёрные глаза уверенно и стойко смотрят неотрывно, ожидая ответов, стараясь быть предельно аккуратными.        Тэхён напоминает пойманного медвежонка в тёплом шарфе, из которого выглядывают розовые щёки и нос. Чонгук спокойно любуется парнем дольше положенного. И ему глубоко плевать на всевозможные границы и рамки. Смотреть на Тэхёна ему не могут запретить ни приличия, ни время.        Фрост убегает дальше по тротуару, совершенно не замечая отстающего хозяина и нового друга.        — Ты выглядишь потерянным, — Чонгук поражает своей открытостью. Тэхён выпускает клубы пара и поджимает губы в тонкую линию, чувствуя необъяснимое тепло в районе сердца.        Проницательность Чонгука продиктована любовью к хоккею, вот только вне ледовой арены он не спешит сканировать людей, но Ким в эти рамки не входит. И можно соврать, перевести всё в шутку и закончить диалог, но Тэхён открывается ему.        — У меня сегодня было свидание, — Ким обходит хоккеиста и продолжает поиски ближайшей остановки. Изливать душу Чонгуку неловко.        — Не понравилось? — Чонгук следует за парнем, догоняя в два шага.        — Бывало и лучше, — Тэхён равнодушно пожимает плечами, смотря на заснеженные просторы.        — Что пошло не по плану? — наводящие вопросы подбирают Чонгука ближе к Тэхёну.        — Ничего. Просто… — Тэхён мнётся, думая, стоит ли делиться с Чонгуком. — Меня пригласили выслушать и впитать как губку, — грустная улыбка тает на губах, как сладкая вата в воде. — Мне несложно выслушать. Но это не свидание, а просто встреча получается. Наверное, я всё не так понял. Даже напиток выбрать не дали. Заказали противный американо, а я…        — Не любишь кофе, — заканчивает за него Чонгук. Робкая довольная улыбка растекается на губах, а щёки покалывает не от холода, а от густого смущения.        — Да, — мямлит неловко и перекатывает эту мысль в голове, как что-то сокровенное. Чонгук запомнил такую мелочь.        — Девушки любят попусту болтать. Найдётся та, которая сможет выслушать и тебя.        Снег усиливается, покрывая толстым слоем голые ветви деревьев, наряжая в пушистую тяжёлую листву. Фрост трусцой кружит от Кима к Чону и бодает бедро первого мокрым носом, требуя внимания. Молчание между ними затягивается и давит на Кима. В голове кружатся сотни мыслей, и присутствие Чонгука рядом разгружает, но невысказанные слова застревают в горле и отдают кислотой.        — Чонгук, — спокойный голос не дрожит. Хоккеист поворачивает голову. — Это была не девушка. — Чонгук понимает, что имеет в виду Ким, но он всё равно поясняет. — Я был на свидании с парнем.        Тэхён ожидал типичной реакции на нетрадиционную ориентацию. Сердце отсчитывало последние удары до потери новообретённого друга, но Чонгук не перестаёт удивлять.        — Мой совет не меняется.        Тэхён вздыхает и не понимает, чувствует облегчение от признания или груз вины. Реакция Чонгука вызывает лишь больше вопросов, рождает новые страхи в голове, но любые слова не могут исправить ситуацию лучше, чем неожиданное прикосновение.        Тепло привлекает Кима, как мотылька, и вынуждает остановиться обоих. Чонгук склоняется над парнем и оглаживает большим пальцем щёку, чувствуя полыхающий румянец. Глаза считают родинки, запоминают координаты под тихое дыхание парня. Всё тело Тэхёна замирает и превращается в оголённый провод. Любое прикосновение не смертельно, но близко к грани.        — Носи шапку, — усмехается тихо Чонгук и натягивает парню шарф на самый нос. — Твоя остановка, — указывает за спину и разворачивается, зовя Фроста за собой.        А остановка конечная.       

***

Идея двойного свидания в разговоре пролетела мимолётом, и Тэхён не придал ей особого значения, пока брошенные вскользь слова не оказались реальностью. В голове за минуту были придуманы тысячи отговорок, почему это плохая затея, но Чимин ни одну не принял к сведению или на рассмотрение.        Нравоучительный диалог состоялся в доме Кима за кухонным столом. Пак поедал имбирное печенье, заботливо приготовленное другом накануне, и, виляя ногой, листал ленту соцсетей, пока Тэхён надевал линзы в ванной, готовясь к двойному свиданию. Если пара Чимина была известна, то своего партнёра на один вечер Тэхён не знал в лицо. Волнение перед встречей накалялось и дополнялось нервозностью, а это не лучшая смесь перед важной встречей.        Последние несколько дней Тэхён спал особенно плохо. Всю ночь ворочался, воспроизводил последнюю встречу с Чонгуком, вспоминал неожиданное прикосновение, а на коже ощущалось фантомное тепло от грубой ладони, и он зарывался носом в подушку, чувствуя спазмы в животе. Под покровом ночи хотелось верить, что это не обычное касание, и Чонгук сделал его намеренно.        Сознательно коснулся его, желая разделить тепло и почувствовать нечто большее.        Чонгук не отпускал его даже во сне, ходил за ним следом и оберегал от кошмаров, появляясь, как рыцарь в блестящих доспехах, но вместо меча в руках – клюшка. Тэхён рисовал его по памяти, вспоминал каждую строгую черту, острые линии челюсти, серьёзный взгляд, большие карие глаза, округлый нос, родинку под нижней губой и маленький шрам на скуле. Простым карандашом тяжело передать реальную красоту. В реальности Чон красивее, чем в воспоминаниях Тэхёна.        Интерес к хоккеисту не угасал, а лишь сильнее разгорался, подобно свежеразведённому костру. Ким проводил часами на сайтах, посвящённых хоккею, стараясь узнать, чем же так игра нравится Чонгуку. Тэхён завёл целую тетрадь и записывал правила игры, экипировку, сленг. Всё, что могло помочь узнать Чона поближе.        Ежедневно Тэхён думал о Чонгуке несколько раз. И всё дошло до такой степени, что Чон Чонгук стал первой мыслью при пробуждении и последней перед сном. Он мог бы попросить у Юнги номер телефона хоккеиста и начать переписываться, но что-то останавливало. Желание не рушить дружбу и страх быть в немилости. Киму было достаточно тихо любить его на расстоянии и без ответных чувств. Просто знать, что с Чонгуком всё хорошо и он есть.        А шанс на взаимность — непозволительная роскошь, которую Тэхён не может себе позволить. Это как вероятность выиграть в лотерею.        Всю дорогу до места встречи Тэхён провёл в своих мыслях, слушая Чимина не очень внимательно, но Пак часто повторял, что они идут в новый парк, где есть фотобудка, глинтвейн и какао. Ким не источал радости, но и нарочито не показывал недовольства. Это двойное свидание он воспринял как возможность перевести дыхание и расслабиться. Родные стены начали давить, а мысли крутились вокруг одного Чонгука.        Чимин отрывается от плеча друга и бежит в распахнутой куртке к Юнги. Вратарь ловит парня и кружит недолго, заботливо поправляет шапку и застёгивает куртку, не забывая оставить целомудренный поцелуй на лбу и более долгий и чувственный – на губах.        Тэхён мнётся пару секунд на месте и переводит взгляд от парочки на своего сегодняшнего кавалера, но рядом с Юнги никого нет. И Ким облегчённо вздыхает, расправляет плечи и подходит к парням, улыбаясь приветливо.        — Надеюсь, вы тепло оделись, — Юнги держит Чимина за руку и переводит взгляд со своей пары на Кима. — Привет, Тэхён.        — Привет.        — Твоя пара сейчас подойдёт, — Мин улыбается как чеширский кот, а Тэхён чувствует подвох, но вида не подаёт.        — Какой-то он непунктуальный, — Чимин морщит нос, топчась на месте в попытках согреться.        Тэхён рад, что его партнёр опаздывает. Отсчёт свидания уже пошёл, а значит, он проведёт с ним меньше времени и вернётся в свой дом, где каждый шаг напоминает о Чоне, который даже в нём не был.        — А вот и он, — Юнги кивает Тэхёну за спину, но Ким не оборачивается, только сводит плечи к подбородку и зарывается носом в шарф.        Тэхён опускает голову, слыша шаги за спиной, но как только они стихают, интерес берёт верх, и он оборачивается. А перед ним возвышается Чонгук. Карие глаза широко распахиваются в удивлении, а с губ срывается тихий вздох. Сердце стучит набатом и отдаёт по вискам ровным ритмом. Руки выскальзывают из карманов и прижимаются к бёдрами. Слов нет, лишь тихая радость и скромное счастье, отображающиеся удивлением на лице.        Чужая грудная клетка часто вздымается, а изо рта валят клубы пара. Румяные щёки кусает декабрьский мороз. Карие глаза сверкают в тёплом свете уличных фонарей.        Они молча обмениваются взглядами и не двигаются, словно время замерло, и людей на улице нет.        — Ну всё! Все в сборе, можем идти, — Чимин хлопает в ладоши, выводя парней из транса, и утягивает Мина в парк.        Чонгук отмирает первым и обходит Кима, кивая, чтобы шёл за ним, а Тэхён не задаётся вопросами, которых целый ворох в голове.        Они идут на небольшом расстоянии и сохраняют тишину и дистанцию.        Тэхён прячет порозовевшие кулаки в карманы куртки и разглядывает прилавки со сладостями и горячими напитками. Верхушки заснеженных деревьев украшены нитями гирлянд, простирающимися вглубь парка. Ким задирает голову, и звёздное небо встречает его новыми маленькими белыми и жёлтыми искрами, медленно потухающими и ярко загорающимися вновь.        Чону не интересен новый парк. Его внимание занимает Тэхён. Он переводит на него взгляд и подмечает тёплую бежевую шапку крупной вязки с пушистым помпоном в цвет куртки, больше напоминающую овечью шубу. Концы кремового шарфа доходят до карманов джинсов. Весь Тэхён создаёт впечатление тепла и уюта.        — Долго ждал?        Чонгук первым нарушает затянувшееся молчание, уменьшая дистанцию. Их плечи соприкасаются.        — Нет, мы с Чимином только пришли. А ты опоздал. Что-то случилось или не хотел приходить? — Тэхён поворачивает голову и встречается взглядами с Чоном.        — Я очень спешил. Автобус в пробку попал, и я решил не ждать. Вышел на ближайшей остановке и побежал.        — Долго?        — Минут двадцать.        — Какой ужас, — Тэхён тихо смеётся, пряча улыбку.        — Небольшое кардио никому не повредит.        — Я не смог бы бежать так долго, — скромное признание тонет в шарфе, из которого выглядывает красный нос. — Чимину порой приходят сомнительные идеи. Когда он сказал мне о двойном свидании, я был удивлён. А ты как отреагировал?        — Никак. Это была моя идея.        Тэхён не перестаёт удивляться за вечер. Чонгук ловит непонимающий взгляд и долго смотрит, посылая сигналы. Ким хлопает ресницами и не знает, что ответить. Подходящих слов нет, лишь сумбурные мысли, крутящиеся бегущей строкой.        Чонгук для него – книга на чужом языке, а навыками криптографа Ким не обладает.        Усмехнувшись себе под нос, Чон подходит к ближайшей лавке и занимает очередь за горячим напитком. Тэхён медленно шагает за ним, переваривая сказанное, и становится плечом к плечу, покрываясь под курткой мурашками. По спине пробегают мурашки и разряды тока. Внимание Чонгука влияет на него странно, но отказываться от него не хочется.        Выстояв большую очередь, Чон забирает свой глинтвейн и горячий шоколад для Тэхёна. Они отделяются от Чимина и Юнги и уходят по тропинке, освещённой гирляндами. Хруст снега, горячий напиток в руках и улыбка на лице. Идеальный вечер.        Они обмениваются короткими фразами, но больше Ким не чувствует смущения и холода со стороны Чонгука. Хоккеист немногословен, но очень внимателен и учтив. Тэхён запоминает прогулку по парку как самое лучшее свидание из всех возможных. Как только стаканчик с горячим шоколадом пустеет, руки кусает мороз. Источник тепла пропадает, и Ким спешит спрятать ладони, но Чонгук забирает картонный стакан и выбрасывает в ближайшую мусорку, не отпуская чужую руку. Просто и без слов.        Длинные холодные пальцы переплетаются неуверенно с горячими мозолистыми и делятся теплом.        Тэхён в полной мере ощущает порхающих бабочек в животе. Глаза не перестают светиться счастьем и с лёгкостью могут заменить гирлянды над головами. Ким старается не пялиться на Чонгука, лишь сжимает его руку и чувствует, как в ответ большой палец поглаживает холодную кожу.        Они выходят из уютной тишины в центр парка и замечают яркие игровые автоматы и фотобудку. Чимин в руках пересчитывает снимки и показывает лучшие Юнги. Хоккеист помогает выбрать и забирает себе дубликат.        — Не хотите тоже пофоткаться? — Чимин тянет за плечо Тэхёна, вынуждая его отпустить руку Чонгука, но так хочется задержать ладонь и не выпускать никогда.        Чонгук становится рядом с Юнги и разглядывает цветастую будку, больше напоминающую детский леденец на палочке.        — И как ты только согласился на это? — Чонгук фыркает, пиная снег под ногами.        Юнги усмехается, убирая фото с поцелуями под чехол телефона.        Тэхён разглядывает ленты снимков и видит на них двух влюблённых. Чимин радостно улыбается, корчит рожицы и целует Юнги. Мин смотрит влюблённо, позволяет Паку ребячиться и отвечает на поцелуи. Запечатлённые моменты кажутся сокровенными и важными, словно Тэхён подглядывает за кем-то. В их тандеме идеальное сочетание двух совершенно разных характеров. По одному взгляду понятно, кто любит шумно, а кто скромно, но не менее ярко.        — Тэхён, а ты не хочешь? — Чимин пихает друга локтем в бок, подначивая. На свежем воздухе Пак совсем как ребёнок разыгрался.        — Не думаю, что Чонгук согласится, — Чон слышит слова Кима отчётливо и различает в них сомнения и тоску. — А одному не хочется. Чимин, может, ты…        — Я хочу, — хоккеист подходит и кивает в сторону будки. — Идём.        Тэхён не успевает взглянуть на Чонгука, как тот утаскивает его в тесную фотобудку и садится на мягкое сиденье. Ким рвано выдыхает и присаживается рядом, смотря на объектив камеры. Та словно сканирует его насквозь и сейчас покажет Чону всю его подноготную.        Он приближается к экрану и склоняет голову, рассматривая примеры фотографий сбоку.        — Ты когда-нибудь был в фотобудке? — спрашивает Тэхён, переводя заинтересованный взгляд на Чона.        — Нет. А ты?        — Я тоже. Но хочется попробовать. В фильмах кажется весело, — Ким пожимает плечами и снимает шапку и шарф.        Чонгук оценивает беглым взглядом небольшое убранство фотобудки и останавливается на Тэхёне. У того светятся глаза от предвкушения, а на губах застывает улыбка. Недолго рассматривая профиль парня, Чон сдерживает желание зарыться пальцами в кучерявые волосы.        Тэхён бросает несколько монет в открытый отсек и выравнивается, смотря в камеру, но Чонгук чувствует неловкость и зажатость в движениях Кима. Он тоже впервые в подобной авантюре, но старается не испортить впечатление. Пять вспышек с небольшим промежутком выстреливают в глаза, ослепляя на пару секунд.        Ким тянется за фотографиями и рассматривает пять фотографий. На половине у него или Чонгука прикрыты глаза, а позы совсем не такие, какими он представлял себе. Сидят, как два примерных школьника за партой, и пошевелиться боятся. Эти фото больше на паспорт подходят, а не для счастливых и смешных воспоминаний.        Чонгук наклоняется ближе и рассматривает неудавшиеся снимки.        — Первый блин комом. Давай ещё.        — Как долго хочешь позировать? — Тэхён тихо усмехается, сминая фото без капли разочарования.        — Пока тебе не понравится.        Сложно не подавать вида, но подобные слова отзываются трепетом в груди, а щёки полыхают от дикого смущения. Чонгук умеет подбирать слова, от которых тепло по всему телу разливается.        Чонгук прочищает горло и вспоминает фотографии Чимина и Юнги. На них они смешно дурачились, корчили рожицы, целовались и улыбались, щекотали друг друга. Делать то же самое с Тэхёном не получится, у них не тот уровень отношений. Но для памятных фотографий Чон готов выглядеть нелепым, если они понравятся Тэхёну.        Несколько попыток летят звенящей мелочью в кассу и возвращаются лентой фотографий.        Первый снимок: Тэхён улыбается, показывая английскую букву «V», а Чонгук скрещивает руки на груди.        Второй снимок: Тэхён подмигивает, показывая тот же жест, прислонив пальцы к сощуренному глазу, Чонгук позы не меняет.        Третий снимок: Тэхён посылает воздушный поцелуй, Чонгук склоняет голову.        Четвёртый снимок: Тэхён изображает удивление, широко улыбаясь и приложив ладони к щекам, Чонгук подмигивает с каменным лицом.        Пятый снимок: Тэхён прячет лицо в ладонях от смущения, Чонгук смотрит на него.        Ким разглядывает получившиеся фото и смеётся, показывая пальцем на хоккеиста.        — Ты слишком серьёзный. Улыбнись хоть раз. Похоже, будто я тебя заставляю.        — Так и есть, — Чонгук вымученно стонет, закатывая глаза, и тянется за фотографиями, но Ким прячет их в карман. — Выброси, они тоже неудачные.        — Эти я оставлю. На них я вышел неплохо.        — Тогда отдай мне.        — Зачем?        — На память.        Тэхён отдаёт снимки, соприкасаясь пальцами с Чоном, и поджимает губы в робкой улыбке.        Чонгуку кажется, что в душной фотобудке они сидят вечность, если не дольше. И Тэхён был бы сам не против выйти на свежий воздух, но Чон сказал, что пока не получатся лучшие фото, они не выйдут. И неважно, сколько они спустят денег.        У хоккеиста болят щёки от улыбок. Он корчит рожицы, дует губы и позирует, вживаясь слишком хорошо. Снимки вылетают, словно кислые мармеладные ленточки. И с каждой новой Тэхён смеётся громче. Чонгук на каждом получается смешным, ярким и живым. Тэхён впервые видит его таким, и настоящий Чон ему нравится ещё больше, чем построенный неприступный образ. Парень пихает его локтем и заливается в очередном приступе смеха, указывая на Чона на фото, где он дует губы и косит глаза. Сам Чонгук хихикает и улыбается широко, кидая очередные монеты.        Они представляют себя агентами на ответственном задании, популярными звёздами на премии, лезут близко к камере, соревнуясь за её внимание, обнимаются, изображают боксёров и просто дурачатся.        Надорвав живот от смеха, Тэхён поднимается и утирает слёзы, а Чонгук тянет его обратно.        — Последний раз.        Ким не отказывает, падая обратно на сиденье, и готовится позировать. Чон выглядит решительно настроенным, словно от последних фото зависит жизнь.        Очередные яркие вспышки и гулко стучащее сердце.        Первый снимок: Чонгук смотрит серьёзно в камеру, Тэхён улыбается.        Второй снимок: Чонгук переводит взгляд на Кима, Тэхён встречается с ним взглядами, не теряя улыбки.        Третий снимок: Чонгук приближается, Тэхён перестает улыбаться, осознавая происходящее.        Четвёртый снимок: Чонгук сталкивается носами, не сводя глаз с парня, Тэхён замирает, чувствуя горящие щёки и горячее дыхание на губах.        Пятый снимок: Чонгук накрывает чужие губы, Тэхён прикрывает глаза, вздрагивая всем телом.        Вспышки прекращаются, но Ким видит их перед глазами. Чон аккуратно и медленно скользит по его губам своими горячими и, найдя ладонь, покоящуюся на бедре, переплетает пальцы. Тело становится ватным и не слушается, оно всё во власти хоккеиста и отвечает только ему. Чонгук, словно умелый дирижёр, знает все его реакции и руководит губами Кима. Тэхён ощущает себя снежинкой в руках Чонгука. Так бережно его никогда и никто не целовал, не трогал со всей лаской и заботой, не чувствовал так проникновенно и трепетно.        Рваный вздох коротко срывается и тонет в поцелуе хоккеиста. Чонгук прижимает Тэхёна к себе, накрывает полыхающие щёки, ощущает в полной мере их жар и разделяет тепло, не давая Киму сгореть одному в новом чувстве.        Тэхён не слышит криков ребятни на улице, лишь мелодию скользящих губ и жадного, сбившегося дыхания. Чувства обостряются, а внутри всё дрожит, словно в лихорадке. И эта болезнь страшнее чумы.        И имя ей – любовь.        Тэхён распахивает глаза и отстраняется первым, растерянно хлопая ресницами, ловит воздух, которого за несколько секунд стало так мало. Чонгук кончиком языка слизывает слюну с нижней губы.        — Зачем? Почему ты меня…? — У Кима в голове не укладывается подобная мысль, нужно логическое объяснение. Пусть Чонгук лучше скажет, что случайно наткнулся на его губы. Он поверит даже в этот бред.        — Захотел, — Чонгук склоняет голову к плечу, не уходит от ответа. — Я хотел тебя поцеловать, Тэхён.        Звучит слащаво и веет ложью.        — Но так нельзя.        — Кто сказал, что так нельзя? — Чонгук усмехается, продолжая смотреть на него взглядом, полным нежности.        — Ты же, — Тэхён запинается, ища подходящее оправдание. — Ведь ты хоккеист!        Чон усмехается, качая головой.        — Впервые слышу, что хоккеисты не целуются. Почему же Юнги слюнями при любом удобном случае с Чимином обменивается?        — Это другое! — щёки вспыхивают краской. Глаза бегают от лица Чонгука к стенам фотобудки. Голос затихает. — Я думал, тебе нравятся девушки.        — Нравятся, — Чонгук двигается ближе и сжимает его ладонь в своей. — Но ещё больше мне нравишься ты.        Тэхён вжимается лопатками в стенку и кусает губы изнутри, пока в голове бегущей строкой бесконтрольно проносятся стаи мыслей.        — Говорить у меня складно не выходит, но выслушай меня, — Чон максимально близко двигается, соприкасаясь коленями, и ловит беглый взгляд Кима. — Не отстраняйся, не игнорируй, не молчи. Дай подступиться к тебе. Я уже всю голову сломал, как добиться твоего внимания, — Чонгук устало вздыхает и проводит с лаской по непослушной копне волос, как котёнка. — Говори со мной, болтай без умолку, я выслушаю. Каждое слово как губка впитаю, лишь говори со мной, Тэхён.        Чонгук знает, куда давить, как добиться его внимания. Он первый, кто готов его слушать и не перебивать. Это проявление заботы вынуждает слёзы подступить.        Хоккеист проводит по щеке со всей нежностью и сцеловывает непрошенные солёные капли.        — Дай мне загладить вину за случившееся на катке, — шёпот касается влажных губ. Их покалывает от недостатка поцелуев хоккеиста.        — Я тебя не виню.        — Ты очень ранимый, я уже понял. Жаль не сразу, — Чонгук искренне приносит извинения. — Я хочу научить тебя кататься на коньках.        — Чонгук, — Тэхён распахивает глаза в удивлении, роняя чужое имя на выдохе.        — Не произноси моё имя так, — Чонгук лбами сталкивается, прикрывая веки.        — Чонгук, — но Ким произносит вновь и целует первым, не встречая сопротивления.        Тэхён растворяется в руках Чонгука. Он скрещивает руки у него на шее и вдыхает сбито, пока Чон руками изучает координаты родинок на лице и полыхающей шее.        И очередь на улице подождёт. Весь мир остановится, пока они целуются в фотобудке, деля одно дыхание на двоих.