My Amortentia/Моя Амортенция

Теплое июльское солнце купало сады Поместья Малфоев в золотом сиянии, а мягкое летнее жужжание наполняло воздух. Это был идеальный день для свадьбы, и Драко не мог представить себе более подходящего места. Великолепное поместье, когда-то холодное и наполненное тенями темного прошлого, теперь было украшено в серебряных и золотых тонах. Цвета отражали сказочную атмосферу, охватившую территорию, с мерцающими огоньками, натянутыми между деревьями, и элегантными украшениями, выстилающими путь к алтарю. Драко стоял у алтаря, его сердце колотилось в груди. На нем был сшитый на заказ костюм, классический, но изысканный, серебряные акценты на его манжетах поблескивали под солнечным светом. Рядом с ним стояли Тео и Поттер, оба выглядели безупречно в своих парадных мантиях, но даже в их компании мысли Драко были заняты другим – его взгляд притягивала сцена всего в нескольких шагах. Его мать, Нарцисса, держала Скорпиуса. Сердце Драко смягчилось при виде этого. Скорпиус, семимесячный малыш, уже был светом их жизни. У маленького мальчика были острые серые глаза Драко и светлые волосы, но безошибочные кудряшки были всецело Гермионы. Его сын счастливо улыбался в объятиях Нарциссы, показывая крошечные зубки, которые он только начал демонстрировать. Нарцисса наконец-то пришла к примирению, и хотя ее путь к принятию был медленным, она искренне извинилась перед Гермионой. Теперь между ними не было никакого напряжения – только любовь матери, которая приняла Гермиону как свою будущую невестку, тем более что она была еще и матерью ее первого внука. Сердце Драко переполнилось гордостью, когда он наблюдал, как его мать тихо смеется над чем-то, что делал Скорпиус. Потребовалось время, но мир, который они все обрели вместе, стоил каждого шага этого пути. Послышались тихие звуки музыки, сигнализирующие о начале церемонии, и Драко почувствовал, как нервное волнение смешалось с предвкушением в его груди. Он занял свое место у алтаря, успокаиваясь. Это был он – момент, которого он так ждал. Тео похлопал его по плечу с дразнящей ухмылкой. — Ты вот-вот потеряешь всякое самообладание, приятель. Поттер, на удивление серьезный на этот раз, одобрительно кивнул. — Она – лучшее, что когда-либо случалось с тобой. Не испорти все, Малфой. Драко не мог не усмехнуться их замечаниям, хотя его мысли уже переключились на то, что должно было произойти. Его сердце забилось быстрее, когда он увидел, что процессия началась. Астория первой пошла по проходу, ее золотое платье подружки невесты мерцало в мягком солнечном свете. Она была изящна, как всегда, безмятежная улыбка на ее лице, когда она заняла свое место. Затем появилась Джинни, подружка невесты, в таком же элегантном золотом платье. Она игриво подмигнула Драко, проходя мимо, но выражение ее лица смягчилось, когда она взглянула туда, откуда скоро должна была появиться Гермиона. И тогда Драко увидел ее. Гермиона. В тот момент, когда она появилась в конце прохода, казалось, что само время замедлилось. Она была сияющей – более прекрасной, чем он когда-либо видел ее раньше. Ее свадебное платье было изысканным, сочетая элегантность с легкой причудливостью. Приталенный серебряный силуэт идеально подчеркивал ее фигуру, мерцая сложной вышивкой бисером, которая ловила свет и создавала волшебный эффект. Лиф, украшенный изящным узором, переходил в струящуюся юбку, которая грациозно спадала до пола. Но именно рукава заставили Драко затаить дыхание. Нежные и прозрачные, они ниспадали по ее рукам, словно мягкий шепот, украшенные золотыми и хрустальными элементами. Дизайн, напоминающий звезды, придавал платью чарующее, почти неземное качество. Она выглядела как нечто из сна – видение красоты и магии, идеально воплощающее суть их сказочной свадьбы. Пока Гермиона шла по проходу, их взгляды встретились, и Драко почувствовал нахлынувшие эмоции, которых не ожидал. Он знал, что этот момент будет особенным, но видеть ее, видеть женщину, которую он любил больше всего на свете, мать его сына, идущую к нему, чтобы стать его женой... Это было ошеломляюще. Его сердце колотилось, наполненное любовью, гордостью и подавляющим чувством благодарности за то, что эта невероятная женщина выбрала именно его. Гермиона улыбнулась ему, подходя ближе, ее собственные глаза блестели от непролитых слез, и Драко почувствовал, как у него сжалось горло. Он никогда не был так уверен ни в чем в своей жизни. Когда она наконец подошла к нему, Драко взял ее руку в свою, тепло ее прикосновения заземлило его. Они стояли перед регистрирующим брак, готовые обменяться клятвами, но на мгновение все, что мог делать Драко, это смотреть на нее – свою Гермиону, свое будущее. Драко глубоко вздохнул, его серые глаза встретились с глазами Гермионы, когда он начал говорить. Его голос был мягким, но ясным, наполненным искренностью. — Гермиона, с того момента, как мы снова встретились, моя жизнь изменилась так, как я никогда не думал, что возможно. Ты бросала мне вызов, поддерживала меня и сделала меня лучшим мужчиной, чем я когда-либо верил, что могу быть. Ты дала мне надежду, любовь и семью – вещи, которых, как я никогда не знал, я заслуживал. Он на мгновение замолчал, его взгляд коротко скользнул к их сыну, Скорпиусу, которого держала его мать неподалеку, прежде чем вернуться к Гермионе. — Ты показала мне, как выглядит настоящая сила. Твое сердце, твоя решимость, твоя доброта... они вдохновляли меня каждый день. Я люблю тебя больше, чем могут выразить словами, и сегодня, стоя здесь с тобой, я обещаю тебе это: я всегда буду любить тебя. Я всегда буду рядом с тобой, через каждую радость и каждое испытание. Я обещаю поддерживать тебя, защищать тебя и делать так, чтобы ты чувствовала себя любимой до конца нашей совместной жизни. Его голос слегка дрогнул, наполненный эмоциями. — Я не мог дождаться, чтобы увидеть тебя в качестве невероятной матери, которой, я знаю, ты стала, и для меня честь воспитывать нашего сына вместе с тобой. Ты – мое все, Гермиона. Ты – мое навсегда. Сегодня и каждый день я клянусь любить тебя всем, что у меня есть. Глаза Гермионы блестели от слез, нежная улыбка играла на ее губах, когда Драко закончил свою клятву. Сделав глубокий вдох, Гермиона подошла ближе к Драко, ее рука все еще крепко сжимала его, когда она начала говорить. — Драко, когда я думаю о том, как далеко мы зашли, меня переполняет, как сильно ты изменил мою жизнь. Ты был моей силой, когда я чувствовала себя слабой, моим партнером, когда мне нужна была поддержка, и любовью всей моей жизни, когда я даже не знала, что могу чувствовать так. Ее голос слегка дрогнул, но она продолжила, не отрывая взгляда от него. — Ты показал мне, что любовь не всегда проста, но за нее стоит бороться. Ты показал мне, что значит расти вместе, смело встречать трудности и полностью доверять друг другу. Гермиона на мгновение опустила взгляд, собираясь с мыслями, прежде чем снова поднять его на Драко, ее голос был мягким, но уверенным. — Я обещаю любить тебя, через все взлеты и падения, через каждый период нашей жизни. Я обещаю быть рядом с тобой, поддерживать тебя и никогда не переставать верить в нас. Ты дал мне больше, чем я могла когда-либо мечтать – нашего прекрасного сына, нашу совместную жизнь и твое сердце. Мне так повезло стоять здесь с тобой сегодня, и я не могу дождаться, чтобы провести остаток наших жизней вместе. Ее голос слегка дрогнул, когда она улыбнулась сквозь слезы. — Я клянусь быть твоей партнершей, твоей лучшей подругой и матерью нашего ребенка. И я обещаю, что что бы ни случилось на нашем пути, мы встретим это вместе. Я люблю тебя, Драко, всем, что я есть. Сегодня и всегда. Когда Гермиона закончила свою клятву, она сжала руку Драко, и наступило мгновение тишины, когда они просто смотрели друг на друга, оба наполненные любовью и эмоциями. Мир, казалось, исчез, оставив только их двоих, стоящих в тепле их любви. Затем последовало связывание душ – священная, древняя магическая традиция. Когда они стояли, их руки были переплетены, золотые узы мерцали на их запястьях, мягко обвивая их, светясь мягким, сияющим светом. Магия жужжала в воздухе, скрепляя их союз узами, которые продлятся вечно. Дыхание Драко перехватило, когда магия потекла сквозь них, связывая их в чистейшем смысле. Это было больше, чем слова, больше, чем обещания – это была связь души и сердца, нечто нерушимое. Гермиона смотрела на него с такой любовью и доверием, и он знал, в тот момент, что это был самый идеальный момент его жизни. Регистрирующий брак мягко улыбнулся и произнес последние слова: — Этими клятвами вы теперь связаны вместе сердцем и душой, навсегда. Слова регистрирующего брак были едва слышны сквозь стук его сердца: — Вы можете поцеловать невесту. Драко не колебался. Он притянул Гермиону в свои объятия, захватив ее губы в глубоком, страстном поцелуе, который говорил обо всем, что они пережили, обо всем, с чем им еще предстояло столкнуться, и обо всем, что связывало их вместе. Когда их губы встретились, толпа вокруг них взорвалась аплодисментами и ликованием, но Драко видел только ее. В момент игривой радости Драко низко наклонил Гермиону, крепко обнимая ее, когда они разделили еще один поцелуй, его сердце переполнялось до предела. Когда он поднял ее обратно, ее глаза искрились смехом и любовью, и он знал, без сомнения, что это было начало их навсегда. Драко, Гермиона, Скорпиус и их совместная жизнь. Это было больше, чем он когда-либо мечтал, и когда они стояли там перед своей семьей и друзьями, он не мог быть счастливее. Это было его будущее, и оно было всем.

* * *

Солнце опустилось за горизонт, оставив сады Поместья Малфоев в мягком свечении мерцающих огоньков, натянутых над головой. Нежное жужжание разговоров и смеха наполняло воздух, пока свадебный прием продолжался в полном разгаре, но для Гермионы ночь ощущалась как блаженное затуманивание. Каждое мгновение было наполнено любовью, смехом и подавляющим чувством счастья, от которого ее сердце распирало. Она стояла на танцполе, держа Драко за руку, их пальцы переплелись, пока они готовились к своему первому танцу. Начались тихие звуки музыки, медленная, романтическая мелодия, которая, казалось, идеально соответствовала волшебству вечера. Когда они начали двигаться, Драко притянул ее к себе, его рука надежно обхватила ее талию, их тела покачивались в идеальной гармонии. — Миссис Малфой, — пробормотал Драко ей на ухо, его голос был полон нежности, когда он смотрел на нее. — Звучит красиво. Гермиона улыбнулась, ее сердце пропустило удар от звука ее нового имени. — Звучит, не так ли? — прошептала она в ответ, прислонившись головой к его груди. Мир вокруг них замер, пока они танцевали, погруженные в интимность момента. Казалось, что были только они вдвоем, кружащиеся под гирляндами, окутанные собственным куполом любви. Гости наблюдали, улыбаясь, пока они танцевали. Тепло вечера, легкий ветерок и свечение фонарей – все это способствовало волшебству. Гермиона не могла не чувствовать, будто они во сне, идеальный, золотой момент, который навсегда останется в ее памяти. Когда музыка подошла к концу, раздался взрыв аплодисментов от их друзей и семьи, и Драко нежно поцеловал ее в лоб, прежде чем они расстались, все еще держась за руки, возвращаясь к своему столу. Когда они сели за праздничный стол, Тео встал, чтобы произнести речь шафера, держа бокал шампанского, его глаза искрились озорством. — Ну что ж, Малфой, — начал он с драматическим вздохом, — кто бы мог подумать, что ты женишься на самой умной волшебнице нашего века? Полагаю, это правда, что говорят – ум и красота действительно не могут устоять перед угрюмыми типами. Смех прокатился по толпе, когда Драко покачал головой, пытаясь скрыть свою усмешку. Гермиона сжала его руку под столом, тихо хихикая. Тео продолжил, бросая несколько добродушных колкостей в адрес Драко. — Но если серьезно, — сказал он, его голос смягчился, — я никогда не видел тебя таким счастливым, приятель. Гермиона, ты сделала то, что никто из нас никогда не смог – ты сделала его человеком. Последовал еще смех, но он был теплым, нежным. — И я не сомневаюсь, что вы вдвоем встретите будущее с любовью и большой решимостью. За жизнь, полную счастья. Он поднял свой бокал, и гости повторили тост, подняв свои бокалы в унисон. Джинни заняла свое место следующей, стоя с широкой улыбкой, с бокалом в руке. — Ну, Гермиона, — начала она дразнящим тоном, — мы знаем друг друга давно, и должна сказать, из всех людей, с которыми, как я думала, ты могла бы сойтись... ну, Драко Малфой не был точно на вершине этого списка. Толпа рассмеялась, и Гермиона почувствовала, как краснеет, когда Джинни продолжила, злорадно ухмыляясь. — Но честно говоря, — продолжила Джинни, — я никогда не видела тебя такой счастливой, как с ним. Вы оба боролись друг за друга, и вы заслуживаете всего счастья в мире. Она подняла бокал с подмигиванием: — За пару, которая бросила вызов всем обстоятельствам. Пусть ваше будущее будет наполнено любовью, смехом и, возможно, немного меньшей работой для Отдела по соблюдению магического законодательства. Гермиона не могла не рассмеяться, обменявшись улыбкой с Драко, когда они чокнулись бокалами. Когда речи подошли к концу, каждый из них сделал глоток из своего бокала, прежде чем, в момент игривой нежности, Драко предложил свой бокал Гермионе, а она ему. Они пили из бокалов друг друга, улыбаясь, пока их гости ликовали. Позже вечером, когда прием продолжался, подошла Нарцисса, держа маленького Скорпиуса на руках. Малыш уже засыпал, его крошечные веки трепетали, закрываясь, когда он прижимался к плечу бабушки. — Мы должны попрощаться с ним на ночь, — прошептала Гермиона Драко, ее сердце переполнилось любовью, когда они подошли к Нарциссе. Драко нежно взял Скорпиуса на руки, крепко держа его, когда малыш слегка пошевелился. Гермиона наклонилась, нежно поцеловав Скорпиуса в лоб, чувствуя тепло его крошечного тела на своих губах. — Спокойной ночи, моя любовь, — прошептала она, проведя пальцем по его светлым локонам. Драко улыбнулся сыну, прежде чем тоже поцеловать его. — Спи хорошо, малыш, — пробормотал он, его голос был мягок от нежности. Он передал Скорпиуса обратно Нарциссе, которая тепло улыбнулась им обоим. — Я отнесу его обратно в Поместье сейчас, — тихо сказала Нарцисса, ее голос был нежным. — Наслаждайтесь оставшейся частью вечера. Вы двое заслуживаете этого. Гермиона кивнула, чувствуя укол эмоций, когда наблюдала, как уносят ее сына, но она знала, что он в надежных руках. Сегодняшняя ночь была для нее и Драко, ночь только для них двоих. По мере того как вечер переходил в ночь, гости начали редеть, но Драко и Гермиона остались, наслаждаясь каждым последним моментом своего свадебного дня. Гирлянды над головой мерцали, как звезды, когда они вернулись на танцпол для одного последнего танца, музыка была мягкой и медленной. Драко притянул Гермиону к себе, его руки обхватили ее талию, когда они покачивались под навесом огней. — Это был идеальный день, — прошептал он, прислонившись лбом к ее лбу. Гермиона улыбнулась, прижимаясь к его объятиям. — Это действительно так, — пробормотала она, ее сердце было полно. — Я не могла представить ничего лучше. Пока музыка играла, мир вокруг них, казалось, исчез. Были только они вдвоем, одни в тишине, ночь окутывала их своим теплом. Драко нежно поцеловал ее в висок, затем в щеку, прежде чем наконец захватить ее губы в сладком, затяжном поцелуе. Когда они отстранились, Гермиона положила голову на грудь Драко, слушая ровный ритм его сердца. — Я люблю тебя, — прошептала она, ее голос был едва слышен сквозь музыку. Драко крепче обнял ее, его голос был полон эмоций, когда он ответил: — Я тоже люблю тебя. Больше всего на свете. И пока они танцевали под мерцающими гирляндами, остальной мир исчез, оставив только их, окутанных магией их любви.

* * *

Когда дверь в их спальню за ними щелкнула, Гермиона почувствовала, как волна нервного возбуждения охватила ее. Мягкое свечение свечей наполнило комнату, отбрасывая золотистый оттенок на пространство, когда она повернулась к Драко. Он стоял всего в нескольких футах от нее, его глаза были прикованы к ее с такой интенсивностью, что ее сердце забилось быстрее. Мягкий шелест ее свадебного платья, казалось, отдавался эхом в тихой комнате, напоминая о дне, который они только что разделили – клятвах, смехе, любви. — Моя жена, — тихо сказал Драко, его голос был полон тепла и легкой дразнящей нотки, когда он подошел ближе. Гермиона не могла не улыбнуться звуку своего нового имени, реальность всего этого укоренялась. — Мой муж, — ответила она таким же нежным голосом, ее рука потянулась, чтобы провести по его груди. Под его наглаженной рубашкой она чувствовала сильный стук его сердца, знакомое тепло его тела. Рука Драко поднялась, чтобы обхватить ее щеку, его большой палец нежно поглаживал ее кожу. — Я так долго ждал этого, — прошептал он, наклонившись, чтобы нежно поцеловать ее. Поцелуй был медленным, наполненным нежностью и нежным чувством благоговения, но Гермиона чувствовала, как желание кипело чуть ниже поверхности. Когда их губы расстались, серые глаза Драко потемнели от тоски, когда они встретились с ее. — Позволь мне помочь тебе снять это. Гермиона кивнула, чувствуя, как ее пульс ускорился, когда она повернулась к нему спиной. Осторожными пальцами Драко начал расшнуровывать спину ее платья, его прикосновение посылало дрожь по ее спине. Каждая ослабленная шнуровка приближала ее к нему, и когда платье наконец соскользнуло с ее плеч, она почувствовала, как у него перехватило дыхание позади нее. — Ты потрясающая, — пробормотал он, его голос был полон благоговения, когда она повернулась к нему лицом, теперь стоя только в нежном кружеве своего свадебного белья. Щеки Гермионы покраснели от тепла его взгляда, но любое ее волнение быстро улетучилось, когда Драко сократил расстояние между ними. Его губы снова встретились с ее, но на этот раз поцелуй был глубже, более настойчивым, когда его руки блуждали по ее обнаженной коже, разжигая огонь внутри нее. Гермиона отстранилась ровно настолько, чтобы расстегнуть его рубашку, ее пальцы слегка дрожали от предвкушения. Она сбросила ее с его плеч, позволяя своим рукам скользнуть по линиям его груди, наслаждаясь его теплом и силой. Дыхание Драко перехватило, когда она двинулась ниже, ее пальцы работали над пряжкой его ремня, прежде чем наконец снять с него брюки. Они стояли там мгновение, их тела были обнажены друг перед другом, воздух между ними был заряжен желанием. Взгляд Гермионы встретился с его, и в тот момент все годы напряжения и тоски, казалось, кристаллизовались. Нежным толчком она направила Драко на кровать, ее тело последовало за ним, когда она снова поцеловала его, на этот раз глубже. Ощущение его рук, скользящих по ее коже, их тел, прижимающихся друг к другу, заставило ее сердце биться быстрее. Драко застонал в ее губы, когда она оседлала его, ее руки пробежали по его груди, наслаждаясь каждым моментом близости. — Моя любовь, — пробормотал он, его голос был хриплым от желания, — я твой. — А я твоя, — прошептала она, ее голос дрожал от значимости момента. Руки Драко опустились на бедра Гермионы, его пальцы выводили медленные, намеренные круги по ее коже, когда она устроилась над ним. Ее дыхание перехватило, предвкушение нарастало, когда их взгляды встретились, значимость момента была ощутима между ними. Медленно она начала опускаться на него, тихий стон сорвался с ее губ, когда она почувствовала, как он наполняет ее дюйм за дюймом. Ощущение было сильным, дрожь пробежала по ее позвоночнику от подавляющей близости, которую они теперь разделяли. Ее тело приспосабливалось к его растяжению, связь между ними была глубже, чем все, что она когда-либо чувствовала раньше. Казалось, что каждое нервное окончание пробудилось, каждое прикосновение вызывало электрический ток между ними. Хватка Драко на ее бедрах слегка усилилась, его дыхание выходило короткими, горячими выдохами. — Гермиона... — пробормотал он, его голос был густым от эмоций, его серые глаза потемнели от желания. Звук его голоса, грубый и необработанный, послал дрожь по ней. Она чувствовала, как его мышцы напрягаются под ней, когда он боролся, чтобы сохранить контроль, чтобы позволить ей задавать темп, но его потребность в ней была очевидна в каждой напряженной линии его тела. Она начала двигаться, ее тело нашло ритм, который соответствовал стуку ее сердца, ее бедра перекатывались по нему, когда они нашли свою идеальную связь. Каждое движение, каждое смещение их тел посылало искры наслаждения, струящиеся по ее венам. Ощущение его глубоко внутри нее, их тел, движущихся вместе, было опьяняющим. Она наклонилась вперед, ее руки крепко сжимали его плечи для поддержки, чувствуя тепло его кожи, силу его тела под своими кончиками пальцев. Драко тихо застонал, его руки скользнули вверх по ее бокам, поглаживая нежную кожу ее талии, спины, бедер – везде, куда он мог дотянуться. Его прикосновение было одновременно нежным и собственническим, словно он хотел запомнить каждый изгиб, каждый дюйм ее тела. Ощущение его рук, исследующих ее, только усиливало наслаждение, уже скопившееся глубоко внутри нее, толкая ее ближе к краю с каждым нежным поглаживанием. Она чувствовала его сердцебиение сквозь кожу, слышала легкую задержку его дыхания всякий раз, когда она двигалась нужным образом. Их поцелуи были горячими и отчаянными, смесью губ и языков, когда они оба искали большего – больше контакта, больше близости, больше друг друга. Она чувствовала вкус сладости вина на его губах, смешанного с солью пота от их предыдущих празднований. Воздух между ними был густым от запаха свечного воска, роз и чего-то уникально их. С каждым поцелуем Драко стонал глубже в ее рот, его руки сжимали ее еще крепче, словно он боялся отпустить. Его губы скользнули по ее шее, целуя ямку на ее шее, покусывая нежную кожу ее ключицы. — Ты совершенна, — прошептал он, его дыхание было горячим на ее коже, его голос был полон благоговения и трепета, словно он все еще не мог до конца поверить, что она его. Гермиона простонала в ответ, ее тело инстинктивно выгнулось ближе к нему, ища больше тепла и давления, которое он давал. Она чувствовала, как нарастает напряжение, наслаждение усиливается с каждым медленным, размеренным толчком его бедер. Ее пальцы впивались в его плечи, ее ногти оставляли легкие следы на его коже, когда наслаждение начинало расти выше, выходя из-под ее контроля. Взгляд Драко никогда не покидал ее, его темные глаза были полны желания и чего-то более глубокого, чего-то, что послало теплую дрожь по ее позвоночнику. Не было спешки, никакой отчаянной необходимости достичь конца. Это было нечто большее, нечто глубокое. Как будто время перестало существовать, оставив только их двоих, зависших в этом интимном моменте. — Драко... я так близко, — выдохнула она, ее голос дрожал от силы ее эмоций и наслаждения, кружащегося в ней. Он застонал от ее слов, его руки скользнули к ее пояснице, когда он наклонил бедра, чтобы глубже проникнуть внутрь нее, попав в точку, которая заставила ее вскрикнуть от наслаждения. Ощущение было ошеломляющим, наслаждение пронзало ее с каждым толчком, и она знала, что не сможет продержаться намного дольше. — Отпусти, любовь моя, — пробормотал Драко, его голос был низким и хриплым. — Я держу тебя. И с его шепотным ободрением тело Гермионы напряглось, ее спина выгнулась, когда ее наконец толкнули за край. Мир, казалось, расплылся вокруг нее, когда она словно разбилась, волны наслаждения расходились по всему ее существу. Ее стоны наполнили комнату, ее тело неконтролируемо дрожало, когда она переживала свой кульминационный момент, руки Драко притягивали ее к нему, заземляя ее в его объятиях. Когда она спустилась с вершины своего освобождения, она почувствовала, как темп Драко ускорился под ней. Его хватка на ее бедрах стала крепче, его толчки более настойчивыми, более отчаянными. Она чувствовала напряжение в его теле, то, как он сдерживался, и с тихим стоном она наклонилась, чтобы поцеловать его, прижавшись губами к его в затаенном дыхании, горячем поцелуе. — Иди за мной, — прошептала она в его губы, ее голос был полон той же нежности и желания, что двигали ею всю ночь. Ее слова, казалось, стали его гибелью. С низким, гортанным стоном бедра Драко дернулись вверх, его руки сжимали ее так крепко, что она была уверена, что у нее останутся следы на следующий день. Его разрядка настигла его сильно, его тело напряглось, когда он излился в нее, его лицо было зарыто в изгибе ее шеи, когда он стонал ее имя. Гермиона крепко обняла его, ее руки пробегали по его влажным волосам, когда она шептала успокаивающие слова ему на ухо, ее собственное сердце все еще колотилось от интенсивности их занятия любовью. Долгое мгновение они лежали, переплетаясь, их дыхание медленно выравнивалось, звук их сердцебиений наполнял тихую комнату. Единственный свет исходил от мягкого свечения свечей, отбрасывая мерцающие тени на стены, но никто из них, казалось, не замечал этого. Гермиона прижалась к груди Драко, ее щека покоилась на тепле его кожи, когда она выводила ленивые узоры по его руке. — Жена, — прошептал Драко, его голос был мягок, полон искренности и эмоций. Гермиона улыбнулась, подняв голову, чтобы посмотреть ему в глаза, ее пальцы нежно отбросили волосы от его лица. — Муж, — прошептала она в ответ, нежно поцеловав его в губы. Это была не только страсть, которую они разделяли, интенсивная физическая связь – это была глубокая, непоколебимая любовь между ними, что делало эту ночь особенной. Это было только начало навсегда, и когда они лежали вместе в тепле их общей любви, Гермиона знала, что нет ничего совершеннее этого момента с ним. Мягкий свет раннего утра проникал сквозь шторы, отбрасывая теплое, золотое сияние на спальню. Гермиона лежала, прижавшись к Драко, ее голова покоилась на его груди, их конечности переплелись в блаженном, интимном сплетении. Она слышала ровный ритм его сердцебиения под своим ухом, успокаивающий звук смешивался с нежным подъемом и опусканием его дыхания. Они провели ночь, обнявшись, и после еще нескольких раундов нежной любви, тяжесть удовлетворения опустилась на них обоих. Не было спешки двигаться, никакой срочности покидать святилище их кровати. Это был идеальный момент, который ощущался вневременным и абсолютно безмятежным. Пальцы Драко лениво выводили узоры по ее спине, его прикосновение посылало легкую дрожь по ее позвоночнику. Гермиона вздохнула в довольстве, закрывая глаза, когда позволила себе глубже погрузиться в тепло его объятий. — Знаешь, — голос Драко нарушил уютную тишину, его тон был легким, — я тут подумал... Гермиона слегка наклонила голову, чтобы посмотреть на него, подняв бровь в любопытстве. — О? И о чем именно ты думал? — спросила она, ее голос был мягким, но дразнящим. Драко улыбнулся ей, его серые глаза блестели смесью нежности и игривости. — Скорпиус не может быть единственным ребенком вечно, верно? Гермиона усмехнулась, повернувшись на бок, чтобы быть полностью к нему лицом, ее рука покоилась на его груди. — Это твой способ спросить, хочу ли я еще детей? — спросила она, в ее глазах плясало веселье. — Ну, — Драко слегка пожал плечами, озорная ухмылка тронула уголки его рта, — я думал, что три было бы хорошим числом. Скорпиусу ведь нужны братья и сестры. Сердце Гермионы потеплело от этой мысли. Она всегда представляла, что у нее будет больше детей, и то, что Драко сказал это вслух, наполнило ее чувством радости и предвкушения. — Три звучит мило, — согласилась она, ее пальцы легко выводили круги на его груди. — Хотя нам, возможно, стоит сначала пережить годы малыша Скорпиуса, прежде чем добавлять еще хаоса. Драко тихо рассмеялся, его грудь загудела под ее прикосновением. — Верно. Но я думал... может быть, в следующий раз у нас будет девочка. — Девочка? — повторила Гермиона, улыбаясь этой идее. — Я бы очень хотела. Глаза Драко смягчились, когда он посмотрел на нее. — У нее были бы твои кудри, без сомнения, — задумчиво сказал он. — И, вероятно, твой характер тоже. Гермиона рассмеялась, игриво шлепнув его по руке. — О, потому что это я с характером? — Ты сама это сказала, не я, — ответил Драко с усмешкой, наклонившись, чтобы поцеловать ее в лоб. — Но если серьезно, я не могу дождаться, чтобы увидеть семью, которая у нас будет вместе. Ты уже дала мне больше, чем я когда-либо мечтал. Сердце Гермионы затрепетало от его слов, и она потянулась, чтобы обхватить его щеку, нежно поглаживая большим пальцем его кожу. — Я чувствую то же самое, — прошептала она. — Ты и Скорпиус... вы для меня все. Улыбка Драко стала нежной, и на мгновение они просто держали друг друга взглядом, любовь между ними была ощутима. Затем, с искоркой озорства в глазах, тон Драко изменился. — Что ж, — начал он, наклонившись ближе к ней, его губы коснулись ее уха, — если мы серьезно насчет троих детей, нам, вероятно, следует начать практиковаться. Гермиона расхохоталась, покачав головой на его игривый тон. — Ты неисправим, — сказала она, все еще хихикая. Но губы Драко уже были на ее шее, оставляя мягкие, дразнящие поцелуи на ее коже, его руки целеустремленно скользили вверх по ее спине. — Ты любишь это, — пробормотал он между поцелуями, его голос был низким и полным нежности. Смех Гермионы перешел в мягкое мурлыканье удовольствия, когда она растворилась в его прикосновении, ее пальцы перебирали его волосы, пока он целовал ее ключицу. И когда свет раннего утра купал их в тепле, Гермиона не могла не чувствовать, что все было именно так, как и должно быть. Окутанная объятиями Драко, с обещанием их совместного будущего, она знала, что что бы ни произошло дальше, будь то еще дети, больше любви или больше смеха – они встретят это вместе. И прямо сейчас, это было все, что ей было нужно. Утро продолжилось мягким шепотом и общими поцелуями, началом еще одного прекрасного дня в их совместной жизни. Конец