Whore

чонгук резко распахивает глаза. сонное сознание медленно начинает обрабатывать информацию. наконец, до мужчины доходит. его разбудил вибрирующий телефон. взглянув на тэхёна, который сладко сопел на его плече, он поджал губы. утро, судя по кромешной темноте, ещё не наступило. протянув руку максимально осторожно, чтобы не потревожить омегу, гук схватил телефон, поднося его к уху. — да? — прошептал он, отвернув голову подальше от кима. из трубки послышалось тяжёлое дыхание. чонгук нахмурился и взглянул на экран, чтобы узнать имя звонящего. сощурившиеся от яркого света глаза увидели на нем имя дворецкого. — у тебя течка? — на там конце раздалось сдавленное утвердительное мычание, а затем тихий стон. прикрыв лицо рукой, чон вздохнул, вновь шепча в трубку: — у тебя пара выходных, — это единственное, что он сейчас мог предложить. через пару секунд звонок завершился двумя тихими гудками. сунув телефон под подушку, чонгук закинул руку за голову, а второй покрепче приобнял младшего, вновь стараясь заснуть. но в голове крутились мысли. воспоминания, словно свёртки бумаги, разворачивались прямо на его глазах, желая быть вновь любимыми и ценными. и они такими являлись. их когда-то трепетная любовь все ещё бережно хранилась в памяти, потому что чонгук очень ценил каждый день, который они когда-то провели вместе. все это покрылось трещинами, и Гук все ещё испытывает сожаление и вину за это. но более чувств к парню он не испытывает. это давно и навсегда угасло. он не смог сохранить этот огонек в груди. остались лишь теплые воспоминания о юной, невинной и яркой первой влюбленности. они познакомились, когда были совсем детьми. отец юна работал на отца чонгука. его профессию в будущем унаследовал юнги, стоило ему стать совершеннолетним. с самого начала омега и альфа были очень дружны. они очень много времени проводили вместе и общались на равных, несмотря на статус чонгука, который он имел в поместье собственного отца. пришла пора взросления. бурная юность и совместное проживание пустили искру между близкими друзьями, которые знали друг друга много лет. неизбежно возникли чувства. альфа думал о молодом дворецком по ночам, кусая губы, когда юн проходил мимо, будучи одетым в свою любимую белую рубашку с кружевами. омега мечтал о молодом господине по ночам, вспоминая каждую секунду, в которую ему удалось лицезреть юное подтянутое тело, которому должен был завидовать каждый альфа. сближались они со скоростью света. хотя казалось бы, куда ещё ближе? они же знакомы всю жизнь. оказалось, что было куда. и вот наконец это случилось. одним обычным вечером на одного из них или на обоих сразу снизошла уверенность. страх быть непонятым пропал. вот как это было. — чонгук, — позвал юнги, перебирая почту. это имя произносил он совсем не тем тоном, которым говорит с другими людьми. оно звучало тягуче и мягче на его устах, что также распаляло и гука каждый раз, когда мин звал его по имени. — подойди, пожалуйста. и альфа не может отказать. отложив вилку, он поднимается из-за стола, быстрыми шагами направляясь в главный зал. оказавшись вблизи, он из-за плеча глядит на письма, которые омега держит в руках. сладостный цветочный аромат тут же выбил из лёгких кислород, растекаясь затем и по венам. — тебе письмо от., — юн чуть поворачивает голову и наталкивается на лицо альфы, что впервые так близко. он чувствует дыхание чона на своих губах и чуть сознание не теряет от того, как колотится его сердце. невинные пухловатые губы распахиваются, хватая воздух, а взгляды неизбежно встречаются. в следующую секунду гук уже прижимает к себе хрупкое тельце, обвивая руками тонкую талию. он целует бережно и нежно, боясь спугнуть или оттолкнуть младшего своим напором. юнги же тяжело выдыхает, обвивая руками шею, предварительно огладив руками крепкие плечи, которые рассматривал ни раз. поцелуй заканчивается быстро. воздух быстро заканчивается, а волнение добивает вторым ударом, будто желает, чтобы сердца обоих таки остановились. — прости, — шепчет юн, опустив взгляд, а сам лишь глубже вдыхает еловый запах, который уже давно стал зависимостью. — я не знаю, что на меня нашло. — ты придурок, мин юнги, — смеётся чонгук, цепляя пальцем его подбородок. столкнувшись с чистейшими и невинными глазами парня, он улыбается тепло и нежно. приблизившись, целует вновь, сминая такие желанные губы с новым трепетом, наплевав на так и не восстановившееся дыхание. уже вскоре рызрывая поцелуй, чон шепчет прямо в губы, прислонившись своим лбом к чужому: — я так ждал этого момента. — ждал? — удивлённо отвечает юн, чувствуя собственной грудью биение чужого и своего сердца. и они бьются в унисон. чонгук мычит утвердительно, тихо посмеиваясь. — теперь мы всегда будем вместе, — вновь шепчет альфа, оставляя ещё несколько теплых поцелуев на чужих губах, а младший теряется во всем этом, лишь смущённо прикрывая глаза. из любовь была светлой и почти полностью невинной долгое время. они долго не осмеливались лечь в одну кровать, ведь теперь в этом был новый смысл, который смущал омегу и ввергал в волнение альфу. но в один день чонгук решил все изменить. лёжа на большом диване, парни смотрели фильм. ну как смотрели. большую часть времени они проводили за поцелуями. руки мина покоились на скулах старшего, пока его губы скользили вдоль чужих. чонгук крепко обнимал омегу, склонившись к нему с большим удовольствием. они жадно хватали воздух, не желая отстраняться. и плевать на фильм, который играл где-то на фоне. они уже давно про него забыли. таки отстранившись, юн улёгся на плечо парня, наблюдая за тем, как герои на экране собираются в какую-то поездку. чонгук уткнулся носом в его волосы на макушке, прикрыв глаза. в таком темпе прошел час. — я хочу спать, — вздохнул юнги, смотря за тем, как титры бегут по экрану. чонгук взял пульт с кофейного столика, чтобы тут же выключить телевизор. — пошли спать, — поднявшись с дивана, он протянул юну руку. так они вышли из комнаты и дошли до главного зала. но, вопреки ожиданиям юна, чон не пошел в сторону своей лестницы, а свернул за ним. — почему ты идёшь со мной? — спросил юнги, оглядывая парня с головы до ног. чонгук подал плечами, улыбаясь: — я просто хочу лечь в кровать со своим парнем и сладко уснуть, — без стеснений выдал он, хотя, если быть честным, сердечко затрепетало в волнении. — чонгук, — только и сказал юн, сталкиваясь со смущением. избегая чужого внимательного взгляда, юн двинулся по коридору, ни сказав ни слова. они зашли в комнату в тишине, которая начинала становиться неловкой. когда они простояли несколько секунд у постели, избегая глаз друг друга, чонгук вздохнул, собираясь с силами. взяв чужую руку, он осторожно потянул парня в кровать, укладываясь одновременно с ним. и юнги, находясь на поводу у чужой уверенности, осторожно опустился в постель, заворачиваясь в одеяло. гук осторожно обвил его талию рукой, прижимаясь ближе со спины. — сладких снов, цветочек, — прошептал он на ухо, оставляя за ним же поцелуй. а юнги весь краской залился, словно желая превратиться в красную лилию. так чонгук назвал его впервые. — сладких снов, любимый, — прошептал он с глупой влюбленной улыбкой на губах, закрывая глаза. и юн счастлив. счастлив, что поддался чужой уверенности и улёгся в эту кровать вместе со старшим. счастлив уснуть в этих теплых объятиях. счастлив быть любимым этим альфой и любить его в ответ. счастлив быть здесь и сейчас, а море ему, кажется, по колено. но это было тогда. целых десять лет назад. а сейчас юнги корчится от болезненных спазмов, потому что природу никакой химией так просто не побороть. на это нужно время. но физическая боль ничто в сравнении с тем, что творится у него на душе. конечно же он не пришел. с чего бы ему примчаться к нему среди ночи, когда у него свой нежный и ванильный омега, в которого он, кажется, влюблен. из глаз брызгают слезы, когда юн резко выгибается в спине, откидывая голову на подушки. он любит и ненавидит чонгука одновременно. он рад его счастью, но также желает их расставания больше всего. потому что отпустить не вышло. не вышло забыть этот теплых голос, который был таким мягким только с ним. не вышло забыть этот яркий терпкий запах, который заполнял не только тело, но и душу, когда они занимались сексом, который был наполнен нежной любовью. не вышло забыть этот теплый взгляд, которым гук разглядывал его в каждый удобный момент. не переболел, не переборол, страдает до сих пор, не в силах перестать любить, желать, скучать. к тэхену юнги хочет испытывать ненависть, но не может. слишком хорошим человеком он был воспитан. не может он заботиться об этом молодом парнишке, который так беззащитен перед чонгуком и всем, что его окружает. все это порождает огромное количество внутриличностных конфликтов, которые так и стремятся разорвать мина на части. а он уже и не против развалиться. ведь никто спасти его не придет, и кричать ему больше нет смысла.