Любовь под Прикрытием

День Кремовой Ванильной Печеньки, как обычно, начался со сборов. Голубика, или же Шэдоу Милк, всегда поднималась позже, и этот раз не стал исключением. — Доброе утро, — садовница укладывала корзинку, стоя спиной к засоне, — Ты можешь остаться сегодня дома. У меня в любом случае дела по работе, не думаю, что это будет интересно… «И что мне делать тут одному весь день? Нет уж!» — шута воротило от возможности снова попасть в какую-нибудь заварушку с «помощью» кому-то, но и сидеть дома было невыносимо. Тем более, на улицах Ванильного Королевства явно было, где разгуляться. — Обманщица! — даже от шутливого прозвища по спине пробежали сахарные мурашки, хотя Ваниль и не подал виду, — Снова планируешь кому-то помогать без меня? Тем более, о какой скуке может идти речь с такой компанией? — Голубика… — Кремка хотела сказать что-то ещё, но осеклась, — …Ты права. Давай позавтракаем и отправимся. В планах у Кремовой Ванильной Печеньки было зайти в цветочный магазин, что же до самого Ванили… Давящее чувство вины шло по пятам, вместе с разговорами Голубичной Печеньки и периодическими упоминаниями его имени и его образа. — Раз уж ты работаешь садовницей в Ванильном Замке, то ты должна знать, какие цветы больше всего нравятся королю Ванильного Королевства, — заискивающе поинтересовалась дама в голубом, глядя в сторону, — Хотя, я могу предположить, учитывая, какими цветами усеяны клумбы у замка! — Каждый цветок по-своему прекрасен, сложно сказать… Ванильные орхидеи являются символами королевства как первые цветы, выросшие на этой земле. Лилии… напоминают ему о близкой подруге, — с необычной для неё печалью в голосе объясняла девушка. — Хм, а что насчет молочных венцов? Наверняка они будут выбиваться из общего пейзажа! — Голубика не отрывала взгляд от ребенка, играющего с мячиком. Внезапно, легкий порыв ветерка подхватил игрушку и понес подальше, в сторону пруда, заставляя маленькую печеньку бежать следом. — Они смотрятся чудесно. По крайней мере, на мой взгляд, — Голубичное Печенье удивленно посмотрела на подругу, держа руку за спиной, не обращая внимания на крик, доносившийся со стороны водоема. — Мой мячик! — ребенок отчаянно заливался слезами, на что сразу же отреагировала Кремка, подбегая к малышу, пытаясь понять, что случилось, — Его унесло к пруду! — девушка положила корзинку на землю, направляясь к воде. — Кремка, подожди! Ты же размокнешь! — спутница не успела ничего сделать, когда девушка зашла в пруд, подбирая мяч, не успевший отплыть слишком далеко, и возвратилась с уже промокшей юбкой. — Спасибо, тетя! — крошка-печенье радостно шмыгал носом, — Папы запретили мне заходить в пруд, потому что там глубоко! Без вас я бы ни за что не достал свой мячик! — Все в порядке. Ты не знала, что все источники в Ванильном Королевстве целебные? А заходить глубоко в воду и правда не стоит, — она отряхнула платье, хотя это и не особо помогло. Голубика фыркнула и скрестила руки на груди. — Конечно, знала! Я просто беспокоилась за твой наряд, — она недовольно закатила глаза. «Как эта простушка смеет заставлять меня за неё переживать!» — возмутился про себя Шэдоу Милк. — И вообще, пойдем уже! А то ничего не успеем, — дама в голубом развернулась и потопала вперед, пока Кремка прощалась с ребенком. Путь до цветочного магазина занял не очень много времени, и совсем скоро они уже стояли у кадок с самыми разнообразными цветами — орхидеи, лилии, нарциссы, циннии, плюмерии и множество других растений всех оттенков ванильного и не только. Внимание садовницы на какое-то время переключилось на выбор подходящих цветков, о внешнем виде и значении которых она активно рассказывала спутнице. — Ты знала, что голубой и желтый очень хорошо сочетаются? — Кремовая Ваниль повертела цветок нарцисса в руке, прикладывая его к волосам путешественницы, — Хоть эти цвета и совершенно противоположные, вместе они создают гармонию. Как день и ночь. — Как солнце и луна… — задумчиво дополнила её комментарий подруга, прежде чем оттолкнуть руку от себя, — Ой, да так можно про что угодно сказать! — Отнюдь, — садовница приложила к своим волосам синий бутон, — Далеко не все цвета так естественно дополняют друг друга. По этой же причине в саду Ванильного Замка примулы соседствуют с ванильными орхидеями, — продолжила рассказывать она. Уже какое-то время стоя у прилавка, болтающая парочка почти не замечала немолодое печенье, внимательно рассматривающее цветочные лотки. — Девушки, вы, кажется, неплохо разбираетесь в цветах? Могу ли я попросить вас помочь? — переводя взгляды на нуждающегося, подруги увидели перед собой печенье немного меньше ростом, намного старше и с глазами цвета мутной глазури, — Дело в том, что у нас с моей благоверной годовщина, и я хочу преподнести ей подходящий подарок, а зрение уже изрядно меня подводит. — Да, конечно, сэр! — Кремка переместилась поближе к старику, осматривая ассортимент, — У вашей благоверной есть предпочтительный цвет? — Ммм, полагаю, что сиреневый. Цвет моих глаз, прошу прощения за приторность, — он сдержанно похихикал. «Серьезно, старик?» — скривил мордочку мысленно Шэдоу Милк. — В таком случае, полагаю… — печенье в чепчике начала выбирать из многообразия представленных соцветий и бутонов, — Сирень послужит символом первой и нежной любви, которую можно подчеркнуть парочкой голубых гортензий, говорящих о вашей искренности и уравновесить букет нарциссами — они означают чистоту. «Голубой и желтый хорошо сочетаются…» — прокручивал в голове слова Кремовой Ванильной Печеньки шут, слушая её увлеченный разговор с дедулей. — Премного благодарен, мисс! — довольный мужчина с букетом воодушевленно пожимал руку помощнице, — Вы и правда мастерица в цветочном деле! — Это ничего. Желаю вашему союзу ещё много лет процветания, — помахала она вслед уже расплатившемуся и уходящему печенью. — И часа не можешь на месте усидеть, чтобы никому не помочь? — шутливо спросила Голубика. — Я уже купила все, что нужно. Можем отправляться в сад. Выбор цветов немного затянулся, или же время за прогулкой прошло незаметно, но, когда они подошли к замку, солнце уже давно перевалило за полдень. Ваниль старался держаться, но чувство тревоги то и дело накатывало волнами. На дворцовой территории помимо фонтанов и сада также располагалась беседка с видом на апельсин солнца, раскрасивший небо в яркие цвета. Беседка, в которой уставшие работники могли передохнуть, и в которой сам Ваниль так любил сидеть, слушая щебетание сахарных пташек и чувствуя умиротворение, которое приносило это уединенное место. Кремовая Ваниль предложила подруге присесть, располагаясь рядом. Какое-то время, пока тишина не стала давящей, они сидели, любуясь медленно гаснущими лучами. — Голубика… — небольшая пауза, чтобы вдохнуть воздух, — …Прости меня. Стоило сказать тебе раньше. Мне жаль, что это продлилось так долго. Ты должна знать правду, — когда Бист уже хотел намекнуть о затягивающейся подводке, произошло то, что оставило его совершенно безмолвным. Повернув голову к девушке, замаскированный Шэдоу Милк увидел перед собой того, кого все это время дожидался в компании простой горожанки — Чистая Ваниль сидел, словно сошедший с картины, одетый в белые одежды. Но если на картинах он обычно выглядел умиротворенным, то сейчас его выражение лица было… огорченным? Виноватым? Заметив взгляд, устремленный на себя, Ваниль сразу же начал упорно извиняться — говорил о маскировке, о том, что не мог раскрыть себя, но и оставлять Голубику тоже не хотел и ещё что-то, что шут уже плохо слышал из-за закипающей внутри него ярости. Когда целитель сосредоточил внимание на фигуре девушки, он заметил её руки, до побеления костяшек сжимающие ручку корзинки и напряженный стан, напоминающий пружину, готовую соскочить с места. Именно в этот момент король понял то, что заставило его руки сомкнуться вокруг путешественницы в объятиях, а поток извинений прерваться на… — Мы оба поняли это сразу. И оба продолжали обманывать друг друга. Не стоило играть с твоими чувствами. Прости меня, Шэдоу Милк… — каждое слово было тише предыдущего, — Хотя мой образ и не был искренним, но моя любовь — это правда. Все мои слова, все действия… — руки Биста нервно заелозили по ткани робы на спине, сминая её, лихорадочно цепляясь, — Как бы мы не выглядели, как далеко не находились бы, нас всегда будет тянуть друг к другу, — по щекам невольно потекли злые слезы, маскировка растворилась, волосы путались, пытаясь зацепиться за Ваниль. — Я тебя ненавижу… — спотыкаясь на каждом слове и давясь рыданиями, пробормотал Шэдоу Милк. — Я тоже тебя люблю, — поцеловав в лобик, Ваниль продолжил успокаивать свою половинку поглаживаниями и мягкими объятиями, пока солнышко окончательно не скрылось за горизонт.