Время и место

Рука с голубыми когтями сжала чужое горло, проникая под тонкую кожу и перекрывая доступ к кислороду. — Решил, что сможешь противостоять мне? — зарычал Вокс, — Ты все еще остаешься обычной третьесортной шлюхой. — Мне плевать, — на последнем дыхании крикнул Хьюго, — Я пришел за Аластором. И я уйду от сюда только с ним! — Смелое заявление, — воздух еще больше заискрил, но рука отпустила парня, — Я думал, что он обещал тебе защиту, а не наоборот. Каждый раз удивляюсь, как ему это удается. — Удается что? — поинтересовался козлик, пытаясь отыскать глазами пистолет, вылетевший из его руки во время битвы. — Превращать людей в одержимых психопатов. — Не неси чушь. Я не одержимый! — прошипел Хьюго, разводя руками и наклоняя голову набок. На его лице появилась широкая улыбка, которая вызвала у Теле-Демона холодный пот, а глаза засветились, как кровавая луна над Адом. Эта мелкая сошка стала до ужаса надоедливой и неприятной, — Я не такой, как ты. — Как же. Не такой, как я. Не такой, как Люцифер, — на этом имени козлик заметно напрягся, вызывая оскал на экране, — Ты такой же, но просто трус. Тебе не хватает смелости заявить Аластору о своих желаниях. Пуля окруженная золотым сиянием прилетела прямо в центр монитора, прерывая его речь. Все экраны в кабинете покрылись помехами. — Ты ошибся, Вокс. Я не одержимый. Я лишь его друг. После короткого замыкания Теле-Демон перезагрузился и поднялся на проводах, возвышаясь над парнем. Он направил на козлика поток электричества, и тот упал на пол, содрогаясь всем телом. — Мне очень любопытно, как ты получил ангельскую магию, но желания возиться и выпытывать у тебя эту информацию – нет. Прощай, — винные глаза испуганно проследили за кинжалом, который устремился к его груди. — Винсент! — раздался голос Аластора, и время словно застыло, — Я принимаю твое предложение. 40 часов до… — Почему-то Энджела со вчерашнего вечера не видно, — хмыкнул Хаск, наливая виски в бокал и пододвигая его Аластору, — Я немного переживаю. Он никогда не задерживался на работе так долго. Демон забрал напиток и сделал глоток. Стоило разобраться с молью, когда у него были силы, но ему было все равно на порноактера. Было… Энджел оказался неплохим человеком. Неудивительно почему Хаск так к нему привязался. — Кстати о работе. Ты что взял отпуск? — поинтересовался бармен, — При этом планируешь дальше тусоваться в отеле? Ты же на выходные и то раз в пятилетку уходил. Что сейчас-то решил? — Нужно решить одно дельце, — демон положил голову на ладонь и провел указательным пальцем по краю бокала. Планируется успеть за отведенные выходные придумать способ избавиться от связи, вот только Михаил все еще не появлялся, словно чувствует. Еще Вокс со своими играми, а также призрак Ба’улу, преследующий его каждую ночь. Глаза опустились на собственное отражение в напитке. Столько проблем. Хочется просто на время отстраниться от всего мира. В горле пересохло, а виски не помогало избавиться от этого неприятного ощущения. Сейчас бы крови. Вцепиться в белую шею и сделать парочку огромных глотков золотой жидкости. Она бы точно смогла отвлечь хотя бы от надоедливого Лоа. Стакан с алкоголем нагло выхватили, прерывая мысли. — Отпуск это замечательно. Я бы мог предоставить тебе хорошие условия, — Люцифер поднес бокал к губам, — Ну знаешь, на другом Круге. Демон перевел взгляд и замер, наблюдая, как чужой кадык дергается при каждом глотке, а шея сейчас так открыта. Кровь. Нужна кровь. Уши заинтересованно дернулись, а хвост активно завилял под одеждой. Рука уже сама потянулась к Королю. — Люци… — Аластор! — позвал его Хаск, возвращая в реальность. Мужчина потряс головой. Михаил сволочь. Подсадил его на Серафимовскую кровь и испарился, зная, что он не сможет без нее долго продержаться. Золотые глаза хитро прищурились, наблюдая за растерянным Грешником. Как он и думал. Олененок так и не слез с этой иголки. — Что такое, Хаск? — оскалился Падший, — Тебя что-то беспокоит? — Я… — бармен почесал затылок, пытаясь восстановить дыхание. Люцифер не убьет, но испортить жизнь точно способен, как сделал это с Радио-Демоном, — Я просто вспомнил кое-что. Чарли просила подойти к ней. — У него отпуск, — черная бровь удивленно изогнулась, — Чарли не из тех, кто будет вызывать по рабочим делам в выходные. Шум в ушах пропал, позволяя Аластору вернуться в диалог. Если бы не Хаск, то одному Богу известно, каких проблем бы он успел еще себе добавить. — Все нормально. Я схожу к ней, — мужчина с трудом поднялся и направился к лестнице на ватных ногах. Горло словно горело, а перед взором плыло, вынуждая придерживаться за перила, делая очередной тяжело дающийся шаг, — Tu es un monstre, Mikhaïl. Будто во сне, он добрался до собственной кровати, падая на мягкие подушки и впиваясь клыком в большой палец. Какой он идиот. Сам просил каждый раз эту кровь, а теперь винит во всем ангела. «Выпусти меня!» Палец был прокушен до крови, а зрачки нервно забегали по потолку. «Выпусти меня!» Рука отодвинула ящик у кровати, в котором лежал серебряный пистолет. «Выпусти меня!» Дуло было поднесено к виску, а указательный палец уже лег на курок. «Выпусти меня!» Рубиновые глаза зажмурились, а курок был надавлен. Раздался выстрел, и подушки приобрели красный оттенок. 36 часов до… Аластор с трудом открыл глаза, пытаясь прислушаться. Демон поднялся, откидывая пистолет в сторону. Первый раз он умер в Аду. Необычное ощущение. Тоже самое он чувствовал, когда погиб и попал на Перекресток Душ. Легкость. Длинные пальцы прикоснулись к виску, собирая красную жидкость, которая не успела высохнуть. Уши опустились. Кому скажи, не поверят, что у Радио-Демона присутствуют суицидальные наклонности. Подобные личности всегда вызывали у него смех. Это же насколько слабым должен быть человек, чтобы вместо поиска выхода, придти к такому решению. А сейчас что? Сам стал таким же. Уголки губ поднялись. Но это сработало. Ба’улу наконец замолчал. 32 часа до… Неизвестный Грешник поставил на барную стойку картонную коробку и поспешил удалиться. — Какого хера, чувак? — возмутился бармен, забирая посылку. — Хаск, — отвлекла его Чарли, подойдя к демону, заинтересованно разглядывая коробку, — Что это? — Какой-то идиот притащил, — хмыкнул кот, проходясь по скотчу канцелярским ножом. — Здесь подпись, — Шарлотта указала на надпись со своей стороны, — Она для меня. — Тогда распаковывай, — бармен протянул нож девушке и достал бутылку, — Может от кого-то из друзей? Тик-так. — Там часы, — заявил Хаск, услышав тиканье и сделав глоток, — Или бомба. Чарли сразу остановилась, недоумевающе глядя на мужчину. — Я пошутил. — Пожалуй, — Принцесса убрала нож в сторону, — Я позже гляну, что там. «Никакого искупления не существует. Это все ложь, придуманная Принцессой и Раем!» — раздался голос Энджела из телевизора, который смотрел один из постояльцев в гостиной, — «Я уже больше пяти лет там нахожусь. Как видите, я не искупился!» — Зачем он так?! — Чарли подбежала к экрану. «Не стоит тешить себя наивными мечтами о Небесах. Нужно с силой туда пробраться!» — Энджел? — Хаск удивленно изогнул бровь, вставая рядом с Шарлоттой. «А помогут нам в этом только Ви!» — Это гипноз Вокса, — присоединился к ним Аластор, — Жаль, что людям этого не объяснить. — Это очень плохо, — девушка заметно съежилась. Теле-Демон дал ему два дня. Мужчина посмотрел на огромные часы на стене. Время истекает, а Вокс настроен серьезно. Решил действовать через Чарли? «Ты появишься в любом случае» Он играет с огнем. В открытую бросает вызов дочери Люцифера. На что рассчитывает? Карлик же его прихлопнет, как муху газетой. Да и этого мало, чтобы заставить его передумать. Тик-так. Уши навострились, а голова повернулась в сторону звука, обнаруживая источник тиканья в виде коробки, около которой крутилась горничная с ножом. Девочка разрезала скотч и потянула маленькими ручками края. — Ниффти! — крикнул демон, рванув в сторону бара, но не успел. Глаза ослепила яркая вспышка, а коробка взорвалась, снося все поблизости и отбрасывая всех в разные стороны. Аластор очнулся, пытаясь разобраться в произошедшем. И первое, что он понял – нижний этаж отеля придется в очередной раз ремонтировать. Второе – его плечо не двигается. Взгляд упал на осколок, торчащий из раны. Целой рукой он вытащил его и осмотрел. Ангельская сталь. Если подобное прилетело бы в жизненно важный орган, то пиши пропало. — Ал, — послышался тихий голос Чарли. Мужчина сразу направился к ней. Принцесса обнаружилась под обломком деревянного стола, который он смог отодвинуть, помогая подняться. На бледной щеке виднелся красный след. По всей видимости ее припечатало этим столом. Хвала Лоа, он защитил ее от осколков, — Что это было? — Все-таки бомба, — Хаск вылез абсолютно целый из шляпы, поднимая аксессуар с пола и отряхивая, — Ниффти, как обычно, не думает головой. Ниффти! Аластор побежал к огромной куче обломков бара, пытаясь отыскать горничную. — Да все с ней хорошо. Ее это не убьет, — пожал плечами кот, но затих, когда демон показал ему осколок из ангельской стали. — Это было в бомбе, — очередная дощечка была отброшена и под ней находилась девочка. Мужчина поднял ее на руки, унося дальше от горы хлама. Зрачки испуганно задрожали, когда увидели сияющий осколок в центре еле вздымающейся груди. — Ниф! — Шарлотта закрыла рот ладонью и упала на колени. Она потянулась к осколку, чтобы вытащить, но Аластор запретил. — Звоните отцу, — дрожащим голосом произнес демон. Его глаза были скрыты под челкой, но Чарли уверена, что Аластор в этот момент плакал, — Скажите ему, что я молю его помочь. Быстрее! 30 часов до… Никто не сомневался, что Люцифер придет, но никто не ожидал, что он окажется якобы бессилен в такой ситуации. — Я не Бог, — хмыкнул Падший, разглядывая жизненную энергию Ниффти. Ей осталось несколько часов. — Ты хочешь сказать, что не сможешь помочь?! — со слезами на глазах спросила Чарли, — Должен быть способ. Папа! — Должен, — золотые глаза внимательно следили за притихшим около кровати горничной Радио-Демоном, — Сходи за водой. Принцесса согласно кивнула и вышла из комнаты. — Поговорим, Бэмби? — Я согласен, — спокойно ответил мужчина. Он итак знает, что попросит Король за свою помощь. Все равно. Абсолютно. — У нее может появиться зависимость. — Главное – пусть она выживет. 27 часов до… Кровь Серафима помогла. Через несколько часов Ниффти очнулась, а раны словно и не было. Аластор не отрывался от часов. У Вокса еще есть время что-нибудь выкинуть. — Чего-то ждешь? — прошептал на ухо бархатный голос. В плечи уперлись белые ладони, которые уложили демона спиной на кровать, — Твоя любительница насекомых выжила, олененок. Маленький кадык дернулся, уши поджались, а в глазах появился счастливый блеск. Ниффти будет жить. Хотелось заплакать от счастья. Люцифер развел его ноги, пристраиваясь между них. Едва касаясь, его пальцы провели по смуглой шее до ключицы, приближаясь к бордовым пуговицам. — Видел недавно Михаила, — зачем-то добавил Падший, наклоняясь к тонким губам и щекоча кожу дыханием, — Привет не просил передать. Пуговицы покидали петельки одна за другой, открывая все больше пространства для действий. — В моей библиотеке я наткнулся на одну книжонку о связи душ, — продолжая оголять желанное тело, прошептал дьявол. В рубиновых глазах сверкнула заинтересованность. Если у Люцифера и правда есть эта книга, то в ней может быть ответ, как разрушить этот брак, — Но я не нашел, как вас разделить без смерти одного. К счастью, у Михаила куча проблем, которые ни к чему хорошему не приведут. — Все идет по твоему плану, я смотрю, — недовольно прошипел Аластор, отворачиваясь. Падший уперся носом в изгиб шеи и вдохнул древесно-мятный аромат. Как же он скучал по этой недотроге, — Вокс чуть не убил Шарлотту. — Ох, поверь, у меня есть тот, кто давно грезит о расправе над ним, — мокрый язык провел по солоноватой коже, — Я же хочу сейчас кое-чего другого. Глаза зажмурились, а дыхание участилось. Ради Ниффти. Только ради Ниффти. Последняя пуговица была расстегнута, а рубашка распахнулась. Люцифер приподнялся, чтобы вспомнить каждый сантиметр этого тела, до последнего надеясь, что оно перестало вызывать в нем первобытное желание. Но нет. Аластор все также привлекателен. Все также манит полакомиться им. А впрочем… Зачем себе отказывать? Острый клык впился в торчащий сосок под недовольное шипение, а ладонь залезла в штаны, проникая под резинку трусов и поглаживая все еще мягкий член. Годы идут, а Аластора, как обычно, тяжело возбудить. Интересно, Михаил тоже с подобным мучается или с ним олененок, куда более горячий? Горячий. Идеальное прилагательное, чтобы описать этого Грешника. Дьявол с каждым касанием к мужчине ощущает, что еще чуть-чуть и расплавится. Большой палец проходится по головке, а зубы смыкаются сильнее. И не зря. В награду ему достается заинтересованность органа. Это тело всегда было чувствительно и готово отозваться на его ласки. Пальцы спускаются ниже, нащупывая колечко мышц и пытаясь проникнуть внутрь на сухую, но им это не удается. Еще и демон начал активно сопротивляться подобному развитию событий. Но Люцифер давит сильнее, наконец преодолевая препятствие. Аластор вскрикнул задрожав. — Упс, — оскалился Падший, просовывая палец глубже, — Я думал, что Михаил тебя подпортил и будет не так туго, но ошибся. Видимо он обращался с тобой, как с фарфоровой куклой. Берег, жалел, пылинки сдувал. Уши поджались, а на глазах появились слезы. Это все ради Ниффти. Он перетерпит эти унижения. Едва возникшее от ласк возбуждение моментально пропало, уступая место острой боли. К одному пальцу присоединился второй. И вот уже чувство, будто тебя пытаются разорвать. Брови хмурятся, а глаза с яростью смотрят на Повелителя. — Что? — усмехнулся Король, разводя пальцы в сторону. Белая рука потянула за ухо, отворачивая голову в сторону. Он опустился к шее, обнажая клыки, — Я никогда не был нежным любовником. Не забывай. Невероятно глубокий укус, пальцы рвущие нутро, и вот демон уже желает умереть. Ладони сами хватаются за золотые волосы, в надежде оторвать «вампира» от себя, но вместо этого только больше раззадоривают. Руки разочарованно падают на матрас, а по телу проходит дрожь. Ради Ниффти. — Скажи, что скучал, — прошептал Люцифер, облизывая ранку, — Скажи, что мечтал обо мне все это время. И тогда я буду снисходителен и дам свою кровь. Аластор молчит. Пусть будет боль. Но эти слова он никогда не скажет. — Почему ты молчишь? — Ты же не любишь ложь, — на лице появилась усмешка, показывая насколько сейчас жалким выглядит Король в его глазах. Вот как. Намек ясен. Падший вытащил пальцы, щелчком пальцев избавляя их от одежды. Он подставил член к неподготовленному колечку мышц. — Тогда я превращу твою жизнь в Ад, как ты это сделал с моей, — головка с трудом проникла внутрь, разрывая кожу. Демон зашипел, ощущая жжение, а глаза испугано посмотрели на лицо напротив, когда член с легкостью прошел внутрь, — Кровь неплохая альтернатива смазки. Несмотря на весь свой гнев и желание причинить, как можно больше страданий, Люцифер замер, позволяя привыкнуть. Хочется, чтобы олененок не просто позволил себя использовать, а отдался похоти, как делал это раньше. Стонал и выгибался от кайфа. — Где-то здесь, — прошептал он, меняя угол проникновения и попадая головкой по простате. На щеках появился едва заметный румянец, дыхание участилось, а когти вцепились в простынь, раздирая ее. Чертово тело подводит. Падший выпрямился, обнимая ладонями тонкую талию насаживая мужчину еще сильнее, добиваясь уже не вскрика, а тихого стона наслаждения. Никаких помех, только нежный голос. Настоящая услада. Стон, который в этот раз предназначается только ему. Толчок и демон выгибается, а мышцы внутри отдают вибрацией, принося невероятное удовольствие. — А вот я скучал, — их носы соприкасаются, а на золотых глазах показалась влага, — Очень скучал. Ты даже не представляешь, как мне было тяжело. Пальцы зарываются в красные локоны, а язык проходится по губам, аккуратно пробираясь внутрь, ощущая привкус кофе, но мужчина смыкает ряд острых зубов, не позволяя пройти дальше. Люцифер выпрямился и протер глаза тыльной стороной ладони. Отец свидетель, он пытался быть ласковым. Дьявол покинул горячее тело, переворачивая и ставя в колено локтевую, сам же наступил ногами на пол. Ногти впиваются в ягодицы, разводя их в стороны, а член со всего размаху входит внутрь, тревожа раны и вызывая новый прилив боли вперемешку с криком, который заглушается, когда лицо со всей силы утыкают в матрас. Движения стали более резкими, более беспощадными и глубокими. Кровь полностью заполнила нутро, давая возможность свободно входить и выходить, а вся нижняя половина уже полностью онемела, превращаюсь в сплошную боль. Только Падший все не останавливался, вколачиваясь до самого конца. В какой-то момент толчки остановились, а член внутри запульсировал. Аластор сразу попытался соскочить, чтобы не допустить естественного исхода событий, но ему не дали такой возможности, заставляя принять все. Михаил никогда не позволял себе подобного. Демон сморщился, чувствуя, как его заполняет горячая жидкость. Кулаки сжимают ткань еще сильнее. Ради Ниффти. Все закончилось. Он смог. Король выходит из него и разворачивает к себе, глядя на безразличное выражение лица. Аластор не должен быть отстраненным. Он должен плакать, злиться, боготворить, но не выглядеть так, словно ему все равно. Белая ладонь ложится на живот, вызывая неприятные мурашки. — Хочешь, расскажу тебе секрет? Я мечтаю получить твою силу, — коготь провел по плоскому животу, оставляя след, — Как думаешь, она передается по наследству? Вот теперь лицо олененка его вполне устраивает. Страх. Глаза широко распахнуты, а уши поджаты. Люцифер не сдержал смех от этого вида. — Что за морда? Я просто пошутил. Подобное невозможно в нашем мире, это нарушит все законы Отца. Демон выдохнул. На секунду он поверил, что его собираются использовать для размножения. Нога направилась в чужую грудь в попытке пнуть, но лодыжку перехватили. Падший прошелся по голени языком, наблюдая за реакцией. — Но если я найду способ, то обязательно это сделаю. Это нас сблизит. Невероятно сблизит. — Подобные тебе не созданы для отцовства, — прошипел мужчина, отталкивая от себя пернатого. — И то верно, — хмыкнул дьявол, возвращая себе одежду с помощью магии, — Да и вряд ли твое чадо сможет унаследовать то, чего больше нет. Ты ведь теперь на уровне обычного Грешника. — Об этом, — мужчина поднялся, прикрывая наготу одеялом, — Тот камень. — Какой камень? — удивленно захлопал глазами Люцифер. — Не строй из себя еще большего идиота, коим являешься, — прорычал Аластор, опуская голову и пытаясь сформулировать мысль, — Камень, который каким-то образом связан с Ба’улу и мной. Уничтожь его. — А, тот камень, — Падший щелкнул по маленькому носу, обращая на себя внимание, — Не уничтожу. — Ты подставляешь весь Ад, — мужчина схватил за запястье, потянув на себя, — Ба’улу пытается выбраться. — И как же ты это понял? — ухмыльнулся Король, кладя ладонь на скулу. — Он зовет меня. — Если мы продолжим так замечательно проводить ночи, то я открою тебе одну тайну, связанную с этим камнем, — шепот защекотал ухо, — Но если хочешь узнать ее прямо сейчас, — он перехватил когтистую руку, направляя к своему паху, — Сделаешь мне приятно? — Откажусь, — отодвинулся демон, продолжая прикрываться одеялом. — Тогда до встречи. Люцифер исчез, оставляя Аластора в темноте. Плечи опустились, а колени поджались к груди. Пернатый его использовал точно также, как делал это в прошлом. Но той жалости к себе больше нет. Скорее всего выработался иммунитет, либо цель оправдывала средства. Он готов еще тысячу раз лечь под этого карлика, если на кону будет стоять жизнь его близких. 24 часа до… — А не была ли бомба перебором? — поинтересовалась Вельвет, глядя в телефон, — Разве такой план был? А если пострадала Принцесса? Посылка же была для нее. Король за нами придет. — Не думаю, что она пострадала, — отмахнулся Вокс, — Иначе бы мы уже об этом узнали. Можно было не подписывать эту коробку, но лучше всего на Аластора подействует именно угроза через Чарли. Он привязался к этой глупой девчонке. — Да что ты, — раздался голос Короля, который пристроился на столе Теле-Демона, болтая ногами. Присутствующие сразу подскочили, готовясь защищаться. Падший лишь засмеялся. — Ой, не не не. Моя дочь цела и невредима, в отличие от маленькой горничной и Аластора. — Аластора? — мужчина напрягся, услышав имя своего «врага», — Он жив? — Жив, — усмехнулся дьявол и спрыгнул со стола, материализуя в руках трость и глядя на Вельвет, — Оставь нас. Девушка напряженно посмотрела на товарища. Теле-Демон кивнул головой, позволяя ей уйти. Когда дверь захлопнулась, наконечник с яблоком уткнулся ему в грудь. — Как ты его вспомнил? — Его трудно забыть, — на экране появился оскал, — Тебе ли не знать. Пришел убить меня или вновь стереть память? — Нет, — Падший поставил трость перед собой, облокачиваясь на нее, — Пришел, чтобы отдать Аластора тебе. — Эм… — демона коротнуло на секунду. Казалось, что ему послышалось, — Не понял. Отдать Аластора мне? — Уточню, — голова наклонилась, а на лице расплылась жуткая улыбка, — Отдать на время. Ты сказал, что я не смогу его приручить. Я и не хочу. Моя цель – сломать и собрать заново, но по своему. Я хочу, чтобы он видел только меня. Смотрел только на меня. Хочу стать его спасательным кругом. Для этого нужен злодей, от которого я, как истинный ангел, его смогу спасти. — И этим злодеем буду я? — Верно мыслишь, — щелкнул пальцами Люцифер, — Твой план заманить его к себе угрозами заведомо провален. — Только в твоем спектакле есть еще Михаил, — Вокс подошел к мини холодильнику, доставая две банки пива и отправляя одну в полет. Падший поймал ее и открыл, сделав глоток. — С братом я уже работаю. Осталось совсем чуть-чуть и Аластор его возненавидит. — Все это очень заманчиво, — Теле-Демон сел в кресло и тоже открыл банку, усмехнувшись. Если получится вернуть силы Аластора и вызвать того Лоа, то он избавится от Люцифера. — Конечно, — дьявол оказался за его спиной, — Пока я не разберусь с братом, олененок полностью в твоем распоряжении. Его не будут искать, не будут мешать вам. Ты даже не представляешь, насколько с ним охуенный секс. Ты успеешь распробовать его полностью. Он такой отзывчивый на ласки. А для подстраховки я предоставлю тебе в распоряжение свою кровь. — И как же ты придумал это? — Сегодня я провел с ним время, — свет замигал, а кулаки сжались. Он прекрасно догадывается, как Люцифер провел с Алом время. Падший понял его мысли, но решил не обращать внимание, — Я провел с ним время и пришел к выводу, что так я ничего не добьюсь. Мне нужно начать все сначала. Очистить некий след в нашей с ним истории. — Так сотри ему память, — прошипел демон, делая глоток, — Ты же это можешь. — Могу, но не ему, — пожал плечами Люцифер, — Я не могу пробраться конкретно к нему в голову. Никак. Даже когда он потерял силы, он все еще не поддается моей магии. Невероятно, да? Я первый раз за всю свою долгую жизнь настолько восхищаюсь смертной душой. Ощущаю себя… Как бы это сказать? — Одержимым им, — дополнил его Вокс, лучше чем кто-либо понимая сейчас Падшего. Сердце бешено забилось от этих слов. Он чувствовал некую гордость за Аластора, как человек гордится достижениями своего партнера. Словно хвалят его, а не Радио-Демона. По сути от этой сделки он ничего не потеряет, наоборот, он сможет получить Аластора, а затем с его помощью убить Люцифера, занять место Короля Ада, как и было в его планах изначально. Ладони смыкаются, и сделка считается заключенной.