Время и место

21 час до… — Развлекаешься, братец? — усмехнулся Король, глядя на заигрывающего с каким-то суккубом ангела, — Аластор знает, что ты проводишь время на Кругу Похоти? Голубые глаза с холодом посмотрели на Падшего. Он прекрасно понимает, что сейчас совершает ошибку, только вот лучше способа заглушить все его чувства – не нашел. Да и какая разница Аластору? Они уже не в отношениях. Но мысль о том, что Люцифер может рассказать об этом, вызывает некий страх. Суккуб, словно почувствовав наколившуюся атмосферу, решила покинуть компанию, напоследок заигрывающе подмигнув дьяволу. Она освободила ему место и ушла виляя пышными бедрами, на которые два брата засмотрелись. — Она хороша, — Падший занял место адорожденной и взял карту бара, — В постеле просто огонь. У нас с тобой схожие вкусы. — Ты здесь всех перепробовал? — Серафим попросил у бармена повторить его коктейль и повернулся к брату всем корпусом, — Расскажешь Алу? — Не планировал, — пожал плечами дьявол, — Если бы в моем распоряжении каждый день был Аластор, то я бы на этих искусительниц даже не смотрел. — Значит, ты сегодня тут надолго, — разочарованно вздохнул ангел, делая глоток из принесенного ему напитка. Веселье отменяется. — Не особо. Сегодня я пришел просто выпить, ведь… — он указал бармену на название одного из коктейлей и отбросил карту в сторону, — Как и сказал, я бы на них не посмотрел, если бы в моем распоряжении было прекрасное тело олененка. Поэтому просто выпью. — Что ты несешь? — Мы хорошо сегодня провели время с Алом. Небесные глаза широко распахнулись, а сердце пропустило несколько ударов. Нет. Нет. Нет. Люцифер лжет. Любимый не мог. — Ты напоил его кровью, — Серафим слез с кресла и подошел к брату, — Воспользовался моментом. Я не прощу. — Хм, — Король надул губы, а в глазах промелькнула обида, но она быстро исчезла, сменяясь самоуверенностью, — Ты ошибаешься. Все было по его согласию. Что ты так разозлился? Вы же расстались. Аластор вправе делить постель с кем пожелает. — Но не с тобой, — ангел опустил голову, отходя дальше, — Только не с тобой. Ты врешь. — Ревнуешь? — дьявол поднял бокал с коктейлем, — Спроси у него, если не веришь. — Если я узнаю, что все произошло без его согласия, я убью тебя, — Михаил исчез в золотом свете. — Как же, — раздался громкий смех. 20 часов до… Аластор встал под струю горячей воды, тело наполнилось приятным теплом, а мышцы расслабились. Пар постепенно заполнил ванную комнату. Глаза закрылись, в наслаждении моментом. Подобное тоже можно использовать, как способ забыться. Спины коснулась прохладная ладонь, которая на контрасте с жаром, вызвала мурашки. — Ты не можешь просто приходить в любое время, — даже никак не отреагировав на появление ангела, заявил Аластор, продолжая наслаждаться водной процедурой, — Где ты пропадал? — Давал нам время побыть наедине с собой, поразмыслить обо всем, — пожал плечами Серафим, проводя ногтем от поясницы к затылку. Он приподнял черные кончики волос, натыкаясь на след укуса в районе шеи. — И что надумал? — демон повернулся к нему, нахмурившись. Волосы вновь скрыли рану. Зрачки изучающе рассматривали высокую фигуру. Аластор слишком спокоен для того, кого изнасиловали. Особых следов, кроме этого укуса на нем нет. Ангел сделал шаг, подставляясь под поток воды прямо в одежде. Рубиновые глаза засветились, а уши немного приподнялись. Им нельзя стоять так близко. Связь вновь начнет давить. — Ты ведь мой, — пальцы легли на острый подбородок, — Всегда был и будешь моим. — Ты выпил, — демон отвернулся, скинув руку. Он четко чувствовал аромат алкоголя, — Я ждал тебя. — Зачем же? — Я долго думал о наших отношениях, — глаза грустно опустились, — И я хотел обсудить с тобой нашу связь. Мы могли бы попробовать ее разрушить. И если… — Нет, — грубо перебил ангел. За его спиной появились крылья, — Не могли бы. Аластор шокировано посмотрел на Серафима. Не дал ему договорить? Михаил просто прервал его. — Хоть раз послушай, — сквозь зубы прошипел демон, сжимая кулаки. — Я сказал нет. Ты не будешь больше поднимать этот разговор, — голубые глаза приобрели красноватый оттенок, — Ты создан для меня. Родился для меня. Живешь для меня. Не для Люцифера, не для того мертвого беса. Для меня. Ты моя собственность. — Что? — белый пар сменился на густой черный туман, — Ты забываешься. — Это ты забываешься. Посмел переспать с моим братом, будучи связанным со мной. Решил в шлюхи податься? Рука замахнулась в попытке ударить за подобное оскорбление, но Серафим перехватил запястье, впиваясь в кожу до красных следов. — Скажи, что это не так, — прорычал ангел, — Скажи, что у вас ничего не было. И я выслушаю тебя. — Было, — демон наклонился к бледному лицу и хищно оскалился, — Буквально несколько часов назад. Все было. Если тебе это так противно, то помоги мне разрушить эту связь. Избавься от участи быть партнером шлюхи. Сейчас Аластор больше всего уверен, что не будь бы этого брака, он бы не посмотрел на это существо. Розовые очки наконец треснули. Михаил такой же прогнивший, как Люцифер. Белые пальцы ухватились за скулы, притягивая ближе к лицу. Не пойманной пернатым рукой демон попытался освободиться, стараясь отцепить от себя, но Серафим явно использовал магию для увеличения физической силы, как часто это делал Король. — Я не сделаю тебе такого подарка, — давление усилилось. — Тогда просто убей. Когда-нибудь твой папаша вновь воскресит Нафретири. Будем надеяться, что со следующей версией у тебя заладятся отношения. Со мной ты явно проебался. — Бог. Для тебя он Бог, Грешник. — У меня нет Бога. — Я забыл, — мужчину брезгливо оттолкнули, — Ты же у нас птица высокого полета. Любимчик Лоа, их объект обожания и воздыхания. Только вот… Все это в прошлом. Рука прислонилась к смуглой груди, подталкивая к стене. Демон с глухим стуком ударился о нее, глядя сверху вниз в дьявольский взгляд, туман рассеялся, возвращая белые облака пара. — Сейчас ты обычная душонка с манией величия. Вызови же одного из духов, — глаза в панике заметались по комнате под довольное выражение лица, — Ты не можешь. Михаил еще раз приподнял волосы, рассматривая след от зубов. Когда-то Аластор категорически запрещал оставлять на нем какие-либо метки, но Люциферу позволил. До жути обидно. И ему придется лицезреть эту дрянь еще несколько часов до заживления. Ну уж нет. Увольте. Рука вцепилась в красные пряди, оттягивая так, чтобы демон немного опустился и наклонил голову в сторону. Глаза зажмурились от боли, а вода уже не приносила удовольствие, стекая по лицу и раздражая кожу. Серафим облизнулся и, приблизившись к шее, впился аккуратными зубами поверх едва подзажившей метки. Зубы вонзились сильнее, начиная проникать под кожу и добираясь до алой жидкости, а на смену ровному ряду, пришли острые клыки. Ладони уперлись в плечи, пытаясь оттолкнуть, но безрезультатно. Тело расслабилось, позволяя закончить начатое, а нос сморщился от боли. Михаил отстранился, демонстративно слизывая красные капли с губ. Он уже потянулся за новой порцией, но демон прикрыл рану ладонью. — Хватит, — Аластор отвел взгляд, все тело горело, а сердце бешено забилось. Ангел сказал ему ужасные вещи, чуть не откусил от него целый кусок. Любого другого он должен был уже возненавидеть, а также испытывать отвращение от всего происходящего. Но вместо этого – желание. Какая отвратительная магия. Теперь ясно, почему подобные браки никто не использует, — Я понял тебя, Михаил. — И что же ты понял? — Серафим вновь схватил пальцами его подбородок, заставляя посмотреть на себя. — Я твоя собственность, — четко произнес мужчина. Ангел прав – он никто. Просто пустое место с завышенным самомнением. Секс с Люцифером тому пример. В прошлом он бы никогда не опустился до такого. То время, когда он считал плотские утехи уделом слабаков прошло. Теперь слабак он. Щелчком пальцев Михаил освободил себя от мокрой одежды и, прижимая демона к стене собственным телом, впился в губы поцелуем, иногда прикусывая их и проникая внутрь языком. Крылья распушились, а нимб треснул. 17 часов до… Аластор поднялся с подушек, покосившись на сопящего рядом Михаила. Уши опустились, под рубиновыми глазами залегли темные круги, а на шее красовался огромный синяк. — Кто тебя имеет сейчас? Люцифер или его брат? Под кем из них ты лежишь? Или постой, — пиксельные губы растянулись шире, — Под двоими сразу? Раздражает, когда Вокс прав. А последнее время этот ящик слишком часто прав. — Ты точно готов? — Михаил отвел взгляд от лежащего под ним обнаженного мужчины. Это был их первый раз. Он не хотел подвести Аластора, который наконец позволил подобраться к нему. Когтистая ладонь легла на бледную щеку, показывая, что он полностью доверяет, во взгляде рубиновых глаз плескалось тепло. Ему страшно, но он готовился несколько месяцев к этому. Уже пора. В конце концов он больше и не девственник, чтобы строить из себя монахиню. В глубине души плескалась надежда, что Михаил сможет стереть следы неудачного опыта с Люцифером. Ему нужна любовь, а не одержимость. Нужна нежность, а не жестокость. Демон перевернул ангела на спину и забрался на его бедра. Голубые глаза удивленно распахнулись, наблюдая за мужчиной, а белые пальцы едва весомо провели по позвоночнику, вызывая чувство щекотки у Аластора. Мужчина наклонился и поцеловал ангела в губы, пытаясь проникнуть языком внутрь и получая на свою инициативу позволение. Из языки сплелись в жарком танце. Когда воздуха перестало хватать они отстранились. Демон взял свободную ладонь Михаила и поднес ее пальцы к своему рту, смачивая слюной. От этого действия небесные глаза засияли похотью. Аластор невероятно сексуален. Мужчина закончил облизывать его конечности и переложил руку Серафима к себе на ягодицы, намекая помочь ему с подготовкой. Один палец с трудом приодел сжатое колечко мышц, вызывая дрожь в теле и заставляя когти вцепиться в простыни. — Может подождем? — остановился Михаил, — Я не тороплю. Демон отрицательно махнул головой и, набрав воздуха в легкие, двинулся бедрам навстречу пальцу, вгоняя его на всю длину. Ему не больно, просто страшно. Страшно, что в его жизни ничего не поменяется. Страшно, что он так и не сможет забыть. Те жуткие прикосновения Падшего необходимо стереть. К первому пальцу добавился второй, пытаясь раздвинуть тугие стенки в стороны. Аластор набрал воздуха в легкие и расслабился, позволяя фалангам спокойно двигаться внутри. Серафим вернул его обратно вниз, пристраиваясь головой между бедер. Он наклонился к паху и облизал, вставший член мужчины, вызывая мурашки по коже и ощущая, как по пальцам проходит пульсация, словно их не хотят отпускать. Он нащупал нервный комок и провел по нему, наблюдая, как чужое тело выгибается навстречу и само насаживается, требуя повторения. Из органа демона появился предэякулят, стекающий по стволу. Розовый язык сразу слизал его, желая почувствовать вкус любимого и ощущая новую волну пульсации внутри. Аластору нравится. Он вытащил пальцы и подставил ко входу свой член, смотря в уверенные глаза. — Я готов, Михаил, — улыбнулся демон и поддался навстречу. Серафим аккуратно просунул головку внутрь, не получая никакого сопротивления, но замечая, что улыбка с лица напротив пропала, занимая место смятению. Мужчина был удивлен, он ожидал, что в моменте почувствует боль или желание отстраниться, но не почувствовал. Он кивнул, показывая, что все хорошо и положил руки на бледные плечи. Орган продолжил аккуратно входить внутрь, заставляя дыхание замереть в ожидании того момента, когда он полностью погрузится. И это свершилось. Он задел яйцами горячую кожу и остановился, наблюдая как Аластор тяжело задышал, а уши поджались. Он чувствовал наполненность внутри и она ему понравилась. Ему понравилось, как Михаил осторожничает с ним. Понравилось, как он проверяет все ли хорошо. Такой секс ему нравится. И он поддался навстречу, прося двигаться. Серафим понял его намек и сделал толчок, попадая в простату, от которого демон вновь выгнулся и застонал. Вот оно. Вот почему секс так восхваляют. Дело не в самом процессе, а в том, с кем он происходит. Он чувствует всю любовь этого существа, весь трепет его души направленный к нему. Михаил желает отдавать ему, а не только получать. Это так чудесно, когда ты не игрушка для удовлетворения потребностей, а объект заботы. Внизу живота защекотали бабочки, желая получить больше эмоций. — Еще, — прошептал он дрожащим от экстаза голосом и ангел подчинился. Аластор взглянул на тонкие запястья, вокруг которых красовались синяки, полученные после сегодняшнего время провождения с ангелом. Ноги приземлились на холодный пол и повели к зеркалу, чтобы разглядеть собственное отражение. Самая глубокая рана на шее, самая яркая и самая болезненная. Ее будет тяжело скрыть. Демон прикоснулся к ней пальцами и зашипел. Жжет. Пальцы последовали ниже, спускаясь к груди, которая была усыпана множеством бордовых засосов. Как от той нежности в первую ночь они пришли к такой жестокости? — Заблудился? — Барон Суббота наклонился к казалось очередной душе, прибывшей из Мира Живых. Он протянул руку мужчине, — Я помогу. — Обойдусь, — Аластор отошел от странного высокого черноглазого существа, облаченного в элегантный темный костюм, и осмотрелся под удивленный взгляд, — Что это за место? Только что он находился на болоте, таща безжизненное тело того ненормального фанатика. Он слышал лай собак и выстрел. Уголки губ приподнялись в ухмылке, понимая, что произошло. — Я умер, да? — Верно, — выпрямился Самеди, доставая из внутреннего кармана серебряный портсигар. Он вытащил сигару, поджигая, — Это Перекресток Душ. Земли мертвых. Сюда отправляются души после смерти. Я местный дух. Помогаю этим заплутавшим найти дорогу к их пристанищу. Этим пристанищем может быть Рай или же… — Ад, — хмыкнул Аластор, забирая сигару из рук духа и затянулся, — Так куда ты отведешь меня? — Не мне решать, — брови нахмурились, а черные глаза встретились с рубиновыми. Аура этой смертной души невероятная. Она такая могущественная и пьянящая. Появилось жгучее желание вкусить хотя бы ее часть, рука потянулась к мгле, окутывающей человека. Мужчина заинтересовано наклонил голову в сторону, наблюдая за Лоа. — Ты человек? — едва шевеля языком, спросил дух. — Самый настоящий, — хищно улыбнулся Аластор, позволяя чужой ладони лечь к нему на грудь. Суббота отразил его улыбку, изучая хрупкую жизненную энергию смертного. Какое же странное существо перед ним. Сила равная божеству, а оболочка человеческая. — Люди такие слабые. Я мог бы одним пальцем тебя уничтожить. — Тогда почему ты, будучи всесильным духом, сейчас выглядишь так, словно упадешь на колени перед слабым человеком? Рука опустилась. Суббота сделал шаг назад, не отрывая взгляд от довольно улыбающегося мужчины. Хотелось и правда приклониться перед этим существом, попросить просто дать коснуться его силы. Аура надавила сильнее, вызывая лихорадку. — Ты боишься меня? — захлопал глазами Аластор и, выкидывая сигару на землю, положил ладонь на чужую скулу, продолжая расплываться в улыбке, — Брось. Я ведь просто человек. Мужчина отстранился, гордо приподняв подбородок. Приятно ставить на место зазнавшихся выскочек. И как же приятно, когда этой выскочкой является что-то особенное, как этот дух. На лице появилась улыбка, а комната наполнилась вуду символами. К черту все! Он поставит на место самого Бога с его идиотской игрой. Мужчина отвернулся от зеркала, разглядывая спящую фигуру. Убьет. Уничтожит. Михаила, Люцифера, Вокса. Их всех. Рука перевернула Серафима на спину. Голубые глаза сонно распахнулись. Аластор? Что он здесь делает? Воспоминания, словно гром обрушились на ясное сознание. Люцифер нагло заморочил ему голову. Демон уместился на его бедрах, упираясь ладонями в ангельскую грудь. Кровавые глаза ярко светились, а могущественная аура давила, заставляя тело под собой испуганно замереть и задержать дыхание, боясь допустить какой-либо звук со своей стороны. Мужчина наклонился к бледному уху, щекоча дыханием. — Позволь мне, — красный коготь провел по жилке на шее, — Тоже испить твоей крови. Аластор облизнул кожу и впился в нее клыками, разрывая плоть и придавливая плечи руками. Глаза сменили цвет на золотой, а глотки стали огромными и жадными. Михаил вскрикнул, но все еще не мог пошевелиться, словно его тело превратилось в неподвижный камень. «Я поглотил Пожирателя Лоа» - слова пятилетней давности всплыли в ангельской голове. Аластор его сожрет. Казалось, известная всем бесконечная жизненная энергия бессмертного начала угасать вместе со святой силой, а конечности только слегка подрагивали от невероятной боли. Аура демона засияла золотым светом, как сияла у Михаила. Но внезапно для них обоих мужчина остановился, отстраняясь и безразлично глядя в огромные небесные глаза. «Я не против стать твоим последователем. Только покажи мне, что ты способен справиться со всеми трудностями с такой же гордо поднятой головой, как произносил сейчас эти слова. И я пойду за тобой хоть на край света.» — Любимый? — едва слышимо произнес Серафим, наблюдая, как с чужих губ стекает его кровь и возвращаясь в реальность от этого вида. Перед ним не человек. Это существо не может быть смертной душой. Вуду символы замигали и исчезли вместе с золотым светом. Аластор сполз с ангела, отворачиваясь. — Никогда больше ко мне не приближайся, — прошептал мужчина, прикусывая губу и пряча глаза под челкой, — Иначе, я закончу начатое. Я убью тебя, Михаил. Можешь не сомневаться. Острый кадык дернулся. Ал не врет. Он уже поглотил Божество. Что мешает провернуть подобное и с ним? Раздался щелчок и мужчина остался в одиночестве. Он провел подушечками двух пальцев по губам, собирая каплю крови и слизывая ее. 16 часов до… — Какая же ты тварь, Люцифер, — нога прилетела прямо в бок Короля, швыряя в бетонную стену, — Использовал на мне свою магию! На собственном брате! На Архангеле! Не боишься гнева Небес?! — Что мне сделают Небеса? — дьявол развел руками. Шесть крыльев за спиной распахнулись, склеры покраснели, а из головы выросли длинные рога, — Я всего лишь поигрался с одним из падших ангелов. — Я не падший, — Серафим подлетел к нему, пытаясь схватить за шею, но его отбросило барьером. — Посмотри на себя, — злобно засмеялся дьявол, — Треснутый нимб, длинные когти, острые клыки и красные, как небо над этой дырой, глаза. Ты пал. — Ты в этом посодействовал. Ты пытался уподобить меня себе. Я.. — пальцы вцепились в золотые локоны, взгляд стал безумным, а из глаз потекли слезы, — Аластор. Я не хотел. Я никогда… — Такого предательства олененок точно не ожидал, — усмехнулся Король, глядя на почти затянувшийся укус на коже брата, — Вижу, он в долгу не остался. Тебя напугала какая-то царапинка от смертного? — Царапинка? Да он почти поглотил меня, как сделал это с Ба’улу! — золотые глаза широко распахнулись на это заявление. Аластор способен убить не только Лоа? — И все из-за тебя! Из-за тебя мы пришли к этому! Черный туман окутал помещение. Это сила Ба’улу? С какой стати Михаил может пользоваться ею? Красный камень ярко засветился в кармане пиджака. Уголки губ на белом лице поднялись. Аластор. Конечно. Вот как он может получить силу олененка. Ему нужна связь с его душой, как у брата. А для этого… Кулак сжал пространство и в нем появилось золотое копье, которое дьявол прокрутил, принимая боевую стойку. Михаил должен не просто исчезнуть из Ада, он должен сдохнуть и освободить свое место. Красные глаза с яростью проследили за Королем. Ангел материзовал в руках меч, готовясь отбивать атаку. 15 часов до… Стены отеля задрожали, вызывая панику у присутствующих. Чарли и Вегги подняли голову на шатающуюся и готовую вот-вот упасть огромную люстру в холле отеля. Их руки сомкнулись в замок. Подобное точно не к добру. — Радио-Демон! — раздался голос с улицы, — Выходи поиграть! Девушки выглянули в окно, наблюдая, как в их сторону движется огромная толпа Грешников. Толчки усилились и люстра все же полетела вниз с громким стуком, разбиваясь вдребезги. — Вокс, — прорычал Хьюго, подходя к окну. — Он сошел с ума, — Вегги сжала копье. — Они все под его гипнозом. Мы не можем им вредить, — Принцесса положила руку на плечо любимой. — И не нужно, — Аластор потянулся к входной ручке, — Он же пришел за мной. Один раз в жизни он уже бежал, когда получил рану на груди. Тот позор никогда не забыть. Второй раз это чувствовать он не готов. «В Аду дохера обычных Грешников, которые смогут постоять за себя и без магии. Ты тоже сможешь, клубничка.» — Хаск, — мужчина посмотрел на приятеля. Бармен согласно кивнул и, поправив шляпу, подошел к нему, — Оставайся для защиты отеля. Кошачьи глаза недоумевающе расширились. Он планировал пойти с Радио-Демоном. Как Аластор планирует сражаться с Оверлордом? — Твоя душа будет свободна, если после этого нашествия, все в отеле выживут, — прошептал мужчина и открыл дверь, выходя наружу. Чарли рванула за ним, но пушистая лапа ее остановила. Хаск отрицательно покачал головой. — Отелю ваша помощь нужнее, чем ему. — Вокс сейчас на пике своей силы. Он за счет Энджела набрал огромное число последователей. Он же убьет Ала. — Вы многого не знаете о их отношениях, — вздохнул кот, — Теле-Демон точно его не убьет. Толпа расступалась, пропуская Радио-Демона. Сотни красных глаз внимательно следили за каждым его шагом. Один из грешников разлетелся на части, когда телефон в его кармане заискрил. Вокс появился прямо перед мужчиной, протягивая ладонь. — Ты готов принять мое предложение? Рука двинулась в его сторону, якобы для рукопожатия, но сменила направление, доставая из внутреннего кармана пиджака пистолет и направляя его прямо в экран. — Ты хоть понимаешь, что сейчас делаешь? — едва сдерживая смех, наклонил голову Теле-Демон. — В очередной раз отказываю тебе, — палец надавил на курок, но провода перехватили руку, пуля улетела в небо. — Ты показал всему Аду свою слабость, — пиксельные губы расплылись в оскале. Провода полностью связали Аластора, роняя на землю, — Радио-Демон больше не Оверлорд. Больше не сильнейший Грешник в Аду. Обычная никчемная душонка. — Какая разница? — демон пожал плечами, — Эти пешки все равно ничего не запомнят. И мне казалось, ты не собирался об этом трепаться. Но очевидно, что у тебя острое желание потешить свое эго, ища одобрение в этих неразумных на данный момент существах. Ты ведь давал мне два дня. Они еще не прошли. — Ничего не мешает мне ускорить твои размышления, посадив в моем кабинете и заставив наблюдать, как твои друзья страдают. Как там Ниффти? Глаза прищурились. А когти впились в ладони. Вокс написал что-то в телефоне и буквально через несколько минут к ним подъехал лимузин. Неизвестный Грешник открыл дверь автомобиля и провода грубо закинули Аластора в салон. Демон расположился на сиденье, закидывая ногу на ногу, создавая вид, что все под его контролем. На самом деле под контролем все перестало быть еще пять лет назад. Глаз нервно дернулся, когда Теле-Демон из всех мест выбрал именно самое ближайшее к нему. Мужчина цокнул языком и отвернулся к окну, не желая продолжать лицезреть это плоское лицо. Вокс посчитал, что не стоит реагировать на все отвращение к своей персоне. Он открыл мини бар и достал бутылку виски, демонстративно вскрывая ее и разливая содержимое в бокалы. — Можешь не стараться, — продолжая разглядывать мелькающие дома, прервал тишину Аластор, — Я больше никогда не стану выпивать с тобой. Провода исчезли и перед аккуратным носом возник наполненный сосуд. — Чем послушнее ты будешь, тем меньше проблем будет у Принцессы. За разгневанный взгляд, которым Радио-Демон одарил своего «друга», Вокс готов уничтожить весь Ад, лишь бы эти глаза смотрели. Лишь бы показывали любую эмоцию по отношению к нему, но только не безразличие, которое являлось постоянным спутником рогатого в их перепалках. Аластор забрал бокал и вылил содержимое на монитор. Экран заглючил, а вместо лица ТВ-Демона появилось сообщение об ошибке. Жаль, что счастье продлилось буквально секунду. Вокс быстро перезагрузился. Провода вновь связали руки, а синие когти впились в челюсть, заставляя ее разомкнуться. Второй бокал с виски наклонился, и алкоголь полился прямо в рот демону, обжигая горло и попадая не только в желудок, но и в легкие. Аластор задергался, поперхнувшись, чем вызывал громкий смех. — А ты, как всегда, не ищешь легких путей, — рука отпустила челюсть, похлопав по щеке, пытающегося прокашляться мужчину. Невозможно было сделать нормальный вдох, жидкость заполнила собой все горло. В глазах уже собрались слезы, а кашель не останавливался. По спине прилетело ладонью, наклоняя торс вперед. Стоит признать. Это помогло. Жидкость перестала мешать, а легкие наконец смогли функционировать нормально. Рука со спины схватила за волосы на затылке, заставляя вновь выпрямиться, голова задралась наверх, касаясь макушкой спинки сиденья. Теле-Демон встал перед ним, размещая колено между ног. Уши поджались, когда перед глазами мелькнула бутылка, которую с садисткой улыбкой наклонили. Напиток полился на лицо, пачкая салон автомобиля и одежду Аластора. Демон дернулся, но хватка с волос перешла на уши. — Ты все равно будешь делать то, что говорю я. В грудь уперлась нога, отталкивая Вокса в кресло напротив. Бутылка приземлилась на сиденье, и остатки жидкости образовали на светлой ткани темное пятно. Аластор замахал головой, стряхивая с себя жидкость. Глаза наконец смогли открыться и посмотреть на мучителя, который самодовольно расселся, раскидывая максимально ноги и руки. — Какое зрелище, — мужчина откинул квадратную голову и закрыл глаза, — Ты выглядел сейчас так жалко. Так беспомощно. У меня даже встал. Один глаз приоткрылся и посмотрел на промокшего демона, сморщившего нос. Вокс уже знает, что сейчас выдаст этот соблазнительный ротик. — Мерзость. *** К горлу ангела устремилось острие золотого копья, а в горло дьявола уперлось лезвие серебряного меча. Два брата тяжело дышали, все вокруг запачкано золотой кровью. Их одежда местами разорвана, а на лице и теле багровеют ссадины. — От этого боя не было смысла. Мы бессмертные, — хмыкнул Серафим, опуская меч. Люцифер последовал его примеру. Копье растворилось в воздухе. Мужчины устало облокотились на стену, спрятав крылья. — Почему ты так прилип к Аластору? Ты же так любил Лилит. — Любил, — голова поднялась наверх, упираясь в стену, — Но весь мой мир теперь крутится только вокруг олененка. Это возникло внезапно. Я не мог спать. Не мог думать о ком-либо другом. Геде Нибо сказал, что аура Аластора вызывает зависимость. И я попал. Попал и пропал. Я жажду его. Его тело, душу, силу. Хочу всего. Пускай это будет без его согласия, пускай он сопротивляется, пускай сбегает. Но я не могу иначе. И раньше мне хватало обладать им физически, но сейчас и этого мало. Я готов оторвать ему все части тела, только лишь бы он не смог уйти, готов оградить его от всего мира, только лишь бы он видел одного меня и больше никого. Порой доходит до ревности к собственной дочери. Я смотрю на него и понимаю, что мой. Мой и все. — Сегодня я впервые подумал также, — ангел подтянул колени к груди, — Аластор же не может иметь своего мнения. Не может уйти от меня. Но нет. Я такой идиот. Для каких бы целей его не создал наш Отец. Аластор живой. Он не игрушка. Он должен сам решать, как ему жить. И мы с тобой не владеем им. Для тебя проще отказаться от него. Ты с ним не связан душой. Оставь его Люцифер. Позволь ему расправить крылья. — А ты позволишь? — хищно прищурился Падший, поворачиваясь к брату. — Я… — зрачки нервно забегали, — Я сделаю все возможно, чтобы освободить его от нашей связи. — Если так, — дьявол поднялся, поставив ладони на бедра, — Если ты готов сделать все… Умри, Михаил. Попроси у Аластора поглотить тебя. Пожертвуй собой ради него. Ты ведь уже так устал от этой бесконечности. Пора на покой. Голубые глаза расширились, а тело покрылось холодом. Казалось, что его кожа стала еще белее. Умереть? *** Вокс скинул Аластора с помощью проводов на пол перед собой. Синий коготь указательного пальца уткнулся в острый подбородок, заставляя поднять голову. — Мерзость – спать с Королем и его братом, ради спасения собственной шкуры. — Ты так часто об этом говоришь, — демон отвел взгляд, — Мне начинает казаться, что я потоптался по твоей гордости, выбрав их, а не тебя, — брови встали домиком, — Только не плачь. — Ох, Ал, — экран приблизился, почти задевая кончик носа, — Почему я должен плакать? В конечном счете, ты сейчас со мной, а не с кем-то из них. — Только временно, — демон слегка наклонил голову в сторону, уши встали торчком, а глаза прищурились, — Я здесь, чтобы в первых рядах насладиться твоим провалом. У тебя нет шансов. Вся твоя фантазия ушла на ту взрывчатку с осколками ангельского оружия. — У твоего отельчика сейчас целая армия враждебно настроенных Грешников, — палец надавил сильнее, протыкая кожу. — Это лишь обычные демоны, — прошипел мужчина, опуская взгляд на руку, давящую на его подбородок, — Ничего сверх страшного. — Ничего, — рука отстранилась и Вокс выпрямился, — Было бы. Не будь бы у всех этих Грешников ангельского оружия при себе. — Блефуешь, — к горлу подступил ком, а уши едва заметно колыхнулись, — У тебя нет таких ресурсов. Теле-Демон на это лишь ухмыльнулся, глядя уже не на такое самоуверенное личико. Автомобиль остановился и дверь открылась. Вокс вышел первый. Аластор все также не двигался, глядя в одну точку. Он даже не заметил, как его собеседник покинул салон. Это ложь. Точно ложь. Только когда провода исчезли, мужчина повернулся в сторону света, глядя с презрением на протянутую ему ладонь. — Давай же. Ты ведь хотел занять первый ряд. Аластор ударил по руке и сам покинул лимузин, следуя за широкой спиной Теле-Демона. В Башне Ви началась суета, стоило им только переступить порог. Некоторые испугано разбежались в стороны, а некоторые заинтересовано рассматривали его, словно диковинную зверушку. Мужчины зашли в лифт. Вокс нажал кнопку самого верхнего этажа и кабина закрылась, придя в движение. Радио-Демон решил полностью игнорировать присутствие ящика с проводами, делая вид, что двери лифта, куда интереснее. Коготь провел по смуглой щеке под недовольное фырканье. Аластор попытался отойти в сторону, но его прижали к стене, перехватывая поднятые для удара кулаки. Экран наклонился к мягкому уху. — Ты так непривычно, но в то же время правильно смотришься здесь, — дверь лифта открылась, и демон посмотрел с надеждой, — Это не наш этаж. Перед лифтом стоял полностью растерянный Валентино. Меньше всего он ожидал видеть его товарища, зажимающего в углу Радио-Демона. Казалось, что ему точно не стоит сейчас сюда заходить, но ТВ встретил его с улыбкой. — Не стесняйся, заходи. Здесь достаточно места, — внимание вновь вернулось к своему заложнику. Который явно был против подобной личности в их компании, но старался выглядеть максимально безучастным. — Когда это я стеснялся? — изогнул бровь мотылек и прошел внутрь, сделав затяжку. Кабину окутал розовый дым, который забивался в ноздри. Валентино встал рядом, обнажая золотой клык, — Так, у тебя получилось притащить сюда ушастую дрянь. — Как видишь, — Вокс отпустил Аластора, поворачиваясь к нему профилем. Сутенер с интересом оглядел демона сверху вниз и облизнулся, — Даже не думай, Вал. — Жаль, — как и Вокс, мотылек встал к нему боком, словно забывая о присутствии Радио-Демона. — Аластор сегодня наш дорогой гость, — ласково улыбнулись пиксельные губы, но улыбка мигом сменилась на оскал, — Только сегодня. — Значит завтра я могу… — Да, Вал. Можешь. Тонкая губа была закушена. О чем там договорились эти двое, знать совсем не хотелось, а уж тем более учавствовать. Валентино поднес к его лицу телефон, пролистывая комментарии и хихикая. Аластор на это лишь закатил глаза. Ничего нового. Всего лишь куча больных извращенцев со своими пахабными мыслями. — Энджел Даст, — мотылек удивленно захлопал глазами, опуская устройство, — По вашему с ним договору ты имеешь на него права во время рабочего дня. Ты можешь распоряжаться им только на студии. Но ты регулярно нарушаешь условия сделки. Того и гляди, она скоро развалится. Отпусти его. Пусть идет домой. Рискуешь потерять главную звезду. — Не смей командовать, — возмутился Валентино, подходя слишком близко, но демон даже на него не взглянул. Раздражает. Владелец порностудии привык, когда на него смотрят, привык видеть в чужих глазах восхищение или мимолетный интерес, а эта мелкая сучка решила учить его уму разуму, при этом не глядя в глаза. Лифт наконец приехал и Вокс покинул его первым, следом спокойный Аластор и сверлящий взглядом его затылок Валентино. Внезапно гнев сменился на осознание. Мотылек обогнал демона, вставая перед ним. — Ты волнуешься об Энджеле? — розовый дым окружил Радио-Демона, — У тебя с ним роман? Секс? Мужчина спокойно помахал ладонью около своего лица, отгоняя дым. Глаза ярко засветились, требуя от демона молчать и слушать. — Из-за таких невежд, как ты, Грешники потом и смеются над Оверлордами. Научись грамотно заключать сделки, а не этот позор с кучей лазеек, которым ты промышляешь. — Невежд? Позор? — Валентино стал напоминать рыбу, вытащенную на сушу. Рука уже сама потянулась к красивому личику, дабы разукрасить его кровью, но Теле-Демон успел ее перехватить. Брови нахмурились, а глаза защищенные стеклом розоватых очков недоумевающе посмотрели на друга. Почему он его остановил? Вокс сам иногда заявлял, что мечтает оставить несколько следов на этой смазливой морде. В чем проблема? — Что в слове «гость» тебе непонятно, Вал? Мотылек недовольно посмотрел на усмехнувшегося Радио-Демона. — Pequeña perra, — прошипел демон, глядя в рубиновые глаза. — A mí tampoco me gustas, — ушки забавно дернулись, — Insecto. — Reza para que el mañana nunca llegue. Te mostraré el verdadero infierno, — голос Валентино стал напоминать шипение. — ¿Vas a creer todo lo que dice tu amo? Cachorro, — Аластор понизил тон, придавая своему вопросу уверенности и вызывая еще больше раздражения, — Él no va a compartir esto contigo. Ni lo pienses. Позволь предположить. ¿Crees que le prestaste un Ángel y te dejará jugar conmigo? Qué ingenuo eres. Inventará todo tipo de excusas para que ni siquiera puedas tocarme. Y obedecerás. Al fin y al cabo, un perro callejero debe ser obediente. — Вал, есть дело, — ворвался в порностудию Вокс, прерывая съемку. Актеры сразу остановили процесс. — Ты мешаешь моей работе, — прорычал мотылек. Он поднялся с места, глядя на голых подчиненных, — Перерыв, ребятки. Через секунду, чтобы вас здесь не было. Демонов след сразу исчез. Валентино недовольно сверлил глазами друга. От его выражения стало не по себе. — Я хотел одолжить Энджел Даста. — Нет. — Но он нужен мне. С его помощью я смогу сломить Принцессу, а вместе с ней и Аластора, — возмутился Вокс, размахивая руками. — Радио-Демона говоришь… — мотылек задумчиво постучал по губе, — Я одолжу тебе Энджела, а ты взамен мне свою ушастую сучку. Хочу понять от чего ты и Король всего Ада так сдурели. В глазах мотылька вспыхнул огонек. Он оттолкнул Вокса в сторону, хватаясь за красный пиджак. — Ты назвал меня бездомной собакой?! — Ох, — демон невинно похлопал глазами, — У меня давно не было практики в испанском. Я пытался сказать… Hijo de puta. — Я убью тебя, — ткань затрещала, — Предварительно затыкнув твой поганый рот, огромным… — Рискни, — кровавые глаза прищурились, бросая вызов своему собеседнику, — Tu supuesto amigo te destruirá. Проверим? Провода связали мужчин, раскидывая по разным диванам. Чаша терпения Вокса окончательно переполнена. Мало того, что эти двое решили игнорировать его и разговаривать на понятном только им языке, так еще и Валентино внезапно осмелел и позволил себе толкнуть его. Он не понимает их, но четко ощущает, что разговор косвенно связан с ним. — У тебя было дело ко мне, Вал? — Просто хотел побыть со своим другом, КОТОРОМУ Я ТОЧНО МОГУ ДОВЕРЯТЬ. Вокс удивленно заморгал. Почему Валентино так выделил эту фразу? Взгляд упал на рогатого энергетического вампира, который явно успел попить крови сутенера, и сейчас сидит притихший, но все же слишком удовлетворенный. Мужчина подошел к пульту, нажимая на кнопку. На огромном экране началась прямая трансляция из отеля. Судя по всему съемку вели дроны. Перед камерой мелькнул золотой кинжал, и Аластор заметно напрягся. Теле-Демон усмехнулся, посмотрев на наручные часы. — У тебя тринадцать часов, Ал. Я все еще позволяю тебе добровольно остаться. — Так выглядит добровольно? — прошипел мужчина, внимательно глядя на экран, — Зачем я здесь? — Потому что я не хочу, чтобы ты пострадал. *** Золотой кинжал был занесен над Чарли, его блеск отразился в испуганных глазах, но Грешник отскочил, переключая внимание на Хьюго, выстрелившего ему в руку. Нож упал на землю. Отличный план, Люцифер. Позволил психопату напасть на отель. Даже о собственной дочери не подумал. Кусок говна. — Убьешь меня? — посмеялся Люцифер, глядя на поднятый на него ствол, — Это не сработает. Я даже не почувствую. — Ты что-то успел сделать Аластору? — винные глаза прищурились, а дуло прислонилось к бледному лбу, — Ты не просто так меня запер здесь. — Не успел, — оскалился Король, — Ты так уверено держишь пистолет. Уже убивал из него? — Убивал, — прошипел Хьюго, — Поверь, я смогу выстрелить. Оружие нагрелось, обжигая руку козлика и вынуждая выкинуть ствол. Макаров упал на пол, а парень отскочил, готовясь к атаке. — Только толку от твоего выстрела не будет. Есть кое-что интересное для тебя. В моей силе присутствует некая едва значимая слабость – я не могу убивать человеческие души, иначе лишусь магии. Это мое проклятье. А вот ты можешь. — К чему это? — Вокс. Ты ведь ненавидишь его. И как бы ты не старался, прикончить его у тебя не получится. — И как ты узнал об этом. — В твою голову проще простого пролезть. — Значит, ты и в голову Ала пролез? — поднял теплый пистолет с пола Хьюго. — Если бы. Будь бы Аластор человеком, — разочарованно хмыкнул дьявол, — Так что? Хочешь почувствовать это еще раз? Хочешь убить еще несколько животных? Я дам тебе эту возможность. Подарю тебе полезные навыки для борьбы со сбродом. Ты сможешь защитить себя и всех, кто тебе дорог. Хочешь этого? Хочешь убить Вокса? — Хочу, — винные глаза потускнели. Он хочет сделать этот мир лучше. — Поработаешь на меня, Хьюго? — Люцифер протянул ладонь и получил ответ. Слишком просто воздействовать на слабые души. Вот с Михаилом придется повозиться. Зеленый свет окутал две фигуры. Теперь душа этого Грешника принадлежит ему. Он с самого начала знал, что так будет, когда только встретил эту заблудшую овечку. *** — Не особо помогли тебе деньги, — Падший брезгливо пнул дальше от себя оторванную голову демона быка, который недавно позволил себе лишнего по отношению к Чарли и Аластору, — Ты бы мог быть аккуратнее. Столько грязи. — Ты серьезно? — бровь козлика изогнулась с недоверием, — Ты же щелчком пальцев все можешь убрать. — Могу, но не хочу, — усмехнулся Король, разворачиваясь, — Я здесь не для того, чтобы подчищать за тобой. Просто хотел проверить все ли по плану. — И куда ты сейчас? — К олененку, — мечтательно прикрыл глаза дьявол, отходя в сторону. Пуля пролетела рядом, влетая в стену. Следующий выстрел, после ранения руки загипнотизированного демона, прилетел прямо в лоб Грешнику, и тот упал рядом со своим оружием. Шарлотта прожигала взглядом администратора. Демон козлик никогда не демонстрировал жестокость по отношению к другим. — Он жив. Это обычные пули. Просто выигрываю нам время, — пожал плечами Хьюго, — Я понимаю твои сомнения, но нужно защищаться в любом случае, иначе они нас убьют. *** — Детка хорош, — расплылся в улыбке Валентино, глядя на козлика в экране, — Повзрослел. — Мелкая дрянь, — вздохнул Вокс, переключая на следующую камеру. Аластор тяжело задышал. Шарлотту чуть не ранили. Было так близко, если бы не Хьюго. — Вокси, — раздался тихий голос мотылька, — Ты очень рискуешь. Она же дочь адского папочки. Он тебя по головке не погладит, если девчонка пострадает. — Будто я способен контролировать всех этих миньонов одновременно, — недовольно фыркунл Теле-Демон. Он и правда немного разошелся. — Ты в принципе не способен что-либо контролировать, — усмехнулся Радио-Демон, наблюдая как Хаск и Вегги отбивают атаки, — Скажу честно. Происходит какая-то дичь. — Как думаешь? Сильно ли жители Ада разозлятся, увидев, как Прицесса и ее друзья нападают на Грешников? — И судьба отеля зависит от моего ответа? — Верно мыслишь.