Hass oder Liebe?

Утро наступило холодное и серое. Картман проснулся с тяжёлой головой-похмелье давало о себе знать. Сквозь пелену тумана в голове он еле как встал с большой, мягкой кровати, которая казалась ему сейчас настоящим бетоном. —Чёрт возьми, сколько я в себя влил‐выругался он себе под нос, ощущая, как пульсирует в висках.Но, несмотря на физический дискомфорт, первое, что пришло ему в голову, было желание проверить Кайла. Он направился в подвал, шагая по скрипучим ступеням, которые казались ему сегодня особенно громкими. Брофловски лежал на тех же тряпках, бледный и слабый, его дыхание было прерывистым. Эрик, с трудом разлепляя веки, оглядел мальчика. Он все также спал,прижавшись к двум одеялам. Он присел на корточки рядом с койкой, внимательно разглядывая лицо парня. Рыжие волосы были прилипшими ко лбу, губы потрескались, а веки казались тяжелыми и опухшими. Картман наблюдал за ним, как будто впервые видел его таким. Наклонив голову,не заметив, как долго смотрит на спящего, задумался. В его муслях зародилось какое-то странное, непривычное чувство. Он видел, как грудь мальчика вздымается в болезненном дыхании, и ему вдруг стало невыносимо жаль этого рыжего, беспомощного ребенка. В этот момент рыжий слабо застонал и пошевелился во сне. Нацист мгновенно вздрогнул, словно его застали врасплох. Он резко отпрянул, чувствуя, как щеки заливает краска. Не хотелось, чтобы Кайл видел его таким — добрым, смущенным, проявляющим какую-то нелепую заботу. Тео суетливо заправил уголки одеяла под еврея и, отвернувшись, поспешил обратно наверх, к своей постели, пытаясь заглушить внезапно возникшее чувство вины и смущения. Как только дверь подвала закрылась за Эриком, Кайл открыл глаза. Он почувствовал странное ощущение, будто кто-то только что был рядом. Его тело всё ещё ломило от лихорадки, но он заметил, что стало значительно теплее. Осторожно пошевелившись, он почувствовал на себе дополнительный вес. Одеяло, которое было на нем, казалось, стало толще, словно кто-то принес еще одно. Кайл нахмурился. Он приподнялся на локтях, оглядывая себя и окружение. И действительно, одеяла было два. Откуда оно взялось? Кайл напряг слух, пытаясь уловить хоть какой-то звук, но в подвале царила тишина. Неужто,это Баттерс пришёл сюда рано утром, пока Картман не видел, и принёс его? Может быть, Картман сам принёс ему одеяло? Но это было бы так не похоже на него. Он мог так сделать разве что пьяным,но насколько Кайл знал,нацист был на работе. Зеленоглазый напрягся,пытаясь вспомнить детали вчерашнего дня. Мысли смешались. После прихода Баттерса,он уснул,больше не просыпаясь. Но сейчас, ощущая тепло второго одеяла, он не мог отделаться от мысли, что что-то изменилось. Эти мысли были пугающими, потому что они противоречили всему, что Кайл успел узнать об арийце.

***

В гетто, где оказались Шейла, Джеральд и Айк, второй день приносил новые испытания, окутанные мраком и безысходностью. Утро не принесло облегчения, лишь усилило ощущение гнетущей реальности. Пробуждение было резким, вырванным из короткого, беспокойного сна. Тела болели от неудобных, холодных полов,а желудки сводило от тошноты. Воздух в переполненной комнате был спертым, пропитанным запахом пота, страха и отчаяния. Шейла открыла глаза первой. Её взгляд скользнул по лицу спящего Айка, прижавшегося к ней во сне. Его маленькое личико было бледным, с темными кругами под глазами, выдающими пережитый стресс. Она осторожно погладила его по голове, стараясь не разбудить, но в то же время чувствуя, как её собственное сердце сжимается от боли. Каждый вздох сына казался ей хрупким, и она молилась, чтобы хоть он оставался в безопасности. Джеральд, лежавший рядом, уже не спал. Он смотрел в потолок, пытаясь осмыслить происходящее. Его лицо было изможденным, с глубокими морщинами, появившимися за последние дни. Он чувствовал себя беспомощным, не в силах защитить свою семью от этой ужасной реальности. Разлука с Кайлом терзала его, добавляя к общему чувству отчаяния. Он вспоминал его смех, его рыжие волосы, его непосредственность, и эта память была одновременно и утешением, и мукой. Айк резко вздрогнул,расспахнув глаза. Он обнял мать крепче, словно пытаясь найти в ней защиту от всего мира. —Мамочка,мне приснилось что Кайла забрали Мать была готова расплакаться снова. Он медленно провела рукой по голове мальчика,прижимая его сильнее. Отец сел,приобнимая жену. —Нам нужно осмотреть Они вышли из своей тесной комнаты, присоединяясь к общему потоку людей, медленно движущихся по узким, грязным улицам. Атмосфера была гнетущей. Люди шли молча, с опущенными головами, избегая взглядов друг друга. Каждый шаг казался тяжелым, каждый вдох – борьбой. Вокруг царила разруха: обшарпанные стены домов, разбитые окна, мусор, разбросанный по земле. Иногда слышались крики, лай собак, отдаленные звуки шагов патрулей. Рыжеволосая женщина крепко держала Айка за руку, стараясь не отставать. Она старалась не смотреть по сторонам, чтобы не видеть страдания других, но это было невозможно. Она видела изможденные лица, пустые глаза, детей, которые выглядели старше своих лет. Она чувствовала, как её собственная надежда тает с каждой минутой. Отец же,пытался найти хоть кого то,кто мог бы поделиться информацией. Он подходил к людям, задавал вопросы, но в ответ получал лишь молчание или короткие, отрывистые ответы. Страх сковал всех. Никто не хотел привлекать к себе внимание, никто не хотел рисковать.