с первым сентября!

Первое сентября в Москве выдалось неприятно холодным. Выйти как летом в одной футболке нельзя было и помимо ненавистной рубашки пришлось еще и напялить пиджак. На линейке Пчелкин стоял неспокойно. Во-первых, некомфортная одежда, а во-вторых, Витя отчаянно выглядывал Космоса среди всей этой ученической толпы. Они не виделись целое лето! Космоса за плохое поведение отец выслал к ближайшим родственникам в Тель-Авив. Естественно, даже созваниваться получалось редко, а о том, чтобы встретиться и речи не шло. Так и томился в ожидании все лето Пчелкин. Компания Саши и Фила его конечно устраивала, но без Космоса было не то. Как минимум услуги бесплатного такси теперь нет, да и просто.. Ну не то все. Витя стоял, жмурившись от солнца, и думал: «Вот че толку от этого солнца. Светить - светит, а не греет, падла!». Директор школы с крыльца вещал что-то про тягу к знаниям, очередной учебный год, тернистый путь к успеху, но слушал его мало кто, кроме первоклашек для которых эта вся процессия в новинку. Витя пинает мысками кед камни, опустив голову внизу. Директор вот-вот закончит свою речь и Пчелкин уже чуть ли не спит стоя, как чувствует, что со спины на него наваливается что-то огромное и тяжелое. — Нихуя ты мелкий, Вить. Привет, — сзади раздается отдаленно знакомый голос, — че я сильно опоздал? Пчелкин опешил, но развернувшись увидел перед собой.. Увидеть-то он увидел Космоса, вот только какого. Ставшие по-мужски широкими плечи были обтянуты модной, чёрной кожаной курткой, глаза скрывали очки-авиаторы, лицо и руки загорелые и за версту несет дорогущим одеколоном. Вот только чтоб рожу своего лучшего друга разглядеть Вите пришлось голову назад запрокинуть. Оказывается за три месяца в росте вполне можно прибавить почти с два десятка сантиметров. Теперь Кос, который еще в мае еле доставал до середины Витиной башки был выше его на почти голову. — Пиздец.. Тебя чем в твоём Израиле кормили, Космосила? — со спины слышится весёлый гогот Валеры. — Только кошерным! — лыбится ему в ответ Космос, — Давно не виделись, братья. Кос приобнимает Фила и стоявшего рядом с ним Саню, пока Пчела пялит на них с раскрытыми от удивления глазами. Среди их компании Космос явно выделяется. У Вити по ощущениям что-то заклинило от одного только взгляда на него. Давно ли Холмогоров стал таким… да он даже эпитета подходящего не может подобрать. Красивым, чтоли? Даже и не верится, что вот этот Космос и тот мелкий, ростом с Сашу, шпендель один и тот же человек. Пчелкин откровенно виснет рассматривая чужую возмужавшую фигуру с головы до ног. — Прием! Прием! Космос вызывает Пчелу, ответьте! — механическим голосом говорит Холмогоров на ухо своему другу, — Ты че подвис? — Да не, ниче..— неуверенно говорит Витя. И ведь ни слова не сказал о том, что вымахал так, гандон. — Ну че как не родной-то? Или отвык за три месяца? — Кос встаёт рядом с ним, приобнимая друга за плечо. Теперь ему удобно это делать. Пчелкин давится воздухом. Это ненормальная реакция на лучшего друга. Да он соскучился, но не настолько же, чтоб от объятий как сопливая восьмиклассница краснеть, ей богу! Но то, что он все таки скучал, наверное даже слишком сильно для друзей, по Космосу это глупо. Может поэтому такая реакция? — Че поехали ко мне сегодня? Отметим возвращение так сказать. Отец с Гадюкой, — так они прозвали Надю, новую женщину Юрия Ростиславовича, — на дачу умотали дня на три. М? — Вдвоем? — глупо спрашивает Витя. — Почему вдвоём-то? С Санькой и Валерой. Они вечером уйдут, а ты на ночь. Все как обычно. Можешь даже дня на два остаться, — весело говорит Космос, а Пчела шумно сглатывает и кивает. Остаток линейки проходит в странном тумане. Одноклассники общаются между собой, а Пчелкин просто молча стоит рядом с Космосом. Переваривает свои странные ощущения. Не должно так быть. Неправильно это как-то чтоли. Вечером они действительно собираются у Космоса. Он покупает пиво, закусок. Сидят как в старые добрые, но ощущаются такие посиделки намного взрослее. Космос рассказывает про Израиль. Что видел, где был, с кем познакомился. Саша и Фил рассказывают последние московский сплетни. Витя по большей части молчит, изредка что-то добавляя в рассказ ребят. С каких пор ему находиться с Космосом в одной комнате стало так.. Волнительно-неловко, чтоли. Аж странно. Всю жизнь не разлей вода были, а тут какие-то три месяца и уже так неловко. Но все таки зардевшиеся отнюдь не от пива щеки при малейшем взгляде на друга никуда не делись. Ближе к ночи, когда все были изрядно подшофе, на домашний позвонила мама Саши и срочно потребовала его домой. Завтра хоть и выходные, первое сентября в этом году выпало на пятницу, но пора уже налаживать режим. Вместе с Белым засобирался и Фил. Витя тоже подумывал, а может домой слинять? Но ноги еле держали, а в сон клонило нещадно, поэтому решил не возникать и мирно переночевать с Космосом, хоть его тело и максимально странно реагировало на присутствие друга рядом. Проводив друзей Космос плюхнулся на расправленный диван. — Пчел, ну ты че там? Иди сюда, — крикнул Космос из зала. В Вите неожиданно проснулась хозяйственность и ему захотелось прибраться, хотя на самом деле просто страшно было оставаться на едине, — Завтра все отмоем, ну! Пчелкин, собрав путающиеся пьяные мысли в одну большую, выдохнул и пошел в зал. Интуиция долбила мозг о том, что не надо этого делать, но какой пьяный подросток опирается на шестое чувство? — Давай сюда. Посмотрим че-нибудь, — Космос хлопает по месту рядом с собой и Пчелкин ложиться рядом, но на небольшом расстоянии. Первое поползновение совершает Космос. Обнимает друга, устраивая чужую, кудрявую голову на своем плече, поглаживая пальцами чужое предплечье. — Знаешь, Вить, я так скучал. Пиздец просто. Вот по тебе именно, не по Саньке или Валере, а по тебе, — вдруг начинает Космос, — там конечно классно, все дела, но с тобой всяко лучше. Внутри Вити что-то со всей силы сжимается. Сердце уходит куда-то по направлению к желудку, чувство волнения только усиливается. Он ненароком смотрит на Космоса и ерзает. — Я тоже скучал очень сильно, — тихо признается Витя. — По тебе и не скажешь. Витя молчит. Не скажет же он, что у него при одном взгляде на друга челюсть пол пробивает. — Ты просто изменился так и всего за три месяца. Я не ожидал как-то… — объясняет Пчелкин, — Но я правда скучал. Ты не косячь больше, а то вышлют в Антарктиду пингвинов кормить. Космос смеётся. — Значит вместе поедем. Я может уговорю отца, чтоб в следующий раз с тобой съездить, всяко лучше чем тебе дома без меня тухнуть. Жить там есть где.. думаю он не будет против, — размышляет Космос, задумчиво перебирая чужие кудри. Витя млеет и растекается по чужому телу, прижимаясь максимально тесно, — Ну не могу я без тебя. — Дорого же.. — зевая, отнекивается он, пропуская приятные слова мимо ушей. — Нормально, потянем. Ты засыпай если хочешь я тебя перетащу потом на кровать свою. Я то наверное в нее уже не вмещусь, — усмехается Космос и получает тычок в ребро, — Эй! — А чтоб неповадно было, — сонно шепчет Витя и устроившись поудобнее, так чтобы и Космосу было удобно его гладить, он закрывает глаза. Засыпают они разумеется вместе. Космос еще много расскажет завтра, лично ему. А Витя еще долго будет думать о том, что же с ним происходит, когда в поле его зрения вдруг вырастает Космос.