Орудо: Пепельный осколок

1. Внезапное помутнение в глазах — произошедшее так воспринялось господином Шевалье — только пополнило его копилку негативных чувств новым ощущением. «У меня что, теперь вырабатывается аллергия на стиральный порошок или что?.. Вот дерьмо…» Тяжело вздохнув, недошериф умылся с такой тщательностью и скоростью, что лицо немного покраснело от его усилий. Зато результат был теперь виден — чернильных пятен не осталось. Осторожно выйдя из несчастной уборной, не забыв с собой забрать свои вещи в виде частично мокрой белой верхней одежды и пластмассовой баночки стирального порошка, тот начал протискиваться между двоими пассажирами, стоящими у пятого купе: — Прошу… прощения. Позвольте пройти… сеньора? Шевалье очень дружелюбно и мило улыбнулся им, создавая впечатление того, что он, ну, якобы хороший и приятный в общении человек. Но может кто-то бы счел его улыбку странной, да и он сам… пах стиральным порошком. И эта мокрая одежда, частично красное лицо — всё выглядело будто бы здесь что-то не так. Шериф это понимал, но всё, что он мог сделать — попытаться отделаться миленькой улыбкой. Одежде еще надо дать высохнуть. И надеяться, что никто этого не заметил. И ещё запах этого химсредства, ещё бы оно выветрилось… Господин Делламаншер прошёл мимо соседей по вагону, чтобы бросить верхнюю одежду в своё купе и пойти к проводнице за сами-знаете-чем. Он пока что ещё неприглядный… для данных господ. По крайней мере, он так думает. Ай, здесь ведь ещё госпожа. Плохо, плохо. Шевалье мысленно вздохнул, надеясь на то, что впечатление о нём ещё не до конца испорчено, и что он ещё сможет это выправить через часок-другой… 2. «Нехилый приход, однако» — вновь подумал Брентан, когда потемнение в глазах прошло, и затем уставился в окно, за которым безоблачное ясное небо сменили низкие чёрные тучи. — «Или же это…» — Прошу прощения, позвольте пройти… — раздался тихий голос слева. — Сеньора? Это оказался тот человек, который первым попался Брентану на глаза, когда он открыл дверь своего купе. Сейчас у него в руках была груда мокрой одежды, а на красноватом — от стыда? — лице виноватая улыбка. Парень молча посторонился, пропуская его. Мало ли, вдруг человеку неловко после того, как та девушка-матерщинница долбанула своим кулаком по двери туалета. Поскользнулся, упал, испачкался, поэтому одежда и мокрая. Блондин проскользнул мимо стоящих в проходе и отправился к проводнику, по пути забросив мокрую одежду в своё купе. Брентан же решил вернуться к разговору с Нэоко: — Так как, не подскажете, что же это за поезд? Та, пропустив странного пассажира мимо себя, сказала: — Наконец-то я могу дать вам ответ, Брентан. У меня уже сложилось такое ощущение, что всё в этом месте решило помешать мне ответить вам на этот вопрос. Ну так вот. Мы сейчас находимся на Маггкарго-Экспресс. Что же касаемо рейса, то это «Порт 13 — Орудо». Вот каков маршрут нашего чересчур неспокойного транспорта. Не подумала бы, что поездка в этот маленький регион уже начнется так сумбурно уже на этом этапе… И да, хоть вы не помните, как сюда сели, но, может, вы бывали уже в Орудо в прошлом? — «Маггкарго-Экспресс», значит… Спасибо, — поблагодарил собеседницу парень. — Вроде бы рейс дальний, значит, у них должен быть вагон-ресторан. С другой стороны, наличности при мне не очень много… ну вот куда делся мой рюкзак?! Орудо? Да, я прибыл сюда… вроде бы недавно. Доставлял посылку какому-то гим-лидеру от его друзей из Джото. Но по региону толком не путешествовал. Что ж… Помрачнев, он вежливо кивнул девушке и вернулся в своё купе. Что происходит, он так и не выяснил, но теперь хоть знал название рейса поезда и куда тот прибудет. Что поделать, от денег у него остались жалкие крохи, а всё прочее снаряжение пропало с концами — рюкзак с одеждой, палаткой, а также его покедекс, ноутбук и старый мобильный телефон-слайдер, с которым он попал сюда очень много лет назад, и который до сих пор был в рабочем состоянии благодаря ремонту у знакомых техников. Пистолет тоже был разряжен. Чёрт знает, что произошло, почему он лишился всего, кроме пояса с покеболлами, но вряд ли это можно будет выяснить сейчас. С другой стороны, они с командой попадали в переделки и похуже, когда их жизням угрожала реальная опасность. Но сейчас… всё очень непонятно. В любом случае, они могут выйти в конечной точке маршрута поезда и начать искать работу, которой всегда полно в любом городке этого мира. Деньги будут, а вместе с ними будет и еда. Зороарк, так и сидевшая возле двери, вздохнула и покосилась на своего тренера. Тот покачал головой: — Эх, Зена, мы вновь попали в какую-то передрягу. Попробуем из неё выпутаться. Но в ближайшее время придётся поголодать, ничего из наших припасов не осталось. Он взглянул в окно, в котором виднелись набухшие чёрные грозовые тучи, и вспомнил, как резко изменилась погода после странного потемнения. В тот момент он подумал, что это случилось только с ним, но теперь припоминал, что и девушка в тот момент тоже покачнулась и едва не упала. — Всё это дело нечисто… — пробормотал он сквозь зубы. — Всё нечисто… Брентан просидел несколько минут, просто смотря в окно на унылые степные пейзажи. Он не знал, когда прибудет поезд, но решил, что стоит это время потратить на отдых. Поэтому он закрыл дверь купе на замок, приказал Зене отдыхать на соседней полке, и сам улёгся на свою. Никакой опасности от соседей по вагону он не ощущал. А если что и случится — у него есть тройка боевых покемонов и собственные кулаки. 3. Поначалу Шевалье стучал вежливо. Как истинный, воспитанный и благоразумный джентльмен, располагая к себе: — Прошу прощения, прекрасная сеньора с должностью проводницы. Мне нужно кое-что… от вас. Он, хотя и не видел пока её в лицо, считал верным путём вести себя изначально так, как подобает. А от факта наличия в купе возможной бабки вместо прекрасной леди он еще успеет откреститься. Но на стук ему не отвечали. Как и, собственно, на слова. — Вы в порядке, сеньора?.. Шериф замолчал и, стоя ровно, стал прислушиваться: есть ли какие-то звуки по ту сторону? Ему хотелось прислониться ухом к двери для более лучшего понимания, но это было не очень хорошей идеей уже по той причине, что у пятого купе стояли теоретические свидетели этого возможного непотребства. Но за дверью была тишина, несколько мог судить блондин, с позиции, где он находился. Шерифу она не понравилась… но с тем же одновременно подняла настроение. Не понравилась потому, что он так и не выяснил, прекрасна ли проводница как бьютифлай, которой стоит лишь подмигнуть, попутно послав воздушный поцелуй, или раз и навсегда стоит запомнить, что сегодня в купе проводницы лучше заходить теперь примерно никогда. А понравилась тишина потому, что это, в теории, бесплатная выпивка. Кто не будет счастлив от экономии денег, особенно потому, что на обратный билет едва хватает? Если только она там, конечно, вообще есть, эта выпивка. И если там так точно нет никакой проводницы. Из-за того, что здесь всё ещё присутствовали свидетели в дальнем конце коридора, он не мог опуститься до того, чтобы при них взломать дверь отмычкой. Пришлось просто дёрнуть ручку, надеясь на то, что дверь не заперта. Дверь открылась внутрь безо всякого усилия. Само купе было похоже на пассажирское, только справа вместо кровати стоял вмонтированный в стену шкаф. На столе находился тёплый чайник. На полке шкафа можно было увидеть синюю изоленту, аптечку, пачку чая, связку ключей, рацию и сигнальный пистолет. Еды здесь не было. Выпивки тоже. Каких-либо женщин тоже. Как и мужчин. Кроме Шевалье, разумеется. Не купе проводницы, а сплошное разочарование. Ну и собственно, где выпивка? Да как так? На этот бюджетный вагонишко не хватило?.. Ах да, ну тут от силы пяток купе, чего уж там о таких вещах беспокоиться… Ну-с, раз проводницы на месте не было, Шевалье осмотрел связку ключей, предварительно осторожно оглядевшись, чтобы убедиться, что никто за ним не наблюдает и не выскочит из-за спины как генгар из табакерки. Зачем осматривать связку? Чтобы узнать, как много власти скрыто в руках проводницы, и как можно так безответственно оставлять эту вещь так открыто. Так сколько там ключей и есть что-то такое, за что взгляд бы зацепился? Ему попался список пассажиров, написанный на листочке. Он бегло пробежал его глазами, запомнив, кто и в каком купе находится. Ну, или должен находиться. Затем он перешёл к аптечке, которую попытался тихонько приоткрыть. Он же без пистолета теперь, с клятым ненадежным хорси — сносной заменой стволу, что означало то, что у него теперь шанс получить травмы куда выше, нежели с наличием огнестрела. Заряженного, конечно же. Есть что-то интересное в аптечке, да и что там в наличии вообще?.. Может, неплохо будет стырить что-нибудь, но так, чтобы пропажу не заметили. Да, ему ни капельки не стыдно, опять же. И есть ли здесь хоть какие-то чашки и кружки, чтобы в чем было бы заварить чай? На нижней полке стояла пара десятков кружек и пара подносов. Перебрав ключи, блондин насчитал девять штук. На пяти из них были цифры от 1 до 5. Остальные имели буквенные обозначения: «Т», «КП», «ГВ» и «М». Аптечка была стандартной, с бинтом, каким-то медицинским спиртом, йодом, зеленкой, ватой, таблетками от тошноты, диареи и головной боли. Также под кроватью проводницы можно было увидеть большую бутыль с водой. — Один… два… три… четыре… пять… ага, ну это же номера купе, как пить дать, — Шевалье пересчитывал ключи и кивал самому себе. — «Т»… Туалет, наверное. «КП»… Вход в это само купе, полагаю. «ГВ»… Главный вагон? Ах, ну да, кажется, был ещё какой-то вагон. «М»… Видимо, если понадобится погостить у машиниста. Ага, да, ага, да. Ясно, понятно. Шериф положил связку на стол обратно после того, как перебрал вручную все ключи. Но спустя пару секунд он снова потянулся к той же самой связке и в итоге положил её себе в карман. «Ну, раз оставили, ну, значит не так и не нужно, и проводница справляется и так без этого. А что до меня, вдруг мне пригодится… Запереться… запереть… Кого… или что. Кто пытался ворваться, когда я был в уборной?!» Блондин помрачнел. »…так что, прошу прощения, проводница, но я тебе сразу верну связку ключей, как буду выходить из этого вагона, честное-пречестное слово, клянусь бутыл… Упс. Ну, бутылки здесь нет, а, значит…» Мысль закончилась быстрее, чем он хотел, и шериф в итоге лишь пожал плечами, после чего выдернул половину бинта и оставил в аптечке более исхудалую катушку белой ткани, чем там лежала изначально. Попутно с этим также стырил половину таблеток каждого сорта со спиртом в придачу. А остальное было не тронуто. Ай да пассажир, ай да золото. Ни стыда, ни совести. Хорошо и надёжно запихнув в карманы награбленное, Шевалье с осторожностью выглянул в коридор. Там уже не было никого. Отлично. Так он без палева пронёс бинт, спирт и таблетки в свою сумку. Но связку ключей оставил при себе. Пусть будут всегда при нём, в его надёжном кармане. Кингдра скучающе и сонно устроилась на нижней полке в его купе, наполовину прикрыв глаза. Она была старой, но все еще очень надежной и сильной. Её тело покрывали шрамы, один выделялся на их фоне своей круглой формой: можно было подумать, что в нее стреляли когда-то. Прямиком в сердце. Что же до хорси… Тот пускал пузыри как ребенок по всему второму купе, глупо левитируя над полом без особого управления. Так что на тот момент Шевалье, зайдя внутрь, отмахнулся от него так, будто бы это была какая-нибудь надоедливая нимбл. После того, как всё стыренное было разложено по сумке в порядке, и он сам устроился на противоположном сиденье от дремлющей кингдры, то задумался. Сколько им ехать? И что ему делать-то? Что, вот так сидеть и ковырять в носу? Не-е-е, скука смертная. Решив, что запах стирального порошка от него всё-таки не преграда, ибо он всегда прекрасен, Шевалье снова пошел в купе проводницы, и, налив из бака кипятка в две кружки с чайной заваркой, двинулся в сторону определенного купе. Проходя мимо каждой двери, он вчитывался в бумажку с именем того, кто здесь обитает на данный момент. Но нужное купе нашлось буквально сразу — в первом же находилась Нэоко, та девушка, которая разговаривала с парнем из пятого купе… Так что, беглым взглядом прочитав, чьи имена написаны на остальных дверях, шериф осторожно и мягко постучал согнутой кистью руки в дверь, дабы не расплескать чай. 4. — Не за что. Не забывайте закрывать дверь и, может, ещё пересечёмся с вами, Брентан. Вот так и закончился небольшой разговор. Очень вовремя отчасти. Как только сосед скрылся в своём купе, Нэоко направилась к себе. Тень тревоги отобразилась на её лице из-за этого странного потемнения в глазах. Не хватало ещё этого прямо в дороге. Акклиматизация пошла неудачно? Если ей будет плохо все эти дни, то о нормальном исследовании региона и речи быть не может. Слава Гиратине, свои вещи она собирала сама и знала, что такое может случиться, но понадеялась избежать таких проблем. Видимо — не судьба. — Сто двадцать пять на семьдесят пять. Достаточно… странно тогда. Тонометр лишь послушно высветил данные цифры на табло, сопровождая их бодрым пиканьем. Нормальное давление, хорошее. Нэоко взглянула в окно и обнаружила за ними внушительные чёрные тучи, предвещающие грозу. Это застало её врасплох: — Теперь только страннее. Если бы было у меня низкое давление, то вот и нашёлся бы ответ. Эти тучки за окошком, магнитная буря ещё, может, впридачу, вот и прихватило. А тут показания совершенно нормальные! Может, просто голова болит… Сложно, когда… Её размышления прервал тихий стук. Проводница? Девушка кинула взгляд на тонометр, покачала головой и убрала поскорее это медицинское оборудование. Не нужно, чтобы о ней волновались по пустякам и зазря. Как только тонометр был убран обратно в чемодан, Симидзу приоткрыла дверь купе, и… удивлённо застыла. Это не проводница. Совершенно точно. И даже не женщина. Её взгляд упал на чашки с чаем, затем снова на парня. Это же тот мужчина из туалета с красным лицом! Ну, точнее уже более бледным, розоватого оттенка. Что он здесь делает и почему стоит с чаем? — Здравствуйте, мистер…? Кажется вы ошиблись купе? Закрывать дверь перед носом человека с кружками было бы жестоко. Учитывая его пугливый нрав (так считала по крайне мере Нэоко на основе его предыдущего появления в коридоре), ещё упадет и прольёт на себя, и будет весь в ожогах и липком чае. Ну и что это? Но и пропускать кого-то к себе… Но вздохнув, девушка по какой-то причине всё же чуть приоткрыла дверь шире, дабы Шевалье смог прошмыгнуть внутрь и поставить посуду на стол. — О нет, вовсе не ошибся, — ответил ей шериф с очаровательной и довольной улыбкой. — Ну же, скажите, сеньора, как можно ошибиться дверью, раз мы все здесь друг другу незнакомцы? Не менее очаровательно подмигнув ей, он таки вошёл внутрь и поставил чашки на стол. И, кстати, да, у него лицо уже намного менее красное, а через какой-то десяток минут и то вовсе станет нормальным. — Я уверен, что вы, как и любой другой человек в долгой дороге, будете совершенно не против чашки чая. Тем более что мою душу печалит мрачность вашего лица, прекрасная мадемуазель, — он приложил руку к сердцу, слегка поклонившись всем телом, но не особо головой, продолжая поддерживать прямой зрительный контакт, — и я надеюсь, что смогу хоть немного разогнать ваши тучи как милый собеседник… Ибо им, тучам, больше пристало быть на небесах — парень посмотрел в окно на нечто сгустившееся на горизонте, после чего перевёл взгляд обратно на собеседницу, — а не затенять ваше великолепие. После краткой паузы в диалоге, он продолжил: — Я ваш сосед по вагону, сеньора; буду из второго купе. Шевалье Делламаншер — и на этих словах будто бы случился более явный и полноценный поклон, нежели в первый раз. В прошлый раз больше было похоже на «кивок» в каком-то смысле, наверное. Но всё равно этот самый поклон всё еще был лёгким сам по себе. Блондин выпрямился в конце концов, протянув руку к девушке так, чтобы её движением пригласить собеседницу сесть, дабы она не стояла. — А вы же Нэоко, на двери сей не будет никакой ошибки? Шериф решил на всякий случай это уточнить, ибо опыт говорил ему, что если при одной даме называть другое женское имя, то есть высокий шанс получить пощёчину. «В попытках уйти от одного назойливого фаворита и подхалима я тут же нарываюсь на нового. На мне что, висит где-то бумажка или табличка, что любой нарцисс ко мне может прилипнуть в свободное от работы время?! С другой стороны, этот человек хотя бы производит приятное впечатление… наверное. Хотя, кто бы говорил, ведь всё начиналось так же в прошлый раз. Храни нас обоих Гиратина…» — Никогда не знаешь, что может случиться в жизни человека. А учитывая, что купе по своим габаритам походят более для двух людей одновременно в нём, а не одного, вы могли и перепутать мое купе с вашим теоретическим товарищем по апартаментам. Ступор Нэоко никуда не уходил в течении почти всего этого времени, хоть по её лицу этого и не было особо заметно. Как и явного смущения. Лишь слегка промелькнул лёгкий румянец, и то быстро отступил. Но в чём-то блондин и был прав. В дороге было крайне скучно, и предложение выпить чаю не звучало так уж и ужасно, даже скорее заманчиво. Хоть и были даже здесь свои нюансы. Прямой зрительный контакт был встречен таким же прямым взглядом. Потому что всё равно было всё неоднозначно. Ворвался к ней с чаем, ага, да. Всё равно, мало ли что удумал. — Нет, всё верно, Делламаншер Шевалье. Сейчас вы говорите с Нэоко, Нэоко Симидзу… Посмотрев на руку парня, девушке совсем уже вконец стало неловко. Это её отсек или его, раз он предлагает ей сесть в её же купе. Ведь это она должна предлагать такую привилегию, а не наоборот. Но Нэоко лишь чуть помотала головой из стороны в сторону, решив уже закрыть на это всё глаза. Да и сесть спокойно на своё место: — Вы из второго купе, вот оно что. В любом случае, рада быть вашим соседом в данном путешествии в Орудо. Хоть погода и не очень радует, я всё равно рассчитываю на светлое времяпровождение здесь. Так что вам не стоит переживать о моем мрачном выражении лица, оно уж точно долго не продержится, я так предполагаю… Надеюсь. Пауза. Смотреть на Шевалье становилось всё более неловко, потому, чтобы поддержать разговор, она спросила: — А вы по каким причинам здесь? И вопрос не столько о моем купе, а, в целом, об этом рейсе. Поездка домой или же, может, тоже собираетесь впервые посетить Орудо? За чашечкой чая было бы самое то послушать истории о новом регионе, куда держишь путь-дорогу… — О! Хорошие вопросы вы задаете, сеньора! — шериф замолк ненадолго, думая, как бы ответить. В идеальном мире он бы сказал «да я в душе не ебу, куда еду и зачем…», но он не мог себе этого позволить. — Однако, знаете, мадемуазель… — таки заговорил он после короткой паузы, — я был бы рад ответить на ваш вопрос более… подробно, если бы это было возможно! Но, к сожалению, меня обязывает молчать моё… служебное положение! Позвольте опередить ваш вопрос — я являюсь одним из шерифов в Де-Ла-Круз. Ах, если бы вы только… — он снова очаровательно улыбнулся. Даже прищурился как-то немного хитро, наклонившись в сторону Нэоко, чтобы их лица были поближе друг к другу, — …были дамой моего сердца, от вас бы не было никаких секретов, прекрасная сеньора. Высокие и светлые чувства основаны на… доверии, верно? Отклоняясь назад, спиной к стенке купе, Шевалье даже успел подмигнуть, таким образом продолжая «говорить» об том, что он, конечно, может быть крайне… прелестен в отношении к данной мадемуазель. Ответ собеседника разочаровал девушку. Один из шерифов полиции, так ещё и прямо на задании. Значит, в общей базе данных правоохранительных органов данный регион также имеется. Или, по крайней мере, входит в список на подачу документов. Но, в любом случае, никакая это уж точно не глухая, забытая всеми община, она не сможет здесь скрыться от мира в поисках покоя от своей семьи. Как печально. Однако продолжение речи Делламаншера заставило Симидзу ощутить одновременно гордость, смущение и даже некоторую разгневанность. Слегка надувшись, она ответила: — Вот оно что, так вы мне коллега! Приятно иметь дело с тем, кто является прямым источником моих клиентов, Шевалье. Я — уголовный адвокат. Потому со мной вам стоит быть честным и без наличия каких-либо светлых чувств. Вы же, как и я, служите закону, а, стало быть, и тайн среди нас и быть не может, не так ли? Возникла неловкая пауза. Поезд тем временем начал замедляться. Это не могло не привлечь внимания господина Делламаншер и Нэоко, и они слегка повернули свои лица к окну, чтобы понять, какие виды открываются за окном. Вот, кажется, видны какие-то городские очертания, о да… — Во имя Госпожи Тьмы, что за… Девушка ужаснулась от увиденного ею. Это Орудо? Может эта местность представляет собой что-то просто до Орудо, и поезд едет просто мимо? Или такая тут природа? Хотя постойте, это что, здания? Вопросов было много, а судьба — не та, кто любит отвечать и ждать людей. 5. Виллоу потянулась в своей койке, просыпаясь от чьих-то голосов в коридоре. — Божечки, какие шумные детишки… Маленькая блондинка с синими глазами и короткими, но лохматыми волосами длиной по плечи, встала и снова сладко потянулась, зевнув. Она ехала к своему непутёвому кузену, в… каком-то там колене. Виллоу даже на секунду задумалась, в каком конкретно, но потом решила что это и не важно. Возможно, что он даже и не был её кузеном. Но кого это волновало, когда в его письме фигурировала такое привлекательное слово «плантация». К тому же этот их Орудо у гиратины на куличках, тут её точно никто не найдет. Виллоу вновь вернулась в постель и продолжила валяться в ней, но сон обратно к ней не шёл. — Эх. А так хотелось досмотреть его до конца… Девушка села и, опёршись локтями о стол, положила свое лицо на ладони, глядя в окно. Она заметила, что поезд стал ехать медленней. Наверное, скоро уже приедут. Виллоу тут же проверила свой чемодан с одеждой и сняла его с полки, поставив на пол. Она мечтательно прикрыла глаза, предвкушая скоро попасть в совершенно новый город, где её не знают. Она вновь со скучающим видом уставилась в окно. Вдруг на её лице отразилось секундное удивление, почти сразу же сменившееся привычной мягкой улыбкой. Девушка встала со своего места и села на койку напротив, после чего подумала и легла, прижав к себе покрепче свой чемодан. Поезд ехал ещё какое-то время, но начал понемногу сбавлять скорость. А потом все, кто стоял на ногах или сидел лицом в направлении движения поезда, от резкого толчка свалились на пол. Раздался грохот от сильного удара, и поезд остановился. За окном виднелся пейзаж, который никто из них не ожидал увидеть. Город был в руинах. И, похоже, давно. Судя по всему, его затопило магмой, которая теперь застыла, похоронив часть зданий и первых этажей. Благодаря тому, что Виллоу увидела на изгибе рельсовых путей приближающийся город и не сильно сбавляющий скорость паровоз, она смогла избежать травм от падений. И даже её вещи не пострадали! Она села, поправила волосы, упавшие на лицо и вышла из купе со словами: — Солнышки, мы приехали! 25.05.2025. Отредактировано 19.06.2025.