Куркупа: Кровь и Пепел

Куркупа медленно открыл глаза. Лёгкий свет луны пробивался через занавешенные окна, а улица спала — дождь уже почти прекратился, лишь редкие капли стекали по крышам. Он почувствовал холод от промокшей рубашки и липкую, сухую кровь на плече. Каждое движение давалось с усилием, но главное — он был жив. Слегка повернув голову, он увидел девушку, сидевшую рядом. Её лицо отражало смесь усталости и тревоги. Её красно-каштановые волосы слегка падали на плечи, смуглая кожа мягко светилась в свете ночника. Она смотрела на него, словно опасаясь пошевелиться, но заботливо держа в руках бинты. — Ты… ты в порядке? — наконец произнёс он тихо, с трудом поднимая голос. — Как себя чувствуешь? — Я… я переживала, — тихо ответила она, слегка дрожа. — Всё будет хорошо. Смотри, я уже перевязала плечо. Тебе нужно отдохнуть. Он попытался сесть, но боль пронзила плечо. — Ааа… чёрт, какая боль… — пробормотал он сквозь зубы. — Но… спасибо. Она осторожно подала ему воду, и он сделал несколько глотков, ощущая, как горьковатая жидкость немного оживляет тело. — Почему ты помогла мне? — спросил он, наконец. — Ты могла уйти… — Я… не могла оставить тебя умирать, — ответила она, избегая взгляда. — Просто не могла… Куркупа кивнул, позволив её словам согреть его усталую душу. Он почувствовал странное доверие к этой девушке, даже если ещё не знал её имени. — Ладно, — пробормотал он, откинувшись на спинку кресла. — Я засну здесь, но… кровать одна, так что буду спать на кресле. — Но… — начала она, слегка смущённо. — Не лучше ли… на кровати? Вместе… Он медленно повернул голову, встретив её взгляд. В его глазах блестела усталость, но в голосе прозвучала мягкость: — Хорошо… — и, почти инстинктивно, он наклонился и нежно поцеловал её в губы. — Эй, что ты… делаешь?! — её глаза расширились, но дыхание сбилось, и она замерла. — Просто… хотел сказать спасибо, — прошептал он, отступая на шаг, но не убирая руки. — Можно ли… я останусь рядом? Она робко кивнула, и они аккуратно устроились на кровати, рядом, но без спешки. Ночь прошла в тихом дыхании, лёгкой тревоге и первых робких касаниях. Куркупа знал одно: этот мир жесток и опасен, но с этой девушкой рядом он чувствовал, что ещё не всё потеряно.