Новая жизнь (сборник историй)

«Я думаю, в каждом человеке есть что-то, чего мы о нем не знаем. Нужно прожить с этим человеком долгую жизнь, будь то друг или возлюбленный, чтобы узнать его хотя бы на 70%»

(Ответ Лайта к Эл)

      Когда под ухом начинает трезвонить противный звук будильника, я осознаю, что пришел новый день и пора идти вновь в университет. Совсем скоро я выпущусь и смогу полной грудью вдохнуть аромат свободы. Конечно, быть детективом, порой, сложно и нудно, но мне нравится искать разносортную информацию, искать преступников и указывающие на их местоположение улики.       Сев на кровать, благо которую все же купил Эл, я сладко потянулся и открыл глаза. Первое, на что упал мой взгляд: спящий рядом Эл. Мне совершенно не хочется его будить: в отличие от меня он либо останется дома, либо поедет в здание для расследований, которое сам же и отстроил на момент поиска Киры. Хотя именно я был тем, кто убедил Эл съехать с того места и опробовать простую жизнь в обычной съемной квартире, сейчас я склоняюсь к тому, что после выпуска мы будем работать вместе, следовательно, сможем полноценно вернуться в то здание насовсем.       Рука тянется к мягкой черной макушке, вновь ероша волосы. Ты такой милый, когда спишь) Даже будить не хочется, благо, и не надо. Хорошо это или нет, но часто Эл просыпается, когда я покидаю кровать, или же, когда я уже пребываю в душе или кухне. В этот раз путь мой лёг именно в душевую: заодно вымою волосы. Теплая вода смывает остатки сонливости, благодаря чему наступает полное пробуждение. Полотенце…халат… Приготовлю завтрак, одену студенческую форму. Пока сойдёт и так.       Не редко мы с Эл завтракаем вместе, потому я мимоходом снова обращаю внимание к кровати: он спит. Хотя вчера мы не поздно легли спать, но глупо не признавать того факта, что зимой хочется пребывать на мягкой кровати дольше. Сонное царство в образе кухни кажется с утра не менее унылым: иногда по вечерам с Эл мы проводим некоторое время здесь, общаясь друг с другом и размышляя о том, что было или может ещё случиться. Кстати, мне импонирует тот факт, что Эл ложится спать вместе со мной в одно время: приучить его к этому была та еще задача… Часто ему не хотелось рано ложиться спать, он бубнил и раздражался от того факта, что его чуть ли не насильно гонят в мир Морфея. Травить Эл таблетками я не стал, потому отдал предпочтение на начальных этапах чему-то более успокаивающему: половому акту перед сном. И это сработало…получше всякой таблетки. Проблема в том, что потом это самое «лекарство» мне приходилось давать ему чуть ли не каждую ночь.       Что ж приготовлю сегодня английский завтрак: легко, просто и не вызовет больших затрат во времени. К будущему бубнению Эл о том, что он не любит хлеб, я уже готов – не впервой.       – Мммм…доброе утро, Лайт-кун…       Как только я стал раскладывать по тарелкам завтрак, в арке кухонных дверей откуда-то взялся сонный и растрёпанный Эл.       – Доброе) А ты чего так рано встал? В отличие от меня тебе не нужно идти в университет.       – И всё же доспать я могу и потом) Мне не сложно побыть с тобой до твоего ухода.       Я кивнул и продолжил распределять еду. Что ж тарелки на столе, чай я тоже заварил (даже мёд в него добавил!). Завтракаем мы обычно рядом друг с другом, хотя иногда Эл удосуживается после трапезы усесться меж моих ног и мирно ждать, пока я завершу завтрак. В ходе принятия пищи я обратил на него внимание: Эл снова сидит, поджав ноги, и как-то напряженно смотрит в тарелку.       – Всё в порядке? – насторожился я. – Ты даже пижаму снять не удосужился. – Если я буду дальше спать, в этом острой необходимости нет, – спокойно ответил он, широко при этом зевнув.       Спорить с данным аргументом нет смысла, однако, мне от чего-то не по себе. Эл сонный… Он просто не выспался ведь? Хотя лечь в половину одиннадцатого – это не поздно. Параллельно принятию пищи я поглядываю на него: любимый человек уныло тыкает вилкой в тарелку, лениво подчерпывает приготовленную еду и точно также с видом вселенской печали подносит ко рту.       – Боже… – раздражённо произнёс я, кладя свой кухонный прибор на стол: Эл завис с поднятым над столом бутербродом и открытым ртом, при этом его чёрный взор всецело прикован ко мне. – Если не нравится, так и скажи. Но это полноценный и питательный завтрак. Хотя вряд ли ты питался традиционным английским завтраком, учитывая, что всю жизнь лопал одни сладости.       – Прости, – с нотой грусти произнёс он, кладя бутерброд обратно в тарелку. – Я знаю вкус другой пищи, не только сладкой. Просто мне почему-то не хочется есть.       Я почесал затылок, вопросительно смотря на партнёра. Какой-то он унылый и тихий… Знаю!       – Я еще сладкий чай заварил с мёдом и приготовил домашний бисквит. Думаю, это сладко и вкусно) Опробуешь? Рядом с тобой, кстати, стоят.       Эл печально посмотрел на небольшую рядом стоящую тарелку со сладостями. Его взор теперь прикован к ней, но на лице ни эмоции, ни движения.       – Спасибо, Лайт-кун… Я не голоден…       ХЛОП! Я стукнул ладонью по столу и решил подняться. Что-то не так. Эл, который отказывается от сладкого?! Конечно, я отучил его тоннами потреблять в пищу эту гадость, но что б вот так грустно смотреть на бисквит и сладкий чай… Не верю!       – Эл, что с тобой?       Я подошёл к нему и автоматически, не думая, положил ладонь ему на лоб, отодвинув при этом чёрную чёлку. ЧТО?! Он горячий!       – Эл, тебе плохо?! – поднял голос я.       Но Эл мирно сидит в своей стандартной позе, положив ладони на колени и устало смотрит мне в глаза.       – Не очень хорошо себя чувствую… Мутно в голове.       – Кажется, ты простыл, – вздохнул я, поддевая Эл под бёдра. – Держись за меня.       Он сомкнул пальцы на моих надплечьях и опустил голову. Как только Эл начал вести более нормальный образ жизни, его тело потяжелело…пусть и не сильно. Я добрался до комнаты и уложил избранника в кровать, укрывая одеялом и решая найти в шкафу нужные таблетки. К сожалению, он не в состоянии идти в клинику, а потому воспользуюсь нашей домашней аптечкой. Из шкафа удаётся вытащить целую коробку лекарств различных сортов и цветов, благо, здесь я нахожу градусник и жаропонижающее.       – Эл, надо измерить температуру.       Сонный Эл устало посмотрел на меня и перевернулся на спину – я помог ему с градусником и засёк время на часах. Засада, скоро пары начнутся – что делать? Я же не могу оставить его здесь в таком состоянии совершенно одного??? Пока градусник определяет степень наличия жара у моего объекта любви, я решил позвонить отцу. Это единственный выход выбраться из ситуации…       – Здравствуй, пап, – начал я, стоя у окна и глядя на частично падающий с небес снег. – Эл болен…он простудился. Я не могу оставить его одного и присмотрю за ним. Благо, сегодня пятница, но мне надо будет сделать справку о болезни до понедельника. Скажу, что заболел я.       – Здравствуй, Лайт, – после недолгой паузы я услышал голос отца. – Хорошо. Если Эл станет легче, приходи в воскресенье – я позабочусь о справке.       – Спасибо.       Фух. Пронесло. Как и повезло с тем фактом, что мой отец работает в полиции и является там главным.       – Ты решил остаться из-за меня? – донёсся до меня уставший голос. Я обернулся: прикрытые чёрные очки не спускают с меня взора. Бледное лицо Эл озаряет слабая улыбка – кто бы сомневался, что он догадается.       – Да, – чётко и уверенно ответил я, садясь на кровать подле него и кладя голову на собственную руку. – По правде признаться, я не могу оставить тебя одного в сложившейся обстановке. За тобой всегда присматривал Ватари, теперь же это задача моя.       – Лайт-кун, я не маленький и могу о себе позаботиться)       – И как ты…минутку.       Я вытащил градусник и с раздражением вздохнул. Так и знал…       – Вот где ты мог простуду подцепить? – смотрю в его уставшие и довольные глаза. Он болен, сил совершенно нет, а смотрит на меня и улыбается. – У тебя температура 38.1. Сейчас выпьешь жаропонижающее и антибиотик.       Конечно, я быстренько достал всё необходимое и со стаканом воды, любезно раздобытого в кухне, протянул Эл всё необходимое – он быстро принял лекарства.       – Спасибо) – сорвалось из любимых уст.       – Пустяки… – отмазался я, устраиваясь рядом с ним и закидывая руки за голову.       За всё то время, пока мы вместе, такое впервые. Эл ранее не болел… По правде признаться, я и не допускал мысли, что может произойти нечто подобное: настолько всё выглядело и было идеальным…       – Лайт-кун? А ведь находясь рядом со мной, ты тоже можешь заболеть…       – Эл-кун, я спал с тобой всю ночь, следовательно, ты уже был заражён, и если что, заразил меня еще с ночи, просто признаки заболевания в моём случае пока не проявились, – я сел на кровать и потянул руку до картонного ящика. – Но противовирусное выпить на всякий случай надо.       Вместо того чтобы с высоченной температурой лечь и спать, он всё смотрит на меня и не отрывает взгляда: чуть подвинусь в сторону – взор Эл сразу же перемещается туда же.       – Тебе нужно поспать, – прямо всё же соизволил произнести я, смотря в чёрные омуты. – Благодаря сну болезнь быстрее пройдёт. К тому же ты выпил лекарства.       – Да, ты прав, – согласился Эл, придвигаясь ко мне ближе, по привычке устраиваясь на моей груди. – И от чего тебе так нравится спать на моём теле? – вздёрнул бровь я, обнимая Эл и начиная гладить того по мягкий тёмным волосам. Мягкий невероятно ~       – Твоё сердце.       – М?       – Меня успокаивает мелодия твоего сердца, – спокойно ответил Эл, закрывая глаза и прижимая по привычке руку к собственной груди. – В этот момент я понимаю, что ты живой, здоровый, и тебе не угрожает опасность. Сама мысль о том, что ты живой – успокаивает меня, а песнь твоего сердца становится идеальной колыбельной.       Шок… Сказать, что я под впечатлением с его слов – не сказать вообще ничего… Песнь моего сердца его убаюкивает? Теперь понятно, от чего Эл каждую ночь мостится у меня под боком и стремится заснуть именно на моей груди. Однако мне удалось сыграть в красный шар для боулинга: щёки адски горят, будто температура поднялась ни у него, а у меня. Не смог я более произнести и слова и лишь, тоже закрыв глаза, обнял крепче Эл и аналогично решил вздремнуть.       Как долго я спал? Если верить часам и вспомнить, сколько прошло времени с момента измерения температуры у Эл, я всего лишь задремал на час… Сразу же глаза опускаются к нему. Он спит. Такой милый) Каждый раз улыбаюсь и умиляюсь от вида спящего Эл. Скорей бы ты полностью вылечился. Быть может, это потому что вчера он гулял без шарфа и перчаток? Но у Эл вроде не сильно плохое здоровье. Чуть крепче прижав любимую спящую тушку к груди, я обращаю взор к окну и впадаю в собственные раздумья. А белый снег, медленно танцующий вальс вместе с ветром продолжает спускаться с небес…       На прошлой недели в одном из кафе произошла встреча с Ватари, и я до сих пор не могу полностью выкинуть его слов из головы. Хотя я понимаю его беспокойство за Эл, всё же мне самому не комфортно от мысли, что я снова могу стать Кирой… Все эти дни я упорно держал эти мысли в себе, и сейчас приходит осознание: надо было еще в тот день поделиться с ними Эл. Всё полностью сказать… Мы ведь пара, а любовная пара поддерживает друг друга и друг о друге заботится. Если я не желаю делиться своими переживаниями и опасениями с любимым человеком…такое даже для дружбы не годится, не то, что для любовной пары. Но вскоре поезд мыслей и, как обычно это бывает, негативных, отправился вдаль, оставив голову совершенно пустой.       – Лайт-кун?       Я обратил внимание на проснувшегося парня. Сейчас Эл не выглядит настолько безобразно, как час назад…       – Ты как? Нужно снова измерить температуру.       – Спасибо, мне действительно легче. Голова немного прояснилась, но еще присутствует чувство усталости.       – В таком случае, тебе на ближайшие три дня обеспечен постельный режим, – пропыхтел я, беря градусник с рядом стоящей тумбочки и отдавая её Эл.       Мой избранник разобрался с градусником и снова прижался ко мне, вновь кладя голову на мою грудь. По привычке запускаю руку в тёмные волосы и начинаю наслаждаться их мягкостью в ходе лёгкого массажа головы. В такие моменты Эл расслабляется и вновь может уснуть, а из рта любимого не редко вырывается ленивое и полное удовольствия:       – Мммммм… ~       Мой взгляд пал снова на тумбочку: тетради. Точно… Мне придётся выучить еще несколько тем для будущего экзамена, а также хотелось бы порешать немного задач. По правде признаться, я планировал сделать это с Эл.       По истечении пяти минут я забрал градусник у задремавшего на моей груди Эл.       – 36.8, – задумчиво произнёс я, сбивая ртутный столбик, кладя градусник в чехол и убирая его в тумбочку. – Рад, что тебе стало легче) Ты ничего с утра не ел. Тебе необходимо принять пищу.       – Твоя стряпня осталась в кухне, Лайт-кун) – улыбнулся он, поднимая на меня свои чёрные глаза.       Я кивнул и решил спуститься с кровати да разогреть уже давно остывший завтрак Эл. На душе полегчало от того, что он чувствует себя немного лучше, однако я желаю, чтобы он полностью исцелился в ближайшие дни. С Эл по-своему интересно… Мы никогда не скучаем, не мешаем друг другу, и я точно знаю, что рядом есть человек, с которым я могу обсудить абсолютно всё – не только вопросы, затрагивающие розыск преступников. Разве это не прекрасно?       – Ты превратился в императора) – хмыкнул я, проходя в комнату и попутно подхватывая столик для завтрака, устанавливая его рядом с Эл. – Даже завтрак в постель получаешь)       – Зато я завтрак получаю от того, кто мне не безразличен) – улыбнулся Эл, упираясь спиной в изголовье кровати и начиная принимать трапезу. – Это луфшее, что я фог офидать)       – Не говори с набитым ртом, – я недовольно поднял бровь и уселся рядом с ним. – Я планировал порешать задачи вместе с тобой, но сделаю это позже сам. Чем бы ты хотел заняться?       – По правде признаться, без понятия, Лайт-кун, – задумчиво произнёс Эл.       Я задумался: на улицу нам не выйти, головоломки тоже отменяются, готовить со мной он не сможет…хотя…       – Как буду готовить обед, составишь компанию?       – Без проблем, – кивнул он, вскоре протягивая мне столик с тарелкой. – Спасибо за еду)       И снова приходится идти в кухню. Кстати, мы ведь можем посмотреть с Эл какие-либо кино? Это будет лучше, чем бездельничать и ничего не делать.       – Фух… думал, весь день придётся лежать в кровати.       – Так тебе и надо лежать! – удивился я, обернувшись, заметив пришедшего следом в кухню Эл.       – Я лучше себя чувствую, – отозвался тот и сел за стол, по привычке поджимая ноги к груди.       – Мысль о бездействии меня утомляет…       – Меня тоже, однако это явный знак на то, что тебе пора отдохнуть, – строго сказал я, домывая посуду. – Раз уж ты тут, приготовлю пищу сейчас.       – Давай помогу?       Я задумчиво полез в холодильник и достал некоторые необходимые ингредиенты. Перед Эл я выложил доску и вымытый зелёный лук да сыр тофу.       – Будь добр, нарежь их, если можешь.       – Могу, – кивнул Эл, беря в руки нож и начиная шинковать лук. – На обед у нас будет мисо-суп?       – Угадал, – кивнул я, доставая кастрюлю и набирая в неё воду из фильтра.       – Лайт-кун? Тебя что-то беспокоит? С того дня, как мы встретили в кафе Ватари, ты очень много думаешь и уходишь в себя.       Слова Эл стали будто снегом на голову: неожиданно и снова по центру. Я мрачно вздохнул и добавил водоросли в суп.       – Я думаю о словах Ватари и о том, каким был в прошлом. Я не помню Киру… И события тоже не помню. Однако ты схитрил: Ватари сделал запись, как я сжигаю тетрадь.       – Это было необходимо, чтобы показать тебе твоё второе лицо. Ты б по-другому и не поверил: уже проходили.       – Да…это так… Ватари беспокоится за тебя, и, думаю, что, если он прав? А вдруг я снова стану Кирой? И… – я сглотнул и сжал руки в кулаки. – …и убью тебя…       Не хочу оборачиваться. Сама мысль о том, что я живу в этой квартире совершенно один, что Эл больше нет, приносит невыносимые боль и тоску. Случись нечто подобное, сразу хочется упасть и разрыдаться. Я не Кира…не хочу им быть!       – То, что ты боишься снова стать Кирой – нормально, – спокойно ответил Эл, отодвигая от себя доску с нарезанными продуктами. – Но знаешь? Раз тебе хватило мужества сжечь тетрадь, уверен, и с Кирой в случае чего ты сможешь справиться снова.       – Каким образом?? – раздражённо хмыкнул я, поворачиваясь и разводя недовольно руками.       – Это странно, но однажды мне пришла в голову занятная мысль. Когда-то давно в одном из фильмов упоминалось альтер-эго человека. Я не воспринимал всерьёз подобного рода информацию, но в памяти она автоматически отпечаталась. Это вторая часть души. Скажем так…обратная сторона одной монеты. Более…тёмная.       – Мне казалось, ты не веришь в подобные басни)       – Я и в шинигами не верил, пока сам такого не увидел, – ответил Эл, подставляя под голову руку и задумчиво смотря куда-то сквозь стену. – Я к тому, что Кира мог быть тёмной частью твоей души. Почему бы тебе не попробовать с ним поговорить?       – ИЗДЕВАЕШЬСЯ?!       – Если ты не научишься контролировать свою тёмную сторону, то можешь привести мир к апокалипсису.       Я застыл. Так сильно эхом отозвались в моей голове произнесённые Эл слова, что связь нейронов в мозге моментально прекратилась.       – Я имею в виду, что тебе надо научиться контролировать другого себя, – спокойно продолжил Эл, обращая взор ко мне. – Показать ему, почему он был не прав и выйти в нейтралитет.       – Это уже шизофрения какая-то… – раздражённо произнёс я, потирая пальцами переносицу.       – В любом случае, я не чувствую исходящей от тебя опасности как раньше и с уверенностью могу сказать, что ты в силах взять вновь вверх над Кирой, если вдруг он решит вернуться. Кстати, а что у нас будет на ужин?       – Что насчёт лапши с запечённой рыбой?       – Сгодится.       Что ж рыбу придётся разморозить, а приготовить лапшу труда не составит. По правде признаться, в словах Эл есть что-то, напоминающее правду…       – Ты подпустил меня ближе к себе, потому что я сжёг тетрадь?       – Когда ты её сжёг, ты снова стал Лайтом. Простым студентом без мании величия и болезни Бога. Раз с тетрадью покончено, логично, что Кирой вновь тебе уже не стать, следовательно, нет повода для беспокойств и опасений.       – Но могут быть и другие тетради.       – Могут, – ответил Эл. – Давай представим, что сейчас одна такая свалится прямо на стол. И ты сможешь её забрать: мне подобная вещь без надобности. Ты воспользуешься ею?       Я притих, переваривая в голове все возможные варианты. Это проверка? Нет… Эл хочет показать мне меня настоящего.       – Я бы не хотел… – процедил я. – Лучше сразу сжечь, даже не трогать.       – Что и следовало доказать)       – И ты так легко веришь? Я ведь и соврать могу) – усмехнулся я, злобно смотря на партнёра.       – Лайт-кун) Я уже год с тобой живу и до этого провёл в твоей компании достаточно времени) Даже Ягами-сан не знает тебя так, как знаю я)       – Убедил) – развёл я руками и принялся готовить лапшу. – Я думаю, в каждом человеке есть что-то, чего мы о нем не знаем. Нужно прожить с этим человеком долгую жизнь, будь то друг или возлюбленный, чтобы узнать его хотя бы на 70%.       – С этим тоже трудно спорить.       – Раз уж ты хорошо себя чувствуешь, иди в комнату и выпей лекарства.       – Хорошо.       Мда уж… Действительно было бы странно сомневаться в Эл после всего, что произошло. Ведь никто не верил в то, что я Кира…никто кроме него… Однако в голове постоянно вертится еще один навязчивый вопрос… Пришлось несколько минут ждать, прежде, чем я смог его озвучить.       – Эл, почему ты не отправил меня на рикошет? В этот момент я заметил, как вытаращил глаза Эл, но он довольно быстро «пришёл в себя» и вновь в своей излюбленной позе сел на стул, не отрывая от меня взгляда.       – По правде признаться, я не желал тебе смерти. Наказание Кире – да, но смерти Лайту – нет. Пришлось искать выход, но итог его всецело зависел от тебя одного. Тебе и был предоставлен выбор: сжечь тетрадь или нет. С одной стороны, тебя поймали и выбор отсутствовал, с другой, он все-таки был. Ты мог моментально на скорости её открыть и вписать быстро имена тех, кто стоял недалеко от тебя, но не сделал этого. Мне кажется, в тот момент сжёг тетрадь именно Лайт.       – Если так… Что ты чувствовал, когда предоставил мне такой выбор?       Я смотрю в эти чёрные омуты и вижу в них лишь печаль. Вероятно, Эл не хотел бы возвращаться к теням прошлого, но мне хочется закрыть этот вопрос и навсегда разобраться с ответами.       – Я чувствовал грусть…и тоску, и даже страх, смешанный с болью, – спокойно ответил Эл. – Потому что понимал, убей ты меня или нас всех – Лайта больше никогда не будет: будет только Кира. Прощаться с тобой было бы невероятно грустно, Лайт-кун.       Я вздохнул и отвёл взгляд, представляя, что те страшные события случились. Я даже отца бы убил за ту тетрадь и данную мне власть?.. Нет…       – Я же совсем не такой… – вдруг вырвалось из моего рта. – Это не я…       – Верно. Ты другой.       Я подошёл к рядом стоящему дивану и уселся, смотря в чёрные глаза Эл и хлопая по коленям.       – Иди сюда)       Тот без колебаний спокойно сошёл со стула и уселся на меня. Я кладу руки на светлое лицо и несколько раз провожу по приятной коже большим пальцем. Эл прикрывает глаза, но взгляда не отводит. Губы…я желаю поцеловать его…       – У меня нет желания заражать тебя вирусом, Лайт-кун, – снова тараторит он. – И нет, не факт, что ты заражён только потому что проспал со мной всю ночь.       – А ты упёртый)       Довольная улыбка озаряет любимое лицо: он вновь победил. Моё лицо аналогично оказывается в руках Эл. Если бы ни резко откуда-то взявшаяся простуда, легко можно было бы сейчас снова погрузиться в мир любви. Как жаль, что пока это невозможно.       – Тебе еще уроки учить предстоит)       – А тебе в этот момент назначена сиеста) И не отмазывайся, – парировал я.       – Знаешь? А ведь я вполне могу заснуть. Всё же слабость никуда не ушла.       Он лёг на моё плечо и сонно вновь прикрыл глаза. Полагаю, этот день если не пройдёт насыщенно, то тоже с явной пользой. Во всяком случае, живи я с родителями или в этой квартире один было бы намного печальнее и скучнее. Теперь, когда мы провели вместе столько времени, я не представляю своей жизни без Эл… Она кажется без него мрачной, одинокой и совершенно пустой. Разве я встречу еще человека, настолько похожего на меня? Нет… Я уверен, что такая встреча даётся лишь однажды.       – Эл…а если…       Я застыл. Лёгкое сопение даёт понять: Эл уснул. Что ж время раздумий окончено и, полагаю, иногда мне тоже необходимо давать отдых мозгам и совершенно ни о чём не думать. Научиться расслабляться – это то, чему мы оба учимся.       Взяв на руки Эл, я отнёс его в комнату и уложил в кровать, укрывая при этом одеялом. Его дыхание совершенно спокойное, лоб негорячий, а тихое сопение становится для меня равносильным сердцебиению: по поднимающемуся в ходе дыхания грудной клетке я осознаю, что он живой. Эл очень милый, когда спит. И хотя мне доставляет удовольствие им любоваться, всё же обед и ужин сами себя не приготовят.       – Выздоравливай скорее)       Теперь, когда ты спишь, я легко могу дотронуться своими губами до твоих губ и произвести небольшой поцелуй. Даже это маленькое действие вызывает в моей душе большую радость. Вернувшись в кухню, взор падает на кипящую кастрюлю с водой. В будни дни готовил Эл: меня дома не бывает порой до самого вечера. Кстати… Иногда он бездельничает… Точно! Я ведь так давно этого хотел) Надо предложить Эл снова сыграть в теннис!