Завеса памяти

Драко проснулся от ужасного шума. Сначала он не понял, где находится. Шум казался чужим, как будто его разбудили не в его комнате, а где-то внутри сна. В коридоре на третьем этаже снова что-то с грохотом упало. У здешнего домовика был какой-то особый талант рождать суету именно тогда, когда хотелось покоя. – Да, черт бы тебя побрал – едва слышно выругался Малфой. – Молодой хозяин проснулся? – донёсся сиплый голос эльфа из-за двери. Драко поморщился. «Молодой хозяин»… ему уже почти тридцать, но Кикимер продолжал называть его так же, как когда-то называл Сириуса или Регулуса. В этом звании было что-то неприятное: напоминание о чужой истории. Но для домовика это имело особое значение, и Драко не стал просить его изменить привычку. С усилием удалось открыть глаза. Голова была тяжёлой, будто её заполнили расплавленным свинцом. Во рту пересохло, мучительно хотелось пить. Он потянулся к тумбочке и нащупал только пустой бутылёк из под зелья. Вчера он выпил его весь до последней капли. Зелье сна без сновидений. Он не собирался злоупотреблять, но ночь снова была невыносимой. Третий день без сна – верный способ окончательно свихнуться. Было просто необходимо выключить мозг. И он вырубил его, полностью. Провалился в чёрную пустоту. Без картинок. Без воспоминаний. Без мыслей. Деревянные половицы в коридоре потрескивали, напоминая о том, что домовик ждёт за дверью. – Войди уже, – бросил он, садясь на кровати. Дверь медленно и с тягучим скрипом приоткрылась, в комнату вошёл Кикимер – сгорбленный, с тусклыми глазами и с серебряным подносом в руках. Его зеленоватые зубы скалились, изображая подобие улыбки. – Кикимер принёс кофе и воду, – отчитался он, ставя поднос на край кровати. – Молодому хозяину нужно беречь себя. С тех пор как Малфой поселился в этом доме эльф стал чрезмерно заботливым. То ли в нём пробудилась забытая преданность семье или просто нашёлся хозяин, который нравится ему больше, чем Поттер. Драко протянул руку к керамической чашке. Горячие стенки обжигали пальцы, но это было даже кстати зимним утром. Сделав резкий глоток, он закрыл глаза. Горечь напитка разошлась по языку, мягко оттенённая жасмином, цитрусом и бергамотом. Прекрасная чашка. Кофе медленно возвращал в реальность. Он замер, чувствуя, как в груди оттаивает холод сна. Ещё два глотка и чашка вернулась на поднос. Малфой откинулся на подушки и уставился в потолок. До рассвета оставалось больше двух часов. В тусклом свете лампы трещина, тянувшаяся от окна, выглядела длиннее, чем вчера, и теперь напоминала ветку дерева. Драко вдруг поймал себя на мысли, что, возможно, никогда не видел эту комнату при дневном свете. Высокие потолки, тяжёлые твидовые портьеры, воздух, пропитанный запахом старого дерева, прелых бумаг, кожи. И магия, которой был пронизан весь дом. Она въелась в мебель, в стены, в пол. Её невозможно было выветрить. И в этом тоже была своя прелесть. Его спальня располагалась на третьем этаже дома на Гриммо 12. Дом Блэков. Его дом. Теперь. Поттер с самого начала ненавидел это место. Как только представилась возможность, он с младшей Уизли перебрался в Годрикову Впадину, в таунхаус рядом с домом, где когда-то жили его родители. Символизм и сентиментальность – всё это было так в духе Поттера. Ему удалось вернуться туда, где убили мать и отца. Малфой же так и не смог переступить порог Мэнора. Поэтому никто не возражал, когда он остался здесь. Для большинства этот дом был полон неприятных воспоминаний, для него же – местом, где когда-то он, пусть недолго, но был счастлив. После ремонта здесь вполне можно было жить. Пора вставать. Ступни коснулись холодного пола. Паркет скрипнул, и эхо прокатилось где-то на нижних этажах. – Молодой хозяин плохо спал? – с упреком в голосе спросил Кикимер. Драко бросил на него резкий взгляд. Эльф явно заметил пустой стеклянный флакон на тумбочке, но ничего не сказал, лишь тень недовольства пробежала по морщинистому лицу и блеснула в выцветших глазах. – Спал, – отрезал Драко. – Это всё, что тебе нужно знать. Кикимер фыркнул и покосился на портрет у двери. На нём была юная Нарцисса Блэк – ещё студентка, улыбчивая и живая. Этот портрет ни разу не оживал, и глупо было надеяться, что сейчас мать заговорит, чтобы пожурить сына за злоупотребление зельями. Разминая затёкшие мышцы, он прошёлся по комнате. На комоде ворохом лежали бумаги по Австралии. Каждая командировка требовала нового плана, деталей, тщательной подготовки. Вчера он забрал домой все, что было в архиве и убил весь вечер, пытаясь найти хоть какую-нибудь информацию о новом министре. И нашлось совсем немного. Всего несколько записей, сделанных Барти Краучем ещё в 1994-м. На чемпионат мира по квиддичу в Великобританию прибыла делегация из Австралии – пять волшебников, среди которых значился и Уилл Хопвуд. «Молодой помощник министра по магическому спорту. Бойкий юноша и с большими амбициями…» – всё, что тогда записал Крауч. Больше никаких упоминаний. Ничего за последующие тринадцать лет. Будто человек исчез. Взмах палочки и бумаги с сухим шелестом аккуратно сложились в папку. Тихое раздражение накрывало от впустую потраченного времени. Ни единой зацепки, ни намёка на то, кто теперь этот Уилл Хопвуд. – Молодой хозяин сегодня уезжает? – сипло поинтересовался Кикимер, словно у него были планы. – Меня не будет пару недель. Вернусь после Рождества, – сказал он ровно. Домовик что-то пробурчал себе под нос. Звук был похож на треск старых дров в камине. Слова звучали неразборчиво, да и Малфой не особо хотел их понять. – Приготовь завтрак. И дорожную мантию. Кикимер с хлопком исчез, оставив после себя лёгкий запах пыли и старой ткани.

***

Утром не было ни назойливых репортёров, ни вечно спорящих архитекторов. В тишине Драко позволил себе остановиться и всмотреться в обновлённый Атриум. В центре снова сиял фонтан, отлитый из белого золота, но теперь композиция была иной: струи воды переплетались в едином потоке, а на вершине, расправив крылья, возвышался феникс. Вечные заклятия заставляли его перья мерцать, будто они сотканы из живого пламени. Это был уже пятый вариант, и Драко вынужден был признать: неплохо. По крайней мере, лучше всех прежних попыток «увековечить победу». Тёмные деревянные панели стен заменили на светлый мрамор, покрытый кельтскими узорами с вплетёнными в них древними рунами. Атриум расширили, наполнили светом, и теперь он напоминал холл музея современного искусства – никак не то место, где ещё недавно лежали горы трупов волшебников. Стрелка часов на стене цокнула, показывая половину седьмого. В нескольких каминах, словно по команде, вспыхнуло зелёное пламя, и один за другим из них вышли сотрудники Отдела магического правопорядка. Мракоборцы возвращались после ночных патрулей: вымотанные, усталые, но целые. Драко по привычке пересчитал их – все живы. И это было главным. Ему тоже пора. Быстрым шагом он пересек зал и направился к лестнице, ведущей вниз, на -1 этаж. Там теперь располагались камины для международных перемещений. С каждым пролётом воздух становился прохладнее. В длинном коридоре с арками горели лампы, и несколько сонных дежурных на высоких табуретах повернули головы на звук его шагов. Министерская сеть работала круглосуточно, но в такие часы здесь почти не бывало никого. Почти никого – если не считать его. Дежурные пытались даже устроить забастовку против круглосуточной службы, но оказались, к счастью, в меньшинстве. – Проклятье, Малфой, – донёсся голос за спиной. – Шесть тридцать утра! Я даже позавтракать не успел. Это пытка. Драко обернулся. Эдриан Пьюси, зевая, тащился по коридору. Светлые волосы топорщились во все стороны, будто он только что выбрался из чужой постели и не потрудился взглянуть в зеркало. Мантию была накинута кое-как, и свисала с одного плеча. Кажется, он был в той же одежде, что и вчера. – Ты же сам говорил, что карьера требует жертв, – с неприкрытой иронией встретил его Драко. Тц. Пьюси цыкнул языком и театрально закатил глаза. – С тебя обед и бутылка приличного вина, – парировал он, поправляя мантию. – И мой номер в отеле тот, который будет больше. Он остановился рядом, протёр глаза и ухмыльнулся. – Хоть ты и язвишь, но выглядишь не лучше меня. Тёмные круги, мрачный взгляд… Если бы я не знал тебя, решил, что ночь ты провёл в компании бутылки огненного виски. – Лучше, чем провести её в компании с тобой, – с ухмылкой отрезал Драко. Пьюси расхохотался. Его громкий смех гулко разнёсся по пустому коридору, и несколько дежурных обернулись с укором. – Как всегда. Ты умеешь украсить утро, Малфой. Драко не ответил. Они вдвоём двинулись вперёд по коридору к назначенному камину. За их спинами послышался быстрый цокот каблуков – звонкий, уверенный, слишком бодрый для этого часа. – Доброе утро, господа! – Лаура Мэдли возникла так внезапно и выглядила так свежо, будто сошла с рекламного плаката мадам Малкин. Безупречно выглаженная мантия, волосы собраны в аккуратный пучок, на шее поблёскивал серебряный кулон в форме миниатюрной чешуйки. В одной руке – толстый кожаный блокнот , в другой – изящная сумочка. Было видно, что к поездке она готовилась тщательно, и в этой безукоризненности сквозила нарочитость, которая слегка раздражала ранним утром. – Отлично выглядишь! – простонал Пьюси, больше с завистью, чем с искренним восхищением внешним видом девушки – ты встала за три часа или вовсе не ложилась? Лаура не поняла иронии или сделала вид, что не поняла: – Внешний вид дисциплинирует. – произнесла она и мельком бросила взгляд на Драко, будто ища поддержки. Драко на секунду передёрнуло: эту фразу часто повторял отец в детстве. Тогда она казалась пустым нравоучением. Но во время войны эти слова вдруг вспомнились и обрели смысл: он шептал их себе, когда приходилось вставать с постели, смывать с себя усталость, натягивать чистую одежду и идти туда, где каждый день мог стать последним. Дисциплина держала его на ногах даже тогда, когда внутри всё рушилось. – К тому же эта моя первая международная экспедиция.– продолжила Лаура уже тише, будто оправдываясь. Щёки порозовели, она поёжилась, неловко прижимая к себе блокнот. – Точно! – согласился Пьюси, театрально вскинув руку. – С дебютом тебя. – Спасибо! – ответила она, стараясь улыбнуться. Они неспешно подошли к третьему камину. За кафедрой дежурный молодой волшебник, в темно-фиолетовой мантии Министерства транспорта, торопливо поднялся навстречу. Очки, съехавшие на самый кончик носа, придавали ему вид школьного библиотекаря. Он чуть покраснел и поспешно развернул пухлый журнал, пальцами лихорадочно отыскивая нужную страницу. – Мистер Малфой, камин в Австралию? – формально уточнил он, поймав взгляд Драко. – Ваш камин готов, но…надо сказать…как бы… подтверждения от отеля в Брисбене всё ещё нет. Мы отправляли сову и дублировали по сети, но, э-э… без ответа. Лаура нахмурилась и плотнее прижала блокнот к груди, словно ошибка дежурного касалась лично её. Пьюси скрестил руки на груди и с видом мученика закатил глаза. – Но мы можем отправиться прямо в Министерство? – весьмо спокойно уточнил Драко. – К сожалению …от австралийского Министерства мы тоже не получили подтверждения на приём, – виновато выпалил дежурный, словно стараясь скорее избавится от этой информации. Малфой ничего не сказал. Только посмотрел на дежурного, и этого взгляда хватило, чтобы тот все понял. – Да, – поспешно продолжил тот, явно понявший намёк, – я нашёл другой активный камин. В реестре числится зарегистрированный портал в миле от вашего отеля. Старая таверна на окраине, но камин работает стабильно. Но.. – Но…? – подхватил Пьюси. – Но…вам придётся пройтись через маггловский район…трансгрессия в этом районе запрещена. Я..я подготовил вам…э-э-э..план.. Дежурный неуверенно взял пергамент с кафедры и протянул его Малфою. – Это что карта?! – Пьюси возмущённо вскинул руки. – Без завтрака тащиться милю по жаре чтобы нам позволили им помочь перенести кладку, ориентируясь по карте? Не-не я на это не подписывался.. – Спасибо, Грег, вмешалась Лаура, перехватив пергамент и явно стараясь разрядить обстановку. – Нам подойдет. – Подойдетт?! – не унимался Пьюси. – Это лучше, чем ещё сутки ждать ответа, – сказала Лаура и украдкой бросила на Драко взгляд в поисках поддержки. Хотя Малфой и разделял негодование Пьюси, его самого куда сильнее задевало другое – тот неприкрытый вызов, который бросало новое магическое управление Австралии. Их молчание было уже не бюрократией, а тщательно рассчитанным пренебрежением. И это тревожило куда больше, чем перспектива пройтись по могилевскому району. Малфой молча взял пергамент из рук девушки и развернул. На бумаге был изображен детальный план кварталов города, с аккуратными метками и пояснениями, сделанные дежурным. Крупными буквами был написан адрес и название камина: «Таверна Бракен-Ридж». – Нам подходит, – коротко заключил Драко. Пьюси только пожал плечами. Было видно, что он недоволен, но спорить не стал. Молодой маг за кафедрой сразу повеселел; его бледное лицо снова начало обретать человеческий вид. – Тогда приступим к инструктажу: говорить надо четко… Трое как по команде подняли головы и уставились на него. Даже для Медли это оказалось перебором. Дежурный сглотнул и махнул рукой: – Пожалуй, можно обойтись отметкой в журнале. – Оповестите Управление об изменении маршрута. И пришлите сову, если австралийское Министерство всё-таки соизволит ответить, – бросил Драко. – Да, сэр, – выдохнул тот и метнулся к печати. Пока он ставил отметку, в ближайшем камине лениво шевельнулось пламя – изумрудные языки коснулись арки: кто-то пытался войти без согласования или просто ошибся направлением. Такое случалось нередко. Дежурный раздражённо прижал печать к журналу, и пламя угасло. – Идём, – коротко скомандовал Малфой, направляясь к порталу. Он обернулся к спутникам: – На выходе снимите мантии. Мало ли что за место. И держите палочки наготове. – Вряд ли они держат твоих подопечных в таверне, – буркнул Пьюси. Лаура тихо хмыкнула, но тут же спрятала улыбку, будто опасалась позволить себе лишнее при Малфое. Они подошли к своду. По обе стороны стояли отполированные до зеркального блеска бронзовые стойки с летучим порохом. Каждый по очереди взяли по жмене и шагнул в камин. – Готовы? – спросил Драко. К оллеги кивнули. – Таверна Бракен-Ридж. Пламя вспыхнуло, загудело и изумрудно-зеленые языки взметнулись вверх.

***

Вихрь портала разжал их и вытолкнул в тесную топку. Камень потрескался от ударной волны, на стенах потемнели следы сгоревших насекомых. Комья застарелого летучего пороха застряли в трещинах пола. Казалось, камин давно не использовался и сегодня его насильно выдернули из забвения. Пьюси пригибаясь выбрался из портала первым, отряхиваясь и ругаясь про себя: – Я уверен, мы только что прошли через дымоход крематория. Лаура перешагнула бордюр следом за Эндрю, стараясь не касаться стен, но на её юбке все-равно появились черные пятнами сажи. Она раздраженно взмахнула палочкой: – Тергео! Сажа мгновенно исчезла с ткани. Девушка уже направила палочку на рубашку выбирающегося следом Драко, но тот остановил её взглядом. – Спасибо, Лаура, я справлюсь, – сказал он мягко, без укора. Пьюси шумно фыркнул, вытирая лицо рукавом: – А вот я бы не отказался от помощи. Или у меня недостаточно жалкий вид? Пока Медли, поддавшись на манипуляции, колдовала над пятнами на одежде Пьюси, Драко огляделся. Ничего необычного. Таверна, в которую они переместились, давно пустовала. Барная мебель была была бесцеремонно сдвинута к стенам. Столы покрывал толстый слой пыли. В углу валялись осколки посуды. Выцветшие постеры местных звёзд квиддича десятилетней давности на стенах – редкие изображения ещё оживали, моргали, делали ленивые жесты, но большинство давно утратили движения и замерли в нелепых позах. Пьюси брезгливо перешагнул через дохлую крысу у порога и, расправив плечи, протянул с нарочитым восторгом: – Милое местечко. Коллеги, нас тут, без сомнения, ждали. – Пойдём отсюда. Вонь невыносимая, я сейчас задохнусь. Подходя к двери, Драко заметил следы ботинок возле разбитого окна. С этого ракурса было видно, что они тянулись прямо к камину. Это показалось странным. Но место было заброшено – мало ли кто мог тут шататься. Куда больше его тревожило другое – что, чёрт возьми, происходит в министерстве. Он хотел поскорее добраться до отеля и наконец отправится на встречу с новым министром. Малфой лекго толкнул дверь – вернее, то, что от неё осталось, – и в лицо ударило яркое австралийское солнце. После серого зимнего Лондона картинка была слишком яркой: небо слишком синее, трава слишком жёлтая, насекомые звенели без умолку. Пахло разогретой пылью и чем-то сладковато-жареным. От таверны к главной дороге вела гравийная дорожка, поросшая жёсткими подушками триодии. Город виднелся где-то вдалеке. Из живого - только тощая динго, рывшаяся в траве в поисках падали. Пьюси поднял ладонь ко лбу, щурясь от солнца: – Кажется, тут только миля-другая до города. Медли достала из сумочки карту, развернула её; порыв сухого ветра затрепал края пергамента. Она внимательно всмотрелась в план, который дал им дежурный, и губы её поджались: – Согласно карте, дорога должна быть короче… но, возможно, в министерстве допустили ошибку. – А трансгрессировать точно нельзя? – с надеждой спросил Пьюси. – Нет, пойдем пешком. – резко оборвал его мысль Драко. Они двинулись по дороге к городу. Эндрю, как всегда, не умолкал: вспоминал прошлые командировки, жаловался на жару и шутил. Лаура слушала внимательно, время от времени вставляла реплики и всячески пыталась втянуть в разговор Малфоя. Драко в основном молчал, лишь изредка криво улыбаясь удачным шуткам Пьюси. Но эта пустая болтовня скрашивала дорогу. Через час дорога вывела к первым домам пригорода: низкие одноэтажные строения с облупившейся краской, редкие деревья, отбрасывающие тощие тени. Истории у Пьюси закончились и он плелся позади, вытирая лоб рукавом. – Когда мы доберёмся, я первым делом закажу кувшин ледяного пива. И второй – тоже я закажу, – пробормотал он, отмахиваясь от насекомых. Лаура шагала бодро, будто погода вовсе на нее не влияла. Она переместилась от Пьюси к Малфою оживлённо рассказывала: – …а вы знали, что некотроые драконы могут менять цвет чешуи в зависимости от температуры воздуха? В экспедиции мы наблюдали – при сорока градусах они буквально переливаются, как расплавленный металл… Драко слушал вежливо слушал, ему не было интересно, её голос звучит слишком звонко, слишком старательно. Она пыталась произвести впечатление, и это начинало раздражать. – Лаура, – он остановился и посмотрел на неё прямо. – В моём доме драконы были темой для разговоров с самого детства. Поверьте, я знаю о них больше, чем хотел бы. Давай переключим тему. Она смутилась, прикусила губу и торопливо свернула карту, словно и не собиралась продолжать. Пьюси, заметив напряжение, усмехнулся и буркнул: –а еще…драконы не любят слушать о собратьях. Не обращай внимание, Лаура, Малфой трудно переносит жару. Драко не отреагировал и просто пошел вперед. Они остановились у светофора. Узкая улица, ни одной машины. Красный свет горел упрямо и слишком долго. – Нелепица, – пробормотал Пьюси подходя. – Ставить светофор там, где нет никого. – Мы не магглы, – отрезал Драко. – Но переходить будем по правилам. Нам незачем привлекать внимание. Его взгляд скользнул через улицу – и зацепился за витрину маленького книжного магазина. Витрина залита солнцем, полки уставлены яркими книгами – с нарисованными животными, принцессами, пиратами. Простое, радостное, почти наивное. Внутри было немного людей – пара родителей с детьми. Возле самой витрины стоял пожилой маггл, седовласый, с добрыми морщинами на лице. В руках у него – стопка книг, пёстрая, тяжёлая. Рядом девочка листала большой томик, едва удерживая его в руках. Она перевернула страницу – и неожиданно подняла глаза. Прямо на него. Большие, светлые, распахнутые. Её взгляд переменил ход его мыслей, и он ощутил, как в нём что-то дрогнуло. Всё вокруг исчезло. Шум города стих, жар солнца перестал жечь. Остались только её детские глаза. Что-то кольнуло глубоко внутри, как будто сердце на секунду сбилось с ритма. Фургон вывернул из переулка и заслонил обзор. Светофор щёлкнул, сменился на зелёный. Драко шагнул вперёд быстрее, чем обычно. Он держал лицо спокойным, но внутри всё продолжало клокотать. Когда они добрались до другой стороны улицы, Драко невольно обернулся. У витрины уже никого не было. Отель оказался внушительным зданием из белого камня с колоннами у входа. Это был отель для волшебников замаскированный под …отель. Высокие окна сияли отражениями солнца, фасад явно только недавно прошёл реставрацию. В обычных обстоятельствах Лаура наверняка оценила бы архитектуру, а Пьюси – винную карту. Сейчас же оба выглядели уставшими и взмыленными. В холле было прохладнее, но не уютнее. На стойке их встретил маленький домовик в строгой форменной жилетке. Он поднял глаза, и в них не было ни капли радушия. – Добро пожаловать, – пробормотал он без энтузиазма, словно слова были выучены наизусть. – Ваши имена? – Малфой, Пьюси, Мэдли. делегация из Великобритании, – отчеканил Драко. Эльф недовольно шевельнул ушами и залез под стойку, доставая книги регистрации. Несколько секунд он пролистывал записи, затем с явной неохотой протянул им ключи. – Номер семьсот третий, семьсот четвёртый и семьсот пятый. Второй лифт направо. Драко взял свой ключ и коротко кивнул: – Благодарю. Когда они поднялись в лифте, Пьюси прислонился к стене и закрыл глаза: – Если это только начало, я боюсь представить, как нас будут встречать в Министерстве. – Возможно, так же, – спокойно сказал Драко. – Оптимист, как всегда, – хмыкнул Пьюси. Лаура стояла рядом, молча, но украдкой посматривала на Драко, словно до сих пор пыталась понять, чем его разозлила. Он, впрочем, не давал ей ни малейшего повода для разговора. Двери лифта распахнулись. Коридор был длинным и безликим, стены отделаны тем же белым камнем, что и фасад. Они разошлись по своим номерам. Драко вошёл в свою комнату, поставил чемодан у кровати и подошёл к окну. За стеклом раскинулся залитый солнцем Брисбен. Улицы гудели машинами и голосами. Где-то там, среди чужого, шумного мира, он всё ещё чувствовал взгляд девочки из книжного магазина. Он сжал ключ в руке, ощущая его холодный металл, и впервые за день позволил себе тихий выдох. Его мучал один вопрос: что с ним произошло?