Правильная реальность

Войдя в квартиру, Ви первым делом активировала комплексную защиту от слежки. Раздвижная панель в стене открыла небольшую нишу с профессиональным оборудованием — глушилки сигналов, сканеры EM-излучения, обнаружители наноботов. Маленькая параноидальная крепость, которую она создавала годами. — Начнем с самого начала, — пробормотала она, запуская серию пульсирующих сканирований. Когда система показала «чисто», Ви достала из холодильника запотевшую бутылку пива «Бладвайзера» — дорогого импортного сорта, который она позволяла себе в особо тяжелые моменты. Откупорив крышку, она сделала глоток и села за рабочий стол, где ждал её главный инструмент — модифицированный терминал с шестью плавающими голографическими экранами. — Покажи мне, кто дергает за ниточки, — прошептала она, активируя систему. Пальцы в тонких датчиках-перчатках мелькали над интерфейсом, как у пианиста. Ви была в своей стихии — мир данных, кодов и шифров был понятнее человеческого. Здесь всё имело свою логику, свою последовательность. Она начала с базового анализа задания. Вывела на экран хронологию заказа, сопоставила с известными фактами. Чем глубже она копала, тем отчетливее проступала фальшь. «Джонни Сильверхенд и Арасака… Это всё равно что просить волка охранять ягненка,» — подумала Ви, разворачивая подробные профили всех участников. Джонни был известен своей патологической ненавистью к корпорациям, особенно к Арасаке. Он посвятил этой вендетте всю жизнь — и музыкальную карьеру, и террористическую деятельность. Сама идея о том, что он согласился бы на телохранителя из Арасаки, была настолько абсурдна, что тянула на плохую шутку. Ви запустила финансовый анализ. Транзакции, контракты, счета — всё, что можно было отследить по Ненси и Джонни. Данные начали поступать, но ничего существенного сразу не бросалось в глаза. — Придется копать глубже, — пробормотала она, открывая специальный терминал, который получал доступ к зашифрованным банковским системам. Программа была нелегальной, добытой у одного из лучших нетраннеров Найт-Сити за сумму, о которой Ви предпочитала не вспоминать. Она погрузилась в работу. Часы летели незаметно; ночь за окном сменилась предрассветными сумерками. Бутылка пива давно опустела, рядом появилась вторая. Ви потерла уставшие глаза — результатов было мало. Но было ясно одно — во всем этом активное участие принимал ее начальник. — Думай, — сказала она сама себе. — Если я на месте Дженкинса, как бы я это организовала? Дженкинс был хитрым игроком, из тех, кто просчитывает на десять ходов вперед. Он никогда не оставлял явных следов. Но у каждого есть слабое место… «Личные связи», — вдруг осенило Ви. Она вспомнила обрывки разговоров в офисе, сплетни, которые вечно распространяла Моника. Моника, которая, казалось, знала всё о личной жизни каждого сотрудника Арасаки, однажды упомянула о любовнице Дженкинса. Ви подключила свой датапад к главной системе, начала просматривать сохраненные разговоры, переписки, даже случайные заметки. Где-то должно было быть имя. «…и представь, он ей подарил серёжки стоимостью месячной зарплаты аналитика!» — всплыл фрагмент разговора с Моникой в кафетерии. «Кому?» — голос Ви на записи. «Лорелей Ким, стажерке из биоинжиниринга. Только тсс, она думает, что никто не знает!» Ви улыбнулась. Найти человека, имея имя и отдел, было значительно проще, чем искать иголку в стоге сена. Однако получить доступ к финансам Лорелей оказалось непросто. У стажёрки была удивительно сложная система защиты для её уровня — явно не сама настраивала. Ви понадобилось три часа, чтобы обойти все уровни шифрования и проникнуть в её счета. — Неплохо, Дженкинс, но недостаточно хорошо, — пробормотала Ви, когда перед ней наконец открылась история транзакций. В общем потоке повседневных расходов она заметила аномалии: два крупных поступления от анонимного источника и два исходящих перевода, совершённых буквально в тот же день. Первая пара транзакций произошла за день до начала контракта с Сильверхэндом, вторая — сразу после первой встречи Ви с рокером. Отследить конечного получателя этих денег оказалось сложнее всего. Ви пришлось запустить специализированную программу-трейсер, которая медленно прокладывала путь через десятки промежуточных счетов, оффшорных зон и теневых банков. Процесс занял почти час, и все это время Ви не отрываясь смотрела, как на экране выстраивается сложная схема перемещения средств. Наконец программа завершила работу. В конце запутанной цепочки высветилось имя конечного получателя: Ненси Хилтон. — Вот ты и попалась, — хищно улыбнулась Ви. Теперь всё складывалось. Дженкинс, используя Лорелей как подставное лицо, платил Ненси, чтобы та наняла для Джонни телохранителя из Арасаки. Идеальная схема — никаких прямых связей, только посредники. Но зачем? Что такого ценного в Джонни, что Дженкинс готов был организовать столь сложную комбинацию? И почему выбрали именно её, Ви, а не другого агента? «Жучки», — внезапно поняла она. — «Он мог использовать меня как переносчика прослушки». Ви нашла в настольном ящике компактный сканер, включила и провела по своей одежде, волосам, даже по кибернетическим имплантам. Ничего. Она перепроверила всю квартиру — тоже чисто. Но это не значило, что устройства не могли быть активированы только в присутствии Джонни или в определенных местах. — Они хотят знать всё о Джонни, — прошептала она. — Его планы, контакты, перемещения… Но зачем? Простое наблюдение или подготовка к чему-то более серьёзному? Возможно, ликвидация? Джонни годами был занозой в боку Арасаки — логично, что корпорация хотела бы от него избавиться. А она, Ви, должна была стать орудием в этой игре. Снова пешкой, которую продвигают вперёд и жертвуют, когда придёт время. История повторялась, но на этот раз она не позволит себя использовать. На главном экране терминала высветилось время: 4:37 утра. Джонни наверняка ещё в студии — он часто работал до рассвета, особенно над важными проектами. Это давало Ви шанс проверить его квартиру на жучки до его возвращения. Она быстро собралась, взяв с собой набор высокочувствительных сканеров, электронные отмычки и пистолет. В последний момент Ви остановилась у двери, задумавшись — стоит ли предупредить Джонни? После их последнего разговора, его обвинений и угроз, он вряд ли поверит, что она пытается ему помочь. «Сначала факты, потом разговоры,» — решила она. Перед выходом она ещё раз взглянула на мерцающие экраны. Головоломка начала складываться, но картина была ещё неполной. Кто все игроки в этой партии? Какие ставки? И самое главное — кто стоит за Дженкинсом? — Пора узнать, во что мы все вляпались, — сказала она, закрывая за собой дверь.

***

Квартира Джонни встретила Ви привычной тишиной. Как и в прошлый раз, здесь было неожиданно чисто. «Странно,» — подумала она. Неужели Ненси настолько плотно занялась организацией его пространства? Или, что вероятнее, Джонни практически не бывает здесь. Ви методично провела сканирование, проверив все места, где в прошлый раз обнаружила жучки, но ничего не нашла. Это было странно — либо у неё паранойя, либо устройства были настолько хорошо замаскированы, что даже её продвинутое оборудование не могло их обнаружить. «Может, я ошибаюсь?» — Ви подключила датапад к сканеру, намереваясь запустить более глубокий анализ. Если Дженкинс действительно следил за Джонни, должны были остаться какие-то следы. Входная дверь вдруг открылась, заставив Ви напрячься. В квартиру вошел Джонни с какой-то девицей, чьи ярко-розовые волосы в полумраке прихожей выглядели почти неоново. — Охренеть, у тебя тут уже кто-то есть, — хихикнула девушка, с любопытством рассматривая Ви. Джонни, казалось, ничуть не удивился, увидев Ви. На его лице появилась усмешка — та самая, которую Ви уже не раз мечтала стереть хорошим ударом. — Детка, поезжай домой, — сказал он розоволосой спутнице. — У нас тут вырисовываются дела. — Но ты обещал показать мне свою… коллекцию гитар, — надула губы девица. — В другой раз, — отрезал Джонни. — Обещаю, оно того стоит. Когда дверь за разочарованной девушкой закрылась, Джонни без слов прошел на кухню, достал бутылку виски и два стакана. Его движения были расслабленными, словно вторжение Ви было самым обыденным делом. — Что, так соскучилась, что вламываешься в мой дом? — спросил он, наливая виски в оба стакана. От его самодовольного тона Ви захотелось заехать ему прямо в эту ухмыляющуюся физиономию, но она сдержалась. У неё были вопросы поважнее. — Ты знал про жучки, да? — спросила она, наблюдая за его реакцией. — Я не смогла ничего найти. Джонни улыбнулся, и эта улыбка была красноречивее любого ответа. — Конечно знал, — он сделал глоток виски. — С самого первого дня, как ты появилась здесь. Впускать корпората в свою квартиру и надеяться, что он не притащит с собой какую-то дрянь — это надо быть полным идиотом. — Почему ты тогда меня не убил? — Ви сама удивилась прямоте своего вопроса, но виски и накопившееся раздражение делали своё дело. — Потому что я не настолько глуп, — Джонни откинулся на стуле. — Мне нужно было знать, причастна ли ты ко всему этому или нет. Действуешь ли по собственной инициативе или просто марионетка в чужих руках. — И что же ты выяснил? — Что ты, может, и корпоратская крыса, но крыса с собственными интересами, — Джонни усмехнулся. — Это мне нравится. — Что ты сделал с жучками? — Ви чувствовала, как нарастает раздражение от его спокойного, почти развязного тона. — Перепрограммировал, — Джонни развел руками, как фокусник после удачного трюка. — Они передавали только крики, никаких личных разговоров. Думаю, твой Дженкинс знатно развлекся, прослушивая эти записи. — Он не мой, — отрезала Ви. — Как скажешь, — Джонни наклонился ближе. — Знаешь, что интересно? Жучки были контрафактные, не арасаковские. Твой начальник что-то мутит за спиной компании. У него свой интерес ко мне, и я сомневаюсь, что руководство Арасаки об этом знает. Эта информация заставила Ви задуматься. Если Дженкинс действовал самостоятельно, значит, история могла быть сложнее, чем казалось. Или Джонни просто пытался запутать её? — В любом случае, теперь это не имеет значения, — продолжил Джонни. — Он не получил ничего ценного. У нас есть дела поважнее, чем твой босс. — Например, Хельман, — сказала Ви, возвращаясь к главной цели их сотрудничества. — Нужно узнать, когда Кан Тао планирует его перевозку. Без него мы не узнаем деталей о проекте. Джонни кивнул. — Уже работаю над этим. У меня есть контакт в транспортном отделе Кан Тао. Должен выйти на связь со дня на день. — Так ты все же решил вернуться к плану, и не сказал? — Ви почувствовала, как внутри закипает гнев. — Серьезно, Джонни? Мы вроде как работаем вместе. — Вроде как, — повторил он с усмешкой. — Давай будем честны, Ви. Мы оба недоговариваем друг другу. Ты мне не доверяешь, я не доверяю тебе. Пока что нас объединяет только общая цель. — И постель, — добавила Ви язвительно, вспоминая их ночь два дня назад. — И это тоже, — Джонни подмигнул. — Кстати, раз уж ты так эффективно спугнула мою компанию на сегодня, может, задержишься? Ночь длинная, а завтра нам всё равно придется встречаться для обсуждения плана. Ви почувствовала, как усиливается раздражение. Его беззаботность, эта внезапная смена настроения, то, как он утаил информацию о контакте в Кан Тао — всё это складывалось в раздражающий клубок. — Знаешь что, Джонни? — она встала из-за стола. — Я, пожалуй, поеду к себе. Можешь грустно подрочить в уголке, вспоминая нашу прошлую ночь. Ви ожидала увидеть разочарование или раздражение, но Джонни только шире улыбнулся. Он встал и неторопливо подошел к ней, сокращая расстояние до неприличного минимума. — А ты думаешь, я позволю тебе уйти? — его голос стал ниже, с тонами угрозы и чего-то еще, от чего у Ви по спине пробежали мурашки. — Я не спрашиваю разрешения, — Ви выдержала его взгляд, хотя сердце предательски ускорило ритм. Джонни медленно поднял руку и провел пальцем по её щеке. — Ты злишься, что я тебе не рассказал про контакт? Или что заставил тебя ревновать, приведя другую женщину? — Я не ревную, — отрезала Ви, отступая на шаг. — Я раздражена твоей безответственностью. У нас серьезное дело, а ты ведешь себя как… — Как кто? — Джонни сделал шаг вперед, снова сокращая расстояние. — Как рокер-бунтарь, которым я и являюсь? Извини, что не соответствую твоим корпоративным стандартам. — Джонни, я не… Но он не дал ей закончить, внезапно притянув к себе и впившись в её губы поцелуем. Ви собиралась оттолкнуть его, действительно собиралась. Это было неправильно, непрофессионально, опасно. Но вместо этого она почувствовала, как её руки сами обвивают его шею, как тело отвечает на его прикосновения. «Только этой ночью,» — подумала она. — «А завтра мы снова будем просто деловыми партнерами.» Где-то в глубине сознания тревожный голос предупреждал, что она повторяет эту мантру уже не в первый раз. Что с каждым разом её решимость держать дистанцию становится всё слабее. Что эта игра в кошки-мышки с Джонни Сильверхендом становится слишком опасной. Но сейчас, когда его руки скользили по её телу с такой уверенностью, словно имели на это полное право, когда его губы заставляли её забыть обо всём, кроме жажды, Ви не хотела слушать этот голос.

***

Горячая вода обрушивалась на плечи Ви, смывая запах секса и сигарет. Часы показывали семь утра — то пограничное время, когда даже Найт-Сити на мгновение замирает перед новым днем безумия. Она прислонилась лбом к холодному кафелю и закрыла глаза. «Может, просто поскользнуться, упасть, разбить голову? Было бы милосердно,» — мрачная мысль промелькнула и исчезла. Ви усмехнулась собственной драматичности. Нет, она не умрет в душе Джонни Сильверхенда. Это было бы слишком символично и патетично. «Второй раз. Трезвая. Полностью в сознании,» — каждое слово в её голове звучало как обвинение. Ви не могла больше прикрываться алкоголем или моментной слабостью. Она знала, на что идет. Знала, кто такой Джонни. Знала его репутацию, видела, как он манипулировал людьми. Черт, он даже не скрывал, что манипулирует ею. «Как тебе не стыдно?» — спросила она своё отражение в хромированном смесителе. — «Где твоё чувство самосохранения? Где профессионализм?» Самое ужасное заключалось в том, что она не могла винить Джонни. Он был верен себе — ничего не обещал, не притворялся, не лгал о своих намерениях. Он просто брал то, что было предложено. А предлагала, как оказалось, она сама. Ви вспомнила, как всего несколько часов назад её тело отзывалось на каждое его прикосновение, как она сама направляла его руки туда, где хотела их чувствовать. Ничего общего с принуждением или манипуляцией в тот момент — только чистое, необузданное желание. «Классическая корпоратская крыса,» — думала Ви с горечью. — «Арасака имеет меня с девяти до пяти, Дженкинс дергает за ниточки, заставляя танцевать под свою дудку, а теперь и этот рокер-анархист получил свой кусок.» Ви так погрузилась в самобичевание, что не услышала, как открылась дверь душевой. Осознала чужое присутствие, только когда почувствовала прохладу от впущенного воздуха. — Место занято, — бросила она, не оборачиваясь. — Вижу, — хрипловатый голос Джонни раздался слишком близко. — Но я решил, что мы можем экономить воду. Забота об окружающей среде и всё такое. — Серьезно? — Ви повернулась, скрестив руки на груди. — Ты заботишься об окружающей среде? Джонни стоял перед ней обнаженный, с привычной полуухмылкой на лице. Капли воды падали на его плечи, скатываясь по татуировкам на груди и руках. — Может, я забочусь о том, чтобы ты не утопилась здесь, — он наклонил голову, разглядывая её. — С твоим-то выражением лица это вполне вероятно. — Чтение мыслей теперь входит в твой набор талантов? — огрызнулась Ви. — Нет, — Джонни шагнул ближе, вода теперь падала на них обоих. — Но я умею неплохо читать людей. Особенно когда они стоят голые с таким видом, будто готовы вскрыть себе вены зубной щеткой. — Мило, — сухо ответила Ви. Джонни протянул руку и отвел прядь мокрых волос с её лица. — Знаешь, — сказал он неожиданно серьезно, — можешь ненавидеть себя сколько угодно за то, что спишь со мной. Но не делай вид, что я тебя заставляю или что-то в этом духе. — Не льсти себе, — Ви попыталась отойти, но места в душевой кабине было мало. — Я не льщу себе, — Джонни удержал её за плечи. — Я просто констатирую факт. Ты здесь, потому что хочешь быть здесь. И это нормально, Ви. — Нормально? — она невесело рассмеялась. — Ты подставил меня с этим заданием. Ты угрожал мне. Ты копаешься в моем прошлом. Ты скрываешь информацию. О какой «нормальности» ты вообще говоришь? — А ты не делаешь то же самое? — спросил Джонни, и его слова попали точно в цель. — Не притворяйся святой, Ви. Мы оба знаем, что ты нихрена мне не доверяешь. Что у тебя свои планы на Хельмана и на всю эту информацию. Что ты готова кинуть меня, как только получишь то, что тебе нужно. Ви молчала, потому что возразить было нечего. Он был прав, черт побери. — Но знаешь, что самое забавное? — продолжил Джонни, его пальцы слегка сжали её плечи. — Несмотря на всё это, нам хорошо вместе. И не только в постели. Мы хорошо работаем вместе, мы понимаем друг друга лучше, чем хотим признать. — Это называется Стокгольмский синдром, — пробормотала Ви, но без прежней язвительности. — Называй как хочешь, — Джонни наклонился ближе, его губы почти касались её уха. — Но не ври хотя бы самой себе. Его рука скользнула по её мокрой спине, опустилась ниже. Ви знала, что должна оттолкнуть его, должна выйти из этой душевой, одеться и уйти. Но вместо этого её собственные руки поднялись к его плечам, комната наполнилась паром, а время словно остановилось. «К черту» — подумала она, сдаваясь его прикосновениям. Какой смысл сопротивляться, если её тело и так предает её каждый раз? Какой смысл лгать самой себе, если это не спасет её репутацию, не изменит сложившейся ситуации? Когда его губы нашли её, Ви не стала сопротивляться. Когда его руки подняли её, прижимая к стене душевой, она лишь крепче обхватила его бедра ногами. Когда он вошел в неё одним сильным движением, она лишь выдохнула его имя. Завтра будет новый день. Завтра она снова наденет маску хладнокровного профессионала, пойдет в Арасаку и будет искать информацию о перемещении Хельмана. Завтра она снова будет ненавидеть себя за эту слабость. Но сейчас, в семь утра, под горячими струями воды, в руках человека, которому она не должна доверять, Ви позволила себе просто чувствовать. Без анализа, без самобичевания, без ложных оправданий. Хотя бы на этот момент.

***

Зал для собраний на верхних этажах башни Арасаки всегда казался Ви слишком помпезным — чрезмерно высокие потолки, дорогая отделка, панорамные окна с видом на город. Эта показная роскошь, по её мнению, была типичным аттрибутом власти, молчаливым напоминанием каждому, кто входил сюда: «Вы находитесь в святая святых». Слово взял Артур Дженкинс. Ви наблюдала за своим непосредственным начальником с отстранённым интересом. Теперь, когда она знала о его неофициальной слежке, многие детали его поведения приобретали новый смысл. Легкая самоуверенность в голосе, внимательный взгляд, который периодически останавливался на ней во время речи — будто проверяя, не заподозрила ли она что-нибудь. Её мысли снова вернулись к прошлой ночи, к Джонни. К тому, как легко она позволяла себе тонуть в удовольствии, которое он дарил. Несмотря на все красные флаги, несмотря на очевидную опасность. «Когда все пошло не так?» — этот вопрос крутился в её голове, пока Дженкинс продолжал говорить о системах безопасности и протоколах. Может, все началось с Дэвида? Её бывший парень был многообещающим хакером, который слишком глубоко копнул под Арасаку. Когда он поделился с Ви своими находками — данными о незаконных экспериментах — она знала, что должна доложить об этом руководству. Корпоративный протокол, безусловная лояльность. Она помнила его лицо, когда агенты службы безопасности пришли за ним. Удивление, недоверие, а потом понимание, когда их взгляды встретились. «Это ты,» — сказал он без слов, и Ви не отвела глаз. Она сделала то, что должна была сделать. Через неделю её повысили. Через месяц она уже почти не вспоминала о нём. А через год начала собирать собственное досье на незаконную деятельность Арасаки. Не из чувства вины — Ви почти убедила себя в этом. Просто страховка. В мире корпораций информация ценнее денег и крови. «Причина, почему я согласилась помочь Джонни…» — Ви задумалась, пока Дженкинс демонстрировал голографические схемы расположения охраны. — «Месть Арасаке? Или просто желание быть чем-то большим, чем просто винтиком в корпоративной машине?» Тщеславие. Эго. Жажда власти и контроля. То, что привело её в этот зал, в эту компанию, на эту должность. То, что толкнуло её согласиться на авантюру с Джонни. — И теперь я хотел бы передать слово мисс Ви, которая проанализировала потенциальные уязвимости внешнего периметра, — голос Дженкинса вырвал её из размышлений. Все взгляды обратились к ней. Ви встала, с безупречной осанкой, с профессиональной полуулыбкой на лице. В этот момент она была идеальным корпоративным сотрудником — собранной, компетентной, лояльной. — Благодарю, мистер Дженкинс, — её голос звучал ровно и уверенно, словно не она всего час назад смывала с тела следы Джонни Сильверхенда. — В ходе анализа были выявлены три критические точки, требующие дополнительного внимания. Ви активировала свои заметки на корпоративном датападе, и над столом появилась трехмерная проекция башни Арасаки с выделенными участками. — Первая точка — подземный гараж. Несмотря на усиленную охрану, структура транспортных тоннелей создает слепые зоны для камер наблюдения здесь и здесь, — она указала на две области на схеме. — Предлагаю установить дополнительные сканеры и разместить тактическую группу в этих точках. Ви продолжала доклад, её профессионализм не вызывал сомнений. Она говорила о потенциальных угрозах, о мерах противодействия, о протоколах эвакуации. И все это время в глубине души она понимала иронию ситуации: человек, помогающий террористу, дает советы по обеспечению безопасности. «Ты идеальная двуличная дрянь, Ви,» — подумала она с холодным самоуничижением. — «Прям как все вокруг.» Закончив презентацию, Ви вернулась на своё место. Дальше выступали другие руководители, но она уже почти не слушала. Вместо этого она незаметно проверила свой личный телефон. Одно новое сообщение. От Джонни. «Хельмана перевозят завтра. Конвой Кан Тао, четыре машины. Маршрут: шоссе №20, выезд через восточные ворота. Встретимся в 20:00 в Посмертие для обсуждения деталей.» Ви почувствовала, как учащается пульс. Вот он, момент истины. Завтра они получат доступ к человеку, который знает о проекте бессмертия всё. И тогда… Что тогда? Предаст ли она Джонни? Предаст ли Арасаку? Или найдет способ выкрутиться и получить выгоду для себя, кинув обе стороны? «Ты хотела быть игроком, а не пешкой,» — напомнила она себе. — «Так играй.» В конференц-зале продолжалось обсуждение мер безопасности для человека, который, возможно, никогда не умрет благодаря технологии, за которой охотился Джонни. И к которой охотилась сама Ви. Жизнь полна иронии. Покидая зал совещаний, Ви заметила, как Дженкинс сделал ей жест следовать за ним. Она кивнула, сохраняя нейтральное выражение лица, хотя внутренне напряглась. Дорога до кабинета начальника показалась неожиданно долгой — каждый шаг по отполированному до блеска полу отдавался гулким эхом в её голове. «Он знает?» — мысль билась в висках, пока они поднимались на лифте. — «Что-то прослушал? Перехватил сообщение от Джонни?» Сам хозяин кабинета, устроившись за массивным столом из искусственного черного дерева, просматривал что-то на голографическом экране. — Присаживайтесь, Ви, — Дженкинс указал на кресло напротив себя, не поднимая взгляда от документов. Она опустилась в кресло, мысленно готовясь к любому повороту событий. Аресту за измену? Шантажу? Очередной манипуляции? — Отличная работа на презентации, — Дженкинс наконец поднял глаза, его голос звучал совершенно обыденно. — Ваши рекомендации по усилению безопасности подземного гаража весьма своевременны. Особенно учитывая последние… события. — Благодарю, сэр, — ответила Ви, всё ещё не понимая, к чему он клонит. — У нас появился новый клиент, — продолжил Дженкинс, переключаясь на другой экран. — Сенатор Родерик Бёрд. Знакомо имя? Ви мысленно перебрала информацию. Конечно, она знала сенатора Бёрда — один из самых влиятельных политиков, известный жёсткой анти-корпоративной риторикой. Но все в Найт-Сити знали, что это просто фасад. За закрытыми дверями Бёрд брал деньги у всех, кто готов был платить. — Да, сэр. Комитет по корпоративному регулированию. Громкие заявления, мало действий. Дженкинс позволил себе редкую улыбку. — Именно. Типичный политикан, говорящий одно, делающий другое. Но для нас он — важный союзник. Сенатор прибывает в Найт-Сити через три дня для участия в конференции по регулированию технологических инноваций. — И нам нужно обеспечить его безопасность, — закончила за него Ви. — Совершенно верно. А также… скажем так, обеспечить правильное направление его мыслей относительно некоторых законопроектов. Дженкинс передал ей датапад с подробной информацией о сенаторе — расписание, привычки, слабости, контакты. Обычное задание по сопровождению и мягкому влиянию. Ничего из ряда вон выходящего. — Всё стандартно, — заметил Дженкинс, словно читая её мысли. — Но учитывая текущую ситуацию с приездом господина Арасаки, нам нужно быть особенно осторожными. Никаких инцидентов с политиками в эту неделю. Вы меня понимаете? — Предельно ясно, сэр. — Отлично, — Дженкинс кивнул. — Все подробности в файле. Используйте свою команду по усмотрению. Ви ожидала дальнейших вопросов, какого-то подвоха, но к её удивлению, Дженкинс просто вернулся к своим документам. Встреча закончилась. Никаких намёков на подозрения, никаких скрытых угроз. — Это всё, Ви. Можете идти, — добавил он, не поднимая головы. Выйдя из кабинета Дженкинса, Ви выдохнула. Обычное задание. Ничего более. Либо она действительно параноит, либо Дженкинс — ещё более хладнокровный манипулятор, чем казалось раньше. Возвращаясь в свой собственный кабинет, поменьше и поскромнее, но с таким же видом на панораму Найт-Сити, Ви перебирала информацию о сенаторе Бёрде. «Хотя бы не рок-музыкант,» — подумала она с невольной усмешкой, вспоминая свою первую встречу с Джонни. Сенатор был классическим клиентом — утомлённый политик средних лет с амбициями, превышающими его реальное влияние, с тайными пороками и официальной моралью. Вполне привычная работа: сопровождение, защита от неудобных журналистов и активистов, организация «случайных» встреч с нужными людьми Арасаки. Ви расположилась за своим столом и вызвала трёх членов своей команды. Они появились незамедлительно — подтянутые, в идеально сидящих костюмах, с выражением лиц, не выдающих ничего кроме профессиональной готовности. — Новый клиент, — Ви разослала им краткие файлы со сжатой информацией о сенаторе. — Джейсон, ты отвечаешь за логистику. Маршруты, транспорт, запасные планы. Лин, тебе — информационное сопровождение. Все журналисты, все запросы — через тебя. Майк, безопасность. Всё стандартно, но с особым вниманием — в городе через пять дней будет сам Сабуро Арасака, так что никаких проколов с другими VIP-персонам. Вопросы? Команда молча покачала головами. Всё было ясно. Работа, которую они выполняли десятки раз. — Полные отчёты к завтрашнему утру, — добавила Ви. — Свободны. Когда команда покинула кабинет, Ви откинулась в кресле и посмотрела на часы. До встречи с Джонни оставалось ещё несколько часов. Время, чтобы подготовиться и морально, и физически. «Хельмана перевозят завтра…» — слова сообщения Джонни снова всплыли в её памяти. Завтра. Это происходит слишком быстро. Но, возможно, так даже лучше. Меньше времени на сомнения, меньше шансов быть обнаруженной. Ви развернула на экране карту маршрута, указанного Джонни. Шоссе №20, восточные ворота… Она знала этот район. Достаточно безлюдный для подобной операции. Идеальное место для перехвата конвоя — если, конечно, информация верна. А что, если нет? Что, если это ловушка? Ви покачала головой. Слишком много вопросов, слишком мало ответов. И слишком много поставлено на карту. Она закрыла все файлы и активировала защитный режим своего терминала. Впереди долгий вечер и ещё более долгая ночь. А завтра… Завтра либо начнётся новый этап в её жизни, либо все планы рухнут, как карточный домик. В любом случае, дороги назад уже не было. Ви закрыла последний файл по сенатору Бёрду и поднялась с кресла. На сегодня с Арасакой достаточно — впереди ещё встреча с Джонни в баре, где они должны были обсудить детали завтрашней операции. Она подхватила свою дизайнерскую сумку, проверила корпоративный пистолет в наплечной кобуре и направилась к выходу. Дверь кабинета плавно отъехала в сторону, и Ви едва не столкнулась с человеком, уже занёсшим руку для стука. В первую секунду её мозг отказался верить тому, что видели глаза. Перед ней стоял Джонни Сильверхенд собственной персоной. В здании Арасаки. Снова. На нём был тот же чёрный костюм, что и в прошлый раз, но теперь с добавлением солнцезащитных очков, за которыми скрывались его глаза. Губы изогнулись в наглой ухмылке. У дверей её кабинета. На глазах у секретарши и нескольких сотрудников, проходивших по коридору. Реакция была мгновенной. Ви схватила Джонни за лацкан пиджака и втянула его в кабинет, одним движением захлопнув за ними дверь. Звук автоматического замка, щёлкнувшего при закрытии, прозвучал как выстрел в напряжённой тишине. — Ты совсем идиот? — прошипела она, активируя на своём столе глушилку для прослушивающих устройств. Голографический индикатор на столе мигнул зелёным — периметр чист. — Тебе кажется это веселым? Ты же блять по краю ходишь, подставляя нас обоих! Джонни снял очки, и его глаза сверкнули насмешливым блеском. Он совершенно не выглядел обеспокоенным. — Не забывай, милая, мы же играем пару, — протянул он с притворной нежностью в голосе. — И вот я пришел к своей любимой. Хочу пригласить тебя на ужин. Он прошел вглубь кабинета, бесцеремонно осматриваясь, словно оценивая обстановку. На мгновение его взгляд задержался на фотографии с корпоративного приёма — Ви, улыбающаяся рядом с Артуром Дженкинсом и ещё несколькими высокопоставленными сотрудниками Арасаки. Ви закатила глаза. В любой другой ситуации его самоуверенность могла бы показаться очаровательной, но сейчас она граничила с безрассудством. — Джонни, в эту игру ты играешь один, — отрезала она, скрестив руки на груди. — Я в твоей бредовой постановке не участвую. И если ты думаешь, что корпоративная служба безопасности купится на это прикрытие, то ты ещё больший идиот, чем я предполагала. Джонни лишь пожал плечами и развалился в её кресле, закинув ноги на стол — прямо на бумаги с логотипом Арасаки. Ещё один маленький акт неповиновения, словно выплёвывание на пол. — Для них я просто успешный музыкант, который крутит роман с корпоративной акулой, — он ухмыльнулся. — Знаешь, такое случается. — Ладно, плевать, — Ви раздражённо отмахнулась от этой темы. — Хочешь обсудить в здании Арасаки, как похитить бывшего сотрудника Арасаки? Хорошо. Рассказывай, какой у нас план по отбиванию его от охраны Кан Тао. Она присела на край стола, глядя на него сверху вниз. Джонни перестал улыбаться, его лицо приобрело серьёзное выражение — словно маска шута спала, обнажив стратега и бойца. — План простой, — он понизил голос, хотя глушилка должна была защитить их от прослушки. — Завтра в 14:30 Хельмана перевозят с исследовательского объекта на территорию Кан Тао. Конвой небольшой — бронированный фургон, две машины сопровождения, всего восемь охранников. Джонни наклонился вперёд, и его пальцы пробежались по поверхности стола, рисуя воображаемую карту. — Они выедут через восточные ворота на шоссе №20. Примерно здесь, — он указал точку в воздухе, — конвой должен проехать через старый туннель. Идеальное место для засады. Ограниченная видимость, никаких боковых съездов. — Туннель, — кивнула Ви, вспоминая эту часть маршрута. — Арасака редко использует этот путь из-за его уязвимости. Почему Кан Тао выбрали его? — Потому что официально это не операция Кан Тао, — ответил Джонни. — По документам это переговоры между Кан Тао и независимым исследователем. Ви нахмурилась. Это имело смысл. — И как ты планируешь остановить конвой? — спросила она. — Даже если охрана малочисленна, они будут хорошо вооружены. Джонни усмехнулся и достал из внутреннего кармана пиджака маленький металлический диск. — ЭМИ-граната последнего поколения. Отключит всю электронику в радиусе пятидесяти метров. Системы управления, связь, даже имплантаты охраны временно выйдут из строя. У нас будет примерно две минуты, чтобы нейтрализовать охрану, извлечь Хельмана и исчезнуть. — Две минуты, — повторила Ви. — И сколько людей у тебя в команде? — Трое. Ты, я и моя старая подруга Панам. Она обеспечит нам транспорт для отхода и прикрытие с дальней дистанции. — Трое против восьми вооружённых охранников? — Ви недоверчиво покачала головой. — Ты слишком самоуверен, даже с ЭМИ-гранатой. — Четверо, — поправил Джонни. — Есть ещё Гаррет, мой техник. Он взломает системы фургона, как только они снова заработают после ЭМИ. Ви задумалась. План был рискованным, на грани безумия. Но при правильном выполнении… возможно, это могло сработать. — А что будет с доктором после того, как мы его заполучим? — спросила она. — Ты уверен, что он захочет сотрудничать? — Не захочет — заставим, — жёстко ответил Джонни, но увидев выражение лица Ви Ви отвернулась к окну, глядя на сверкающие огни Найт-Сити. Внизу, в сотнях метров под ними, жизнь текла своим чередом — люди спешили по своим делам, не подозревая, что завтра в городе может произойти событие, способное изменить баланс сил. — Если мы это сделаем, пути назад не будет, — тихо сказала она. — Корпорации не прощают предательств. Джонни встал и подошёл к ней, остановившись так близко, что она чувствовала тепло его тела. — Пути назад нет уже сейчас, — сказал он, глядя ей в глаза. — Ты сделала свой выбор, когда согласилась участвовать во всем этом. Их взгляды встретились, и на мгновение Ви почувствовала странную связь между ними — словно они были двумя половинками чего-то большего, разделенными временем и обстоятельствами, но неумолимо тянущимися друг к другу. — Завтра в 13:00, у заброшенной заправки перед туннелем, — сказал Джонни. — Я пришлю координаты. Будь готова. Он наклонился и неожиданно поцеловал её — быстро, но с такой интенсивностью, что у Ви перехватило дыхание. — Ради поддержания образа, — прошептал он с усмешкой, отстраняясь. — До завтра, корпоративная принцесса. И прежде чем Ви успела что-либо ответить, Джонни уже направился к двери, поправляя пиджак и надевая солнцезащитные очки. Уходил он так же стремительно и уверенно, как и появился — словно не совершал только что одну из самых безрассудных выходок в здании, полном людей, жаждущих его смерти. Ви смотрела ему вслед, чувствуя, как внутри разрастается странная смесь раздражения, восхищения и страха. Завтра. Всё произойдёт завтра. И обратного пути действительно не было. Джонни уже взялся за ручку двери, когда внезапно остановился. Его плечи напряглись, а затем расслабились, словно он принял какое-то решение. Он повернулся к Ви и неожиданно серьёзно произнёс: — Знаешь, нам пора взять перемирие. Ви скептически приподняла бровь: — Перемирие? — Да, — Джонни снял очки, и на этот раз в его взгляде не было привычной насмешки. — Если мы хотим работать хорошо в команде, нам нужно научиться доверять друг другу. Хотя бы на время операции. Он подошёл ближе, остановившись в паре шагов от неё. — Я предлагаю перемирие. Настоящее. Без этих наших… — он неопределённо взмахнул рукой, — подколок и взаимных подозрений. Просто два человека, работающие над общим делом. Ви скрестила руки на груди, изучая его лицо. Предложение звучало разумно, даже необходимо перед рискованной операцией. Но что-то в тоне Джонни подсказывало, что за этими словами кроется ещё что-то. — И что конкретно подразумевает твоё перемирие? — спросила она с подозрением. Джонни улыбнулся, и в его улыбке промелькнуло что-то почти мальчишеское. — У Керри сегодня вечеринка. Небольшая, для своих. И мы обязаны там быть. — Обязаны? — с сомнением переспросила Ви. — Абсолютно, — с серьёзным видом кивнул Джонни. — На вечеринке будет много алкоголя, травки и всякого другого. Идеальный способ сбросить напряжение перед операцией. Ви открыла рот, собираясь сказать, что напиваться накануне опасного задания — идея из разряда худших, но неожиданно для самой себя задумалась. Последние недели она жила как в тисках — постоянное напряжение, необходимость держать лицо перед Арасакой и одновременно планировать предательство. Может, ей действительно нужно просто… отпустить себя? Хотя бы на один вечер? «Это тупое решение,» — настойчиво говорил голос разума внутри. — «Пить перед важной операцией — верх безответственности.» Но другая часть её существа, та, что устала от вечного контроля и расчёта, жаждала этой безрассудности. Один вечер свободы перед тем, как всё изменится навсегда. — Хорошо, — сказала она, удивив своим ответом не только Джонни, но и саму себя. — Я согласна. Джонни явно не ожидал такого быстрого согласия. Его брови удивлённо взлетели вверх. — Серьёзно? Никаких лекций о профессионализме и ответственности? Ви пожала плечами, чувствуя странную лёгкость от принятого решения: — А какой смысл? Ты всё равно не послушаешь. И кто знает… — она позволила себе лёгкую улыбку, — может, мне тоже нужно немного… расслабиться. Губы Джонни растянулись в широкой усмешке: — Ты полна сюрпризов, корпоративная принцесса. Заеду за тобой к полуночи. И надень что-нибудь… — он окинул взглядом её строгий корпоративный костюм, — менее формальное. У Керри не деловая встреча. — Не указывай мне, что надевать, Сильверхенд, — огрызнулась Ви, но без настоящей злости. — И вот оно, наше перемирие, — рассмеялся Джонни. — Продержалось целых тридцать секунд. Новый рекорд. Часть её сознания кричала о том, какое это безответственное решение — пить накануне операции, да ещё с человеком, которого она едва знает и которому не может полностью доверять. Но другая часть, та, что годами была подавлена корпоративной дисциплиной и постоянным самоконтролем, ликовала от предвкушения. Один вечер свободы. Один вечер без масок и притворства. «Ты принимаешь решение на эмоциях,» — напомнил внутренний голос. «Да,» — мысленно согласилась Ви, закрывая дверь за Джонни — «И в этот раз я не против.» Она подошла к зеркалу в своём кабинете и внимательно посмотрела на своё отражение — строгую причёску, идеальный макияж, выверенные линии костюма. Всё это было частью её корпоративной маски. «Что ж,» — подумала она, расстёгивая верхнюю пуговицу блузки жестом мелкого бунтарства, — «пора вспомнить, кто ты на самом деле, прежде чем станет слишком поздно.»