Глава 32
15 июня 2026 г., 12:00
Полицейский участок Хэпинлу, район Фуян. Полдень. Солнце палило нещадно, словно вчерашнего ночного урагана с грозой никогда и не было. Узкая улочка перед участком гудела от суеты: крики торговцев, гудки машин, гомон толпы. Люди сплошным потоком шли по своим делам, а припаркованные мопеды и скутеры выплескивались с крытых стоянок прямо на проезжую часть.
Девушка в белом платье, спотыкаясь на каждом шагу, остановилась у входа в переулок. Она тяжело и часто дышала, грудь ее судорожно вздымалась. Широко раскрытыми глазами она смотрела на вывеску полицейского участка. Мимо с веселым гомоном пробежали школьники, размахивая рюкзаками, и с любопытством оглянулись на нее.
Наконец, словно приняв какое-то тяжелое решение, она сделала неуверенный шаг вперед. Би-бип! Сзади раздался резкий гудок. Черный автомобиль, не обращая внимания на ругань прохожих, внаглую протиснулся по узкой улочке и остановился прямо рядом с девушкой. Стекло плавно опустилось, и из салона раздался тихий, но свирепый голос: — Садись!
Девушка замерла, будто ее ударило током. Из машины донеслась приглушенная ругань. В следующую секунду дверь распахнулась, чья-то грубая рука вцепилась в девушку и силой втащила ее в салон! «...!» Она успела издать лишь короткий, сдавленный писк, а затем, словно парализованная страхом, замолкла навсегда. Дверь с глухим стуком захлопнулась, тонированное стекло поднялось. Машина проехала мимо шумного полицейского участка и скрылась в лабиринте извилистых переулков.
Городское управление полиции Цзяньнина.
— Какого хрена вы там вообще делали?! Толпа здоровых мужиков упустила девчонку прямо из-под носа! У вас вместо мозгов опилки?! БАХ! Янь Се со всей дури швырнул стопку папок на стол для совещаний. Трое оперативников стояли перед ним с пунцовыми лицами, не смея даже поднять глаз.
— Идиоты! Дилетанты! Позволили какой-то соплюшке обвести себя вокруг пальца! — Янь Се поочередно ткнул пальцем в каждого. Его рык, казалось, сотрясал весь этаж. — Со следующего квартала в первом отделе вам делать нечего! Пошли вон в тыловое обеспечение, будете там бумажки перекладывать! Пока не сдадите аттестацию на отлично — не возвращайтесь! А не сдадите — сгниете в участковых до конца дней!
Дверь приоткрылась. Цинь Чуань, прикрыв рот рукой, неловко кашлянул: — Эм... старина Янь, Дин Цзяван с женой уже здесь. Сидят в разных допросных, ждут.
Янь Се презрительно фыркнул, развернулся и вылетел из кабинета. Оперативники одновременно, с облегчением и ужасом, выдохнули.
— Я ничего не знаю, — Дин Цзяван сидел в полумраке допросной. Под глазами у него залегли темные круги. Голос звучал хрипло, но непреклонно: — Дин Дан, конечно, моя дочь, но она уже взрослая. Живет в общежитии, дома почти не бывает. Я не могу контролировать каждый ее шаг.
Янь Се стоял за стеклом Гезеля, заложив руки за спину. В ухе — Bluetooth-гарнитура, а аура вокруг него была такой ледяной, что казалось, вот-вот пойдет снег.
Его мрачное настроение передалось подчиненным в допросной. Даже Ма Сян начал допрос не с таким напором, как сам Дин Цзяван: — В ходе расследования мы установили, что ваша дочь Дин Дан неоднократно приезжала в торговые центры на красной «Тойоте Камри». Эта машина по поддельным документам зарегистрирована на Лю Ваньцю, двоюродную племянницу вашей жены. И вы хотите сказать, что понятия об этом не имели? — Не имел. Я не знал, что у нее есть машина.
Бах! Ма Сян резко встал и швырнул на стол перед инженером распечатку в высоком разрешении: — Лжешь! Дыхание Дин Цзявана участилось. На фото с камеры видеонаблюдения была та самая красная «Камри», припаркованная у входа в Международный финансовый центр. Из распахнутой двери выходили сам Дин Цзяван и его жена.
— Это запись с торгового центра, сделанная во время китайского Нового года, — ледяным тоном процедил Ма Сян. — Если ты не знал, что у нее есть машина, то на чем ты, твою мать, сюда приехал? На катафалке?! — ...Я думал, это машина ее однокурсника, — губы инженера задрожали. — Она сказала, что взяла тачку у друга, вот я и не стал расспрашивать.
Эта наглая ложь была просто смехотворна. Ма Сян, нависая над ним, жестко одернул воротник формы: — Послушай меня внимательно. Двое твоих стажеров... Фэн Юйгуан мертв, Чу Цы пропал без вести. Это дело слишком серьезное, чтобы ты мог его «пересидеть» в молчанку. А теперь пропала твоя дочь. Сбежала она или ее похитили наркоторговцы — шансов, что она выйдет сухой из воды, почти нет. Тебе лучше прямо сейчас начать сотрудничать со следствием. В лучшем случае, ты хотя бы сохранишь ей жизнь...
Казалось бы, сломленный Дин Цзяван вдруг хрипло огрызнулся: — А откуда вы знаете, что это не Чу Цы похитил мою дочь? — Ты... — Я ее отец, и я переживаю за нее больше всех! Вы, копы, вместо того чтобы ловить настоящих преступников и искать мою девочку, притащили нас с женой сюда! По какому праву?! Ма Сян с силой ударил по столу: — У нас есть веские доказательства...
— Да даже если моя дочь подделала документы и купила машину на имя двоюродной сестры — это же не тяжкое преступление, верно?! Ну дайте ей срок за подделку документов, я не против! Дин Цзяван был бледен как полотно, его руки, спрятанные под столом, мелко тряслись. Но страх того, что вся его жизнь может рухнуть, парадоксальным образом придавал ему сил. Он упрямо выдерживал давление Ма Сяна: — Вы пытаетесь пришить ей торговлю наркотиками только из-за одной машины?! А я говорю, что это вообще не ее машина! У вас есть доказательства? У вас есть номера? Откуда мне знать, может, вы просто не можете раскрыть дело и решили сделать из моей дочери козла отпущения, прицепившись к какой-то ерунде?!
За стеклом Янь Се со всей силы пнул стул, тот с грохотом отлетел к стене. У него не было железобетонной цепочки доказательств! Перед тем как сжечь красную «Камри», бандиты сняли номера, а VIN-коды двигателя и кузова были давно спилены. Связь между машиной и семьей Дин, да и сами подозрения в адрес Дин Дан, строились лишь на одной эфемерной детали — логическом выводе Цзян Тина о номерном знаке.
Но логика — это не уголовное дело. Дедукция требует красивой концепции, резких поворотов и изящного финала. А вот уголовный розыск — это рутина, тонны грязной, однообразной работы, где все ресурсы бросаются на поиск материальных улик и выстраивание неопровержимой доказательной базы. Чтобы припереть Дин Цзявана к стенке, нужны железобетонные факты.
В кармане завибрировал телефон. Сообщение от «Господина Лу»: «Электрика нашли?»
Янь Се с мрачным лицом остановил жестом попытавшегося подойти опера, сам поднял пнутый стул, отошел к окну в углу и, нажав кнопку записи голосового, тихо ответил: — Нашли. На химзаводе работает восемь или девять электриков. Один из них, некто Ван Лэ, уже два дня не появляется на работе. Родственники говорят, он недавно просадил в карты больше ста тысяч юаней, всё в долгах перед ростовщиками. Мотив — налицо.
Тут же пришло новое сообщение: «Биллинг телефона?»
— Тц, да ежу понятно! Позавчера в полдевятого вечера он позвонил жене, сказал, что к ужину не придет. Это был его последний звонок. Старина Хуан уже запросил экстренную триангуляцию!
Телефон замолчал. Янь Се гипнотизировал темный экран, и вдруг в голове мелькнула совершенно нелепая мысль: А чего это он не отвечает? Может, я слишком резко ответил, и он обиделся? Как только эта мысль оформилась в голове, суровый замначальника сам испугался своей девичьей впечатлительности. И тут телефон снова завибрировал: «Дин Цзяван не колется?»
...Ну и жук. Янь Се невольно выдохнул, подумав, что у этого парня явно есть скрытые камеры по всему управлению. — Да, уперся рогом, — прошептал Янь Се в голосовое. — Я уже отправил людей шерстить все банковские счета его семьи и поднимать записи с камер, чтобы отследить все его операции с химикатами на заводе. Но даже если мы докажем, что он втихаря заказывал лишнее сырье, это не заставит этого ублюдка сразу открыть рот. Слушай, капитан Цзян, есть идеи? Только не предлагай откачать фреон из кондея и обдувать его ледяной крошкой — это мы не практикуем.
Ответа от «Лу» не было. Даже статус «печатает...» не появился. Прошло тридцать секунд. Минута. Минутная стрелка на часах сдвинулась на пару делений. ...Неужели даже Цзян Тин не знает, что делать? — с удивлением подумал Янь Се.
— Я правда не хочу, убери, — в отдельной кабинке ресторана Цзян Тин в который раз отодвинул руку Ян Мэй с ложкой. Он поморщился: — Я же не Янь Се. Зачем ты заказала мне эту огромную бадью свиных мозгов? Что ты пытаешься мне «восполнить»? Ян Мэй: — Хватит тыкать в телефон, поешь нормально! Этот ублюдок Янь Се эксплуатирует тебя как батрака на плантации...
У Янь Се было странное выражение лица. Он проверял телефон каждые пару секунд. Примерно на пятнадцатый раз в дверь кабинета громко постучали, и внутрь влетел директор криминалистического отдела Хуан Син: — Старина Янь! Эта девчонка Дин Дан... Вжик — Голосовое сообщение!
Янь Се был готов заткнуть Хуан Сину рот материалами дела, лишь бы тот замолчал. Он мгновенно поднес телефон к уху. Раздался спокойный, размеренный голос Цзян Тина: — Жена Дин Цзявана, Чжан Цзяо, всю жизнь была домохозяйкой. Ее кругозор и социальные связи крайне ограничены. Дин Цзяван вряд ли посвящал ее в подробности криминального прошлого Чи Жуя и компании. То есть она вряд ли знает, за что именно они сидели: за производство оружия, наркоторговлю, изнасилования или убийства. — У матери есть юная, красивая дочь. Чего она боится больше всего? Надавите на это. Ударьте по ее первобытному материнскому страху — и сломать ее защиту будет проще простого.
Голосовое закончилось. Янь Се медленно опустил телефон, в его глазах блеснуло понимание.
— Старина Янь! — наконец-то дорвался до слова Хуан Син: — Хватит ворон ловить! Участок на улице Хэпин в районе Фуян только что ответил на нашу ориентировку! Они засекли девчонку Дин Дан! Меньше чем в ста метрах от входа в участок она села в какую-то левую машину. Записи с камер уже у нас!
Словно вспышка молнии озарила разум Янь Се. Он резко перебил: — Какого черта она забыла у полицейского участка?! Хуан Син не понял вопроса.
— Она шла сдаваться. Или сдать кого-то другого, — пробормотал Янь Се. — Но по дороге ее перехватили... Может, выследили. В машине могло быть несколько амбалов... ситуация гораздо хуже, чем Чжан Цзяо может себе представить... Хуан Син хлопал глазами: — А? Ты о чем? — Нет времени объяснять, слушай сюда. — Янь Се хлопнул директора по плечу и стремительно зашагал к выходу: — Скинь мне видео с камер участка в Фуяне. Я лично иду колоть Чжан Цзяо!
В ресторане Цзян Тин отпустил кнопку голосового, положил телефон и только взялся за ложку, как почувствовал на себе пронзительный, леденящий взгляд. — ... — Цзян Тин осторожно спросил: — Что-то не так?
Ян Мэй сегодня была при полном параде: в нежно-зеленом платье из весенне-летней коллекции от кутюр, с легким макияжем, легким цветочным парфюмом и помадой в цвете «смерть мужикам». Она посмотрела на него поверх огромной тарелки со свиными мозгами в отваре из гастродии, несколько раз моргнула и медленно произнесла: — Кто там «очень красивая»? — ? — Я иногда думаю, что я тоже очень красивая... А вы как считаете? Цзян Тин: «...»
В кабинке повисла оглушительная тишина. Ложка в руке Цзян Тина замерла. Под полным ожиданий взглядом собеседницы он долго и тщательно подбирал слова. — Та девушка подозревается в наркоторговле, а ты заставляешь меня есть свиные мозги, — Цзян Тин слегка улыбнулся и мастерски перевел стрелки: — Янь Се красивее всех.
Дверь в допросную с грохотом распахнулась. Чжан Цзяо, сидевшая как привидение в невидимой клетке, вздрогнула и подняла голову. Янь Се захлопнул за собой дверь, широким шагом подошел к маленькому железному столу и с размаху поставил на него ноутбук: — Чжан Цзяо? «...» — Мои коллеги передали, что с того момента, как вы переступили порог управления, вы сказали только одну фразу: «У меня болит горло, без адвоката говорить не буду». Я прав?
Чжан Цзяо поджала губы, изрезанные мелкими морщинками. Она выглядела съежившейся, напуганной, но при этом бдительной. Здоровье у нее и впрямь было не ахти, хронические болезни не позволяли ей работать. Но зарплаты инженера на частном заводе вряд ли хватало, чтобы содержать жену, привыкшую сидеть дома и жить в комфорте. Суровый взгляд Янь Се скользнул по ее лицу: гусиные лапки у глаз, мешки, глубокие, скорбные носогубные складки. Проигнорировав то, как она съежилась под его взглядом, он холодно усмехнулся, развернул ноутбук и включил видео: — Можете не говорить. Просто смотрите.
На экране с камер высокого разрешения была площадь в час пик. Белоснежная фигурка девушки терялась в толпе, она спотыкалась и шла неуверенно. Ее хрупкая спина выглядела так, словно ее в любой момент могли растоптать. Нависшие веки Чжан Цзяо поползли вверх, глаза расширились, а зрачки сузились, как иголки... Черная «Ока» останавливается перед ее дочерью. Из открытой двери высовывается мужская рука и силой затаскивает ее внутрь!
— ...Дан... ДАН-ДАН! Не проронившая ни звука за несколько часов Чжан Цзяо издала дикий, хриплый вопль. Янь Се даже не моргнул. Он достал из сумки несколько листов бумаги и с хлопком бросил их на стол: — Знаете, кто сидел в той машине?
Чжан Цзяо скользнула взглядом и сквозь пальцы Янь Се увидела жирный заголовок: ОРИЕНТИРОВКА В РОЗЫСК. Она сжала губы, как старая устрица.
— Что вам плел Дин Цзяван? «В химии платят копейки, я тут с братвой замутил бизнес, только ты не болтай»? Или: «Эти начальники все воры, боссы — сволочи, если б я рискнул, как мои друзья, мы бы давно озолотились»? Янь Се смотрел, как лицо Чжан Цзяо становится пепельным, и продолжал с издевкой: — Но Дин Цзяван вряд ли рассказывал вам, за что именно эти «братки» сидели, верно?
Чжан Цзяо не могла оторвать глаз от бумаг, с которых Янь Се убрал руку. На нее смотрели четкие фотографии из ориентировок. Ван Лэ. Чи Жуй. Ху Вэйшэн. Да, она их знала. Несколько раз видела рядом с мужем. Но текст под этими знакомыми лицами был пугающим: «растление малолетних», «грабеж и изнасилование», «изнасилование и убийство»... В голове Чжан Цзяо зазвенело, перед глазами потемнело.
— Вашу дочь похитили прямо у дверей полицейского участка. Как думаете, зачем она туда шла? Сдаться или сдать кого-то? — Янь Се выдержал паузу и с циничной усмешкой добавил: — Впрочем, какая разница. Эта молодая, цветущая девушка пропала почти четыре часа назад. Думаю, всё, что могло случиться, уже случилось. Если ваше горло продолжит болеть, нам останется лишь молиться, чтобы нам повезло найти ее труп хотя бы целиком...
— Спаси... СПАСИТЕ ЕЕ! — в истерике завизжала Чжан Цзяо. — Умоляю, спасите ее! Я всё скажу! Всё скажу! Она ни в чем не виновата, она ничего не знает!
Янь Се медленно выпрямился, глядя на Чжан Цзяо сверху вниз. В ее мутных глазах стояли слезы. — Ухай... У них «лаборатория» в Ухае! — Чжан Цзяо захлебывалась рыданиями: — Я точно не знаю где! Какой-то завод... Они арендовали его под видом производства... форм и упаковки... Спасите мою дочь! Это всё ее отец виноват! Это он привел этих людей домой! Она такая доверчивая...
Янь Се поднял голову и сделал знак в зеркальное стекло, за которым его не было видно. В соседней комнате оперативники и техники мгновенно сорвались с мест.
— Как Дин Цзяван втянул ее в это? — суровым голосом спросил Янь Се. — Он знал, что Дин Дан встречается с Ху Вэйшэном? Чжан Цзяо, дрожа, нехотя кивнула.
— Ху Вэйшэн старше ее на десять с лишним лет, и денег у него не густо. Что Дин Цзяван в нем нашел? Каналы сбыта наркотиков? При слове «наркотики» Чжан Цзяо затрясло еще сильнее, словно сухой лист на ветру. С трудом выдавливая слова из пересохшего горла, она ответила: — У... у Ху Вэйшэна был пакетик с порошком. Очень... очень сильным. И очень дорогим. Они говорили... если разгадать формулу и сделать такой же... денег хватит на всю жизнь, можно вообще больше не работать...
В этот момент лицо Янь Се резко изменилось. У оперативников за стеклом тоже отвисли челюсти. — Что за порошок?! Синего цвета?! — рявкнул Янь Се, теряя контроль: — Откуда Ху Вэйшэн достал этот синий порошок?!
— Я не знаю! Я правда не знаю, как там всё было! — Чжан Цзяо зарыдала в голос, отчаянно мотая головой. Казалось, она на грани помешательства. — Я только слышала... слышала, что от этого порошка зависимость с одного раза. Даже если просто в воде развести и на кожу попадет... Ху Вэйшэн как-то по пьяни хвастался, что работал на одного очень крупного босса и умыкнул этот пакетик... Говорил, если раскроет рецепт, озолотится на всю жизнь... Прошу вас, спасите мою дочь! Умоляю, я больше ничего не знаю, Дан-Дан ни в чем не виновата!...
Янь Се пулей вылетел из допросной. Несколько оперативников тут же бросились к нему, но он, даже не сбавляя шага, помахал стопкой ориентировок, напечатанных всего час назад: — Живо в шредер эту макулатуру! И напомните мне потом: когда закроем дело, выдать премию пиар-отделу за классный фотошоп! Дагоу! Скажите Гао, пусть Гоу Ли притащит тот пакет с гидроксидом меди и дует со мной колоть Дин Цзявана! А Ма Сян пусть тащит сюда Дяо Юна из соседней!
Подчиненные бросились выполнять приказ. Только Гао Паньцин, пробежав пару шагов, вдруг затормозил: — Постой, брат Янь... Мы обманули Ху Вэйшэна этой синькой, но Дин Цзяван — профессиональный химик, он может и не повестись...
— Да ни хера ты не понимаешь! — рявкнул Янь Се. — Кто сказал, что я буду разводить Дин Цзявана гидроксидом меди? Нашей главной целью с самого начала был Дяо Юн, дошло?! «!» Гао Паньцина словно молнией ударило. Озарение было таким сильным, что он чуть не воспарил к потолку, и, спотыкаясь от восторга, помчался прочь.
— Да, и еще ты, — Янь Се вдруг заметил стоявшую у стола Хань Сяомэй. Вспомнив кое-что, он схватил ее за руку и оттащил в угол. — З-за-заместитель Янь... — То, что сейчас наговорила Чжан Цзяо про «синий порошок», и особенно про этого «крупного босса» — ни слова консультанту Лу без моего приказа. Поняла? — Янь Се пронзил ее суровым взглядом: — Я ясно выразился?
Хань Сяомэй вытянулась по стойке смирно: — Так точно!
